Выживающий

      Летний день в маленьком городке Литл-Уиндинг неуклонно подходил к концу.       В этот раз оно было на удивление прохладным, пусть и не дождливым - в шортах и футболке особо не побегаешь, но вот пройтись в штанах, да в куртке было делом чести.       Уличные коты и собаки, казалось, только радовались подобным изменениям - не было столь душно и жарко, а значит можно было вдоволь побегать по улицам, поискать еды и согреться, просто двигаясь.       Гарри наблюдал за этим с довольно простой мальчишеской улыбкой на лице. А его верный друг Джек только урчал и искал с чем можно поиграть.       Недавно он наконец смог закончить серию прививок! И даже поставить те, которые требовалось ревакцинировать. Так что Джек теперь был полностью здоров.       Дурсли, не уступая своей давней традиции, вновь загрузили Поттера работой. Но тот был этому даже рад - учебники были перепрочитаны, новые он ещё не покупал, а домашнее задание на лето выполнено.       На лице Поттера промелькнула тень, когда он вспомнил события недельной давности. Тогда он, вроде немного поругался с дядей Верноном и случайно его припугнул...

* * *

      Двенадцатилетний пацан сидел за столом в комнате и корпел над книгой и листом пергамента. Пока была возможность, он пользовался обычной шариковой ручкой, а не пером, которое скрипело на пергаменте, чем раздражало.       В какой момент в комнату вошёл Вернон Дурсль, Поттер не запомнил. Однако отлично запомнил его реакцию.       - Что это ты делаешь? - прошипел мужчина, стремительно наливаясь краснотой.       "Даже слишком стремительно" - отметил Гарри. - "У дяди опять проблемы с сердцем."       - Учу уроки, - ответил мальчик, показывая на лист с свежими записями и книгу.       - Я говорил - чтоб в моём доме не было никакой ненормальщины! - прокричал мужчина.       - А что, делать уроки нынче считается ненормальным? - спросил спокойно мальчик. Мужчина поперхнулся. - Или Дадли ничего не делает? Если учителя сказали, что нужно делать уроки летом - значит это нужно делать. Мне сказали - я делаю.       Что ответить на это, Дурсль-старший не знал. Однако всё же собрался и, презриетльно скривившись, выдал:       - И что же будет, если ты не сделаешь уроки?       Лицо Гарри посуровело.       - Я останусь необученным магом. Опасным как для самого себя, так и для всех, кто находится рядом.       - В-всмысле?! - стал ещё более красным мужчина.       - Известны случаи возникновения... аномалий, - ответил осторожно Поттер. - В основном, когда не-человек не мог справиться с... ненормальностью. Чаще всего это приводило к жертвам. Вам оно надо, дядя? - и хмурый взгляд мужчине прямо в глаза.       Тот от взгляда вдруг стал обычного цвета. Или это была этакая бледность?       - Я тебя понял, Поттер, - наконец, сказал он. - Но чтоб в моем доме этой ненормальности не было!       - И не будет, - хмуро ответил мальчик. - Я ещё жить хочу. Как и вы, полагаю.

* * *

      Гарри скривился.       Это была ложь. А врать он не любил. Врать - значить путать себя, ставить самому себе капканы.       Нет, он сказал правду. Необученные волшебники действительно создавали аномалии. И эти аномалии приводили к жертвам.       Но толк в том, что чаще всего это были дети возраста ДО одиннадцати лет. И они сами подавляли свои магические выбросы, из-за чего магия не могла выбраться наружу маленькими толчками и в один момент вырывалась огромным взрывом.       А сейчас? А сейчас он хоть и мог опять вызвать такой выброс - тот случай с Локонсом был достаточно свеж, - это бы могло быть ещё более неконтролируемо, чем у младших.       Кстати, насчёт Локонса. Этот недопреподаватель уволился незадолго до начала экзаменов. Или его уволили - слухи и чья-то правда смешались, так что истину выяснить не удалось. Но суть оказалась в том, что экзамен по этому предмету отменили - за неимением преподавателя/экзаменатора.       "Интересно, а кого в этот раз пригласят?" - подумал Поттер.       Но вот наконец вечер вступил в свои права, и Гарри с Джеком отправились домой.       Однако, едва войдя в дом, он тут же оказался в "объятиях" чего-то толстого. И теплого.       - О, а вот и ты, - глухо произнес давно не слышимый Поттером голос.       - Добрый вечер, тётя Мардж, - слабо улыбнулся Гарри.       Мардж Дурсль была родной сестрой Вернона Дурсля и не была кровной роднёй Поттера. Однако это не мешало ей относиться к нему получше "родной" тёти Петунии или дяди Вернона. Может причина была в том, что он не был у неё постоянно на виду, вызывая тем самым раздражение?       - Добрый, добрый, - кивнула женщина. - Ты чего, только пришёл? Ну так давай, руки мыть и за стол. Думаю, Петунья приготовила замечательный суп.       Названная лишь слабо, искусственно улыбнулась - женщины были не в ладах.       Мардж была почти такой же пухлой, как и Вернон, хотя и несколько уже в талии и плечах. Светлые волосы волнами спадали до плеч, серые водянистые глаза всегда смотрели достаточно зорко, подмечая некоторые детали, а лицо, уже имеющее ранние морщины, почти всегда выражало строгость и порядочность. Одета добротно - сразу видно женщину среднего достатка. Рубашка с пиджаком серо-зелёных тонов, бурая юбка до колен, колготки и туфли. На шее - кулон с фото погибшего мужа, на правой руке его же часы.       Что случилось с мистером Дурслем Гарри не знал - он погиб, когда им с Дадли было три года от роду.       - Кстати, а где ваш Злыдень? - осведомился Гарри, снимая ветровку и вешая её на вешалку на крючке.       - А, я его оставила дома, - сказала женщина. - Он уже старенький, ему будет полезно немного отдохнуть от такой замечательной меня.       Гарри про себя немного улыбнулся. Хоть Мардж с Верноном были прямыми родственниками, во многом они были непохожи. Например, тётя Мардж умела над собой немного подшучивать и смеяться.       Злыдень же был бульдогом с кличкой, почти полностью описывающей его характер. Всё что могло быть погрызено - им грызлось и слюнявилось. Всё что могло сломаться - ломалось. Даже на Гарри он один раз напал. После этого в гостях его Поттер не видел.       Вечер прошёл довольно неплохо, как на взгляд Гарри.       Сначала они все вместе поели - Мардж всегда высказывалась за возможность племянника поесть вместе с "семьёй". Потом Гарри отослали мыть посуду, а Дадли начал уплетать печенье, в то время как взрослые открыли алкоголь.       Несколько бокалов - и вот уже оба Дурсля были навеселе. И если Вернона в таком состоянии Гарри опасался, то вот Мардж - не особо. Всё же в таком состоянии он её не видел ни разу, так что и не мог знать, опасаться её или нет.       После помывки посуды Поттер хотел было уйти к себе в комнату, но пьяная Мардж этому воспротивилась и усадила рядом с собой - видимо, хотя бы инстинктивно понимала витающее напряжение в доме.       Так они всей семьёй и просидели... И кажись также и уснули - сытые, довольные и согретые.

* * *

      После получения списка предметов на предстоящий год обучения, Джастин вновь связался с Гарри с предложением закупиться вместе.       Тот же, будучи мальчиком неглупым, согласился. Тем более, что после приезда родной сестры дядя Вернон вновь подобрел и отпустил Поттера, не особо расспрашивая. И даже согласился подписать разрешение на выход из замка в волшебную деревню в окрестностях замка! Не иначе как прошлым вечером перебрал с бренди.       Прогулка за покупками прошла в более-менее штатном режиме.       Кроме, разве что, момента с книгой по "запрещённой магии".       Гарри, честно ожидавший сову с этим купленным предметом, был несколько обижен, когда в один из зимних дней ему была прислана записка, в которой информация сводилась к одному.       Отправлять совой книгу опасно, передадим лично.       Вот теперь и передали. Джастин только осведомился, когда Гарри заказал книгу, и получив честный ответ, перестал интересоваться. Ему этот шаманизм был чужд.       А уж когда чета Финч-Флетчли узнала о том, что Поттер дополнительно и безвозмездно занимается с их сыном зельеварением, наукой требующей постоянной практики и внимания, то загорелись идеей снабдить школьника всеми необходимыми реагентами. Естественно, для начала осведомившись о безопасности и законности сего действия.       Так что теперь Гарри вновь проводил свои дни в комнате, читая книги и готовясь к предстоящему году.       Книги, кстати, были очень интересными. Особенно выделился присланный Хагридом учебник по УзМС, называемая "Чудовищная книга о чудовищах". Ведь эта книга была натурально живой! Имела четыре глазика, переплёт болотистого цвета имел мех и был постоянно тёплым, а книга так и норовила "прикусить" листами пальцы мальчика.       С ней порой играл Джек, устраивая бардак, но делал это нечасто. Да и Гарри старался такие "мероприятия" проводить по минимуму - лишний шум и так нервным Дурслям от него был ни к чему.       Что же касалось "запрещённой магии"... На поверку, она не была сложной в освоении. Она была трудной в понимании. Для того, чтоб магия сработала без "шума", нужны были особенные факторы - привязка конкретной цели к пустышке/кукле/тотему, понимание цели, с которой эта "приманка" была сделана и для каких действий с объектом.       Да и за эту магию была расплата. Чаще всего довольно очевидная - силами самого использующего, но порой требовалась и иная плата. Тут тоже нужно было понимать цену и уметь её либо платить без остатка, либо принижать, готовясь к последствиям.       Но в целом книга оказалась довольно интересной.       Хотя Поттер решил её не брать с собою в школу. Мало ли, украдут её. Или кто левый прочитает. Так что книга была завернута в пергамент, закреплена ремнем и отправилась в старый добротный комод под кучу одежды.       Так до конца лета время и прошло. Относительно незаметно, но достаточно приятно.       Хотя была и страшная новость - из какой-то там тюрьмы (почему-то не назвали точную) сбежал маньяк по имени Сириус Блэк. Он был посажен за терроризм и массовое убийство с попыткой суицида. А сейчас каким-то образом свалил.       Гарри из-за этой новости был весьма настороже, когда гулял по улице или ходил в магазин. Однако никого с внешностью, показанной по телевизору, не видел.       А вот почти перед самым отъездом с мальчиком произошла немного... неприятная история.       Он тогда гулял по улочкам города с котом, запоминая Литл-Уиндинг, и попутно собирая некоторые сорняки и лекарственные травы. И вдруг прямо перед его носом выскочил чёрный пёс, достаточно крупный - в холке Гарри примерно по пояс, - с жёлтыми дикими глазами и оскалом желтовато-белых клыков. И он напал на Поттера!       Слава богу, он вовремя увернулся. А потом подхватил Джека за шкирку и дал стрекоча настолько быстро, насколько мог.       Ну а когда вернулся - сообщил о своей встрече тётю. Та, естественно, не поверила полностью, но хотя бы насторожилась достаточно, чтоб сообщить об этом Вернону.       А на следующее утро Гарри уже было не до бродячих чёрных псов - он отправился вместе с дядей на вокзал, где хотя бы в этот раз зашёл в барьер без происшествий.       Там он нашёл свободное купе и засел в нём, поглаживая своего друга и кормя его кошачьим кормом - в этот раз он проснулся довольно поздно, а тётя почему-то решила не будить племянника, хотя обычно делала это вполне исправно, и покормить Джека нормально не было времени. Только напоить.       И подросток совсем не удивился, когда в его купе постучались, а получив разрешение вошли уже знакомые слизеринцы. Но вместе с ними была и парочка незнакомцев.       - Рад видеть вас в добром здравии, - поприветствовал своих приятелей Гарри.       - Мы тоже рады, - кивнул Винсент.       - Можно сесть? - спросил Грегори.       - Конечно, проходите, - кивнул Поттер.       Дети достаточно быстро расставили свои вещи и уселись на сиденья.       Проигнорировать новых людей Поттер, естественно, не мог.       - Простите, не имею чести знать ваши имена, - произнёс мальчик, глядя на новеньких.       - Панси Паркинсон, - живо ответила одна из пришедших. Чёрные короткие волосы, стриженные под каре, тёмно-серые глаза, чуть округлое милое лицо. И взгляд такой живой-живой... Будто такой ребенок не должен был оказаться на холодном и отчуждённом Слизерине.       - Теодор Нотт, - кивнул второй. Это был худощавый мальчик с тёмно-бурыми причёсанными волосами и чёрными глазами. Черты лица уже начинали грубеть - сказывалось взросление, но в целом подросток выглядел неплохо. - Рад наконец встретиться со вторым "тормозом" нашего Серебряного принца.       - Эй! - воскликнул Малфой. - Я же просил не называть меня так!       - Ты просил, - кивнул Теодор. А затем желчно улыбнулся. - А я не послушал. Вот и всё.       - Мальчишки, - возвела глаза к небу Панси. - Вечно вам бы языками почесать.       - Не всем быть "боевым жалом", - чуть скривился Драко.       - Не всем, - согласилась девочка. - Но вы даже от самых простых заклятий защититься не можете.       - Да в твоём исполнении они больше на Запретные проклятия похожи! - воскликнул Малфой.       - Фи, отмазки, Дракусик, - усмехнулась Паркинсон.       - Как провёл лето? - тем временем спросил Грегори.       - Хорошо, - кивнул Гарри. - Наконец-то спокойно. Хотя и не полностью.       - Ты про Сириуса Блэка? - спросил Винсент.       - А вы откуда про него знаете? - нахмурился Поттер.       - Он сидел в Азкабане, - ответил Крэбб. - Это магическая тюрьма Англии.       - Мой папа там провёл год, - продолжил Гойл. - Он успел немного пересечься с Блэком.       - И если слухи не врут, - закончил Винсент, - он просидел там двенадцать лет. За такое время в Азкабане маги могут и с ума сойти.       От такой перспективы по спине Гарри пошли мурашки.