Альфазол.

Всю ночь, сидя в оружейной, Гоуст думал о Рафаэле. Если посудить, зачем альфе думать об альфе? Он же тоже сильный, независимый и злой, как положено быть альфе. Оружейник уже думал, что сон ему точно не помешает. Он считал это нормальным, если бы был омегой или хотя бы бетой. Но нет, он втрескался с первого взгляда в альфу! Причем с формами. О боже, Гоусту реально пора на боковую. — Боже, о чем я думаю… Идиот. — плюнул оружейник и встав со стула, поплелся к кровати, которая была в его оружейной. Когда он лег на кровать и укрылся, его снова посетили мысли о Рафе. Ну нет, такого альфы с формами просто не существует! Ну, кроме Свифта. Усмехнувшись от своей мысли, Гоуст перевернулся на бок и закрыл глаза. На свежую голову лучше рассуждать, поэтому сразу уснул. Но мысли о Рафе не оставили его и во снах. *** Утро. В семье альф снова шум и гам. Ребел готовит и ругает Свифта, который в свою очередь сидит в телефоне и хихикает. М.С. смотрел телевизор на большой громкости, чтоб не слышать братьев, а Гоуст как обычно вышел из оружейной. — Дебил! Достал своих баб водить! Не квартира, а проходной двор! — ругался Ребел, давая Свифту смачный подзатыльник. — Ай! Ну мааам! — притворно захныкал клептоман, потирая место удара. — Не мамкай, кабелина! Сволочь! — Я тебя тоже люблю, Реби. — усмехнулся Свифт, нагло смотря брату в глаза. — А если гон начнется?! Ты об этом подумал?! Я не хочу тебя потом вытаскивать из зверинца! Найди себе уже омегу! Заколебал водить каждый день новую проститутку! Мне потом эти презервативы по дому собирать, как яйца на Пасху! Так они еще и использованные! — скандалил альфа. — Ну брат, я могу тебе сказать ровно тоже самое. — сухо ответил Свифт. — Зато я не сплю с каждой третьей женщиной этого города! — Завалитесь! — на кухню зашел хмурый Гоуст. На брата сразу уставились две пары глаз. Не каждый день услышишь от него хоть что нибудь. А оружейник прошел дальше и стал делать себе завтрак. — Лааадно, вы как хотите, а я гулять. — сказал Свифт и встал. — Если по шлюхам, домой можешь не приходить. — злился Ребел. — Ой, а можно в последний раз? — посмотрев на брата, спросил клептоман. — Пожааалуйста, маминька! — Заткнись! — гаркнул альфа. — Ладно, герой-любовник, делай, что хочешь. — и отвернулся к плите. — Спасибо, Реби! — пропел Свифт и убежал. *** В логове черепах не все так радужно. Раф и Лео снова спорили. Из-за чего? Из-за вчерашнего выхода, а Лео ведь запрещал. Да, в этом главный виновник Донни, но Раф вступился, сказав, что это его идея. Если подробнее, то спор произошел из-за Майки. А еще подробнее, из-за его графика течки. — А если бы вы встретили бандитов?! Или бы у Майки началась течка?! А ты, как альфа, не сдержался бы?! Думай хоть где нибудь головой, а не головкой, идиот! — ругался Лео. — Но Майки же живой! Успокойся! — отпирался Раф. Майки сидел на диване и плакал. Опять из-за него в семье проблемы. А Донни пытался его успокоить. Микеланджело тихо, почти шепотом просил братьев прекратить. Ему становилось плохо от каждого сказанного ими слова. — Я бы его не тронул, успокойся! — Ага ага! Так сразу я тебе и поверил, придурок! В следующий раз я убью тебя! — Хватит… — Ах вот как?! А я тогда нагну тебя! Этого добиваешься?! — Рискни здоровьем, кабелина! — ХВАТИТ! — вдруг вскрикнул Майки. Оба замерли и замолкли. Посмотрев на брата, каждый получил пощечину. — Хватит! Вечно вы спорите! Мне это надоело! — кричал Майки. — И что, что у меня течка?! Она только завтра! Закончив, он убежал в слезах из дома, не обращая внимания, что его имя кричали братья. *** Свифт бродил по крышам в поисках чего то интересного. Ничего не найдя стоящего, он начал считать девушек внизу. Одна с грудью, но без попы; другая с попой, но нет груди; третья и с грудью и с попой, но толстая; четвертая без всего, вдобавок и худая, как палочка. Совсем не его типаж. Ему конечно приятно лишний раз потрогать мягкие груди или ударить по попе, но ему бы… Реально омегу. Плюс, мальчика. Как бы это не было странно, некоторые девушки не умели ничего по хозяйству. Элементарно не могли пожарить бекон или яичницу. Не могли протереть пол от следов бурного оргазма после секса. И тому подобное. Он хочет идеал… Какой должен быть идеал? Мальчик, омега, ниже его по росту, желательно голубые/синие глазки, стройное, но подтянутое тело, умение готовить и делать все по дому. Плюс, удовлетворять в сексе. Ну, а что? У него есть все, чему ему стесняться? Квартира, деньги, машина (машина Гоуста, но не суть), большой ствол (в штанишках), связи и идеальное телосложение. Все, что хочет любая девушка омега. Ну, возможно и парни омеги. Он — мечта многих, как он выражается — тянок, но он к ним холоден. А растопить этот лед сможет только описанный ранее идеал… *** Насчет идеала Свифта. Микеланджело ходил по крышам и громко плакал. Вечно из-за него проблемы. Он не виноват, что он омега. Неожиданно у Майки заболел низ живота. Течка предупреждает о себе. Майки стало сильно плохо и он сел на крышу у выхода на лестницу. От боли слезы потекли по щекам только сильнее и… Он потек. Омегам сложно переносить течку. Майки вдвойне сложнее. Он молодой, матка почти детская, как выражается Донни, а тут течка. Раньше ему помогал его гениальный брат, но сейчас… Он один. Ну, он так думал. *** Прыгнув на крышу пониже, Свифт почувствовал приятный запах. Запах ванили. Значит на крыше омега и у нее явно течка. Свифт конечно всегда избегал таких омег, но этот нежный запах манил его… Дурманил… Тем более — ваниль — это его самый любимый запах. Прислушавшись, он услышал глухие стоны и мигом рванул туда. Он хотел хотя бы увидеть, кто обладает таким прекрасным запахом. Заглянув за угол, он увидел… Микеланджело, который лежал на крыше и крутился от боли. — Боже… П… Помогите мне… Мне больно… — хныкал омега, выгибаясь от боли. Под его попой было мокро и кататься по этому было не особо приятно. Свифт в первую очередь удивился. Эта омежка сильно похожа на М.С. Но второе его удивило то, что Майки через чур… Красивый. Ему стало его жаль. Тот вертелся и не замечал его. Это насколько ему больно, что тот реально не заметил присутствие альфы? Но он поспешил с выводами, когда услышал крик. — Помогите! ААА! — кричал Майки, пытаясь отползти. — Эй эй! Тихо, малыш. Я не обижу. — поднял руки вверх Свифт и аккуратно присел к нему. — Успокойся. — Не насилуйте меня! Мне всего пятнадцать лет! — кричал Микеланджело, заплакал сильнее. Свифт был бы не Свифт, если бы не умел успокаивать омег. Кое как, сначала дав Майки таблетки о течки, затем успокоив, панк получил… Как ни странно… Пощечину. — Ай. За что? — нахмурился альфа. — Простите… — шмыгнул носом омега и посмотрел на него. У Свифта ёкнуло в груди. Этот красавец забавный. Сначала бьет, потом извиняется. Это… Довольно мило. Немного придя себя, Майки попал в коварные сети Свифта. Их зрительный контакт продолжался минут десять, пока Микеланджело резко не влепил Свифту вторую пощечину. — Ай! А эту за что?! — Простите… Не надо на меня так смотреть… — ответил тихо омега и аккуратно погладил уже покрасневшую щеку клептомана. Спустя некоторое время двое синеглазиков нашли общий язык. Но это знакомство не обошлось без глупых шуток Свифта и пощечин от Майки. Все же сжалившись над альфой, Майки извинился и нежно чмокнул клептомана в щеку, которая ранее страдала. Этой милости хватило, чтоб Свифт растаял. И с этим всем, взяв все силы в кулак, он пригласил Майки погулять по городу.