When the sun goes down the horizon

Где же ты? Я вернусь уже ночью Я знаю, тебе на меня всё равно, но, поверь Ты мне важна очень-очень Сердце кровоточит Прямо как губы твои Ты кусаешь их в кровь, когда сосредоточена Разум тобой обесточен _______________________________________ Серое небо, лишь изредка разбавляемое бледными, размытыми облаками, было единственным что виднелось из маленького приоткрытого окошка трейлера. Легкий ветерок, образовавшийся сквозняк, слабо напевал свою печальную мелодию, сочась через узкие щели в двери вагончика. Вместе с тем, остатки дождя, прошедшего ночью, барабанили по жестяному покрытию крыши дома на колесах, каждый раз роняя капли воды в хаотичном порядке, из-за чего оставалось только гадать, когда падет очередная частичка дождевой воды. Каждый звук, проносившийся в пределах трейлера, автоматически становился частью всей композиции, незаметно звучавшей в округе, и идеально дополнял ее. Весь этот природный мотив искусно ласкал уши Зулемы, пока та пребывала в неясном состоянии, где-то между сладостным сном и скорым пробуждением. Ранее выпитый алкоголь и усталость от минувшего дня склоняли брюнетку ко сну, не желая выпускать ее из столь мирного состояния, но биологические часы Зулемы, отработанные на ранний подъем, взяли свое и заставили мозг женщины наконец активизироваться. Сомкнутые веки медленно открылись, и глаза Зулемы могли наблюдать все тот же привычный трейлер, но теперь в его новом утреннем амплуа. Комната в дневном свете действительно выглядела иначе, нежели прошедшей ночью, но единственная деталь осталась неизменной — разноцветные гирлянды, мигающее в хаотичном порядке всевозможными цветами. Светящиеся лампочки на данный момент выглядели менее выигрышно, чем несколько часов назад, в рождественскую ночь.В том момент времени они казались настоящим волшебством, переливающимся сквозь призму легкого опьянения, но сейчас они вызывали лишь раздражение и негодование у проснувшийся Зулемы. Оно и понятно. Яркий, неоновый свет, исходящий от украшений, прямо-таки резал заспанные глаза, при этом заставляя всерьез задуматься о том, как гирлянда вообще не замкнула, и весь трейлер не вспыхнул, пока женщины мирно спали. Зулема, пообещав себе выключить надоедливые огоньки как только встанет, вновь поворачивает голову на подушке, и теперь ее взгляд устремлен на светло-голубой потолок трейлера. Он представляет собой небо с пушистыми белыми облаками, которые некогда аккуратно выводила Макарена, то и дело советуясь с брюнеткой о расположении следующего облака. Ни то чтобы Зулема была согласна на подобное, но препятствовать блондинке в реализации ее безумных затей просто не было смысла, она бы все равно заляпала потолок голубой краской, несмотря на все трудности, что ей пришлось бы пройти. Поэтому брюнетка не стала столь категорично относиться к желанию светловолосой, и спустя несколько незначительных ссор, потолок был превращен в небесную гладь. Наблюдая за работой, проделанной Макареной, Зулема признает, что выглядит сие творение вполне неплохо, но вспоминая как долго эта краска оттиралась от мебели в трейлере, виски брюнетки вновь начинают болезненно пульсировать. Совершенно противоречивые чувства относительно ситуации. В этом вся Макарена. Сейчас же эта светловолосая девушка спокойно дремлет, лежа на плече темноволосой. Ее размеренное дыхание щекочет шею Зулемы, а белокурые ресницы слабо подрагивают, когда в ее голове прокручивается очередной сон. Она выглядит действительно красиво. Глупо было бы говорить, что Зулема не ощущает тепла тела, лежащего рядом, и того как их ноги искусно сплелись, будто пазл, идеально подходящий друг-другу. Она чувствует буквально все. И то как дыхание Макарены обжигает ее кожу, и то с какой силой блондинка прижимает ее к себе, не желая выпускать из объятий, и даже то, как губы светловолосой почти неосязаемо касаются ее лица, во время того как она меняет свое расположение на кровати. Но мозг брюнетки или же ее горделивая натура просто не позволяет в полной мере прочувствовать все это, по всей видимости опасаясь, что она просто раствориться в таком изобилии нежности. И дабы действительно не утонуть в этой манящей ласки, исходящей от блондинки, Зулема решает покинуть это уютное теплое место под названием кровать. Она медленно приподнимается, стараясь сделать все как можно аккуратнее, и скинув со своего тела одеяло, наконец принимает сидячее положение. Брюнетка тратит еще несколько секунд на то, чтобы сконцентрироваться и переждать легкое помутнение зрения, после чего окидывает взглядом Макарену, и убедившись что та все еще спит, Зулема встает. Сделав пару неуклюжих шажков в сторону табуретки, на спинке которой расположились небрежно повешенные вещи, Зулема хватает первую попавшуюся под руку футболку, привычно темного цвета, и излюбленные черные джинсы. Она торопливо натягивает одежду на свое озябшее тело, дабы наконец избавиться от съедающего чувства мерзлота, и впервые в жизни жалеет о огромном количестве цепей, располагающихся на ее одежде. Во время того как она прикасается к ткани или просто движется, металлические цепочки гремят, самым ужасным образом, и если в обычной жизни это не доставляет дискомфорта, то в абсолютной тишине кажется настоящим грохотом. Поэтому брюнетка вынуждена пожертвовать столь привычным для себя атрибутом и снять весь металл со своего тела.Ни то чтобы она делала это ради сна Макарены, точно нет, просто вступать в диалог с проснувшийся блондинкой не особо хотелось. Решив проблему с излишним шумом, Зулема приступает к следующему действию, направленному на утоление головной боли, и сделав еще пару небольших шажком, благо трейлер не огромный, она достигает холодильника. Брюнетка открывает дверцу морозильной камеры, и хватает с полки закрытую бутылку минералки, после чего находит нужную таблетку в отделении для медикаментов, и тут же закидывает ее себе в рот. Ловким движением открутив крышку стеклянной бутылки, Зулема делает несколько глотков минеральной воды, дабы запить таблетку, после чего окидывает небольшой столик взглядом, в поисках своей пачки сигарет. Зеленые глаза медленно скользят по деревянной поверхности стола, тщательно сканируя каждый объект, находившийся на нем, и в конце концов встречаются с помятой пачкой сигарет. Картонная упаковка тут же отправляется в карман джинс брюнетки, а в след за ней и зажигалка, лежащая неподалёку. Закончив с рядом процедур по устранению похмелья, и вооружившись бутылкой воды, Зулема двигается в сторону небольшого шкафа, для того чтобы выбрать что-нибудь из верхней одежды, и по итогу останавливается на объёмной кофте на замке серого цвета. После чего она приступает к шнуровке своих военных сапог, затягивая каждый шнурок как можно туже, на что тратит достаточно приличное количество времени, но все же справляется с поставленной задачей, и в полной готовности движется к выходу из трейлера. Брюнетка делает два больших шага для того чтобы наконец покинуть вагончик, но останавливается прямо у толстой жестяной двери, ведущей прямиком на улицу. Что-то в ее голове резко щелкает, задерживая ее прямо перед выходом из трейлера, из-за чего Зулема решает последний раз перед тем как уйти окинуть помещение взглядом. Она вновь поворачивается лицом к комнате, и дабы унять свой беспокойный мозг, бегло пробегает глазами по всему помещению, анализируя что же она могла забыть. Все выглядит довольно обыденно, включая полуголую спящую блондинку, растянувшуюся по всей кровати, из-за чего Зулема долго не может понять что же могло ее затормозить, но спустя несколько мгновений ее взгляд падает на длинную мигающую ленту, прикрепленную под потолком трейлера, и все встает на свои места. Гирлянда Именно это мерцающее украшение раздражало темноволосую на протяжении всего утра, в следствии чего она пообещала себе отключить эти цветные огоньки, режущие глаз. Облегченно вздохнув, Зулема тянется к розетке, куда подключено все рождественское освещение, и одним быстрым движением отключает все волшебство праздничной ночи. К сожалению воспоминания, касаемо той самой ночи, так просто не отключить, хотя оглядываясь назад, может быть и к счастью. Одержав победу над ненавистной гирляндой, Зулема покидает трейлер. ~~~ Утренний морозный воздух ударяет в лицо брюнетки как только она оказывается на улице, что сразу выводит ее из равновесия, но несмотря на это, Зулема продолжает свой шаг, стараясь игнорировать ледянящий холод, окутывающий ее с ног до головы. Она стремительно удаляется от трейлера, в попытках спрятаться от всего произошедшего, но навязчивые мысли не покидают ее голову, и она вынуждена признать свою слабость. Она снова бежит. Бежит от своих проблем, от ответственности, тяготящей ее душу, от неожиданный изменений за кратчайший срок, и в конце концов она бежит от полюбившихся белокурых локонов. Неизвестно, сможет ли когда-нибудь Зулема побороть эту склонность к побегу, давно превратившуюся в ее самую губительную привычку. На протяжении всей жизни побег был для нее самым очевидным и верным способом справиться с навалившимися проблемами, из-за чего эта нездоровая повадка стала пугающей тенью, следующей за женщиной по пятам. Сложно сказать когда она перестанет сбегать от своих проблем и трудностей. Возможно, она навсегда останется заложницей подобного образа жизни, но с недавнего времени многое поменялось, и уходя сейчас, она знает что вернется обратно, в свой крохотный дом на колесах. _______________________________________ Массивная подошва военных сапог грубо давит мелкий, только что выпавший снежок, превращая его в темное неприятное месиво, от чего настроение брюнетки окончательно падает. Она бросает последний взгляд на свою перепачканную обувь, и раздраженно фыркнув, меняет траекторию своего движения, теперь уже направляясь туда, где земля не успела превратиться в мутное нечто. Зулема идет быстро, запустив руки в карманы кофты, совсем неподходящей для подобной погоды, и абсолютно каждой клеточкой своего тела чувствует хрустальный холод морозного утра. Собственно, эту цель она и преследовала. Этакая «терапия» основанная на постоянной игре с температурой. Зулема не раз занималась подобным в тюрьме, наказывая себя за содеянное душем из кипятка, поэтому сегодня решила провернуть что-то похожее, но в этот раз с низкой температурой. Тем более погода всячески располагала. Сложно сказать, что холод как-то способствовал решению проблем, но мёрзлость, царившая в воздухе, существенно отрезвляла, что определенно не могло не радовать брюнетку. ~~~ Пройденное расстояние стремительно увеличивалось, как и количество назойливых мыслей в беспокойном разуме Зулемы. Теперь пониженная температура никак не могла сдерживать нескончаемый поток пугающих раздумий, из-за чего было принято решение снять стресс самым привычным для темноволосой способом. Брюнетка по обыкновению тянется к небольшому кармашку джинс, и предварительно нащупав хлипкую картонную пачку сигарет, вытаскивает содержимое кармана, вместе с тем, поместив в руку излюбленную темно-серую зажигалку. Почти систематически она вытягивает сигарету из пачки, и тут же фиксирует ее между двумя пальцами, после чего подносит самый кончик свернутой бумаги к потрескавшимся от мороза губам. Зулема прокручивает зубчатое колесико зажигалки, и пламя вспыхивает в полной готовности снабдить ее никотином. Предварительно перекрывая небольшой огонек ладонью, дабы защитить его от ветра, брюнетка наконец поджигает сигарету. Излюбленный горький вкус начинает медленно расползаться по рту, а организм, давно приобретший вредную привычку, в конце концов получает желаемое. С достаточно спорным чувством удовлетворенности, Зулема продолжает свою прогулку, прокручивая в руках полупустую пачку сигарет, по всей видимости, пережившую атомную войну. ~~~ Побродив еще около двадцати минут среди заснеженной пустоши, изредка разбавляемой полуживой растительностью, Зулема оказывается возле небольшого озерца, где некогда она вместе с Макареной парковала украденную машину. Теперь у нее имеется достаточно времени, сил и уединения, дабы узреть красоту этого места. Как бы то ни было, во время миссии, от благополучия которой зависит твоя свобода, нет времени думать о чем-то кроме поставленной задачи. Сейчас же она совершенно одна, в дали от какой либо угрозы, именно поэтому брюнетка принимает решение остановиться здесь на немного, в надежде получить желаемый покой. Зулема максимально медленно и аккуратно пробирается к самому берегу крохотного озера, после чего приседает, обхватив ноги руками для сохранения тепла и лучшего баланса. Ее взгляд тут же устремляется на полупрозрачную гладь, покрывшую весь водоем, вплоть до противоположного берега, и зрачки немедленно начинают пристальное наблюдение за тем, как тонкая ледяная корка отражает редкие солнечные лучи. В какой-то момент в голове темноволосой зарождается необъяснимое желание нарушить идеально гладкую поверхность, и потакая своей же воле, она принимается искать какой-нибудь камушек, способный разбить образовавшуюся наледь. Пробежавшись взглядом по поверхности берега вокруг себя, она обнаруживает идеально подходящий по размеру камень, но отнюдь не это привлекает ее внимание. Стряхнув легкий слой снега с оледеневшей ветви, по всей видимости, сосновой, она обнаруживает крохотный зеленый росток, расположившийся прямо под обмершей деревяшкой. Прекрасно понимая, что подобное проявление жизни невозможно, особенно учитывая температуру, царившую в округе, Зулема активно моргает, стараясь развидеть ярко-зеленое пятнышко, но по итогу небольшой росток, отважно борющийся за свое существование, продолжает тянуться из земли. Среди всего этого оледеневшего мирка, сие растение кажется совершенно неуместной игрой в продолжающуюся жизнь, но несмотря на это, подобное сильно поражает Зулему. Она медленно тянется к крохотному, но очень отважному ростку, и почти неосязаемо проводит указательным пальцем по тоненьким лепесткам растения, быстро отдергивая руку, посчитав, что и так взяла от этого действа слишком много. Маленький, совсем не примечательный побег, вьющейся из земли, приобретает для Зулемы, наверное, слишком много значения, нежели имеет на самом деле, но тем не менее действует положительно, и женщина вновь позволяет своим мыслям вернутся к светлым локонам, раскинувшимся по подушке. Все слишком сложно. Именно эта фраза, звучащая в голове брюнетки, каждый раз блокирует все возможные связи с Макареной, не оставляя ни малейшего шанса что-либо изменить. И действительно, назвать их отношения легкими было бы трудно. Зулема искренне не понимает как блондинка может терпеть ее возле себя после всего произошедшего, но и сказать что она жалеет о всем содеянном в прошлом было бы все равно, что соврать. Врать и совершать противозаконные действия — вот что она умеет делать хорошо. Во время того как ты грабишь, главной задачей является избежание всевозможных ошибок, но в отношении блондинки она совершила не простимое количество ошибок, что существенно усложняло ситуацию. По итогу приобретя себе компанию в виде новой зажженной сигареты и чрезмерно отважного ростка, Зулема принимается тонуть в бесконечных раздумьях касательно девушки с фамилией Феррейро. _______________________________________ Много, очень много времени требуется Макарене для того чтобы прийти в себя после столь долгого сна. Ее глаза все еще закрыты, а тело укрывает теплое одеяло, но она уже чувствует весь тот ужас, что обрушится на нее как только она встанет. Затратив уйму времени на то, чтобы наконец приподнять столь тяжелые веки, Макарена наконец имеет возможность осмотреть трейлер, прибывающий на данный момент в полной темноте. Все искусственные источники света были отключены или же попросту перегорели, а натуральный свет, как правило, исходящий из маленьких окошек вагончика, иссяк с наступлением вечера. Кромешный мрак, царивший в небольшом помещении, еще больше усугублял ситуацию, склоняя блондинку оставаться в постели и дальше, но несмотря на это, Мака собирает все свои силы в кулак, и по итогу отрывает голову от подушки. Ноющая боль в мышцах тут же растекается по всему телу светловолосой, заставляя Макарену слегка поморщится, но в конце концов она отважно выдерживает все трудности, связанные с подъемом, и покидает постель. Долгими, ленивыми шажками она движется в сторону крошечной ванной комнаты, расположенной в трейлере, дабы наконец привести себя в порядок после минувшей ночи. Устроившись прямо перед миниатюрной раковиной, Мака поворачивает кран, регулируя напор воды и ее температуру, после чего приступает к умыванию. Прохладная вода выступает в роли целебного средства и неплохо отрезвляет после всего произошедшего, что несомненно помогает Макарене наконец отойти от длительного сна. В какой-то момент внимание блондинки переключается, и теперь ее интересует не прохладная вода, имеющая поистине лечащие свойства, а ее собственный внешний вид. На удивление выглядела она вполне неплохо. Единственное, что свидетельствовало о произошедшем ночью это глаза, приобретшие болезненный красный цвет, и багровые отметены, протянувшиеся полосой вдоль всей шеи Маки. Пожалуй, это первое, что бросалось в глаза, когда она смотрела на свое отражение в небольшом прямоугольном зеркале. Алые следы, покрывающие значительный участок кожи, начиная от уха и до самых ключиц, выглядели действительно жутко, но тем не менее, один только вид раскрасневшихся отметин вызывал у блондинки приятный холод, бегло пробегающий по всему ее телу. Кисть Макарены, ранее спокойно лежавшая на краю раковины, медленно соскользнула с гладкой поверхности, после чего потянулась прямиком до ее разукрашенной шеи, дабы коснуться тех самых ужасающих пятен. Подушечки пальцев почти неосязаемо пробежались по израненной коже, но и этого было достаточно чтобы почувствовать тянущую боль, растекающуюся вдоль всей шеи светловолосой. Краткая, несколько пугающая, ухмылка, едва поднятыми уголками рта, отразилась в зеркале в ответ на реакцию ее тела, после чего тут же исчезла с лица Макарены. Боль. Главная черта, характеризующая Зулему и ее действия. Самое ужасное, что подобное действительно начинает нравится Макарене, несмотря на то, насколько губительные последствия несут за собой взаимоотношения с брюнеткой. С противоречивыми чувствами касательно ситуации, и горьким послевкусие от осознания собственного бессилия, Мака окончательно завершает водные процедуры и наконец покидает тесную комнатку. ~~~ Спустя одну выпитую кружку кофе и несколько минут бессмысленного блуждания по трейлеру, Макарена решает переодеться. Светловолосая подходит к шкафу, который она любезно делит с брюнеткой и приступает к выбору одежды. По прошествию долгих пятнадцати минут, блондинка не обнаруживает ничего подходящего под текущую погоду кроме обычных синих джинс, расположившихся в самом далеком углу шкафа, что заставляет ее разочаровано вдохнуть и вновь вернутся к нелепому шатанию по небольшой комнате, но теперь уже в поисках того, что можно было бы надеть. В конечном итоге Макарена не обнаруживает ничего подходящего из одежды, ссылаясь на то, что весь ее огромный гардероб в стирке, но единожды окинув взглядом трейлер она замечает очень привлекательную, по ее мнению, толстовку, спокойно лежащую на небольшом угловом диванчике. Затратив несколько секунд на раздумья, касательно целесообразности запланированных действий, Макарена спешит примерить на себя огромную черную толстовку темноволосой. Она стягивает с себя футболку, накинутую на обнаженное тело сразу после пробуждения, и надевает излюбленную кофту Зулемы, свято надеясь на то, что ее не убьют за содеянное. ~~~ Луна, недавно проявишься на темном небосклоне, ярко светила, заставляя ранее выпавший снежок блестеть, пока очередная струйка табачного дыма медленно растворялась в ночном полумраке. Температура заметно снизилась, словно напоминая о скором приближении холодов, а ветер, ранее гулявший в округе, и вовсе утих, оставив после себя гробовую тишину. Почти неслышное трещание бумаги, исходящие от тлеющей сигареты, было единственным звуком, доносившимся до ушей Макарены, до тех пор, пока знакомые шаги не послышались вдали. Возвращение Зулемы было вполне ожидаемо, и привычно для блондинки. Каждая ссора, будь она серьезной или не очень, заканчивалась поспешным уходом брюнетки в попытках забыться. Зулема могла пропасть на несколько часов или даже дней, без какого-либо выхода на связь, что определенно было слишком безрассудно со стороны темноволосой, и совершенно ей не свойственно, но тем не менее, по прошествию определенного времени она возвращалась домой. Чаще всего без каких либо последствий, но иногда подобные похождения заканчивались кровопролитием, и не всегда благополучно для самой брюнетки, из-за чего по возвращению в трейлер, ей приходилось прибегать к помощи Макарены. Разбитое лицо и прочие части тела подвергались тщательной обработке, дабы не допустить дальнейшее заражение и ускорить заживление ран, после чего следовала часовая речь Макарены, повествующая о гуманности и вреде физического насилия. Естественно, слова, произнесенные блондинкой, мало волновали Зулему и она предпочла игнорировать их каждый раз, как только поднималась подобная тема.Но тем не менее, из раза в раз брюнетка прибегала к помощи Макарены, нацеленную на заживление полученных ссадин. Она вполне могла излечить себя сама, и скорее всего так бы и сделала, будь на месте Маки кто-то другой, но продолжала принимать помощь от блондинки, тайно желая чтобы руки светловолосой сново и сново, крайне трепетно, касались ее израненного лица в попытках что-то исправить. К счастью, на этот раз Зулема вернулась без каких-либо видимых повреждений, что позволило Макарене наконец выдохнуть и отогнать от себя пугающие мысли, касательно брюнетки. Единственное, что продолжало держать Маку в напряжение, это взгляд темноволосой направленный на нее со всем негодованием и недовольством, присущим только Зулеме. Естественно, что причиной подобной реакции стало наглое присвоение ее излюбленной толстовки, которая сейчас гордо красовалась на блондинке, удобно устроившийся на диванчике возле трейлера. Взор темноволосой еще раз пробежался снизу вверх по всему силуэту Макарены, после чего встретился с лицом блондинки, изображающим истинную невинность, относительно всей ситуации. Подобные гляделки, нацеленные на нахождение выхода из положения, продолжались слишком долго, из-за чего Мака была вынуждена прервать подобную бессмыслицу. -Мне ее снять? Проговорила светловолосая, взявшись за края толстовки, при этом слегка потянув ткань вверх, тем самым оголяя часть бледной кожи. Подобного жеста, нужно сказать довольно вызывающего, от блондинки Зулема не ожидала, но предполагала, что светловолосая вновь начнет свои бессмысленные игры, в ходе которых она из раза в раз провоцирует Захир на совершенно разнообразные действия. Мака пытается вызвать эмоции у брюнетки, будь они положительные или отрицательные, и по итогу достигает своей цели, используя при этом всяческие методы. Таким образом, Макарена умудряется заранее предопределить рамки своей дозволенности, касательно Зулемы. Каждая провокационная фраза или действие в сторону темноволосой доставляет Маке поистине великое удовольствие, в процессе которого блондинка умудряется «нащупать» придел своих возможностей в их непростых взаимоотношениях. Довольно странный способ развлечься, но за неимением альтернативы, вполне сносный. Да и самой Макарене подобные «игры с огнем» всегда приходились по душе. Сейчас же Зулема никак не реагирует на действия светловолосой, намеренно игнорируя ее поведение, дабы не дать ей заполучить желаемое, да и сил на какие-либо споры у брюнетки попросту не осталось. Оставив конфликт, касательно кофты в прошлом, Зулема присаживается рядом с Макареной на маленький диванчик, по обыкновению расположившийся прямо у входа в их небольшой трейлер, и все также сохраняя молчание, приступает к разглядыванию недавно появившихся на небе звезд. Ее взгляд мечется от одной сверкающей точки к другой, настойчиво пытаясь отыскать связь между небесными телами, дабы в будущем сложить из блистающих маячков то или иное созвездие. Зрачки брюнетки медленно скользят по темному небу, чертя тем самым линию между звездами, а мозг усиленно работает в попытках отыскать нужную комбинацию искорок, расположившихся на ночном холсте. Кажется, что уровень сосредоточенности Зулемы пребывает в наивысшем его состоянии, а шестеренки, прокручивающиеся в голове темноволосой, работают в разы быстрее. Конечно, подобный уровень концентрации нельзя сравнить с тем, как Зулема продумывает различные планы и свои коварные помыслы, но тем не менее брюнетка довольно напряженна, из-за чего по обыкновению прикусывает свою нижнюю губу. Помимо сигарет и всего прочего, это еще одна привычка, свойственная темноволосой. Как и следовало ожидать, Зулема в конце концов справляется с поставленной задачей и находит на беспросветном небе созвездие «Персей». Внутренняя победа приносит немало удовольствия брюнетке, из-за чего на ее лице появляется небольшая ухмылка. Подобная демонстрация своих эмоций действительно удивила Макарену, с интересом наблюдающую за сосредоточенной женщиной, но отнюдь не это привлекло внимание светловолосой, и заставило ее карие глаза устремиться прямиком на растрескавшиеся губы Зулемы. Обветренная кожа, измученная резким перепадом температур, в конце концов треснула прямо в области губ брюнетки, и горячая кровь, контрастирующая с обмерзшим лицом темноволосой, прошлась тонкой линией вдоль всего ее подбородка. Естественно подобное не могло быть не замечено блондинкой, и теперь она в открытую всматривалась в лицо Зулемы, мягко обрамляемое несколько тусклым, лунным светом. Алая струйка, сочившаяся из образовавшейся ранки на губах, продолжала медленно скользить по лицу Зулемы, пока зеленые глаза брюнетки были прикованы к взгляду Маки, направленному прямо на нее. Очередное молчание, разбавляемое лишь неоднозначными гляделками, оборвалось, когда рука Макарены неспешно, со всем что ни на есть трепетом, коснулась обмерзшей кожи брюнетки, в попытках стереть с ее лица кровавую полосу. Дыхание Зулемы оборвалось, и все что ей оставалось это наблюдать за тем, как тонкие пальцы светловолосой аккуратно выводят причудливые линии вдоль всего ее лица. Подушечки пальцев, почти неосязаемо касающиеся бледной кожи, двигались в случайном направлении, пока по итогу не остановились на раскрасневшихся губах брюнетки. Взгляд Макарены, ранее следивший за движением ее же пальцев, вновь обратился к изумрудным глазам Зулемы, пытаясь разузнать что же происходит в голове темноволосой, после чего указательный палец блондинки прошелся прямо по свежей ранке на губах брюнетки. Тихое шипение, вызванное возникшей болью — единственная реакция Зулемы на подобный жест. Макарена убедившись в том, что может двигаться дальше, проводит большим пальцем по обветренным губам брюнетки, и не проходит и секунды и ее запястье крепко, почти болезненно, сжимают побледневшие пальцы темноволосой. Хватка Зулемы надежнее всяких наручников. Глупо. Единственное, что приходит на ум блондинке, относительно всей этой ситуации. Они ходят по кругу, то и дело шагая по одним и тем же истоптанным до невозможности дорожкам, и по итогу не получают из этого ничего стающего. Совершенно бессмысленным для Макарены кажется все происходящие с ними и их отношениями, учитывая с каким энтузиазмом Зулема идет ей на встречу. Не в состоянии осмыслить всю степень абсурда сложившийся ситуации, Мака горько усмехается, и тянется за последней сигаретой из ее опустевшей пачки, которая предательски сильно пахнет табаком, излюбленным Зулемой. Темноволосая же не предпринимает ничего лучше, чем просто исчезнуть, растворившись в табачном дыму, исходящим от зажженной сигареты блондинки. Она быстро, словно покидая место преступления, входит в трейлер, на данный момент освещаемый лишь ароматическими свечами, ранее купленными в канун рождества, и замирает на месте, завидев стеклянную фигурку прямо на кухонном столике. Она медленно подходит к интересующему ее объекту, в тайне надеясь что ее глаза нагло лгут, и по итогу все ее страшные опасения вмиг становятся явью. На столе, отражая мягкий свет, исходящий от свеч, стоит стеклянный шар, некогда понравившийся Зулеме. -Блять Полушепотом произносит брюнетка, и стараясь сохранить равновесие и самообладание, облокачивается на ближайшую стену.