Время ненавидеть.

Жизнь — борьба, в борьбе — счастье (с).

Под ногами – скрипучий, прогнивший в некоторых местах, деревянный пол, прикрытый соломой. На ногах – колющаяся обувь, сплетенная из гибкого приозерного тростника. Девочка пошевелила пальцами, разминая затекшие конечности, и тут же ощутила острую боль, которую ей причиняли лопнувшие мозоли. Малютка убрала свой рыжий волос с юбки и снова замерла, прислушиваясь к разговору взрослых в соседней комнате. Ее маленький братик наконец заснул в люльке, и теперь их было хорошо слышно, особенно запальчивый спор на повышенных тонах. - Да, скажи, зачем? Смерти своей захотел, дурак безмозглый?! – услышала она голос своего отца. Он уже час о чем-то разговаривал с двумя гостями. Девочка хорошо их знала, ведь их старшая дочь, до того, как ее выкрали разбойники или работорговцы, часто приходила к ней поиграть. От голоса безутешного вот уже несколько лет отца девочка вздрогнула, не привыкшая к такому тону. - Говорят, он расхаживает по Мирагону как в своем дворце – без охраны даже! – рявкнул собеседник, не заботясь уже, услышат его или нет. - Ну и что?! - Ходят слухи, что король слепнет, вот что! Это мой шанс! У меня не было и шанса на месть – и вот он! Прямо у меня перед носом! Девочка, расслышавшая жалостливые нотки отчаяния в голосе гостя, зажмурилась, сдерживая слезы. Она уже видела, как он смотрел на ее отца в поисках помощи и поддержки и этот взгляд было трудно вынести, а сейчас она воображала, как он смотрит на хозяина этого дома с той же мольбой. - Пожалуйста, Годрик. Тебя назначили в одну из приграничных башен, ты можешь мне помочь. Пожалуйста… - В мести нет ничего хорошего, приятель.

***

- Наруто, ты-то мне и нужен! – воскликнул радостно генерал, даже с какой-то странной интонацией в голосе, очень сильно не понравившейся блондину, который всего-то зашел узнать дальнейшие планы действий, а не попадать под раздачу отчего-то счастливого генерала. – Я дам тебе одно письмо, в котором описаны кое-какие обычаи. - Ну, допустим, - подозрительно покосившись на Неджи, перебил его Наруто, заходя в палатку и быстро кивая Генме. - Отвезешь в Дизаэрон. Пусть там все будет готово к моему возвращению через пару месяцев, - завершил Неджи, переведя взгляд на Генму. – Ты ведь мне поможешь с этим небольшим вопросом? Наруто недовольно почесал щеку. Парень совсем забыл стереть красные следы от женских губ - он был весь в уликах бурных утех с несколькими женщинами. - И что, только передать? - недовольно спросил Наруто, приняв из рук Неджи конверт с печатью. - Ты нужнее на войне. Есть еще одна причина, почему я посылаю именно тебя, - Неджи нахмурился. – В народе ходят слухи – у меня уже уши вянут от их количества и злых языков, но есть кое-что, что не может остаться без внимания. Говорят, в Дизаэроне резко увеличилось количество химер. Гонцы от нашего короля могли просто не попасть сюда, поэтому ты должен принести вести из дома, хорошо? - В этом нет необходимости. Из-за спокойного голоса человека, которого никто не ожидал вообще здесь и сейчас увидеть, все тут же схватились за мечи, только Итачи это ни капли не впечатлило. Когда он успел проникнуть в шатер и как вообще он это сделал, что никто ничего не заметил – ни у кого не было догадок, кроме одной. Все трое, по крайней мере двое, точно поняли, что это одна из его иллюзий, и от этого мерзкий холодок пополз по позвоночнику Неджи, который не привык, что его глаза – враги. Лицо блондина на мгновение вытянулось в удивлении. Он в миг напрягся, все тело превратилось в один единый механизм. В отличие от Неджи, Наруто не стремился спускать с цели глаз. - Полагаю, задавать вопрос о том, как ты пробрался сюда мимо всей стражи, бессмысленно, - сказал блондин, сжав кулаки так, что побелели костяшки пальцев. - Умный парень, хотя… Не очень, - ответил Итачи, усаживаясь на свободный стул. – В Дизаэроне все спокойно – это всего лишь слухи, и мои люди могут это подтвердить, ведь… - Ведь они шпионы на наших землях? – резко бросил Неджи, все не выпуская рукояти меча из рук. - Что там шпионы. Меня больше всего волнует тот факт, что у власти в этом мире стоит в большей степени семья Учиха, - Наруто выступил вперед, тем самым становясь прямо перед Итачи. - Белиад, новая молодая страна, несомненно, пугающая своей мощью, Истиндор, страна с тысячелетней историей, как и Дизаэрон и Мирагон. А вот туманная Тессера, также славящаяся историческими данными, тоже принадлежит, скажем, вашему Дому. Я ли не прав? - жестко спросил блондин, смотря прямо в темные глаза Итачи. - Тебя так заботит моя родословная, малыш? – спросил Итачи, отвечая ему немигающим взором, но обратить свое внимание пришлось и на другого присутствующего – Неджи тоже давно не мог решить эту загадку и уставился на короля Истиндора. - Хорошая картина выходит. В Истиндоре практически отсутствует «золотое» сословие. Белиад начинает войну, а тихая Тессера оказывается нашпигованной монстрами. Прямо захват трех Учих. Хотите взять весь мир в тиски? – Неджи сделал шаг вперед, слегка коснувшись плечом Наруто. - А вы только сейчас задались этим вопросом после всего? Вы прекрасно знаете историю Белиада, дражайший генерал, - чеканил каждое слово король, не отрывая своего взгляда от обоих оппонентов ни на миг. – Вы знаете не хуже меня цели моего младшего брата, его мотивы, его жажду мести ко мне. Вы так же прекрасно осведомлены, что Мадара долгие десятилетия считался мертвым и он ушел в пустынные земли, где прижился среди дикого народа со своими экспериментами. Вы знаете это, - выделил он, выглядывая из-за Неджи, чтобы увидеть Генму. – Гаара сам оттуда принес вам не только вести, но и девочку. Вы так же знаете историю Истиндора и можете сложить всю эту загадку воедино. Да, именно Учиха развязали войну, именно наша история во всем виновата, но мы имеем то, что имеем. И либо вы выслушиваете меня, и мы обсуждаем дальнейшие действия, либо нам не о чем больше говорить. - Ты здесь не король, а представитель своей страны, - процедил Неджи, оскорбленный таким тоном и постановлением вопроса, хотя и все, что он сказал – правда. - Говори, - Наруто сделал жест рукой в сторону, призывая представителя Конан проверить обстановку снаружи. Последовав этому негласному приказу, Генма покинул шатер лишь на несколько мгновений. Ничего не изменилось. Стража на месте. Вернувшись хмурым, Генма лишь подтвердил опасения Неджи и Наруто в том, насколько силен человек перед ними. - Химеры сейчас повсюду, и Мадара готов сделать решающий удар. Но в чем он заключается – вот в чем вопрос, - позволяя собеседникам осмыслить сказанное, Итачи замолчал, по-прежнему рассматривая их. Наруто метнул укоряющий взгляд в сторону Неджи, на что генерал только устало и обреченно вздохнул. Кажется, теперь, блондин будет припоминать ему этот разговор вечность. В тот вечер, когда за окном бушевала гроза, а они вдвоем сидели в тронном зале, склонившись над картами и книгами истории, Наруто высказал практически все, что явилось на сегодняшний день истиной. Увольте! Всегда нес чушь, а теперь, попав пальцем в небо, будет ему это всю жизнь напоминать. Неджи посмотрел умоляюще куда-то вверх. Между тем, Наруто, потиравший подбородок, разглядывал во всю Итачи, при этом вовсе не стесняясь. - Но и не только Мадара самое страшное. Вы давно общались с простым народом, с солдатами? – спросил Итачи, потирая правую руку – на ней виднелся уже заживающий укус и наверняка очень чесался. Наруто нахмурился еще больше и озадаченно почесал затылок. - А что не так с народом? - решил напрямую спросить незадачливый парень. При этом его тон стал вовсе безобидным и даже дружелюбным - будто Итачи перед ним не секреты раскрывал, а объяснял, как решить сложную задачу. - Народу не нравится союз. Белиадцы преданы своему королю и держат его страну в обороне от химер, а вот истиндорцам не нравится, что вы заключили союз с моим братом. И они с подозрением относятся как к мирагонцам, так и к дизаэронцам. Зато мирагонцы оказались не такими уж и святыми. Из всех народов они больше всего жаждут справедливой мести Саске Учихе. Вот только народ – нетерпелив. Догадываетесь, что зреет в вашем оплоте? - Но люди так же не хотят кровопролитной войны. По крайней мере, наша страна, так же как и Дизаэрон, пытается решить все мирным путем, - Генма, стоявший поодаль, присоединился к разговору мужчин. - Будьте спокойны ваше величество. Вот контракт, - правая рука Конан протянул правителю Истиндора пергамент, подписанный обеими сторонами. - И тем не менее, контракт не держит в узде чувства народа. Я не обвиняю вас, лишь предупреждаю – вы слишком легко пропускаете мимо желания собственных людей. - А вы не забыли по какой именно причине, волнуется народ нескольких стран? Именно Мирагону приходится выступать в качестве буфера, - возразил Генма, намекая на отношения семьи в доме Учих. - Мы все знаем причины, но это знание не отменяет их следствия, - заметил Итачи, вставая. – Прошу меня простить, мне пора идти. Ушла. Добрая и отзывчивая женщина-лекарь. Тентен сидела на широком подоконнике и теребила края бинтов. Врач сказала, что придет еще, через день или два - проверить состояние. Они о многом говорили, в частности о том, как жить дальше... Но, все рано или поздно приводило к безоговорочному тупику. Как тогда она смогла обнять его? Как могла быть так близко? Ничего вроде не было плохого... «Может быть, все было хорошо потому, что я наконец-то поняла, что он жив и здоров? Почему этот животный страх появился несмотря ни на что?» - Девушка, - мимо дома, где находилась Тентен проходил высокий мужчина с длинными темными волосами и аристократичными чертами лица, которые ей жутко кого-то напоминали. Он окликнул ее и начал подходить к окну, чтобы не кричать через разделяющее их пространство. – Вы не видели поблизости рыжеволосого мужчину? Он не мирагонец и его трудно не заметить. Тентен удивилась своему же спокойствию. Ведь к ней подходил мужчина, коих после прошедших событий она боялась как огня. Неосознанно. «Может быть, это все глупый страх? А может, и потому, что он еще далеко…» - Нет, - замотала она головой, внимательно разглядывая мужчину. «Все за последние месяцы так поменялось...» - Жаль, у вас рана открылась, - заметил прохожий и, развернувшись, пошел дальше по своим делам, заставив девушку отвлечься на розоватое пока пятно на бинте, расползающееся тем больше, чем чаще она дышала – ранка была несильная, и о ней не беспокоились, обмотав пару раз для подстраховки, но отчего-то вдруг снова открылась. Тентен посмотрела на предплечье, но даже глядя на уже более красное разрастающееся пятнышко, девушка думала о словах Неджи. Что она теперь ему скажет? Что вообще теперь делать со всей этой кашей? Про события того страшного вечера с Данзо она вообще старалась не вспоминать. К горлу подступала тошнота и пробуждался панический страх. Осмотрев Тентен и поговорив с ней, женщина направилась на поиски человека, приведшего ее домой в Мирагон. Она знала, что он дизаэронец, была наслышана об их обычаях, но то, что Тентен не стала вдаваться в подробности, посеяло сомнения в душе врача. Найдя Неджи и выцепив его из рук совета, она потребовала от генерала приватного разговора, а выяснив все и поверив ему, она привела дизаэронца в эту часть оплота, попутно ответив и на парочку его вопросов. И теперь они стояли возле дома Тентен, наблюдая за тем, как Итачи что-то у нее спросил и пошел мимо. - Я пойду к ней, надо сделать перевязку, - забеспокоилась врач, но ее остановила твердая мужская рука. - Шезуне, я пойду с тобой, как только перевяжешь ей руку, оставишь нас, - потребовал дизаэронец и сам пошел вперед, как всегда твердый и непреклонный в своих решениях. Они вошли в тот самый момент, когда Тентен, как ребенок, пыталась сама поправить повязку и тем самым спрятать уже появившееся довольно яркое красное пятно. И когда ее застали на месте преступления, девушка испуганно вздрогнула и уставилась на вошедших. - Позволь врачу заняться делом, - с этими словами Неджи, посмотревший на девушку как на нашкодившего ребенка, и покачавший головой, посторонился, пропуская вперед Шезуне, которая тут же начала распекать Тентен по поводу ее беспечности. Когда женщина закончила с перевязкой и осмотрела остальные бинты на наличие крови, она вышла, до этого пристально взглянув на Неджи и поколебавшись пару мгновений. Мужчина же демонстрационно захлопнул за ней дверь и повернул замок. Выдохнув, Хьюга посмотрел на девушку и направился прямо на нее медленным, размеренным шагом, как будто шел на врага, прощупывая его слабости, и при этом не говоря ни слова. Пока Шезуне делала перевязку, девушка и так казалась чересчур напряженной и сосредоточенной, а когда их оставили наедине, она словно вся встрепенулась. Щелкнул замок - девушка тут же спрыгнула с подоконника. - Неджи, не надо, - слова вырвались настолько стремительно и резко, что она едва успела понять, что она сказала - это напоминало крик души. - В чем дело, Тентен? Мне снова израниться до полусмерти, чтобы ты могла касаться меня? - Неджи недоумевал, как так все могло измениться ведь только вчера они были так близки, касались друг друга общались друг с другом. - Я, я не знаю, в смысле нет конечно, просто все это очень трудно, - девушка говорила сбивчиво, быстро. Она пыталась взять себя в руки, но это давалось с трудом. Действительно, как так могло получиться. Почему она этого не чувствовала тогда? Может ее ослепила детская радость от того, что Неджи оказался жив и здоров, а теперь все свалилось на нее словно снежный ком. Трудно объяснить. Но теперь при приближении мужчин она чувствовала панику и отвращение. С Неджи не было отвращения. Но дикий страх все равно сковывал напрочь. - Но ведь еще вчера все было хорошо, - генерал продолжал наступать – он был твердо намерен разобраться с ее страхом прямо сейчас раз и навсегда. - Вчера все было по-другому! - девушка неосознанно начала повышать голос, отходить дальше, в глубь комнаты. - Не надо, Неджи, я разве о многом прошу?! - Чего не надо? - решил уточнить он, обходя письменный стол. - Просто дай мне время, я хочу побыть одна, - попыталась было объяснить Тентен, прекрасно понимая, что он ее понял. И почему играет дурака?! - Нет. Время, когда ты была одна - закончилось. Я сказал тебе - ты теперь моя невеста, так что прекращай нести этот бред! - Неджи в один широкий шаг оказался прямо перед Тентен и продолжил идти на нее, загоняя в угол комнаты. - Неджи, хватит! Я не говорила «да»! У меня есть право выбора! - закричала она и испуганно охнула, когда спиной натолкнулась на стену. - И что ты выбираешь? Жизнь в страхе? Или меня? – Неджи отрезал ей все пути к отступлению, опершись обеими руками о стены и навис как скала, смотря прямо ей в глаза. Он ни разу не прикоснулся к ней, но и отходить не собирался. Девушка смотрела на него такими глазами, как, наверное, не смотрела никогда. Она смотрела на него и видела и, скорее всего, представляла, что ее ждет рядом с ним. Это нормальные и неотъемлемые явления человеческой жизни, но ее теперь они пугали. До безумия. - Тентен, ты хочешь, чтобы я избавил тебя от этого страха? – тихо, но с нажимом спросил Неджи, застыв подобно статуе. - Мне просто время нужно! - закричала девушка, опустив голову - чувствовать его взгляд на себе было просто невыносимо. Она все сжалась и закрыла ладонями лицо. - Мы на войне, Тентен, - грустным голосом произнес Неджи, посмотрев вниз. Его волосы едва не падали на лицо, удерживаемые лишь легкой заколкой далеко внизу за спиной. – У нас нет времени, - с этими словами генерал заключил девушку в свои объятья, стиснув ее так крепко, как только мог, чтобы она не вырвалась, и замер, ожидая бурной истерики и собираясь переждать ее, как ждут конца грозы. Истерики не было. Была сильная и неуемная дрожь. Тентен вся сжалась, упершись руками в грудь Неджи. Где-то глубоко в душе она понимала, что Неджи прав. Но осознание того, что ее ждет рядом с ним, вгоняло в необратимый ужас и отвращение. Ей было чертовски плохо уже сейчас, когда он просто обнимал ее. Что говорить о более раскрепощенных прикосновениях и ласках. - Послушай, - Неджи начал поглаживать ее волосы и заставил прислониться щекой к его груди. Его сердце стучало равномерно и сильно. – Я не причиню тебе вреда, не сделаю плохо. Это просто объятья, я просто хочу тебя защищать, - словно ребенка увещевал генерал, начав слегка покачиваться из стороны в сторону. Такой приятный запах - его запах. Запах раскаленного металла и жаркого пламени. И тонкий аромат лилий. Странно, правда? Кажется, именно этими цветами известна его родина - Дизаэрон. «Неджи...» Постепенно дрожь девушки начала утихать. Да, они долго так простояли, молча, в ожидании, но постепенно Тентен начала успокаиваться и приходить в себя. Пусть это всего лишь маленький шаг на пути к преодолению страха, но первый кирпичик их отношений заложен. - Ты будешь бояться снова и снова как сейчас, - начал Неджи говорить так, будто уже было такое в его жизни. С кем же он преодолевал этот страх? - Но ты сильная, Тентен. И я не позволю какому-то страху встать между нами. Я буду ломать его снова и снова даже если ты обезумеешь от этого. Неджи не видел ее глаз, не видел эмоций. Но он прекрасно чувствовал ее. Он почувствовал, как сильно она напряглась вновь, после его слов. Да, в какой-то степени это угроза, разговор о неизбежном. Пусть и звучало жестоко, но его слова были правдой, которую он, начиная с сегодняшнего дня, будет подкреплять поступками. Будет тяжело. Но никто и не говорил, что в жизни все легко. Этой мысли Неджи горько усмехнулся. Он чувствовал, как тяжело дышала Тентен и как часто сглатывала - пыталась унять дрожь в теле и успокоиться. Видимо, она не раз прокрутила его слова у себя в голове. Они стояли бы еще долго так, но звучание барабанов, отдававшихся эхом среди гор и означавшим какое-то важное сообщение для всего Мирагона, заставило девушку напрячься снова. - Что это? – спросил Неджи, недоуменно смотря в окно. Впервые в этом месте он слышал подобное. - Барабаны, - не сразу ответила Тентен, шмыгнув при этом носом. - Это я понял. Но к чему? Праздник или тревога? – спросил Хьюга, склоняясь ко второму выводу. - Барабаны означают беду, - дрожащим голосом ответила Тентен. Она по-прежнему упиралась ладонями в его грудь. Хотя и щекой касалась его тоже. Тяжело, слишком тяжело. И не будь с ней рядом Неджи, девушка была уверена, что непременно бы с криком вступила в бой. И не важно, кто противник. Лицо Неджи побледнело. Произошло то, чего он боялся больше всего. Он – генерал, и на его совести жизни его народа, его людей, его повелителя. Но теперь у него есть и она – его невеста, которую нужно защищать и которая сама себе навредит, непременно поступив, как мужчина. Встав на защиту своей родины. Хьюга, подавив подступившую к горлу тошноту, еще крепче прижал к себе девушку, приникнув губами к ее макушке. Надо было выбирать и решать. Время битвы настало и что-то подсказывало, что эта битва будет отличаться от прочих. - Тентен. Мне бесполезно просить тебя спрятаться вместе с женщинами и детьми? – глухо спросил он, уже зная ответ. Тентен молчала. Не то, чтобы она не знала, что ей ответить. Он все равно не поверит. Да и желания говорить что-либо не было. Она просто тяжело дышала, по-прежнему дрожа всем телом, и смотрела в одну точку куда-то вбок. Барабаны за окном все продолжали свой гул, который пугал все население: люди начали высыпать на улицы, что-то обсуждать, кричать... - Ответь, у нас нет времени, если ты идешь, то только со мной. Не дальше трех шагов от меня, понятно? Если нет – то так будет на самом деле лучше. Ты можешь помочь людям, и я не буду беспокоиться о твоей безопасности, - Неджи отстранил Тентен от себя, сжав ее плечи и заглянув ей в глаза. - Я помогу людям, - ответила она, нехотя посмотрев в его глаза. На мгновение она все же задержала взгляд на глазах Неджи - они смотрели на нее с лаской и заботой, обещая покровительство и защиту. Девушке показалось, что прошло несколько минут, прежде, чем она сумела отвернуться. - Я тебя люблю и хочу, чтобы ты была в безопасности. С тем, что я видел, сильно сомневаюсь, что ты послушаешься, но я хочу верить тебе, - ответив так, Неджи взял Тентен за руку и поднес ее ладонь к своим губам. Поцеловав ее так проникновенно искренне, он повел ее из здания туда, куда стекался весь народ – его дар помогал ему в этом. Вокруг толпы солдат и каждый – в полной боевой готовности. С высоких башен доносились четкие команды по укреплению стен и щитов башен. Отряд солдат распределили так, что несколько мужчин помогали снаряжать стариков, женщин и детей в дорогу. Брали самых мощных и быстрых скакунов, которые уже готовы были ринуться в путь. - У нас есть только два часа! Живее! Живее! - яростно кричал человек, стоявший на самой высокой смотровой башне. Северный оплот открыл врата на центральную дорогу, чтобы люди перебрались в более безопасное место. В первую очередь отправили детей, затем стариков и женщин. К конвою приставили отряд охраны. Все остальные солдаты остались охранять границу. Ведь если падет одна, остальные не заставят себя ждать. Мирагон долго готовился к этому сражению. Под шум надвигающейся бури, под грохот барабанов и крики людей, отражавшимися эхом где-то там, на той стороне гор, происходила другая битва между двумя столкнувшимися на пути братьями. Над темными головами двух мужчин серело молочное небо, а под ногами искрился иней, покрывший траву неожиданно для этого времени года. Рано приходить морозам, но природа решила по-другому. Первая снежинка описала сальто и плавно опустилась на нос Саске, растаяв сразу же. Из приоткрытого рта была видна струйка пара, а руки у всех трех присутствующих порозовели от холода. Третьей же фигурой в этой негласной борьбе оказалась девушка, которая до сих пор без чувств оставалась покоиться на руках младшего Учихи, и которую после он пристроил под ближайшим деревом. Чтобы не мешала мстить. - Ну, здравствуй, брат, - сказал совершенно спокойно Итачи. Мужчина не сводил глаз с Саске, зная, что тот уже далеко не слабый мальчик. Единственное, что подводило Саске всегда, как и сейчас это его норов и пыл. Они всегда мешали ему думать здраво. - Пришел умереть? – с вызовом, но пока спокойно спросил младший, вытаскивая свой меч из ножен. - Нет, я пришел поговорить, и если тебе так удобнее, то не с братом, а с королем Белиада, - ответил Итачи, продолжая следить за братом. - Что ж, говори, король Истиндора. Саске стоял более-менее расслабленно, но все еще держал меч в руке и пристально наблюдал за любым движением Итачи. И все же, даже то, что он готов выслушать уже показало Учихе старшему, что в короле многое изменилось и стало интересно – а что еще поменялось? - Я думаю, следует повременить с разборками нашей семьи, - Итачи слегка склонил голову, с интересом наблюдая за реакцией младшего брата. - Предводитель Тессеры собирается нанести удар по центру материка. Несложно догадаться, что буфером в войне будет именно центральное государство - Мирагон. Сломав преграду, ему не доставит труда добраться и до остальных государств. - У меня нет семьи, - ответил Саске, давая понять, что для него брат умер и не важно, что он стоит прямо перед ним. – Орда химер движется с севера следом за нами, но отчего-то на полпути сюда они сильно отстали. Если тебя волнует эта война – советую обратиться на восток, - сказав это, Саске вложил меч в ножны и направился к Сакуре. - Эта война касается нас всех. Нашего дома особенно. Я понимаю, что тебе нет дела до этого, и на все эти слова, чувства и эмоции ты имеешь право, но Тессера способна захлестнуть и Белиад, - спокойно констатировал факт Итачи. - И тебе решать, попытаться защитить его или же проиграть в одиночку. - Жаркой битвы, - пожелал Саске, беря Сакуру на руки и уходя в сторону западной заставы. Он всерьез считал, что армия Мадары движется с северо-востока и никоим образом не собирался вмешиваться. Девушка оказалась не тяжелее доспеха, который он носил на себе. Но все же он думал, что доберется до Мирагона быстрее. Поэтому, ощутив позади врага с большой силой, он разозлился одновременно и на Сакуру, которая пробыла без сознания дольше, чем он полагал, и на Гаару, из-за которого вообще так все вышло. Но именно бессознательное состояние и спасло Сакуру от той участи, которая настигла младшего Учиху. Один роковой взгляд на химеру странного вида, не поддающегося сравнению ни с одним животным – он камнем полетел вниз, пропахав носом несколько метров. Девушка, которую при падении мало того, что придавило телом короля, так еще и провезло по камням дороги, так и осталась лежать под каменеющим Саске. И только химера заинтересовалась и, виляя раздвоенным склизким хвостом, подошла к своим жертвам, на тракт ступила еще одна фигура. Широкие плечи и высокий стан. Длинные черные непослушные волосы и алый взгляд. Мадара собственной персоной пришел, чтобы забрать то, что принадлежало ему по праву. Он вырастил ее и вложил столько сил. Позволил ей жить здесь так долго. А теперь пришла пора вернуться. Саске видел его, но ничего не мог сделать – его тело медленно превращалось в камень с неприятным хрустом и выворачивающим наизнанку ощущением в теле и особенно конечностях, которыми теперь было не пошевелить. - Домой, - с улыбкой произнеся это, Мадара заставил Химеру откинуть Саске и забрал девушку себе, перекинув ее через плечо, а затем прищурено посмотрев на своего питомца. – Ищи добычу, ищи! – приказав это, Мадара отправился назад – к озеру, возле которого устроил небольшой лагерь. Существо тряхнуло головой, щелкнуло клювом и только потом резким рывком кинулось в лесную чащу. Определенно, химера была очень ловкой и едва касалась земли цепкими лапками - она словно летела. У нее были широкие перепонки напоминавшие крылья, тело - половина ящерицы, хвост раздвоен, длинная шея и крупная голова какой-то птицы с мощным клювом и оперением. Она вдруг остановилась, резво тряхнула головой и замерла. Свалилась замертво. К ней подошел человек с черным хвостом и черном плаще. Взгляд его алых глаз встретился с предсмертным взглядом животного. Он покачал головой и глаза существа закатились. Последний вздох. Он посмотрел в ту сторону, откуда прибежала эта тварь и тяжело вздохнул. «Подожди меня немного. На этот раз я успею».