Скажи: Я люблю тебя

Что-то пошло не так. Нет, не так. Всё пошло по полной пизде. Багги метался на гамаке, то и дело ругая и проклиная всех. То перевернулся на бок, то лёг на живот или спину, но нет. Пиздец. Тотальный пиздец творился в его клоуновской голове. А всё из-за разговора какого-то мужлана, о его так и не прозревшей любви. И теперь нет покоя у пирата. Он был в замешательстве. Нет, скорее, то был страх. Боялся потерять рыжего придурка со шрамом в пол лица, который только и ищет приключения на свою «дофига миллионную» задницу. И любил. Смешно конечно, но Багги это признаёт. Ну и что что только изнутри? Еще есть время подумать и наконец сказать эти чёртовы слова ему в лицо. Это не страшно. Всего лишь сказать три слова и всё. Так и лежал размышляя, пока не уснул беспокойным сном. *** Утро настало неожиданно. Для Багги конечно. Опухло лицо, будто пьянствовал всю ночь. Появились тёмные синяки под глазами, как у наркомана. Глаза красные, слезятся от яркого луча солнца. Ну и плюс, чтоб наверняка, вчерашняя проблема. Он не чувствовал себя так уже давно. Медленно поплёлся умываться. Негоже появляться самому капитану Багги, шичибукаю, в таком неопрятном виде. Хотя это еще мягко сказано. После часа стараний, и вуаля. Клоун Багги просто неотразим как и всегда. Только над синяками надо было чутка поработать, а остальное почти сошлось. Под гримом и не видно. Уже с более менее хорошим настроением, пират проходил мимо рынка с большим выбором продуктов, лавок с уличной едой, киосков с книгами и свежими газетами. Одним глазом пройдясь по деревянному стенду, он вспомнил цену за свою голову и, заулыбался шире. Настроение поднялось на еще одну ступеньку вверх. Весело насвистывая уже заевшую песню, пират заметил красную макушку. Уже было понятно, чьи волосы мелькнули сквозь толпу людей. На автомате зашагал быстрей, уже предвкушая увидеть лучезарную улыбку красноволосого. Да, увидел он конечно эту лучезарную улыбку. Вот только предназначалась она не ему. Быстро юркнул в тёмный уголок, чтобы не заметили и стал наблюдать. Увиденное его, конечно, расстроило. Шанкс разговаривал с какой-то сучкой, как её успел огласить Багги. «Сучка» то и дело липла к красноволосому, тыкая в него пальчиком и умилительно надувая губы. Короче, флиртовала. А йонко, кажись, это и не мешало. Он размашисто шутил, смеялся, то и дело махал рукой, явно что-то показывая девушке. У Багги кольнуло в сердце. Не будем тупить и обманывать себя, да, это ревность. Он ревнует Шанкса. Сразу вспомнился слова того мужика в пабе. Багги истерично хихикнул. Теперь он на самой крайней и размашистой ступеньке. Если еще чуть сдвинется, то его терпению настанет конец. Клоун встанет, быстро побежит к рыжому и со всей силы треснет того по башке, да так, чтобы потом месяц лежал без сознания. Представив это глазами, он довольно оскалился. Неплохо. Даже отлично. Казалось, что такое дерьмовое настроение уже не испортить ничем, да только слова, вылетевшие из уст той «сучки», окончательно добили в Багги терпение. — Шанкс, у тебя уже есть девушка? В этот момент, казалось все притаились, не делая шагу вперёд, стояли с раскинутыми ногами. Все ждали ответа. И Багги тоже. Он надеялся, на положительный ответ. А если такового он не услышит, то он пойдет реализовать свой план, покалечить рыжего с лихвой. Но он молчал. Выражение его лица увидеть было невозможно. Алые волосы закрывали весь обзор, и было не понятно, он то ли размышляет, то ли не хочет говорить. Багги истерил и, уже думал о тотальном исходе. — О, так у тебя нет девушки? Тогда можно я стану ею? Слова этой девушки, окончательно выбили Багги из состояния «несчастная». Гнев охватил все клетки тела, он готов был выплеснуть свою ярость хоть на ком угодно, вот только оно предназначено для тех «милующихся». Пират большими шагами, чуть ли не бегом, дошёл до цели и, мазнул рыжему по лицу знатной пощечиной. Увидевшие такую картину люди, весело свистнули. Не каждый день люди устраивают любовные потасовки. «Сучка» хотела протянуть руки на Шанкса, но Багги и по ней мазнул по роже крашеной. — Ну так, и что это было? — крикнул клоун, и вцепился руками в ворот белой рубашки красноволосого. — Ты, часом, не охуел? В ответ лишь молчали, не отрывая глаза с земли. — Вы… вы… — возмущению девушки не было предела. Какой-то клоун пришел и помешал ей завоевать такого богатого пирата. К тому же красавчика. В добавку еще и пощечину получила. — Да кто вы такой? — Я, великий капитан пиратов Багги, сильнейший шичибукай, — не, ну здесь без хвастовства не обойтись. — Кхм, короче ты не с тем связалась. — Ну и что что вы шичибукай? — она и самом деле не испугалась. — Что? Да как ты смеешь не признавать меня? — Но вы выглядите как клоун. Разве шичибукаи не величественные и сильные люди? — Я и есть, сильный и величественный. — Тогда, зачем вы ударили такую хрупкую девушку, как я? — Ты-то хрупкая? Ты бы сначала ощупала свое лицо. Оно твёрже булыжника. И ты ничуть не похожа на женщину! — Нормальное у меня лицо. Это твое лицо отвратительное. — Хочешь сказать, что мой нос отвратительный? — Ну и что? Это всем понятно. — У кого это нос, как спелый помидор из грядки? — У тебя! И вообще, зачем вы сюда припёрлись? — Да я пришел сказать этому рыжему кретину, что люблю его! Рты всех людей по близости достигли пола от удивления. Нет, шока? А у Багги было ощущение, что все только и ждали, пока он не скажет эти слова. Стыд, стыд, стыд. Слово смущение для пирата Багги не существовало. Но теперь, кажется, подключился к его широкому словарному запасу, в котором 80% слова нецензурной лексики, потому что только это слово крутилось у него в голове. Лицо и уши клоуна преобрели пунцовый оттенок, что сравнялись с его незаурядным красным носом. — Э-это… — только и смог выдавить из себя синеволосый пират. Его богатый словарный запас, кажись, исчерпался за этот утомляющий день. — Кхм, — неловко кашлянули сзади, уже понятно кто именно. Багги почувствовал себя ужасно неловко. В такой дерьмовой ситуации он еще никогда не оказывался. — Вообще-то… — начал оправдываться клоун, медленно разворачиваясь и крайне нелепо улыбаясь. Но не успел он договорить, как его за руку притянули к себе. Шанкс без колебли крепко обнял его, а окружающие ахнули. — Я тоже… — тихо ответил йонко, обдавая ухо тёплым дыханием. — …люблю. Сердце невольно отбило чечётку, громко булыхая в висках. Он закусил губу, чтобы нечаянно не застонать тут при всех. Лицо, как у помидора, а волосы синего оттенка. Необычный контраст, скажу я вам. А Шанкс тем временем продолжил: — Только давай ты докажешь это сегодня ночью в постели? — с явным ехидством пропел пират, мазнул языком за ухом и чуть подул. Всё смущение, как ветром сдуло. — Еще чего, придурок, — клоун толкнул того по плечу и, с гордо поднятой головой, зашагал в противоположную сторону. — Ха-ха, не стыдись этого. — Чего стыдится? Мне-то? Иди к чёрту, рыжий балбес. — Эй, сколько тебе говорить, что я не рыжий, а красноволосый. Запомни уже. — Ага-ага, рыжий. — Чёрт, стоять… И Багги понял, что не надо смущаться показывать свою любовь. Ведь есть люди, которые и без слов могут понять твои чувства, скрывающиеся внутри.