Альфазол.

После «милой» беседы с Ребелом, взявший трубку, панки пришли к ниндзя и сели на диван. Микеланджело будить не стали. Сейчас очередь Свифта получать порцию шока. Тот как раз сидел и не понимал, что происходит. — Значит так… — начал Рафаэль. — Слушай сюда, сукин сын… Я бы убил тебя, но Майки запретил причинять тебе физический вред. Но не запрещал моральный. — Что происходит? — непонимающе смотрел на саеносца Свифт. — Уже не «происходит», все давно произошло. Еще как час назад. — стараясь подавить злость, говорил Раф. — Я повторяю для идиотов… ПРЕЗЕРВАТИВЫ! — ну, его выдержка сказала всем пока. — ТЫ СКОТИНА, ЧТОБ ТЕБЯ НЕГРЫ НАГНУЛИ! ТЫ СМЕКАЕШЬ, ЧТО БУДЕТ, ЕСЛИ ЭТИ РЕЗИНОЧКИ ДЛЯ ПЕНИСА НЕ НАДЕВАТЬ?! — Эй эй! Не голоси! Что случилось то? — немного испугался такого тембра в свой адрес панк. — Не кричи на моего брата. — нахмурился Ребел и встал. — А ты рот на замке лучше держи! — огрызнулся Раф, но успокоился, когда Лео легонько сжал его плечо. — Черт… — Что случилось то все-таки? Мне кто-нибудь скажет? — спросил вновь Свифт. — Майки… Он… — начал Донни. — Что с ним?! — вскочил панк, но его остановил Ребел. — Беременный он, придурок безмозглый. — прорычал Рафаэль и отвернул голову. В логове повисла тишина. Панки замерли в тех позах, в которых находились. Ниндзя же следили за их мимикой, ожидая дальнейших действий. Через 10 минут Ребел очнулся от ступора и посмотрев на братьев, сказал им собратья в круг. Они это и сделали. Первый начал Ребел: — Свифт. Орать на тебя бесполезно. Я не против, чтоб у тебя и Майки был ребенок, тем самым делая меня и младших дядями. Но у меня вопрос… Готов ли ты стать отцом? — Он? Отцом? Не смеши мой скейт, бро. — тихо сказал М.С.и получил по голове. — Ай… — Я не… Я не знаю… Это так неожиданно… — до сих пор прибывая в шоке, шептал Свифт. — Прими. — вдруг сказал Гоуст. — Что? — удивились все трое. — Это твой ребенок. Не успел вытащить — теперь думай над тем, что нужно делать для обеспечения ребенка. Ты станешь отцом по любому. Откажешься — пристрелю. — грубо сказал Гоуст. — Я не… — начал Свифт. — Пристрелю. — повторил оружейник. После разговора, панки подошли к ниндзя и озвучили свой ответ. Они не станут избегать ответственности и с радостью принимают новость о малыше. Особенно клялся Свифт. Он ни за что не бросит Майки. Ему тоже сейчас сложно. В нем будет развиваться новая жизнь. А Свифту всего лишь надо быть рядом и оказывать поддержку своему солнышку. — Можно к нему?.. — спросил Свифт. — Он спит. — нахмурился Раф. — Можно. — сказал Донни, закрыв Рафу рот. — Думаю, он будет рад тебя видеть. Сразу после этого, панк полетел в комнату парня, не обращая внимания на недовольство Рафаэля. Зайдя к возлюбленному, Свифт увидел его… Тот сидел и тихо плакал, обнимая живот. Видно, что ему плохо. Подойдя к омега, панк нежно погладил его бедра и сел на корточки. Микеланджело посмотрел на него и шмыгнул носом. Его губы дрогнули и слезы потекли сильнее. — Ччч… — успокаивающе прошипел альфа, вновь погладив бедра. — Свифт… Прости… Пожалуйста… — шептал Майки, вытирая слезы с красных щек. — Ну чего ты извиняешься? За что? За то, что ты залетел по моей вине? — усмехнулся панк, погладив его живот. — Милый, ты ни в чем не виноват. Тем более, ты же хотел ребенка? Это наш шанс стать родителями. Понимаешь? — Но ты же говорил, что пока не готов. — сказал омега, но тут же на его губы лег чужой палец. — Теперь готов. Честно. — улыбнулся альфа и нежно обнял возлюбленного. Микеланджело вновь заплакал, но уже от счастья. Он обнял Свифта и уткнулся ему в плечо. Поглаживая по голове своего любимого, альфа шептал ему на ушко: — Я тебя не брошу одного. Никогда.