***
Сенку левой рукой потёр правое плечо, невольно морщась от боли в мышцах на спине. Увы, но его кисть была не настолько гибкой, чтобы можно было размять их в том месте, а потому приходилось довольствоваться тем, куда дотянуться было ему под силу. Не желая мучиться больше, чем сейчас, он снял с правой стороны портфель и надел его на левую сторону. Там тут же стало тянуть вниз и пару шагов ушло на то, чтобы привыкнуть к смене веса. Его физическая сила всегда оставляла желать лучшего, потому что не было времени, чтобы вплотную заняться чем-то большим, чем стандартной зарядкой по утрам — иначе его спина действительно рисковала умереть до того, как он совершит настоящее научное открытие — а потому сумка с книгами после покупки оказалась слегка тяжеловатой. Но делать было нечего, так что следовало радоваться хотя бы тому, что он стал их нести только на половине пути, а не с самой школы или, хуже того, с дому. Сегодня вообще был весьма удачный день. Эксперимент прошёл так, как Ишигами и рассчитывал, поэтому на завтра был готов примерно литр бензина его собственного изготовления; получилось закупиться всеми книгами по списку; Бьякуя, отчего-то более счастливый и загадочный, чем обычно, просил обязательно вечером ему позвонить; Микаге Тоору ушла, предварительно предупредив своих детей, что её не будет до завтрашнего вечера. Оставалось решить проблему только с Сэмом, а в остальное время Сенку вполне спокойно сможет поговорить вместе с Нелли, обсуждая прошедшие и предстоящие опыты, а также прочитанные книги для обмена опытом. У них уже давно не было таких вечеров, поэтому около недели назад ему и пришла идея снова это повторить, уже, правда, в её доме, раз сама Нелли точно не сможет прийти к нему на ночевку. За два дома до её, он достал телефон и набрал номер. Нелли подняла трубку всего спустя два гудка, сразу пропуская ненужное приветствие: — Он меня достал, — резко сказала она слегка рваным и непривычным тоном; раздражённо. Сенку глубоко вздохнул — он не подписывался разбираться с чужими проблемами, хотя в договоре и была оговорка по поводу семьи Нелли, что ему придётся какое-то время просто их перетерпеть, как некоторые неудобства и трудности, от которых пока что нельзя избавиться, — но ничего говорить не стал. У них впереди вся ночь, успеет узнать детали. — Я уже почти возле твоей калитки, ты мне откроешь? — уточнил он вместо этого, хмурясь. — Я — нет, — также раздражённо ответила она. — Потому что я не могу спуститься. А на первом этаже Сэм и он точно тебя не пустит внутрь. Сенку остановился, после чего протёр свои глаза свободной (ну, как, свободной, на ней всё ещё оставалась сумка) рукой и подавил порыв уставиться в пустоту: — То есть ты хочешь сказать, что я зря тащил все эти книги? Издеваешься? Они весят семь или девять килограмм. — А вот и не зря, — усмехнулась та. — Просто… придётся войти не через двери. Сенку молчал с минуту, после чего понятливо усмехнулся: — Какая же ты хитрая, — протянул он. — И весьма мстительная, — более недовольно поморщился Сенку. Две недели назад после свидания в соседний район пришлось возвращаться в некоторой спешке, так что езда на коляске явно была не самой удобной. Но делать было нечего и никто вслух не жаловался — ни пассажир, которого трясло, ни водитель, у которого весьма неудачно закончились силы толкать и бежать одновременно, ведь физическая нагрузка стала выше привычной нормы. Но как оказалось сегодня, месть пришла, пусть и с запозданием. У Нелли во дворе не было никакого дерева, зато Сенку вполне смог попросить у соседа лестницу, пообещав вернуть завтра утром и в качестве доказательства вынужденно оставил свой телефон. Тому было два года, но сосед согласился, а потому выгодная сделка была заключена. Он приставил её с заднего двора, прямо к открытому окну. Сжал губы, когда пришлось поудобнее перехватить увесистую сумку, ручки которой уже два плеча успели отдавить, но потом полез наверх, уже по пути замечая, что его снимают на камеру телефона прямо из того самого окна, куда, собственно, он и карабкался. Нелли сидела возле окна так, что её стало возможно увидеть лишь после того, как он оказался примерно на одном с ней уровне. Она приветливо ему кивнула, отъезжая чуть дальше, но всё ещё продолжая снимать происходящее на телефон. Ишигами всё это проигнорировал, скидывая на кровать рядом надоедливую сумку с книгами и решая поскорее заняться лестницей, чтобы надоедливый братец этой самой мстительной девушки ничего не успел заметить с первого этажа. Её он под камеру кое-как затащил наверх, стараясь как можно тише сложить (благо, та оказалась не настолько тяжелой, да складывалась), после чего с удовольствием уселся на пол, переводя дыхание. Нелли под его взглядом убрала камеру, но залипла в телефоне. Он прикрыл глаза, утирая слегка вспотевший лоб, когда услышал знакомый сигнал отправки сообщения. Сенку прищурился. Она с хитрой и практически незаметной улыбочкой посмотрела на него. Он цокнул, закатив глаза и вставая с пола, после чего взял в руки сумку и достал из неё сменное нижнее белье. — Можешь взять мои вещи с третьей полки, — сказала та, заметив его движения. — Чистые полотенца чуть дальше. Он открыл шкаф, практически сразу находя футболки и штаны. Достал, придирчиво окидывая размер глазомером, но оно было домашним и большим, так что должно быть вполне в пору. После чего вполне довольно кивнул и взял чистое полотенце. — Ты со мной? — спросил Сенку. Она задумалась, после чего пожала плечами: — Ты помоешься приблизительно за пять минут. Я крикну Сэму, что пролила на себя сладкий чай, так что просто не попадись ему на глаза. Чай стоял на столе, его Сенку заметил ещё когда оглядываясь, сидел на полу, так что просто снова кивнул, уходя в сторону ванны на втором этаже. Сэм был на первом, так что они так и не встретились с друг другом, пока он приводил себя в порядок. Было бы максимально странно, если бы тот поднялся наверх, ожидая увидеть в ванной свою сестру, а навстречу ему вышел бы тот, кого он ненавидит. К счастью, ничего такого не произошло. — Так что произошло между вами? — спросил он уже после того, как повесил полотенце сохнуть, а одежду на стул. Завтра был вполне себе учебный день, поэтому не хотелось бы, чтобы форма помялась. Нелли посмотрела на него — она ненавидела признаваться вслух, что у неё какие-то психологические недостатки. Сенку лично считал это вполне логичным, ведь если семья не даёт тебе путь для реализации собственных талантов, вместо этого специально или нечаянно зарывая их в землю, то рано или поздно какая-то неуверенность появится. Нелли была с виду вполне нормальной. Обычной. Да, она была его копией в некотором роде, но всё же не совсем. Её семья сделала её неуверенной. Робкой. Нерешительной. Могло показаться, будто бы это не так, но то, как сильно она на самом деле переживала и волновалась, было сложно не заметить. Потому что эта девушка настолько тщательно взвешивала каждый свой шаг, каждое своё слово, каждое движение, что иногда слегка тошнило. Сенку импонировал тот факт, что с ним она могла расслабиться, больше быть именно собой — ну и пусть, если из-за этого они становились только ещё более похожи друг на друга — но всё это можно было смело выбросить в мусорник, если в компании кого-либо другого всё возвращалось на круги своя. Она не давала себя в обиду, не была грубой, казалась нормальной. Но эта стена, которую она построила между собой и другими людьми, была самой настоящей крепостью. «Не пущу никого внутрь, чтобы ничего не случилось» — вот как это выглядело на самом деле. — «А чтобы точно ничего не случилось, буду тщательно это контролировать». И контролирует. Переживает. Были и самые обычные переживания (как бы не набрать вес, как бы не стать серой мышкой, как бы не выделяться), так и не совсем (как бы поскорее убраться из этого дома, скорее бы повзрослеть, выйти замуж и поступить в университет, чтобы разорвать эти связи и избавиться от излишних переживаний). Потому что она загоняется понапрасну. Думает о том, о чём не имеет никакого смысла думать; тратит время на то, на что нет смысла это самое время тратить; волнуется о том, что на самом деле вообще не имеет никакого значения. Если бы не тот факт, что это было её реальностью. Потому что, на самом деле, все эти переживания действительно имели значение, что казалось Сенку невероятно глупым и пустым, но это было. Потому что её мать требовала этого, пусть и не вслух. Потому что её брат требовал этого, пусть и не вслух. Потому что всё это витало в доме неписанными правилами, тем самым ожиданием неизбежного — следующего отчима, к примеру. И это было так тупо, так глупо, что Сенку просто не хотел трогать ничего этого. У него было полно других дел, но он не мог не понять её, потому что легко мог представить себя на её месте. Если бы с него требовали того, что требуют с неё, он был бы таким же неуверенным, таким же робким, таким же безынициативным. Это бесило. Он хотел поскорее достигнуть совершеннолетия, жениться на ней, да наконец-то съехаться. Чтобы она раз и навсегда забыла про всю эту хрень, просто выбросила из головы и занялась тем, чем действительно хочет заниматься. У неё были мозги, умения и способности, но половину из них она вынужденно тратила в пустоту — из-за семьи, которая этого даже не понимала. Идиотизм. — Он меня выбесил, — кратко ответила она. Не потому что не хотела, а потому что они оба понимали, что произошла ерунда, но она не могла не напрягать её, потому что это произошло именно с ней, причём так, что зацепило что-то в душе. — Чем? — спросил он, пытаясь намекнуть, что выговориться иногда весьма полезно. Нелли сразу уловила этот контекст, а потому глубоко вздохнула и выдохнула, переведя взгляд в окно. Сенку удобнее улёгся на её кровати, хватая отсюда же ноутбук и включая. Пароль угадался с первого раза, а после он столкнулся с заставкой созвездия Сириуса. Этот намёк взбесил уже его. Он открыл гугл, ища созвездие Козерога, после чего поставил на экран. К этому времени она как раз начала говорить: — Ему не нравится, что я с тобой встречаюсь. Он оторвался от экрана, как только удостоверился, что картинка вполне хорошо стоит, не косясь по сторонам, после чего приподнял бровь: — Не новость. Ещё бы. Сэму не нравился не Сенку, а тот факт, что Нелли проводит время с представителем мужского пола. — Уговаривал тебя бросить, — проигнорировала та, взмахнув рукой от бурлящих эмоций, — Что мне ещё слишком рано, что впереди будет много других хороших парней, а сейчас это всё несерьёзно, к тому же мне только шестнадцать и мало ли что у тебя в голове. Он моргнул. — Что у меня в голове? — спросил Сенку. Она посмотрела на него, но Ишигами, как ни старался, не смог уловить намёка. — Что у тебя на уме только секс, а я сейчас даже защитить себя не могу, потому что в коляске и ты можешь меня изнасиловать. Он схватился за волосы, осторожно поправив пряди. Вот чего-чего, а такого он как-то совершенно не ожидал. Слова ошарашили, иначе и сказать нельзя. Поэтому Ишигами промолчал, смотря на Нелли. Её глаза потухли, а плечи опустились так низко, как раньше он никогда не видел, чтобы они опускались. Было совершенно очевидно, насколько она бы хотела, чтобы ничего такого не было, но Сэм действительно это сказал. — С чего он взял это? — тише спросил он, неудобно поёрзав в кровати. Стало мерзко. Настолько мерзко, как не было, наверное, никогда в жизни. Захотелось немедленно уйти из этого дома как можно скорее, но он только незаметно сжал руку в кулак несколько раз, чтобы попытаться собраться с мыслями и таким образом прийти в себя. Неудивительно, что Нелли настолько не хочет разжигать какой-либо конфликт. Легче просто продолжать притворяться, что на самом деле ничего такого не происходит, чтобы не тратить собственные силы, нервы и время. — С чего он это взял? — переспросила та как можно более обыденным тоном. — Ну, это же очевидно, Сенку. Ты хочешь меня изнасиловать, потому что нормальные парни на твоём месте никогда бы не остались с калекой. Разве нужны ещё причины, чтобы продолжать встречаться с девушкой в коляске? Сенку посмотрел на неё. Глубоко вздохнул, не скрывая этого, после чего показательно хлопнул рукой, приглашая присесть рядом. — Старик просил позвонить сегодня вечером. Кажется, он хотел что-то важное сказать. Она поджала губы, повторив его глубокий вдох, но подъехала поближе, какое-то время перебираясь на кровать. Ишигами за это время открыл скайп, невольно нахмурившись, когда увидел весьма очевидную картинку на видео в смс, которое отправили не более двадцати минут назад. Бьякуя, засранец, прислал кучу подбадривающих и насмехающихся эмоджи. Он набрал видео-звонок. Нелли села весьма близко, так что для обоюдного удобства он приобнял её за плечо, позволяя навалиться. Её голова упала на его ключицу, когда она снова глубоко вздохнула, после чего поспешила сказать, пока с той стороны не подняли трубку: — Я сделала вид, что согласилась с ним. Ненавижу тот факт, что это просто самый лёгкий вариант. — Просто притворимся перед ним, что расстались. Осталось всего два года потерпеть. Она только кивнула. Через секунду Бьякуя поднял трубку. Он был в невесомости за ноутбуком, а потому взмахнул им только одной рукой, другой держась за что-то, чтобы не улететь, а также улыбаясь своей глупой улыбкой. Сенку подавил порыв отзеркалить её. — О, мой дорогой сын, моя дорогая невестушка, как я рад видеть вас вместе! — сказал мужчина, нажимая куда-то на кнопки. Скорее всего сделал скрин экрана. Ну и ладно. Ишигами только закатил глаза, не собираясь на это отвечать. — Бьякуя-сан, здравствуйте, — поздоровались куда-то ему в плечо. Видимо, это было весьма неудобно, так как она поспешила сесть. Сенку кинул на неё анализирующий взгляд, чтобы понять, не болит ли что-то, но с виду всё было нормально. Скорее всего она бы сообщила ему, если бы это было не так. — Как у вас дела? — Ещё нигде не напортачил? — добавил он. — Сенку! — возмутился тот притворно. — Нелли-чан, у меня для вас прекрасная новость — завтра меня снова покажут по телевидению! — Привет! — раздалось оттуда же, но уже женским голосом и на английском. Бьякуя сдвинулся в сторону, давая место Лилиан Вайнберг. — О! — женщина округлила глаза, смотря на них. — Сенку, это твоя девушка? — Здравствуйте, — поздоровалась Нелли на английском, смотря на певицу. — Да, — ответил он на вопрос. — Это моя будущая невестка! — гордо сказал Ишигами-старший. Лилиан кинула на того взгляд, улыбнулась, после чего дополнила предыдущие слова Бьякуи: — На самом деле завтра у меня будет выступление, но после него я снова покажу экипаж, поэтому Бьякуя-сан тоже попадёт мельком в кадр на небольшом интервью с вопросами от подписчиков. Суффикс на английском звучал странно. Сенку на мгновенье нахмурился, потому что она говорила хоть и медленно, но при этом несколько слов были сленговыми, смысл которых был ему понятен только по контексту. У Нелли, судя по всему, таких проблем не было, скорее всего оттого, что она лучше запомнила их зрительной памятью при переписке в мессенджере. — А во сколько это будет? — спросила Нелли. — Я обязательно посмотрю. — Утром, примерно в десять часов, — влез мужчина. — Сенку, ты тоже посмотри! — Вот ещё, — скривился он. — У меня полно других дел. — Я ему потом с вами вырезку скину, — сказала Нелли. — Замаскирую под опыт и он точно посмотрит, можете не переживать. — Это не сработает, если я знаю, когда и что ты сделаешь. Та только приподняла брови. Он закатил глаза и цокнул, снова возвращаясь к экрану, потому что Нелли была права — если она скинет опыт, он точно его посмотрит, даже если где-то в середине оно прервётся на Бьякую. Не то чтобы он был настолько против посмотреть это интервью. Взрослые только рассмеялись — они не переходили на японский, так что смысл был понятен всем — после чего Лилиан им подмигнула. — Оставлю вас, чтобы не мешать семейным делам, — сказала та, куда-то уплывая. Бьякуя проследил за ней взглядом, после чего, прищурившись, посмотрел на них с ухмылкой. Он явно собирался сказать что-то, что не относилось бы к чему-то важному, поэтому Сенку собирался повесить трубку. — Если это всё, то спокойной ночи, — сказал он, наводя мышку. — Сенку! — возмутился Бьякуя. — Ещё не всё, — возразила Нелли, забирая с его ног ноутбук и пихая рукой куда-то в сторону. — Вы не обращайте на него внимания, он просто идиот. Ишигами возмущенно посмотрел на неё, ни капельки не впечатлённый. Бьякуя на такие слова только рассмеялся.***
— У Сенку-чана красивая девушка, — сказала Лилиан, как только виде-звонок спустя полчаса завершился из-за Сенку, который всё же потерял терпенье. — Но она ему подходит. Я, конечно, не так хорошо понимаю японский, но они весело провели время вместе. — Это точно, — усмехнулся Бьякуя, после чего ему пришла одна замечательная идея. — Хочешь, покажу кое-что интересное? — Что? — с интересом спросила та, будучи уже прямо возле него. Её голубые глаза смотрели прямо на него. — Как мой сын лезет по лестнице в окно, потому что его не пустили через входную дверь в качестве наказания. Лилиан рассмеялась. Смех был очень красивым, мелодичным. Её лицо прямо-таки сияло, так что Бьякуя не мог не засмотреться. — Хочу, — сказала та, хитро улыбаясь.