Уходи из моей головы!

Двери оглушительно хлопнули, закрываясь от взмаха палочки, черная мантия, как ветер, пролетела по центральному проходу класса и перед учениками пятого курса явился никто иной как, ранее учитель зельеварения, а ныне учитель ЗОТИ, профессор Северус Снейп. Мужчина остановился на возвышении и поприветствовал учеников. — Здравствуйте. В этом году, как вы уже могли понять, вас ждут некие изменения. Теперь я буду учить вас защите от темных искусств и уж поверьте, вы наконец сможете чему-то научиться. А по сему откройте страницу восемь в ваших учебниках. — Гарри, — шепотом обратилась к парню Гермиона, — не замечаешь ничего странного? Парень оглянулся. — Что-то не так Гермиона? — Здесь студенты всех факультетов, но далеко не весь курс. Многих нет. Такое чувство, будто провели какой то отбор. Вдруг Гарри и Гермиона почувствовали, как мантии за их спинами натянулись. — Чего тебе, Малфой? — сердито прошипела Гермиона, пытаясь не привлекать внимания. — Если бы здесь проводили отбор по умственным способностям, то, как минимум, Уизли сюда не попал бы. Я уже не говорю о других «выдающихся» учениках, что здесь сидят. — Тебе не говорили, что прослушивать не красиво? — Не сомневайся, Потти. — Как ты меня назвал?! — Гарри! — Гермиона попыталась умерить пыл парня, но профессор поспешил ее опередить. — Мистер Поттер, я полагаю, вы уже изучили восьмую страницу достаточно, чтобы ответить мне, что такое Легилименция?! — Простите, профессор… — Все ясно, другого ответа я и не ожидал. Но, к вашему сведению, вам стоило бы вызубрить эту тему наизусть. — Учитель наконец ответ взгляд от опущенной головы Гарри и начал рассказывать теоретическую часть. - Искусство легилименции чрезвычайно сложное, оно требует множества интеллектуальных и психологических затрат. И, могу сказать, что не все из вас смогут овладеть этим искусством. Только наиболее усидчивые и внимательные. Легилименция — это умение извлекать чувства и воспоминания из чужого ума. Сразу скажу, это не имеет ничего общего с представлениями магглов о чтении мыслей. Ум — не книга, которую можно раскрыть, когда тебе заблагорассудится. Мысли не напечатаны внутри черепа. Для удачного опыта легилименции необходим зрительный контакт, но это не всегда является решающим фактором. Важно иметь с объектом какую-либо связь, и чем она сильнее, тем легче вам будет, или же наоборот, труднее. - Итак, что нужно для того, чтобы проникнуть в чужой разум? Прежде всего, запомните взмах палочкой и само заклинание, Легилименс. Недостаточно просто верно произнести заклинание. Необходимо мысленно сконцентрироваться на объекте проникновения. Перейдем к практике. Разбейтесь на пары по два человека, и попытайтесь проникнуть в сознание вашего партнёра. Затем поменяйтесь местами. Не думаю, что у кого-то получится в полной мере осуществить легилименцию, но советую не думать о чем-то личном. Начали! Гермиона заняла место напротив Блейза Забини. Конечно же она уже прочла учебник за пятый курс летом, но упражняться возможности не представилось, поэтому это заклинание она использовала впервые. — Ну что, кто первый? — Дамы вперёд. — Как скажешь. — Гермиона направила палочку на парня, установила четкий зрительный контакт, сделала указывающий взмах и произнесла, — легилименс! Всего на секунду ей показалось, что она смотрит на себя глазами Забини, лишь яркая вспышка и какой-то странный звук, что-то схожее с плачем, вот только довольно странным, будто притворным. — Чё зависла? Увидела что-то? — Не совсем, только услышала плач, женский, правда он был немного странным. — Гермиона вдруг осознала, что мать Блейза — вдова и возможно её плачь она услышал в голове парня. Но он никак на это не отреагировал. — Моя очередь. Теперь уже Гермиона смотрела на Блейза в роли жертвы. — Легилименс! Девушка ощутила странное покалывание во лбу, а затем в голове начали всплывать картинки, одна за одной. Живоглот, Рон, старая книжная страница, какое-то заклинание, но уже через минуту все стало, как прежде и разум прояснился. — Ты молодец, Блейз, что ты видел? — Кота, он бросился на твоего дружка Уизли, а затем я увидел, как ты выбирала учебники для третьего курса, вроде бы. — Да, все верно… - Гермиона не понимала, почему Блейз увидел так много деталей, а она лишь услышала непонятный звук, который мог быть совсем не тем, о чем она подумала. — Я бы хотела попробовать ещё с кем то, если ты не против. — Как хочешь, — безразлично кинул парень. Через несколько попыток результат улучшился, но желаемого девушка так и не сумела достичь. Профессор снова обратил внимание учеников к себе, пристукнув книгой о стол. — А теперь поговорим немного об окклюменции - искусству заграждать свой рассудок от чужого проникновения. Ведь и вы сами можете стать жертвой проникновения извне. Для того, чтобы противостоять наложенному заклятию вам необходимо максимально сосредоточиться, при этом отбросить эмоции, очистить сознание. Тренируйтесь очищать разум. Не допускайте противника в свое сознание, примените всю свою волю. Меняясь поочередно парами ученики снова и снова применяли легилименцию и окклюменцию, и к концу урока все были изрядно истощены. — На сегодня достаточно. — Прозвучал голос Снейпа и ученики лениво начали разбредаться. Вот только Гермиона стояла на месте не понимая что происходит. Почти каждый, кто попадал ей в пару без лишних трудностей проникал в ее сознание. Девушка никак не могла препятствовать этому, и казалось, ей совсем не получается применить окклюменцию. Но как такое может быть? Даже Невиллу удалось частично противостоять Чжоу, а она имела неплохие результаты по окончанию урока. Девушка не верила в то, что она не способна защитить свой рассудок. Свой драгоценный мозг! На секунду ее даже посетили мысли о том, чтобы спросить об этом у Снейпа, но из раздумий ее вырвал Рон. — Гермиона, пойдем скорее. Или тебе здесь так нравится? — Да, да… Я иду. В тот день Гермиона до глубокой ночи просидела за книгами. Она искала, искала причину своей слабости в этом заклинании, но на страницах лишь упоминалось о том, что легилименцию легко применять к слабоумным и к… магглам. Слабоумной Гермиону точно не назовешь, но и маглом она не была. Зато ее родители были, и именно это сыграло с ней злую шутку. Главные страхи Гермионы — слабость и незнание. Драко Малфой, начиная со второго курса, окрестил ее грязнокровкой, и как же ужасно ей было понимать, что именно маггловская кровь на даёт ей сейчас приуспеть в таком важном заклинании. Она уже догадалась, что эту тему, которая, к слову, раньше в школе не преподавалась, добавили из-за возрождения Волдеморта, и его приспешников. Сильным темным магам было нипочём проникнуть в разум старшеклассников, и сделать из них шпионов, а потому Дамблдор, скорее всего поручил Снейпу обучать их необходимой защите. Все эти мысли сливались в ее голове в какую-то безумную какофонию которая отбивалась в висках резкой болью. Девушка уложила голову в ладони, сидя над библиотечным столом устеленным пергаментом и книгами. Она чувствовала собственную слабость так четко, как никогда прежде, и ее это пугало, в буквальном смысле. Сердце забилось чаще, в висках пульсировала кровь, перед глазами потемнело и, казалось, вмиг стало нечем дышать. Страх сковывал ее крепкими веревками, ещё секунда и та упадет в обморок, но… — Гермиона! Гермиона?! Что с тобой? Ты меня слышишь? Гермиона? Кто-то легонько трепал ее за плечи, и голос этого человека стал спасательной соломинкой. Паника отступила, лишь только сердце продолжило биться в бешеном ритме. Гарри, это был он. И Рон, конечно же. Они искали Гермиону, ведь она пропустила ужин, и нашли ее в привычном месте, но в очень непривычном состоянии. — Гермиона, тебе плохо? Мне казалось ты сейчас отключишься! — Рон бурно выражал свое беспокойство. — Я просто немного устала. У меня очень плохо получается окклюменция, и я искала, что может помочь. — А мы можем как-то помочь? — поинтересовался Гарри. — Вы могли бы ни кому об этом не говорить, для начала? И, разве что, кто-то из вас сможет поупражняться со мной дополнительно, ибо классных часов мне явно будет недостаточно. — Гермиона посмотрела на друзей, сидящих по ту сторону стола. Конечно же они помогли бы ей. Но не смогут. — Прости, Гермиона, Снейп и так назначил мне дополнительные занятия. Они с Дамблдором думают, что Волдеморт может захватить мое сознание. Я и после одного-то урока выжат, как лимон, боюсь я не смогу ничему научиться, если буду до нитки истощен. — Конечно же, я не настаиваю, все нормально, Гарри. Я поупражняюсь с Роном. С чего-то ведь надо начинать! Уже со следующей недели по вторникам и пятницам, вечерами, Рон с Гермионой находили выручай комнату и упражнялись, пока Гарри был на вечерних тренировках по квиддичу. Но уже совсем скоро тренировки Гермионы по окклюменции превратились в изучение Роном легилименции. Познания парня оказались слишком скудными, и по сути он даже не мог правильно воспользоваться заклинанием, чтобы Гермионе пришлось защищаться. Это ужасно расстраивало ее, ведь другой кандидатуры не было, а рассказать об этом кому-то было для нее равноценно вымазаться в грязи. — Рон, прошу, постарайся! -досадовала девушка в один из вечеров. — Я пытаюсь! — Прости, я нехотела кричать на тебя… — На нас так же кричать будешь? — из дверного проема показались две рыжие головы семикурсников, братьев близнецов. — Фред, Джордж? Что вы здесь делаете? — Я их позвал, Гермиона, — отозвался голос Рона за ее спиной.