Танец

Филипп сидел в мешкоподобном кресле, почти полностью провалившись в него, и наблюдал из-за полуприкрытых глаз за Николаем. Басков разучивал новую песню, которая ему очень нравилась, но которая никак не получалась. В который раз он начал плавный медленный припев и сбился с ритма. — А, чтоб всё провалилось! — вспылил Коля, швыряя на пол бумаги с текстом и нотами. Блондин повалился в кресло рядом с Филей, обессиленно закрывая глаза и потирая переносицу. — Я никогда не выучу эту чёртову песню, — почти спокойно сказал он. — Она же тебе нравилась? — несколько лениво, но стараясь придать голосу хоть немного участия, насмешливо спросил Филипп. — И продолжает нравиться! — с жаром подтвердил Николай, подаваясь вперёд и вглядываясь в карие глаза друга. — Она же о любви, а я так люблю песни о любви! — Я заметил, — усмехнулся Киркоров; сонливость постепенно исчезала. — У тебя весь репертуар любовный. — Почти весь! — значительно поднимая указательный палец, поправил Басков. — Не понимаю, что тебе не нравится, что плохого в песнях про любовь? — Ничего, — дружелюбно улыбнувшись, Филипп пожал плечами. — Но песни о любви должны кому-то посвящаться. Коля наклонил голову, как бы соглашаясь с другом, но ничего не ответил. Певцы помолчали, но потом Басков задорно тряхнул головой и вскочил с кресла. Филипп, привыкший к выходкам друга и его частой смене настроений, вопросительно посмотрел на него. — Ты умеешь танцевать? — голубые Колины глаза искрились какой-то странной, неведанной идеей. — Конечно, — удивился Филя, — иначе что мне на сцене делать? — Нет, я не это имел в виду! — Басков активно замахал руками. — Я про парные танцы. Вальс там какой-нибудь, — певец замолчал, выжидательно глянув на друга. Филипп встал. Ему было непривычно смотреть на Колю снизу вверх. — Не умею, — Киркоров немного лукавил: он имел кое-какое представление о вальсе и даже танцевал его несколько раз, но ему хотелось доставить другу удовольствие. Николай только этого и ждал. Он улыбнулся широкой искренней улыбкой во всё лицо и подошёл поближе к другу. — Хочешь, я тебе научу? — кротко спросил он, наклоняя голову к плечу, видимо в попытке пародировать мультяшных собак. Филипп мельком глянул на большой, висящий на стене, календарь. Сегодня было четырнадцатое февраля, День святого Валентина, и на Колю, видимо, напало романтичное настроение. — Хочешь на мне потренироваться, чтобы вечером потанцевать с какой-нибудь красоткой? — шутливо поддразнил Филя, подавая блондину руку. Коля осторожно, нерешительно вложил свою ладонь и с таинственным видом глянул на Филиппа. «Он со мной флиртует?», с чувством умиления и некоей гордости подумал Киркоров, продолжая ласково и покровительственно улыбаться. Басков положил руки на широкие плечи певца, нежно поглаживая их. Он стыдливо смотрел куда-то в пол, но когда Филипп приобнял его за талию, Коля весь вспыхнул и вскинул голову. Филя с интересом наблюдал за спектром эмоций, отражающимся на порозовевшим от смущения лице Баскова. Ему нравилось, что он, и только он, мог так воздействовать на самого известного блондина страны. Нравилось видеть стыдливый румянец, застенчивые, но открытые и добрые взгляды, нравился Колин тихий голос во время их совместных вечеров… — Вальс танцуется на счёт раз-два-три, и партнёры двигаются практически в одном квадрате, переступая ногами по его вершинам и постепенно передвигаясь вперёд, — выпалил Николай, прерывая Филины мысли. — Я не очень понятно объясняю, но… Филипп не дослушал его, начиная вести своего партнёра и мысленно считая такт. — Коленька, ну, посмотри на меня! — нежно попросил он, всей душой желая видеть перед собой влюблённые голубые глаза, а не светлую макушку. Басков, сердце которого пело от ласкового обращения, открыто улыбнулся. — Ты знаешь, какой сегодня день? — звонко спросил он. — Четырнадцатое февраля, кажется, — Филипп огладил талию блондина, переместив тёплые ладони чуть ниже, чем следовало бы, но обоих это уже не напрягало. — День всех влюблённых, — продолжая улыбаться, подтвердил Коля и прижался к партнёру, положив голову на его широкую грудь. — Я рад, что мы вместе в этот день. — Правда? — промурлыкал ему на ухо Киркоров. — Отчего же? — Ты сам знаешь, — хитро ответил Николай, потеревшись кончиком носа о Филино плечо. — Нет, не знаю, солнышко, — понижая голос до интимного шёпота, сказал Филипп и остановился. — Скажи же мне. Он взял Колю за подбородок, вынуждая Баскова смотреть ему прямо в глаза. Блондин смирно стоял, с умилением и покорностью глядя на Филю. — Я люблю тебя, — просто, уже безо всяких ужимок, прошептал он. Филипп помолчал, улыбаясь. Николай будто и не ждал ответа на своё признание, он просто любовался своим танцевальным партнёром. Филя наклонил голову и нежно, по-родному, поцеловал Колю в лоб. — И я тебя тоже.