Альфазол.

Гоуст лежал на полу и тихо мычал. Его гон проходит очень плохо. Внизу тянет, пах болит, садиться вообще невозможно. Голова гудела, в штанах пульсирующий стояк, хочется или сдохнуть, или трахнуть что-нибудь. Зажмурившись от новой волны возбуждения, Гоуст все-таки спустил руку вниз. Он не хотел трогать себя во время гона, так как хотел получить похвалу от Рафаэля. Но черт, он не мог сдержаться! Его член скоро синим станет, если не кончит хоть один раз. Взяв своего дружка в руку, панк стал дрочить. С каждым движением Гоусту становилось больнее. Он чуть ли не выл от боли, уткнувшись в пол лицом. Его дыхание участилось. Сейчас кончит. — Давай сюда, он наверное тут. — сказал кто то с лестницы. Это братья пришли и ищут его. Вот черт. Если сейчас перестать, он будет выть еще громче. Он не перестал и продолжил дрочить, не смотря на то, что его братья зашли и лицезрели на сие удовлетворение. — Черт, Гоуст… — сказал Реб и пожалел. У Гоуста проснулась жажда крови. Убрав руку из штанов, он встал на ноги и сверкая своими злыми глазами, напал на братьев.

***

— Так… — промычал Донателло. — Вот. Готов, Лео? Две беты и Рафаэль сидели в лаборатории уже битый час, пытаясь создать сыворотку. Леонардо невольно кивнул, нервничая. Нет, он не о здоровье боится, а о провале. Если ничего не выйдет, то придется сказать Ребелу правду. А этого бета хочет в самую последнюю очередь. — Да, давай уже. — сказал Лео и взял пробирку. — Лео, только аккуратнее. — сказал Рафаэль, обнимая живот. — Говори, если почувствуешь изменения. — предупредил Донателло, сев рядом с Рафом. — Ну… Фуф… С Богом… — прикрыл глаза мечник и залпом выпил розоватую жидкость. Омега и бета замерли, смотря на старшего брата. Тот причмокивал губами, морщась от неприятного вкуса сыворотки. — Ну?.. — спросил Рафаэль. — Есть изменения? — Ммм… Нет. — выдохнул Леонардо. — Придется сказать… — Может нужно время. — сказал Донателло, смотря на пустую колбу. — Сколько примерно? — Думаю… Дня три-четыре. Лео сильно расстроился. Скоро Ребел начнет давить, когда придет. И что ему ответить? «Прости, у меня просто нет матки.»? Панк тогда вообще его уничтожит. Так как он врал ему все время…

***

Ребел и М.С. вернулись побитые. Гоуст и так сильный, а во время гона он вообще терминатор. Но они знали, на что шли. Ведь ни Ребел, ни М.С. не хотели спорить с омегой Гоуста. Тогда бы их ждали синяки поярче нынешних. — Эх… Побил нас, как детей. — вздохнул М.С., усаживаясь на диван. — Ему простительно. Он не со зла. — сказал Ребел. — Главное, что он живой и Рафаэль будет доволен. — Да… Гоусту и Свифту повезло… — начал М.С. и повесил голову. — О чем ты? — выгнул бровь панк. — Омеги у них. Буквально с первого раза залетели. А наши? Сколько не ебемся, ребенка зачать не можем. Может в нас проблема или они что то утаивают? — Думаю второе. — сказал альфа брату. — С нами все отлично. — Ну, значит… Будем пытать вопросами? — Да. Мне надоело гадать. На этом братья разошлись. Спустя время, после объяснения Рафу, что с Гоустом все отлично, наступил вечер. Донателло остался сидеть в лаборатории, а Леонардо трусливо поплелся в комнату. Главное, чтоб Ребел не спрашивал. Иначе Лео перед ним разревется.