Пуля, но с другим исходом.

      Всё произошло слишком быстро. Два ребёнка. Раненый солдат. Безумная идея попасть к врагу. Ружьё. Выстрел. …       Дирижабль гудел от наполняющих его звонких голосов. Солдаты радовались разгрому над марлийцами. Хоть эта победа и не была окончательной, но она много значила для жителей острова Парадайз. — По крайней мере мы все выжили, — прервал гул громких голосов Конни, обращаясь к друзьям, — это, конечно, некрасиво по отношению к другим товарищам, но вы всё-таки особенные… Для меня. Блаус тихонько взяла Спрингера за руку, они с Жаном задумчиво сидели в объятьях Конни, пока Кирштайн не начал вырываться из крепких рук товарища. — Больно, дурак, не лезь обниматься в этом железе! — Жан пытался казаться привычно отрешенным, хотя в душе понимал, что друзья понимали это. Они слишком хорошо знали его. Знали что значит его выражение лица в определенный момент, знали его жесты.       Ребята поднялись с холодного пола и подошли к остальным товарищам, которые всё ещё радовались своей победе. Троица и правда была рада, они столько боли преодолели вместе, что этот день казался для них нереальным.       Глухой стук. По телу Саши прокатилась еле заметная дрожь, и она рефлекторно ухватилась своими хрупкими пальцами за куртку Жана. — Кажется, я слышала стук… — неуверенно промолвила девушка. Парень моментально нахмурился и начал успокаивать толпу, чтобы обнаружить источник странного шума. Не сразу, но толпа начала смолкать и солдаты с уже более серьёзными лицами смотрели по сторонам. Блаус заметила маленькую, яростно настроеную девочку с ружьём, которая явно собиралась перестрелять всех на этом дирижабле.       Внезапно до ушей Жана донёсся звук выстрела, и спустя несколько мгновений он увидел, что на животе его друга зияла кроваво-красная рана. Конни попытался зажать свою рану, но вместо этого рухнул на пол и потерял сознание. Саша не видела этого, но звуки выстрелов заставили воображение нарисовать в чём-то даже ещё более страшную картину, чем если бы она видела всё произошедшее в живую. Девушка растерянно бросила взгляд на маленькую девочку и вынула свой пистолет. Блаус бы выстрелила, если бы не внезапное появление светловолосого парнишки, который повалил свою подругу на пол. Он явно не хотел, чтобы кто-то пострадал, мальчик пытался защитить всех на этом дирижабле. Как только девочка оказалась безоружна, в её сторону сразу побежала толпа солдат, они в ярости начали бить детей. Для разведчиков всё было предельно просто, им явно казалось, что правильно было бы убить этих детей, чем оставить им жизни. Спустя пару коротких минут которые казались Саше бесконечными, Жан принял решение что этих детей нужно оставить живыми, и взял на себя ответственность этим заняться. Кирштайн возможно осознавал, что его друга не спасти, поэтому всячески пытался отвлечься от этих мыслей еле сдерживая слёзы. Гул уже не радостных голосов начал смолкать. Во всей этой суматохе все будто бы забыли про существование парня лежащего на полу в луже собственной крови. Не сдерживая своих слез Саша упала на колени перед своим товарищем, она чуть ли не кричала умоляя его потерпеть до острова, совсем чуть-чуть… Девушка вдруг поняла, что любила этого идиота больше всей жизни, но было поздно. Слишком поздно. Парень уже не дышал. В её голове промелькнула фраза, сказанная Конни сразу как только они забрались в дирижабль: «По крайней мере мы все выжили». Блаус крепко обняла ещё пару минут назад живое тело парня и громко разрыдалась. Только что эта весёлая и жизнерадостная девушка в момент обрела и потеряла половинку себя…