The sea has the ability to heal

— Знаешь, мы всегда отличаемся от кого-то, — шепчет Гонхи, смотря на тихую, водную гладь небольшого озера, в котором отражается вечернее небо и тот самый яркий, прекрасный, закат. — А ещё, мы от чего-то спасаемся… По большей степени от четырёх вещей, Канхён: от людей, проблем, любви, мыслей и, конечно же, от самого страшного и неприятного — от одиночества. Канхён взгляд от книги отрывает и переводит его на паренька, который принялся после третьего бокала красного вина, изливать вновь свою большую и ужасно светлую душеньку в пятый раз за этот прекрасный, летний месяц. — Ну, раз это так, то ты в чём-то должен находить своё небольшое спасение, Гонхи, — мило проговаривает Канхён перелистывая очередную страницу своего третьесортного, но ужасно увлекательного романчика, купленного на очередной станции метро, по дороге в это отдалённое и ужасно живописное место. — Может тогда уже скажешь и о том, в чём ты его находишь, Ли? Гонхи камушек в прозрачную, чистую воду небольшого озера бросает, наблюдает за тем, как по воде бегут небольшие круги, что размазывают образ яркого заката. Как-то тяжеловато вздыхает и устраивается поудобнее на пледе небесно-голубого цвета. — Это море… — тихо лепечет старший, смотря на проплывающие облака, но не на самом вечернем небе, а в отражение зеркала воды. — Знаешь, Канхён, море лечит. Именно в нём я и нахожу своё небольшое, но притягательное исцеление. По сути, люди всегда стремятся к морю, а у меня есть своё, любимое и такое личное… Хоть оно и мало по размерам с реальным, но оно лечит меня. Гонхи взгляд переводит на своего удивлённого этой огромной массой откровений друга, в которого он был когда-то влюблён и, улыбается слишком нежно, как никогда раньше. — Скажи, а у тебя есть своё море? — интересуется Ли, зарываясь в свои волосы тонкими, изящными, длинными пальцами. — Нет, его нет, да и не было никогда, — откровенно произносит позади сидящий парень, смотря на плывущие по небу облака сквозь свои пальцы. — Но, наверное, теперь оно будет и у меня, Гонхи. А точнее, когда тебе или мне будет грустно или плохо, то мы будем выбираться сюда. Гонхи усмехается в кулак, но так, что младший и не реагирует на эти тихие, почти беззвучные смешки друга. — И ты, действительно, готов приходить в это прекрасное место со мной? — удивляется Ли, наблюдая за своим другом, увлечённым небом, раскрашенным в яркие краски лета. — Да, — отрезает Канхён, закрывая свои глаза и пряча эмоции, что перемешены с чувствами к Ли Гонхи. — Я ревную тебя, Ли Гонхи. Поэтому я не смогу позволить больше никому в этом мире занять моё место, что находится слишком близко к тебе. Не смогу вынести ни одного взгляда, адресованного тебе и, кажется, не смогу смириться с тем, что ты живёшь далеко от моего дома, Гонхи… — Так значит, это и есть любовь? — шепчет Гонхи, вырисовывая на прохладном, немного мокром песочке какие-то замысловатые узоры. — Если это любовь, то она имеет свойство исчезать и проходить, причём, слишком быстро, стоит ей раз лишь поселиться не только в твоём сердце, но и внутри тебя самого. — Может и так, — складывая книгу в небольшой рюкзак, отзывается слишком грустно парень. — А что, если это не просто обычная любовь, а самая сильная и прекрасная? То что может произойти тогда, Гонхи? Разве она проходит? Ли жмурится от услышанного вопроса, сглатывает противный ком из горечи и прошлых, причиняющих душевную боль и тревогу, чувств, промаргивает слёзы и обнимая колени, шепчет: — Да, даже и самая сильная любовь проходит… — Значит и твоя прошла? — задаёт вопрос младший, смотря на длинную тропинку, ведущую к железнодорожной станции, расположенной в часе ходьбы от этого небольшого озера, окружённого высокой травой, массивными деревьями и невероятно нежными цветами. — Да, думаю, что так и есть, — не сдерживая слёз, шепчет Ли. — Но, я думаю, что это значит, что это была вовсе не любовь, а просто, некая зависимость, которая прошла со временем, малыш… Шаги младшего остаются отголосками прошедшего дня в голове Ли и завершаются где-то, прилично далеко, от плачущего Гонхи. Парень ложится калачиком на свой плед и даже не стирает слёзы. Смотрит на закат и пытается забыть о причиняющих боль чувствах. И только море, созданное в голове, становится его спасением из этого не оканчивающего, адского круга…