Slytherin's love for Gryffindor

Поцелуй перерос в нечто большее. Не отрываясь от сладких губ, Юнги цепляется пальцами за простыню и скидывает её на пол. Под ним лежит объект его воздыхания в белом сексуальном кружевом белье. Сейчас она такая беззащитная, такая хрупкая и его единственная. В комнате становится всё жарче, а атмосфера в помещении наколяется. За окном идёт снег, но пара слишком увлечена их долгожданным времепровождением. Юнги углубляет поцелуй, проникая своим языком в ротик девушки, прижимаясь к ней до упора. Их языки сливаются в диком танце. Он ласково коснулся её плеча, получив в ответ лёгкую дрожь. Но он не останавливается на этом. Ему очень хочется доставить удовольствие от долгого, но очень приятного процесса. Постепенно его рука опускается к оголённой талии, лаская бархатную кожу, и вызывая у девушки стон в поцелуй от таких приятных и невесомых касаний. Парня охватило дикое возбуждение, и он уже не в силах сдерживать свой порыв, чувствуя, как вставший член уже болезненно трётся о ткань боксёров. Чертовски мучительно. Девушка промежностью через ткань трусиков ощущает его бугорок, и понимает, что пришло время, и с этим тянуть уже нельзя. Она чуть отстраняется от его губ и поднимает на него зелёные глаза. Она выглядит так возбуждающе в одном лифчике, давая рассмотреть мраморную кожу на груди. В глазах появился вполне осознанный взгляд, а губы были полураскрыты, маня своим влажным блеском. — Я разрешаю тебе всё, — девушка одарила парня бархатистым шёпотом. Она дала ему зелёный свет, а значит, пора. Юнги несдержанно запускает руки ей за спину и с лёгкостью растёгивает лифчик, откидывая его в другой конец комнаты. Парень заворожённо гуляет взгядом на открывшийся вид на аккуратную красивую грудь. Он принимается жадно целовать её шею, оставляя на ней свои метки, которые на утро станут большими синяками, и мять грудь, вызывая нежные стоны, так ласкающие слух парню. Её руки нежно заскользили по его спине, поднимаясь то вверх, то вниз, вызывая у него наиприятнейшие ощущения. Рука парня скользит к её промежности, полностью оставляя её без белья. Откинув в сторону свои боксёры, Юнги встаёт на локти, нависнув над девушкой, и плавно толкается в неё, несдержанно простонав от тесноты, сдавливающей его член. — Юнги-и… — возбуждённо тянет она, сцепляясь пальцами за его плечи. Она с ума сойдёт от этих чувств, сравнимых с сладким пленом. Хочется всегда чувствовать его рядом, в себе, и всегда быть лишь с ним одним, произнося, будто в бреду одно единственное имя, потому что никто кроме него ей не нужен. С каждым новым толчком он проникает всё глубже и глубже. Сейчас они во власти друг у друга, и никто не в силах нарушить их идилию. Он уже не в силах контролировать своего внутреннего зверя, поэтому увеличивает темп до запредельной скорости. Она не в состоянии сдерживаться, поэтому стонет как можно громче, царапая коготками его плечи и спину до крови, обвивая своими ногами его бёдра. Девушка тянется за поцелуем, втягивая его в тягучий и страстный поцелуй. Она несильно куснула парня за нижнюю губу, заставляя того прорычать в поцелуй, не отходя от бешеного темпа. — Как хорошо! — постанывает в такт его движениям, отрываясь от поцелуя. — Мылышка, я так тебя люблю, безумно люблю. Я на всё готов ради тебя! — повторяет будто в бреду. Два разгорячённых тела двигают бёдрами навстречу друг к другу, постанывая в унисон, создавая некую симфонию в бывалой тихой комнатушке. В помещении звучит скрип кровати, создавая ощущение, будто она сейчас развалится. Юнги проникает в её лоно резкими рывками по самую длину, крепко держа за бёдра, заставляя взвизгнуть и закатать глаза от наслаждения. Её лицо покрыто испариной, а с его лба стекают крупные капли пота. Он внимательно наблюдает за её выражением лица, и пытается анализировать как и что ему лучше сделать. Для него важнее понимать, что ей хорошо. А ему всегда хорошо. Заниматься любовью с любимой женщиной лучше любого занятия. Юнги до боли стискивает зубы, чувствуя ближайшую разрядку, а девушка всхлипывает, не зная куда себя деть. Последний решающий мощный толчок, и пара одновременно кончает, встречая ярчайший оргазм в их жизни. Юнги громко рычит, а девушка несдержанно кричит от прилива ощущений. Мужчина шумно выдыхает, касаясь своим лбом её, пытаясь отдышаться. Чувствуя на своих губах чужое дыхание, он наклоняется к девушке, втягивая в новый головокружительный поцелуй. Он посасывает то верхнюю, то нижнюю губу, слегка покусывая, и уже потом добирается до языка, нежно посасывая его, издавая в комнате громкие чмоки.

***

Над ухом слышится мурлыканье, из-за чего Дженни не может продолжить наслаждаться сном. Она медленно открывается глаза, и видит перед собой блондинустую шевелюру. Долго она понять не могла, с кем она лежит, пока до неё не доходит. Особенно воспоминания, и то, что она лежит под одеялом совсем голая. — Чёрт! — зашипела Руби, и надела первую попавшуюся одежду — рубашку Юнги. Она медленно встала с кровати и когда собиралась пойти в ванную, слизеринец схватил её за запястье, и потянул на себя. Джейн оказалась на нём, на его голом теле. — Куда собралась? — спрашивает он хриплым ото сна голосом, и пытается сконцентрировать взгляд на Джен. — Я-я, в ванную, — её голос дрогнул, и всё это было от неловкости. Вот за что Юнги полюбил её — она такая простая, стеснительная, самая милая девушка из тех, кого он встречал. — Ты жалеешь об этой ночи? — спрашивает он, обняв Дженни. — Н-нет, просто, я ничего не помню. Это мой первый раз, а я даже не помню, что у нас было с тобой. — Мы можем повторить, если ты ничего не помнишь! — Нет-нет, ничего не нужно! — Руби соскакивает с места и бежит в ванную, чтобы по скорее избавится от этих чувств. Она понять не может, что с не происходит. Когда она думает о Юнги и о том, что у них было, её щеки краснеют, и пылают огнём. Через пятнадцать минут Дженни выходит в свободной футболке и джинсах. Она благодарит Джису за то, что она развесила бельё перед тем, как пойти на бал. — Кстати, а где все? — спрашивает она, когда видит Юнги, что до сих пор сидел на её кровати укрывшись одеялом. — Они по домам разъехались, сегодня ведь рождество, — лениво протягивает он, зевая. Дженни вешает полотенце на край кровати, и трогает влажные волосы. Она не любила влагу, но фен без разрешения Розэ не могла взять. — А почему ты здесь тогда? — она всё понять не могла, что этот парень до сих пор делает в их комнате. — А где я должен быть? — изогнув бровь, отвечает на вопрос вопросом. — Ну… С семьёй? Они тебя ждут дома. — Ждут, но я не хочу оставлять тебя одну в школе. Давай лучше сходим сегодня на улицу косой переулок? Отметим рождество! — Юнги, никто не работает в праздники, — конечно со стороны Юнги было приятно слышать такое, но его бездуманность немножко бесило. — А ой, тогда отметим в школе! — воскликнул блондин, и встал с кровати. Дженни завизжала и отвернулась, ей было не по себе смотреть на голого слизеринца. — Что такое? Разве я не красавчик? — парень подходит к девушке и обнимает ту со спины. — Красивый, и даже очень но… Тебе бы лучше скорее одется, не думаешь? — Да, ты права, — смеётся он. — Жди меня, хорошо? Я скоро выйду! — слизеринец заходит в ванную, и Дженни от скуки начинает убираться в комнате и менять простыни. Они были в крови и не только. — Как же стыдно! — пробормотала она, и бросила всё в угол.

***

В школе присутствовали всего пару учеников, такие же сироты, как Дженни. Но она не печалилась, ведь рядом с ней был Юнги. Он обнимал её, целовал, и говорил всякие милые вещи. Но вот Джейн не могла понять причину: зачем он это делает. — Юнги, я тебе нравлюсь? — задаёт она вопрос, оперевшись подбородком об ладонь. — А ты меня? — вопросом на вопрос кидает тот. — Я первая спросила! — шикнула она. — Нет, ты мне не нравишься, — выдал Юн. — Я люблю тебя, и всегда буду любить.