Искра Божия

Ещё пару дней назад, скажи кто Джону, дипломированному врачу с многолетней практикой, что он будет заниматься подобным — поднял был на смех. Но сейчас ему было не до смеха. А только до отчаянных рыданий. Ватсон, держа в одной руке бутылку, из которой то и дело прихлёбывал, другой старательно выводил на полу гостиной руны, какие-то знаки, пытаясь разместить их в пентаграмме ровно так, как было показано в интернетном ролике. Рисовал он кровью, что сочилась из рассечённой вены. Закончив, удовлетворённо посмотрел на плод своих усилий, поставил бутылку, вытер рукавом рот, сел перед своим творением и принялся читать заклинание призыва, что представляло собой жутко искажённую латынь с вкраплением неизвестных Джону языков. И к его удивлению — призыв сработал. Кровавые линии засветились голубым и прямо в центре пентаграммы возник высокий тощий силуэт. Силуэт чихнул, пару раз повернулся вокруг своей оси, выпрямился, и оказался бледным черноволосым мужчиной с симпатичными рожками, хвостом с кисточкой и… в чёрном пальто на совершенно голое тело. Даже обуви на нём не было. Как и копыт. Обычные человеческие босые ноги. Только всё также неимоверно бледные. — Кхем! — призванный демон откашлялся и посмотрел на человека. — Гм… — заключил он, изучив взлохмаченные волосы, покрасневшие от слёз и бессонницы глаза, трясущиеся руки, по одной из которых продолжала бежать кровь. — Я рекомендовал бы перевязать, а то не ровен час оправитесь к праотцам раньше, чем мы заключим договор. — Да… сейчас… — Джон кое-как перетянул руку подготовленным заранее бинтом. Демон некоторое время следил за его неловкими попытками, потом дыхнул огнём с запахом серы (или тухлых яиц, кому что ближе), сел рядом и в два лёгких движения завершил перевязку, как следует затянув и завязав. — Итак, что хочешь, человек? — Моя жена… и дочь… они умерли в аварии два дня назад. Я хочу, чтобы ты вернул их к жизни. — Угу. Цена стандартная, твоя душа, ты в курсе? — Да… — Джон выдохнул это со страхом, но за прошедшее время уже немного свыкся с этой мыслью. — И это означает, — демон осмотрелся. — Стульев-кроватей у тебя тут вообще нет? Не на полу же сидеть? — Я… их… разломал. В припадке… горя. Можем пойти на кухню. Там есть. — Идём. Демон почти поднял Джона за шиворот и оттащил на кухню, даже не спросив, как туда идти. Видимо, имел неплохой опыт. На кухне Ватсона сгрузили на кресло, а сам демон уселся на другое. Распахнутое пальто позволяло во всей красе любоваться его естеством. Вполне человеческим на вид. Выбритым, полустоящим, почти белым с розоватой головкой. Джон и рад был бы не смотреть, да как, если взгляд сам упирается. — Суть нашего договора. Я исполняю желание в обмен на душу. После твоей смерти она становится моей. Но это не значит, что ты отправишься в Ад, в джакузи в форме котла. Я её просто съем. Ну или поглощу, если быть точнее. И ты перестанешь существовать вообще. Джон чуть икнул. — Вот-вот. Подумай как следует. Стоит ли это того. Дочь погибла. Если совсем малышкой была, наверняка уже тусит с ангелами. Да и жена… если верность блюла, и так особо не грешила, тоже скорее всего рассекает по облакам с арфой. Ты вот свой срок доживёшь… — демон пристально всмотрелся в Джона. — Вау, какая душа светлая… светится вся. Полна любви и благодати. Имеешь все шансы к ним попасть. — Разве? — Но и горя с отчаянием хватает… Я её вижу, мужик. Редкой чистоты душа. Такие бывают у тех, кто о других всю жизнь заботится. Вкусные… много сил дают. Джон, сам не зная почему, поднялся, щёлкнул чайником и поставил перед демоном тарелку с печеньем. Его в свой последний день напекла Мэри. Любимое печенье Рози… В виде рыбок. Слёзы сами закапали на стол. — Они умерли на моих глазах, понимаешь? — Понимаю. И им сейчас наверняка комфортно в раю. А ты хочешь их обратно на землю утянуть. В поломанные тела. Ну потусуетесь тут ещё немного, а потом — они снова в Рай, а ты на обед демону? — Вас… как зовут? — Джон заварил две чашки. Одну свою любимую, другую гостевую. — Хм… демоническое имя лучше не произносить всуе. Так что… зови Шерлоком. Шерлоком Холмсом, если хочешь. — Гм… а почему? — Какое твоё дело? — демон с явным удовольствием глотнул чая и закусил печеньем. — Просто интересно. Странное имя. — А тебя как величать? — Джон. Джон Хэмиш Ватсон. Значит… лучше их не трогать? Оставить всё как есть? — Это тебе решать, мужик, — демон почти моментально расправился со своей порцией печенья и чая. — Я перспективы обрисовал. — Но вы же демон. Зачем вам меня отговаривать? Разве вы не должны наоборот, любой ценой желать получить душу? — Должен… — демон пошарил глазами по столу, убедился, что печенья больше нет, — да только… — Да? — Обман всё это будет, — с трудом протянул Шерлок. — Враньё. Про воскрешение. Искра жизни даётся Богом, и если она улетела — то всё. Демонам её не вернуть никак. И то, что ты будешь принимать за жену и дочь, будет вовсе даже не ими. — К концу этого признания, кончик хвоста демона и кончики рогов загорелись синим пламенем, как и пентаграмма во время призыва, а демон стал морщиться от боли и говорить всё медленнее. — Я в своё время по дурости тоже контракт заключил, брата старшего хотел спасти, свою искру потерял, демоном стал… и нет мне ни спасения, ни покоя, ни надежды… — с каждым словом пламя всё усиливалось. — Так что… отпусти их в Рай, Джон Хэмиш Ватсон, и живи свою жизнь достойно, пока не придёт время встречи. — Демон с трудом поднялся, упираясь ладонями в стол. — И никого больше не призывай. — Пос… послушайте, а вы… — Да? — было очевидно, что стоит посланник преисподней с трудом и больше всего хочет исчезнуть отсюда. Видимо, за такие вот откровения огонь причинял ему нешуточную боль. — Почему вы… голый? Не это хотел спросить Джон. Совсем не это! А как можно ему помочь. Откуда эта глупость вылетела? — Так ты меня так быстро призвал, я трусы натянуть не успел. Только пальто вот уже в полёте подхватил. Джон кивнул, собираясь предложить хоть какую-нибудь помощь, но видимо это движение послужило сигналом к концу беседы. Шерлок ещё раз глянул на него и исчез, не оставив после себя никаких следов, даже пентаграмма на полу исчезла.