Законный муж

      Тэ забегает в покои брата. Чимин и Юнги от испуга вскакивают с кровати. Перед ними Тэ в одной рубашке и нижнем белье, глаза опухшие и красные, слезы льются рекой и не собираются останавливаться, а сам весь дрожит. — Мой милый Тэтэ, что произошло? — обнимая, Чимин сам начинает уже плакать. — Ю-юнги, п-пожалуйста иди к Гуки, — Юнги намгновение расстерялся. — Д-да, хорошо, — накинув халат, выбежал из покоев. Чимин посадил Тэ на кровать и накинул на плечи плед. Позвал слуг, чтобы принесли травяной успокаивающий чай. Тэ подполз к брату и лег головой на колени. — Мини, — тихо произнесь омега. — Что такое? — поглаживая по мягким каштановым волосам, ответил Чимин. — Я хочу уехать от сюда, — почти шепотом, чтобы даже Чимин не услышал. — Что? Куда и зачем? А Гук? — У него в скором времени появится ребенок, так что я не смогу остаться. Не с могу видеть его с другими, так будет больнее для нас двоих, если я останусь, — слезы снова льются градом. — Может не будешь, так спешить? Просто съезди домой на месяц и отдохни, только Гуку об этом не говори. — Может ты и прав.

***

      Юнги подбегает к покоям Гука, видит перепуганную стражу, которая не знает, что делать и слышит крик, грохот, как бьются стеклянные вещи. Открыв дверь видит, что покои теперь выглядят, как склад поломанных или выброшенных вещей, — посреди всей этой свалки сидит король, который потерял королеву. Чонгук сидит колени поджав к себе, а лицом уткнулся в колени, руки все в крови. — Гуки, пойдем со мной, — Юнги хотел приподнять его за плечи, но получил лишь удар по рукам, — Ты что делаешь, а ну вставай живо! Безжизненное тело начало вставать. Юнги довел его до покоев для гостей. Попросил прислугу принести успокоительное и теплую воду с полотенцами. Слуги принесли воду и полотенца. Юнги начал смывать кровь с рук. — Он хочет уехать, что мне делать? — Что делать? Ты серьезно? Наверное, я тебе Америку открою, — решить проблему с беременностью, нет? Тогда он, и останется, и будете счастливы. До самого утра больше, никто из них двоих не проронил ни одного слова.

***

Покои Тэхена. Утром омеги пришли и попросили начать собирать вещи. Стук в дверь. — Тэ, можно зайти? Я хочу поговорить, — голос Гука дрожит. — Д-да, заходи, — Тэ махнул головой и слуги с братом вышли. Чонгук неуверенно заходит. Видит собранные вещи. Сердце щемит, дышать тяжело. Еще немного и вода снова заполнит глаза. Прикусив нижнюю губу, заставил ком откатится назад. — Так все-таки уезжаешь? — Да, так будет лучше для нас двоих. — Для нас? — ухмыльнулся старший, — Только для тебя будет, так лучше, но точно не для меня. — Просто пожелай мне хорошей дороги и уходи пожалуйста. — Тэ, может все-таки останешься? — Чонгук, я все сказал! Извини, но мне нужно собирать вещи. Гук встал и подошел к двери. Недолго думая развернулся в сторону омеги. Тэ испугался и замер. Альфа обнимает Тэ, утыкаясь носом в шею вдыхая последний раз вишневый аромат, потом отходит и смотрит в каштановые глаза, в которых он хочет увидеть ту самую любовь, но глаза пустые и безжизненные, как и у самого альфы. Целует в лоб и покидает покои. У младшего ноги словно ватные стали, подкосились и он упал на колени. Снова слезы. Прошло несколько часов, все вещи были собраны. Чимин предложил посидеть на дорожку. Трое омег сидели в тишине, пока их не отвлек шум за дверью. Дверь резко распахнули, зашла тетушка. — Мой дорогой мальчик, куда ты собрался? Чонгук сказал, что ты хочешь уехать домой. Он тебя, как-то обидел? Милый, ты только скажи я ему голову оторву! — тетушка подошла к Тэ и обняла. Омега, как пятилетний ребенок хотел расплакаться у родителя на груди, но понимал, что нельзя, иначе тетушка не даст ему уехать. — Тетушка, ну что вы? Со мной все хорошо. Гуки меня бы не за что не обидел. Просто хочу навестить родителей, соскучился по ним, — женщина сделала вид, что поверила, но понимала, что ее малыш, что-то недоговаривает, — решила не давить на него. — Тогда береги себя. Не забудь, что сейчас прохладно вечером, поэтому одевайся теплее. Обязательно напиши, когда доберешься до дома, хорошо? — Хорошо, — прижимаясь тетушке, говорил омега. — Тэ, тебе уже пора, — отвлек омег Чимин. — Да пошлите к карете.       Все четверо вышли на улицу, где уже стояла карета, — возле нее стояли трое альф. Сначала Тэ попрощался с тетушкой и дядей, потом подошел к брату с мужем и Гоен. Чимин повис на Тэ. — Пообещай, что ровно через месяц приедешь и мы будем решать, как поступить дальше, ладно? — Обещаю Мини.       Когда Тэ попрощался почти со всеми, только остался один человек, с которым не хотелось прощаться и вовсе. Наоборот хотелось быть рядом, хотелось ощущать эти крепкие руки на своей талии, поцелуи везде, где только можно и нельзя. Но видимо это невозможно. Наверное судьба у него такая, что он должен быть помеченным любимым и желанным альфой, но на всю оставшуюся жизнь быть порознь друг от друга. Омега стоит на одном месте, не решаясь подойти. Гук недолго думает и сам подходит к младшему. Обнимает, голову младшего прижимает к шеи и гладит по волосам. — Медвежонок, пожалуйста возвращайся сюда. Я очень тебя люблю, — Гук чувствует, как намокает его шея. Сильнее прижимает младшего к себе, целует в макушку, — Тэ, я буду ждать тебя. Даже если ждать придется всю жизнь, — то нечего страшного, я обязательно тебя дождусь. — Крольчонок, не надо не жди меня. Просто будь счастлив и все, — Тэ вырывается из объятий и махая всем рукой, залезает в карету. Карета трогается и скрывается за поворотом.       Чон срывается с места и идет в свои покои. Зайдя в них он не сдерживается начинает рыдать, как маленький ребенок. Думая про себя неужели любовь может причинить столько боли, что тебя ломает аж изнутри? Любовь, может и полностью сломать человека, как это постепенно происходит с парой.

***

      Прошло две недели. Тэ прислал письмо, что благополучно приехал, но немного приболел, то ли смена обстановки, то ли стресс, но какой день не ест, целый день только спит.       А вот Чонгук не выходит из своей комнаты с того дня, как омега уехал. Не кого не хочет видеть. Чимин и Юнги ходят к нему, каждый день заставляя того поесть, но не всегда удается заставить альфу съесть хоть крошку. Юнги с Чимином и Гоен отправились к Юнхве, чтобы узнать о ее беременности. — Надо побыстрее, что-то сделать иначе Гук с голода и депрессии помрет, а Тэ от постоянного стресса, — сказал Чимин. — Что ты предлагаешь сделать? — спросил Юнги. — У меня есть идея, которая точно должна с работать, — сказала Гоен. — Какая? — синхронно спросила пара. — Во-первых у Юнхве должна быть скоро течка, а во-вторых если я поговорю с ней, то смогу вывести ее на чистую воду, возможно. — А разве, когда омега беременна у нее, есть течка? — неуверенно проговорил Юнги. — Да! Гоен, ты гений, как я сам не догадался! У омеги не может быть течки во время беременности, но откуда ты знаешь, когда у нее течка? — воодушевленно, говорил Чимин. — Когда ты живешь в гареме, вы пишете в расписание, когда у вас течка, чтобы вас отвели в отдельные покои. Там вас закрываю и альфам вход запрещен, туда могут заходить, только три раза в день с едой. — Ааа, теперь понятно. Тогда Гоен сначала поговори, если не выйдет будем надеяться на течку. — Тогда давайте быстрее, — торопит омег Юн.

***

      Подойдя к покоям, пара встала, так чтобы их не было видно, но так чтобы и было все слышно. Гоен собралась с мыслями и зашла. — О какие люди ко мне пожаловали! Как я и говорила вот мое место, а твой господин уехал домой, — смеясь, говорила Юнхве. — Цц у моего господина хотя бы есть метка! Где же господин Чон, который должен тебя носит на руках! Забыла прости, ведь только моего господина он носил и будет носить на руках! Тебе не стыдно врать о беременности? — Когда господин Чон разрешит мне выйти, то он будет с меня пылинки сдувать! А метка будет, только позже! Мы с господином не хотим торопиться. И не врала я про беременности, как я смею! — Какая ты все-таки смешная! Да господин Чон, вообще о тебе и не вспоминает! Метку поставить? Мечтать не вредно! Смеешь врать, еще как смеешь. Расскажи сейчас, пока не поздно! — ДА КАК ТЫ СМЕЕШЬ! — за махнулась рукой и уже хотела ударить, но Юн успел подствить свое лицо, — Господин Юнги, простите меня. — Что ты себе позволяешь! Поднимать руку на кого-то! Ты думаешь мать наследника, так себя ведет? — из-за злости Юнги перестал, контролировать феромоны. — П-простите, господин. — Что это за странный запах? — спросил Юнги. — Юнги, уходи у нее течка! — сказал Чимин. Юнги вышел из покоев, направляясь сразу к брату, — Хаа, какая же ты сволочь! Да я тебе все пакли по вырываю за брата! — Только попробуйте! Господин не узнает, что у меня течка, ведь у меня есть запрещенное лекарство специально подавляет течку! Так что я просто скажу что вы соврали и все! Чимин подошел и влепил смачную пощечину, схватил за волосы. — Гоен, возьми еще несколько служанок и обыщи тут все, а ее в ту комнату для течек, но проверь, чтобы у нее не было запрещенного препарата. — Сделаю! С одной проблемой решено, остались эти двое. Надо поторопиться.