Аргел Тал: Второй шанс

Странно это признать, но Рейн был прав. Тело требовало пищи. К счастью, местная столовая могла похвастаться достаточно обширным выбором еды на любой вкус. Но прежде чем унять голод, нам потребуется сменить одежду. В следующий раз, использую магловскую, не жалко. — Он меня бесит. — тихо прорычал Рейн, указывая на стоящего в углу Невилла. Надо отдать ему должное, даже ощущая такое количество ненависти, он смотрел прямо в глаза Рейнхарта. И этим он раздражал его ещё больше. — Учти, в следующий раз со стрижём лишнее…например, голову. — Могу узнать причину? — перспектива ещё одной дуэли не то чтобы волновала, но лишнее внимание нам не нужно. И так уже засветились. — Они все такие. Гордые и храбрые, будто пришли из времён сеньоров и вассалов. Лонгботтомы нередко сражались на стороне воинов-королей древности…как и мы. — в голосе Рейна на миг промелькнуло уважение, в миг сменившееся злостью. — Символ эпохи, что должна навечно исчезнуть. — А как же «цеховая солидарность»? — спросил Альтер, с интересом подключаясь к нашей беседе. — Одно же дело делали, разве нет? — Со стороны, может показаться и так. — согласился Рейн, отпивая сок из кубка. Пьёт одним глотком, совершенно не заботясь о том, как это выглядит со стороны. Впрочем, если вспомнить о его стремлении «держаться в одном темпе», жажда вполне закономерна. — Мы были воинами, а не солдатами. — Вы были львами, а не волками. — после сказанных слов Рейн кивнул, принимаясь за курицу. Пахло вкусно, думаю и мне стоит ради приличия что-нибудь съесть. — Все награды и признание доставались им. А кто вспоминал о нас? — сказал он, всё также наблюдая за Невиллом. — Пушечное мясо, вот кем нас считали. — Ужасно. — прошептал Альтер, после чего прокашлялся. Роуг была слева от меня и сочувствующе смотрела на нас. В этом взгляде не было притворной жалости, чувство было настоящим. — В любом случае, впереди у нас будущее. — оптимистично сказал Рейн, протягивая мне рульку. — Ешь, давай. — Не голоден. — отказываюсь от еды и всматриваюсь в ряды гриффиндорцев. После произошедшего в гостиной нас определённо назовут чудаками как минимум. Не лучшее начало. Рон сел справа от меня и протянул руку. Отвечаю рукопожатием. Тот видимо уже привык к нашим «странностям», о чём свидельствует расслабленная поза и искреннее желание подружиться. — Привет всем, как всё прошло? — спросил он, поедая стейк. Ему ответила Роуг. — Неплохо. Нас отправят на отработку к Хагриду, но это лучше чем уборка у Филча. — сказав это, она сжала в руках палочку. Альтер был напротив меня и смотрел прямо на меня. В его руках была вилка, которой он отстукивал некий ритм. Четыре удара…затем отпил немного из кружки с чаем и улыбнулся. Крауч с шестёрками, не иначе. Кивнув, разминаю шею. Рейн всё понял. Он наш лучший дуэлянт потому, что по совместительству является единственным дуэлянтом. — Как, ты можешь есть рядом с ним? — удивлённо прокричала одна из сопровождающих Гермиону девчонок. Та самая, что беспокоилась о украденном чае. — Низкопробная и чёрствая душа. Мерзкий привкус, для всех кроме Нургла. Отчаяние и желание найти опору в этом мире. Тяжёлое детство и слабость. Теперь понятно, почему она так усердно служит. Тупой клинок, не выдержит заточки. — Раум показал себя, заставив мои губы изогнуться в усмешке. Ему почти физически неприятно видеть эту душу. Уверен, теперь перспектива «голода» не кажется ему столь ужасной. — Спокойно и молча. — отвечаю ей, после чего возвращаюсь к еде. Гермиона сразу же увидела эту провокацию, но не ответить не могла. Ей были нужны пешки, и желательно мотивированные. Но было видно, что само по себе противостояние даже в устной форме, для неё непривычно. Не привыкла, что диалог подразумевает общение с собеседником, а не только его подавление? Директор уже говорил с ней, был бы идиотом если бы этого не сделал. Судя по тому, что она из себя представляет, поводов и до нашего доклада было достаточно. Мы просто «под руку» попали, и скорее всего будем свидетелями. До этого тоже дойдёт, так как разбирательства с «верховными», редко решаются тихо. На меньшее рассчитывать не приходится. — Как же низко ты пал. Подбираешь предателей и отступников, калечишь и оскорбляешь хороших людей! Учитывая твоё положение, меня нисколько не удивило отсутствие почтения к моему Роду, твоё право. Но, вмешавшись в дела моей семьи и оскорбив её честь, ты практически объявил нам войну. По старым правилам, мой дед имеет полное право объявить её вам. — в голосе Крауч помимо обвинения отчетливо слышалась уже привычная самоуверенность. Угроза имела бы какой-то вес, если бы сама Крауч вышла против Рейна в прошлый вечер, а не отправляла лакея. — Этот закон отменили как несостоятельный. Слишком много крови пролилось из-за совершенно надуманных причин или их отсутствия вовсе, поэтому объявление войны одному из Родов, будет расцениваться как преступление. — Скарлетт встала со своего места и поддерживающе смотрела на меня. — К тому же, твои пешки быстро ломаются. — ухмыльнулся Рейн, принимая общую ненависть трёх нурглиток на себя. Конечно метка была только у Крауч, но это лишь вопрос времени. — Вас размотать не сложно, и не такое умеем. В следующий раз приведи другого «чемпиона», с тем было скучно. — Как я и говорил, тебя ничего не остановит. — констатировал Альтер, встав по правое плечо от Рейна. — Ага. Опасные родители, в числе которых был бывший Пожиратель…хотя все мы знаем, что оттуда выходят только одним способом — ногами вперёд. — Рейнхарт заслонил Скарлетт, на случай если у Крауч сдадут нервы. Он этого и добивался, но давать шанс врагу не собирался. — Их оправдали. — напомнил Альтер, как-бы сглаживая углы. Но тот же Рон прекрасно понял, что Алехандро был не в восторге от этого решения Министерства. — Значит, как мочить людей без разбора так оправдали. А как оборотней вырезать, уже видимо нельзя. — с усмешкой сказал Рейнхарт. — Как низко ты пал, Рейнхарт. — выплюнул Дин, презрительно посмотрев на Рейна. Тот будто не сразу заметил говорившего, смотря сквозь него. Ещё одна грань «безумия», которую мой друг использовал для создания нужного образа. — Возможно, но у меня есть цель и амбиции. Ну вот. Заболтался я тут с вами, у меня же полёты! — Рейнхарт резко вскочил с места, и на ходу сбил с ног двух «подружек» Гермионы, после чего покинул большой зал, минуя проходящих мимо с поразительной точностью, уходя от столкновения в последний момент. Не безумец, слишком техничен. — Он оставил этих фурий на нас? — удивлённо спросил Альтер, глядя в след удаляющемуся Рейну. Мой кивок послужил ему ответом. — Оставь их в покое. — твёрдо проговорил Рон, встав между мной и Крауч, что отважилась подойти ближе. — Тебе слова не давали, «Предатель Крови». — ответила она, сжимая палочку. Но мой рывок был быстрее. — Одно моё слово и… Резко развернувшись, бью наотмашь, ощущения были такими, будто кулак натолкнулся на камень. Раум охотно влил немного своей энергии, усилив удар в челюсть. Раздался хруст, тело покачнулось, из горла вышел хрип. Но она не упала. Времени мало, не больше пяти секунд. Хватит на ещё один удар, не более. — Слишком много даров Неумирающего Бога. Нужно воздействовать на сам концепт изначальной боли. Огонь и металл — те слабости, которые и позволяют изгонять демонов. — подсказка Раума была излишней. Даже если бы в моих руках был болтер, толку было бы не больше. Нургл укрепил свою пешку, меня спасла лишь внезапность. Бью в солнечное сплетение, мысленно взывая к Императору. В моих руках на мгновение появился клинок из алой стали. Один из моих старых мечей, до Кадии и одержимости. Для верности, вонзаю меч по самую рукоять. Послышался треск, иллюзии вокруг Крауч развеялись. У любого смертного она вызвало бы омерзение. тело раздуто от разложения и источает всепроникающий, терзающий разум смрад. Шершавая зелёная кожа омертвела и покрылась гноящимися болячками, набухшими чирьями и заразными фурункулами. Рот был усеян грязно-жёлтыми зубами, по которым проходил изрезанный язык. Раум замедлил время вокруг, мгновение было растянуто на несколько минут, защищая меня от трупного дыхания этой мерзости. Мой меч застрял в скоплении жира, пропитавшись отравленной кровью и ихором. В глазах Крауч появилось удивление, сменившееся снисходительным весельем. Через её глаза на меня смотрел сам Повелитель Чумы. В моих руках была лишь рукоять с обломанным клинком. Она ответила ударом ржавого ножа, оставив на моём левом ребре небольшую царапину. Успех ободрил её, и она попыталась атаковать снова. Царапина занесла яд в моё тело. Впервые после своего перерождения чувствую подобную боль. Боль накатывает, кровь смертного вряд ли способна замедлить заражение. Знала ли тварь, что этот поступок выдаёт её с головой? Даже если и знала, навряд ли беспокоилась об этом. Эти мысли быстро исчезли, уступив место отчаянию умирающего и холоду могильного склепа. Неужели, я умру именно так? Монстр поворачивается в сторону Альтера, чувствуя его больную плоть. Наши взгляды встретились, и в её глазах не было ни капли сочувствия или проблеска человечности. «Марионетка, в руках чудовищных сил» нет более точных слов для описания этой мерзости. Крауч направилась к Скарлетт, душа которой была окружена золотым сиянием. «Мы выстоим против шторма, на краю бездны. Вооружённые лишь решимостью сокрушим врага, во имя человечества…и Императора возлюбленного всеми!» — слова литании, что приходилось учить под надзором Эреба, помогла справится с нахлынувшим отчаянием. Раум сражался с демоническим фамильяром в Варпе, и не мог прийти ко мне на помощь. Но пришёл кто-то другой. — Используй мою силу. — голос принадлежал не Рауму. Времени почти не осталось. Чуждая мне энергия, была подобна океану. Её было столь много, что на миг показалось будто в ней можно утонуть. Удар был направлен в место разреза, и судя по ощущениям вполне мог раздробить скелет смертного с одного удара. Крауч осталась жива и после этого, силой удара её снесло на несколько метров. Лишь чудом, на пути этого импровизированного снаряда не оказались другие ученики. Время возобновило привычный ход, Крауч снова накрыла себя иллюзии, не иначе Нургл прикрыл. В любом случае, друзья были в безопасности. Чувствую, что рана не до конца затянулась, Альтер не даёт упасть. Крауч также подняли пешки, что с ужасом смотрели на меня, и на оставленную на её теле рану. Обломок меча исчез, так как был психическим оружием. — Поглотил. Фамильяра. Было не просто.— Раум также был утомлён, что странно для демона. Он продолжил говорить, пока Альтер уводил меня из Зала в сторону Больничного Крыла. Роуг и Рон шли следом, о чём они говорили было не разобрать, в ушах будто бил колокол.— Ты разорвал связь фамильяра с девчонкой, ему было некуда вернуться, и он остался без подпитки. Тебе помогли со стороны, сильный псайкер. — Очнись! — крик Роуг вывел меня из забытья. Каким-то образом, меня уже лишили верхней одежды. — Прошу, не молчи. — Я…в порядке. — слова давались тяжело, в это же время Помфри водит палочкой вокруг моего тела, наверное сканирует на наличие внутренних повреждений. Порез оказался не таким маленьким, по краям образовалась бледно-зелёная корка. Затем, рана уменьшилась под действием заклинания, также как и боль. Зелье выпиваю не задумываясь, объяснять не стали, и так понятно, что лекарство. — Что это было? — Рон всё ещё был под впечатлением, и не знал как ему реагировать: в страхе отойти от меня, или же расспросить подробнее о причинах моего поступка. — Я понять ничего не успел. — Сам не знаю. Закрыл глаза, уже бью в челюсть. Снова моргнул, уже здесь. — пожимаю плечами, мысленно смеясь на подобной отмазкой. Они поняли, говорить мне сейчас не хотелось. — Спасибо. — сказала Скарлетт, с искренней благодарностью в голосе. Её слова были слышны только мне. Не успеваю удивиться, как в помещение входит Дамблдор. Он сочувственно смотрел на меня, но вместе с тем в его взгляде теплился страх. Едва заметный, но очень знакомый. — Как я и говорил, вы интересный человек, мистер Хайон. — спокойно проговорил директор, но лишь внешне. Раум был готов к бою, даже в довольно ослабевшем состоянии. Душа фамильяра поглощается медленно, чтобы иметь некий запас свободной энергии. Подпитываться через Ваоп напрямую — затея суицидальная. — Всё в порядке. — отвечаю ему, попытавшись встать. Не получилось. — С этим утверждением, я бы поспорил. — этот высокомерный голос был мне отлично знаком. Кор Хайон медленно подошёл к моей кровати, кивком поприветствовав директора. — Кор…почему ты здесь? — в ответ на мой вопрос, «брат» протянул мне моё письмо. — Директор, искренне прошу простить этого молодого человека, за его необдуманные поступки. — проигнорировав мой вопрос Кор начал извинятся перед Дамболдором, но тот остановил его. — К счастью, не произошло ничего такого, о чём можно было бы волноваться. — спокойно заверил директор. Мадам Помфри вернулась с бинтами, и новым флаконом с зельем. Отвратный вкус, искупался необходимостью лечения. Раум мог бы исцелить эти раны, но не сейчас. Придётся довериться навыкам местного медике. — Прошу воздержаться от физических нагрузок, как минимум ближайшую неделю. Обязательно освобождение от урока полётов. — наставительно сказала Помфри. Дамблдор в это же время внимательно смотрел на меня, будто ожидал какого-то действия или слова. — Как вы себя чувствуете, Альтер? — Лучше. В боку колит, а так ничего. — сказал Алехандро, на что Помфри лишь сочувственно покачала головой. Колдомедик отвела Альтера чуть дальше, видимо всё намного серьезнее. Мне удалось расслышать ответ Помфри, что заставил мою кровь застыть в жилах. — К концу года, вам нужно пройти повторное обследование. Боюсь, что не могу вам помочь. «Синдром янтарного свинца»…не думала, что когда-нибудь столкнусь с подобным. — её голос дрогнул, но Алехандро был спокоен. Он знал обо всём задолго до этого. — Это наследственное. Я — последний. — коротко ответил он, его слова вторили капающим из глаз слезам. — Удалить эти образования, не навредив внутренним органам…с трудом себе это представляю. Но боль затихла, а грудная клетка постепенно регенерирует, возможно… — Помфри хотела сказать ещё что-то, но Ворон перебил её. — Об этом мне тоже говорили. Эта боль…она практически не стихает! Вы можете помочь мне…окажите «последнюю милость». — Алехандро понизил голос до едва уловимого шёпота. Он практически умолял о прекращении своих страданий. — Я…не…могу. — ответила Помфри, на что Алехандро лишь вздохнул, вернувшись к нам через несколько минут. На этот раз, мне удаётся встать на ноги. Брат отдал мне свёрток с завёрнутым внутри мечом. Судя по весу, это был не тот меч, что использовался в прошлых спаррингах. Он был короче в два раза, и имел одностороннюю заточку. Золотая рукоять выглядела достойно, сразу заметно мастерство создателя клинка. Ножны были обычными, без каких-либо знаков или эмблем. Довольный этим подарком, вешаю меч за спину. Сегодня ночью, он окропится кровью. Жаль, что Рейн не смог присутствовать здесь, чтобы оценить это оружие. Впрочем, Рейнхарт не заставил себя долго ждать, и встал позади Алехандро, стараясь не встречаться со мной взглядом. — Помните, никаких физических нагрузок. — напомнила Помфри, проверяя хорошо ли затянуты бинты. До нашего «наказания» оставалось пара часов, можно и поспать, но уж лучше в своей спальне. Алехандро помог подняться, и дружественно подставил плечо. Быть обузой не хотелось, так как в случае чего друзьям придётся защищать меня. Унизительно, учитывая больший боевой опыт с моей стороны. К тому же, вряд ли мне удасться спокойно поглотить души этих «волшебных существ», не привлекая внимания. Алехандро может стать хуже в любой момент. Меня восхищает его спокойствие и смелость, пусть и рождённые отчасти отчаянием. В этом даже есть логика: «Чего боится тот, кто всё равно умрёт?» — так было написано в одном из рассказов Терры, и ситуация тогда казалась мне невозможной. Но не теперь. Он не умрёт. Мы сделаем для этого всё, что потребуется. «Я чувствую твою боль. Ты хочешь исцеления, не сколько для себя, сколько для других.» — в голове снова прозвучал холодный голос, но теперь в нём можно было различить человеческую интонацию. — «Есть легенда о существе, способном своей кровью исцелить любые раны и болезни. Но есть условие: кровь должна быть отдана добровольно. Если забрать её силой, Мать-Магия навеки возненавидит тебя, даже если кровь была нужна во благо. «Где мне найти это создание?» — внезапно появившаяся надежда на исцеление друга, стоила всего. Проклятье…пусть так. Это будет частью моего покаяния. «В месте где царит вечная ночь, он будет подобен звезде.» — ответил голос, после чего контакт был разорван. Раум попытался отследить источник, но не преуспел. В гостиной, отвожу Альтера в угол чтобы разговорить его. Сопротивляться он и не думал, наверное смирился. Благодаря очередной «чайной вечеринке» Крауч, нас даже не увидят. Альтер выжидающе смотрел на меня. Рейнхарт оставил нас, и начал приготовления к «охоте», что только сыграло мне на руку. — Что ты хотел узнать, Дэвид? — устало спросил он, просто для факта. Потому, что кто-то должен был начать разговор. — Твоя болезнь. Или лучше назвать её проклятьем? Ты умираешь…и я намерен помочь тебе. — в ответ, он лишь грустно улыбнулся, приподняв голову, из-за чего мне открылся вид на его шею. Её покрывали едва заметные опухоли. — Помфри была девятнадцатым колдомедиком, подтвердившим мои прогнозы. Не знаю как ты узнал об этом, но с этим ничего не сделаешь. Думаешь мне не надоело видеть эти сочувствующие-лицемерные лица? Они НЕ ЗНАЮТ, как можно спасти меня, тогда зачем оттягивают неизбежное? Я знаю семнадцать заклинаний способных положить конец моей боли…но у меня не хватает духа. Я такой же трус как и они. — на лице Алехандро проявился бессильный гнев, порождённый страхом. Словно безвольный манекен, отвожу его в комнату. Рейн сделал вид, будто не заметил нашего появления, продолжая тренировать применение Протего. Говорил он практически шёпотом, но на удивление ясно. Алехандро упал на кровать, что стояла напротив моей. Прислушавшись, можно было услышать одинокий всхлип. Слишком долго он держал эмоции в себе. Мне стало стыдно за свои расспросы, ведь это не моё дело. Тогда почему? Собираю зелья, затем вспоминаю о дневнике. Новая запись содержала в себе пересказ дуэли и разговор с Дамблдором, а также дополнение к историям Рейна и Алехандро. Вытащив меч, для проверки совершаю пару несложных движений, для проверки баланса и веса оружия. Наброски меча и истинный вид Крауч также были отображены на этих страницах. О личности «помощника» думать было рано, но глупо было отрицать полезность его действий. — Ты готов пожертвовать своими интересами ради смертных, которых даже не знаешь. Наивно, Аргел Тал. «Если «исцеляющая кровь» действительно столь эффективна, нам стоит получить её в свои руки. Исцеление Алехандро лишь подтвердит мою догадку, если же это не поможет, во всяком случае мы попытались его спасти, что лишь расположит его к нам.» — в моих словах была лишь привычная логика и расчёт, что вполне устроила Раума. Чувства и эмоции не возымели бы никакого эффекта, он не способен их понять в той или иной мере, воспринимая как слабость. — С чего ты взял, что существо из сказки вообще существует, и тебя не пустили по ложному следу воспользовавшись пробудившейся в тебе человечностью? «Как говорил мне Кор: «Хогвартс будет похож на сказку», в таком случае почему бы и другим сказкам не стать реальностью? Мы летали на мётлах, видели оживших мертвецов и сражались с помощью деревянных палочек…в этом месте многое может стать реальностью.» — Увидим. Но не говори, что я не предупреждал тебя. Впрочем не в первый раз, ты пренебрегаешь моими советами. — в голосе демона снова появилось ироничное ехидство, столь привычное мне. Как бы он не осуждал мои действия, он всегда будет рядом. Такова наша судьба. Через три часа, нас уже ожидал Хагрид. Филч сопроводил нас в восточную часть Хогвартса, отсюда можно было увидеть Главные ворота, а также далёкие очертания Астрономической и Гриффиндорских башен. Сама хижина удобно располагалась между замком и входом в Запретный лес. То есть, Хагрид по сути выполнял роль сторожа. Слушать страшилки Филча на тему: «Раньше в Хогвартсе применялись пытки», не хотелось от слова совсем. Раум уже хотел свернуть ему шею, и судя по лицу Рейна, он навряд ли бы меня выдал. Алехандро и вовсе не слушал, полностью предавшись своим горьким размышлениям. Раум не выдержал, и выговорил на одном дыхании. — Закрой пасть, выродок! — сказать, что Филч не ожидал услышать подобного в свой адрес, значит ничего не сказать. Раздвоенный голос помог нагнать жути, причём не только на него. Пёс Хагрида определённо почувствовал сущность внутри меня, иначе никак нельзя объяснить ужас последнего. Смотритель хотел что-то сказать, но встретившись со мной взглядом, благоразумно сдержался. Его угрозы не пугали, просто раздражали, не давая прочувствовать энергию этого места. — Всем привет. — сказал Хагрид, при том выглядел он слегка помято, будто выпил. Но в остальном, выглядел он серьёзно. Ещё бы, не на прогулку ведь идём. — А это не опасно? Директор же предупреждал, чтобы мы туда не совались. — задаю вопрос Хагриду, но тот лишь покачал головой. — Одних вас туда никто не отпустит, для этого здесь я. Держитесь рядом, и ничего страшного не произойдёт. — заверил он. Странно, но мне хотелось ему верить. Хагрид шёл вперёд, нам оставалось лишь пытаться не отстать от него. Мы прошли по относительно светлой опушке, на которой еще можно было спокойно ориентироваться, благодаря лунному свету. Впереди возвышались темные деревья и царил полумрак, но моё внимание привлекли не они. На земле блестели серебряные следы. Рейн увлеченно рассматривал кроны деревьев, Роуг опасливо косилась на пса Хагрида. Могу с ней согласится, это зверь не вызывал никаких приятных ассоциаций. — Можно…взять тебя за руку? — тихо спросила Скарлетт, на что отвечаю лишь кивком. Вцепилась она просто мёртвой хваткой, по меркам ребенка конечно. — Как думаешь…те истории про оборотней правда? — Бред безумца, не более. Дамблдор был бы плохим руководителем, если бы позволил столь опасным существам находится в непосредственной близости от нас. Поэтому, нет. — несмотря на мою резкость, Роуг заметно расслабилась. — Всех порвём. — подтверждающе прокричал Рейн, для убедительности отсалютовав кинжалом. Похоже, мой подарок и правда пришёлся ему по вкусу. — В Лесу неладное творится. — коротко проговорил Хагрид, останавливая нас. Он также заметил серебряные следы, и судя по всему ничего хорошего из этого не выйдет. — Единорог убит, ещё один ранен, тяжело. — Какое нам дело до этого животного? Его сожрут, не нас. — категорично заявил Рейнхарт, на что Скарлетт и Алехандро лишь удивлённо переглянулись. Хагрид тоже был в шоке, но быстро взял себя в руки. Меня больше беспокоил тот факт, что нам будто позволили найти это место. Чтобы опытный лесничий не обнаружил эти следы сразу же? Этот зверь, даже его кровь несёт в себе впечатляющее количество энергии. Не было бы здесь остальных, с радостью бы поглотил. Тем временем, Хагрид сказал нам разделиться. — Рейн, присмотри за Алехандро. — бросаю ему, прежде чем мы разошлись на развилке. Тот лишь кивнул, схватив друга за рукав мантии. — Головой отвечаю. — выкрикнул он, со всей серьёзностью в голосе. Должно быть проникся. Тем временем, мы удалялись всё дальше. Впереди будто зажглась путеводная звезда…как и предсказывал тот голос. Ещё немного, и наши с Альтером страдания закончатся. Раум утолит свой голод, а Альтер исцелится. Впереди уже показалась опушка леса, в центре которой лежал единорог. Рядом с ним стояла фигура в тёмном балахоне, внешне напоминающая человека. — Скарлетт, в случае чего разбегаемся и атакуем всем, что есть. Будь готова. — предупреждаю её, но это и не требовалось. Она уже сжимала палочку в правой руке, последую её примеру. Меч был за спиной, не зачем использовать его без крайней нужды. Тень поднялась, и атаковала нас снопом алых искр. Разбегаемся и отвечаем своими заклятиями. Благодаря эйдетической памяти, нужные жесты и слова могли быть воспроизведены в мельчайших подробностях. — Протего. — призываю щит, отразивший жёлтую вспышку в сторону камня. Никакого эффекта, должно быть работает только на людях. — Ступерфай. — прокричала Роуг, ударив в открывшуюся спину врага. Тот уклонился, и заклятье едва не поразило моё тело. Наш противник был ловок и быстр, не произнося при этом ни слова. Затем словно растворился, превратившись в облако дыма. Затем, позади меня раздался шелест листов, это был сигнал. Наш удар был одновременным. Меч прорезал чёрный балахон в области груди, но и псайкер успел сказать одно единственное слово. — Круцио. — могильный шепот псайкера пробирал до костей. В следующую секунду меня как будто медленно разрывали на части, предварительно подняв над землёй. Псайкер подвесил меня на линии атаки Скарлетт, как живой щит. В скелет будто вставили раскалённый прут, затем повернули и резко вытащили. Кровь закипела, в глазах потемнело. Раум атаковал в своей эфирной форме, заставив псайкера потерять концентрацию. Этого мне хватило. — Магна Феррум. — в сторону псайкера летел поток воздуха, сравнимый по пробивной силе с мечом. В последний момент, он сместился и удар лишь задел левую руку. После чего, он просто растворился в воздухе. Раум влил свою энергию, помогая удержаться на ногах. Совершаю рывок, затем ещё один. Без лишних слов, позволяю Рауму начать поглощение души единорога. Выпиваю исцеляющие зелья, затем кровь единорога. Это было не сравнимое ощущение. Сладчайший нектар или дорогое вино, не могли бы сравниться с этим. Появилось ощущение могущества и силы, усталость и боль стали несущественны, и блеклы. Это было оно, средство исцеляющее тело и разум. Наполняю пустые склянки до отказа. Затем две фляги, жалея лишь о том, что не могу взять больше. Да! Я чувствую это! Дитя Лже-Богини, несущее её отпечаток. Наше терпение было вознаграждено. Ты чувствуешь этот вкус, Аргел Тал? — демон наслаждался каждым мигом, прощая мне мою неспешность в прошлом. Хороший знак, если быть честным. Скарлетт также набирала кровь и аккуратно откладывала уже наполненные ёмкости. Она также попробовала этот «нектар», и последние сомнения ушли прочь. Три фляги, шесть склянок и две пробирки. Неплохой трофей. Но от трупа нужно избавиться. Зверь послужил на благо, его жертва не будет забыта…разумеется он этого не узнает. Мне нечего стыдится, на кону была жизнь моего друга, и он скоро получит избавление. След от удара чумным ножом также затянулся, не оставив даже шрама. Хагрид нашел нас через пятнадцать минут, Рейн и Алехандро прибежали следом. Лесник определенно ожидал найти что угодно, но не обескровленный труп. — Когда мы появились здесь, он уже был таким. Здесь был ещё кто-то…в чёрном. — старательно не смотрю на труп единорога, изображая страх. Роуг просто уткнулась мне в плечо. Рейн не обращал на произошедшее никакого внимания, сказывалась жизнь в Лютном Переулке, он видел вещи и похуже. Альтер просто смотрел себе под ноги, не реагирую на внешние раздражители. Мы вернулись в замок, после чего без единого слова разошлись по своим спальням. Мне предстояло многое обдумать: кем был напавший на нас псайкер, почему Хагрид вообще позволил нам разделится, и кто направил меня к единорогу. Делаю запись в дневнике, после чего наконец позволяю себе отдохнуть.