Сказки для маленькой Мари

- Через два дня я заберу вас, - МакГонагалл едва заметно улыбнулась только уголками губ. - Надеюсь, с вашей бабушкой все будет хорошо. До воскресенья, мисс Эванс. - До воскресенья, профессор, - Лили кивнула и повернулась к своему дому.       Она впервые отпросилась домой посреди учебного года. Саре было совсем плохо, и родители подозревали, что ей осталось не так уж и много, а семейный врач уклончиво говорил, что главное - верить в лучшее. Лили не хотелось даже думать о том, что любимая бабушка вот-вот их покинет. В отличии от родственников по линии отца, которые Лили недолюбливали, потому что та была слишком сильно похожа на невестку, забракованную еще до этапа знакомства, мамины родители в равной степени души не чаяли как в старшей внучке, так и в младшей, и девочки к ним были очень привязаны.       Лили направилась к крыльцу по выложенной плиткой дорожке, припорошенной слегка первым снегом. Судя по последним письмам, дома все было не очень хорошо: кроме того, что болела бабушка, родители в последнее время часто ссорились, да так сильно, что Петуния даже решила написать об этом сестре, а значит все и вправду серьезно. Проблема лишь в том, что это знание в итоге только усугубило и без того шаткое эмоциональное состояние, какое было сейчас у Лили, и изменить ситуации никак не смогло.       В последнее время она часто не очень хорошо себя чувствовала. Эванс ощущала ужасную слабость, один раз ей было так плохо, что она чуть не упала в обморок прямо во время занятия. Мадам Помфри тогда неоднозначно пожала плечами и сказала Лили побольше отдыхать и поменьше нервничать, ссылаясь на то, что это все просто возрастное и скоро пройдет. Лили же оставалось только надеяться, что ей действительно полегчает как-нибудь без постороннего вмешательства, хотя в последние несколько дней состояние действительно улучшилось.       Чуткое наблюдение Пресли привело к выводу, что дело может быть в Снейпе, в ответ на что Эванс нахмурилась и задумалась. На самом деле, то, как ее морально изматывали их новые отношения могло вполне быть причиной плохого самочувствия, но ведь не настолько же... Девушка занесла руку, чтобы постучать в дверь, но та открылась. - Лили? - Роза недоумевающе вскинула брови. - Лили! - женщина крепко обняла ее за плечи. - Привет, ма, - Лили улыбнулась, обнимая маму в ответ, чувствуя, как сердце наполняется теплом. Она так ужасно скучала всегда по семье, сколько бы насыщенной не была ее школьная жизнь, и она была рада сейчас увидеться с ними, пусть по такому ужасному поводу. - Лили? - отец выглянул из-за плеча Розы. - Ты как здесь?.. - Привет, пап, - Лили, не разрывая объятия с матерью, протянула отцу руку, и Джек усмехнулся, пожимая некрепко ее ладонь. - Я отпросилась в школе, чтобы съездить к бабушке. - Это... хорошо, малышка. Я очень рада... - Роза отстранилась, мягко пригладив ее растрепанные волосы. - Мы. Очень рады, - несколько холодно поправил ее Джек, и Лили поняла, о чем говорила сестра в своих письмах, уже понимая, что за картина ожидает ее в эти выходные. - Петуния! - крикнул мужчина, поворачиваясь в коридор. - Милая, ты скоро? - Я уже бегу! - раздался голос Туни. - Лили? - Я приехала к бабушке, - она попыталась улыбнуться. - Привет. - Привет, - Петуния, к удивлению Лили, улыбнулась ей в ответ. - Так, всё, все в сборе? Ты готова? - Джек обернулся к старшей дочери, которая торопливо застегивала сапоги. - Да-да, я уже все, можем идти! - она поторопилась выйти на крыльцо к Лили и Розе.       Они направились к машине, пока отец остался закрывать дверь. Мама рассказывала о том, что произошло за все это время более подробно, и Лили внимательно ее слушала. Ситуация действительно обстояла весьма плачевно, и последние надежды на то, что семья на эмоциях преувеличивала, угасали, заставляя ее настроение становиться еще хуже. Но нужно было держаться, не подавать виду и поддерживать их всеми силами. Она то ведь там, далеко, в Хогвартсе, среди волшебства, а они здесь, смотрят, как любимая всеми Сара умирает.       По крайней мере, со слов Розы, бабушка вроде бы не особо мучилась. Джек подошел к машине, открыл ее, и все они уселись, как обычно - Лили с Петунией назад, а мама на переднее пассажирское. Машина не завелась с первого раза, и Лили поймала первый признак того, что родители отдалились друг от друга: Роза раздраженно закатила глаза, шумно выдыхая и отворачиваясь, а Джек одними только губами беззвучно что-то произнес, покосившись недовольно на жену. Лили посмотрела на Петунию. Та смотрела в окно, скрестив руки на груди.       В машине было тепло, и после первых пяти минут поездки в абсолютном молчании и лишь с тихим бубнежом новостей по радио, ее начало клонить в сон, и Лили поддалась этому желанию, сначала лишь задремав, а затем и крепко заснув.       Ей даже приснился сон, но весьма тревожный и беспокойный. Она бродила по зимнему лесу, точная зная, что это тот самый лес, что был неподалеку от Коукворта, но при этом совершенно его не узнавая. Темный, мрачный, гнетущий, он обступил ее со всех сторон, и несмотря на то, что под ногами была четко протоптанная тропа, Лили очень боялась потеряться, а в какой-то момент ее вовсе настигло осознание, что именно из-за того, что она идет по этой тропе, она никак не может выйти к шестьдесят шестому шоссе, что находилось за лесом, потому что хоть она и проходила мимо одновременно знакомых и незнакомых мест, но заходила лишь глубже в чащу.       А там, в чаще, ее кто-то звал по имени. Голос был женским, и сначала даже показался знакомым, но с каждым разом искажался, раздавался все ближе, и в конце концов она уже не могла разобраться, где ее внутренний голос, а где этот сводящий с ума скрежет.       Она открыла глаза, когда машина резко затормозила и раздался противный визг - отец сигналил промчавшейся мимо них легковушке. - Твою мать, смотри, куда прешь, олень тупорогий! - выругался мужчина. - Джек! - одернула его Роза. - Ну не при девочках же! - Они уже взрослые, Роззи. И прекрасно понимают, что среди людей иногда встречаются тупорогие олени, - прошипел в ответ Джек. - Да, девочки? - Лили лучше знать, она с одним таким дружит, - фыркнула Петуния.       Потирая спросонья глаза, Лили задумалась, откуда Туни знает Поттера, и только через пару мгновений до нее дошло, что речь и не о Поттере, а о Северусе. Она неодобрительно посмотрела на сестру, и, зевая отвернулась к окну, глядя на весьма удручающий пейзаж. Бабушка Сара жила за городом на ферме и упорно не хотела оттуда уезжать, чего Лили категорически не понимала: поблизости не имелось ровным счетом ничего, лишь пара таких же одиноких ферм, с не особо дружелюбными жильцами, до ближайшей автобусной остановки от фермы - километр по голому полю, а до города на автобусе почти час езды.       Как можно жить вот так вдали от всех?.. - Милая, как у тебя дела в школе? - Все хорошо, мам, все как обычно, - ответила Лили. - Ты помирилась с Северусом? - спросил вдруг отец. - Летом, мне помнится, вы вообще не общались. - Ну... мы... помирились, - Лили несколько смутилась. Родителям точно пока не стоит знать, в каких они теперь отношениях, и как именно они помирились, но от мыслей об этом низ живота сладкого потянуло.       Она заерзала на месте и снова уставилась в окно. Петуния, видимо заметив, что сестра не в том состоянии, чтобы говорить, переключила внимание родителей на себя, а Лили же погрузилась с головой в мысли о Снейпе. Его было трудно контролировать, очень, и иногда она не справлялась в одиночку. Поддержку она нашла в слизеринцах: тем было не выгодно светиться через чур ужасными поступками, и они помогали ей, зная, что ее Северус все равно не тронет и она всегда может его отвлечь, чтобы и им не досталось.       А еще ей все с каждым разом больше нравилось заниматься с ним сексом. То, как он сочетал иногда почти приторную физическую ласку с ужасной грубостью в словах кружило ей голову, и Лили безумно нравилось доводить его до состояния, когда он не мог особо болтать. Хотя, конечно, ей бы хотелось, чтобы свой грязный язык Северус во время занятия любовью задействовал бы исключительно для поцелуев и ласк, а не для того, чтобы вызвать в ней желание хорошенько ему врезать. Иногда ей казалось, что он намеренно пытался спровоцировать, но после того, как один раз она дала ему пощечину после того, как он назвал ее снова грязнокровкой сразу после того, как поимел, Лили ругала себя и старалась контролировать себя изо всех сил.       Она заметила странную штуку: все, кто находился со Снейпом в близком взаимодействии, сильно менялись. Рядом с ним было действительно тяжело держать себя в руках и все то, что хотелось спрятать от людей на веки вечные, закопать где-нибудь поглубже внутри своего сознания и никогда не показывать никому, лезло наружу. Лили сроду не испытывала такой агрессии, тем более к человеку, которого она, вроде как любит, но знала, что такое возможно, потому что характером она была в мать, а та в некоторые периоды жизни была ужасно раздражительной и вывести ее из себя можно было любой мелочью, и у Лили уже был такой период в четырнадцать лет.       Лили переживала за Северуса, но в последнее время все больше начинала переживать и за окружающих его людей и саму себя. То, что с ним что-то не так, признала уже даже Марлин, до последнего настаивавшая на том, что дело вовсе и не в Снейпе, а прежде всего в самой Эванс.       Они наконец-то проехали поля, и отец заглушил машину у одноэтажного, но достаточно большого дома. Выглядел он сравнительно неплохо, но то, что в последние пару лет бабушка за ним почти что не ухаживала, было заметно. Родители помогали, чем могли, но сделать все они вдвоём тоже не были способны, а мамины братья и сестры жили в других странах, и навещали Сару раз в пятилетку. Нанимать рабочих бабушка категорически отказывалась, уверяя, что сама она вот-вот поправится, встанет на ноги, и все будет как раньше, а посторонние в доме ни к чему, хватит и одной ненадежной по ее мнению домработницы-сиделки, на найме которой все же настоял Джек.       Они выбрались из машины и поспешила в дом. - Кто там? - раздался хриплый старческий голос из гостиной, когда они открыли дверь и все ввалились на порог. - Это мы, мам! - ответила Роза. - Эванджелина? Эванджелина! - Миссис Эванс, я на кухне! - откликнулась сиделка.       Лили первая разделась и зашла в гостиную. Совсем тихо бубнил телевизор, а бабушка лежала на диване и смотрела куда-то в потолок. Она вдруг встрепенулась, когда девушка подошла к дивану. - Роза, это ты? - спросила женщина. - Бабуль, это я, Лили, - она присела на край дивана и взяла Сару за руку.       Бабушка потеряла зрение месяц назад, уже почти не ходила. При взгляде на нее сердце у Лили разрывалось - одно дело услышать подробности от матери, а совсем другое увидеть все самой, и понять, что вот сейчас точно уже все. Никаких шансов. Сморщенная бабушкина ладонь показалась ей холодной, несмотря на то, что она была в свитере и укрыта теплым одеялом. В голове проносились воспоминания, связанные с этим домом, с бабушкой и дедушкой, и сложно было сдерживать слезы, но плакать было нельзя. - Так тихо ходишь, совсем как твоя мама, - усмехнулась Сара, растягивая тонкие сухие губы в кривой улыбке. - Так рада я, что вы с Петунией на нее похожи, у нее такая редкая красота, нельзя, чтобы генофонд такого лишился. Смотрите с ней, женихов красивых выбирайте... - Бабушка! - засмеялась Лили немного нервно, про себя вспомнив о том, что о внешности Северуса, бабушка, слегка скривившись, говорила, что она "весьма специфична и на любителя". - Рано им еще, мама, женихов искать, - Джек зашел в гостиную. - - Да какой же рано? Самый возраст для любви, - проворчала в ответ Сара. - Лили, детка, а что с твоей спиной? Она у тебя не болит? - С моей спиной? С моей спиной все в порядке, - Лили недоумевающе посмотрела на отца, а тот в ответ только пожал плечами. - Нет-нет, что-то не так. Ты уверена, что все хорошо? У тебя ничего не болит? - встревоженно вдруг спросила бабушка. - Что-то не так, детка, что-то не так... - она похлопала ее осторожно по ладоням свободной рукой. - Будь осторожней, милая, пожалуйста, с этим шутки плохи. - Хорошо, ба, я буду осторожней, - поняв, что убеждать старушку в чем-либо совершенно бесполезно, Лили решила просто согласиться.

***

      Они пробыли у бабушки с пару часов и вернулись домой. Лили помогла приготовить обед, но сама есть совсем не хотела к всеобщему удивлению, поэтому отпросилась погулять. На улице успело несколько потеплеть, но все еще не выглянуло солнце, и все тот же однообразный белый пейзаж окружал ее. Эванс посмотрела в сторону леса. Пойти туда сейчас... точно безопасно? А ведь когда-то они с Севом вообще не боялись ходить в лес, даже не задумывались, что там их может поджидать какая-то опасность.       Она вспомнила, как он сказал ей о том, что разговаривал с ней этим летом у озера, но ведь этого не было... А с кем он тогда говорил?       Лили решительно зашагала через поле. Она не представляла, что хочет найти там, на озере, но какие у нее еще были варианты? Сейчас нужно было отвлечься от тяжелых мыслей о бабушке хоть как-то. Лесные тропинки еще не были протоптаны, но дорогу Эванс знала очень хорошо, по крайней мере, так ей казалось до того момента, как она пересекла условную границу между лесом и полем.       В какой-то момент Лили осознала, что не идет вперед, а двигается по кругу. Ее сердце замерло от страха, и сама девушка остановилась, оглядываясь, понимая, что находится в части леса, которая ей совершенно не знакома ни единым деревцем или камнем. В груди похолодело, когда она различила среди кустов вдали темный силуэт, что не шевелился. Лили сделала шаг, и нечто вдруг начало стремительно приближаться с нечеловеческой скоростью.       Эванс бежала так быстро, как только могла, задыхаясь и не разбирая абсолютно дороги. Девушка спотыкалась, едва не падала, но продолжала бежать, заставляя себя смотреть вперед и борясь с желанием зажмуриться от страха и забиться под ствол одного из больших деревьев, понимая, что это скорее всего не спасет ее.       Эванс бежала, пока не выдохлась настолько, что чуть не упала, она остановилась. Собрав остатки мужества, девушка обернулась через плечо, чтобы посмотреть, не преследуют ли ее, но никого не обнаружила. Но едва она вновь повернулась вперед, перед ней оказалось что-то похожее на полуразложившийся труп. Лили отшатнулась в страхе назад, когда нечто потянуло к ней руки, как вдруг раздался выстрел, и нечто растворилось в воздухе, когда сквозь него прошел неизвестный снаряд.       Уже знакомый Лили пожилой мужчина, которого она не смогла сходу вспомнить, пронзительно посмотрел на него и хрипло произнес: - Признаться, я надеялся, что ума сюда не ходить тебе хватит, девочка. Теперь она знает, что ты ищешь. Беги. Беги, кому сказано! - он нацелил ружье на нее, и Эванс не оставалось ничего другого. кроме как снова сорваться в бег.       Да что творится в этом гребаном лесу?! Угрожающий ружьем дед как рукой снял всю ее усталость, и Лили снова могла бежать, не обращая ни на что внимания, ей хотелось просто оказаться как можно дальше, и к ее счастью, она, похоже, нашла наконец-то правильную дорогу, потому что лес редел, и вдалеке виднелось заснеженное голое поле.       Выбравшись и оказавшись далеко от черты леса, Лили вдруг почувствовала ужасную слабость. Голова закружилась, ее повело, и девушка рухнула в снег, болезненно ударившись, но это не помогло прийти в чувства. В глазах потемнело..

***

      Лили осмотрелась. Она лежала на стареньком продавленном диванчике под теплым пледом, в маленькой гостиной. Желтый свет был неприятен до боли, но уже через пару минут она смогла привыкнуть. Напротив нее на небольшом комоде стоял телевизор, по бокам от дивана - пара кресел, застеленных покрывалами с красивыми рисунками, которые... шевелились. Эванс сначала решила, что ей померещилось и протерла глаза, но единорог на спинке кресла игриво подмигнул и умчался по тропинке куда-то вдаль черного бархата. - Вам не показывали такие покрывала в Хогвартсе?       Эванс подпрыгнула, сев, вздрогнув всем телом. Женщина подошла к ней. - Они мне еще от прабабушки достались. Помню, Северус в детстве даже разговаривал с одним из них перед сном, болтал, как с воображаемым другом. А потом Тобиас велел убрать все магическое с его глаз прочь. Жаль только на с Северусом уже некуда было убраться... - она вскинула брови, шумно выдыхая. - Как ты себя чувствуешь, милая? - Миссис Снейп? - хрипло произнесла Лили. У нее ужасно пересохло в горле. - Мисс Принц. А лучше просто Эйлин, если тебе, конечно, удобно, - она улыбнулась. - Так как ты себя чувствуешь, детка? - Я в порядке... вроде бы, - она задумалась на мгновение, прислушиваясь к себе. Все тело ломило, и ужасно болела щека, но в целом она действительно чувствовала себя не так уж и плохо. - Только пить очень хочется... - Встать можешь?       Эванс пожала плечами, а затем, откинув плед, спустила ноги с дивана. На всякий случай оперевшись на подлокотник, она встала и несколько секунд стояла не шевелясь, пытаясь понять, насколько все плохо. Ниже пояса все тоже сильно болело, но после такого кросса без какой-либо подготовки, в общем-то, ничего удивительного... Лили сделала пару шагов на трясущихся ногах, и Эйлин взяла ее под руку.       Женщина отвела ее на кухню и усадила за стол. Она налила стакан воды дала его Лили, принимаясь кружить по кухне,, включила чайник, начала хлопать дверями шкафчиков. - Есть хочешь? - Н-нет. Холодно так ужасно... - Сейчас чайник скипит, потерпи чуть-чуть, крошка. Я дам тебе тонизирующее зелье, и, будем надеяться, его действия хватит и на то, чтобы ты не заболела. И с синяком твоим что-нибудь сделаем... - С синяком? - Лили потрогала болевшую щеку. - Он большой? - Да. Приложилась ты знатно, наверное, там под снегом что-то было, - Эйлин поставила перед ней тарелку с кексами. - Угощайся. - А как вы меня узнали? И как вы меня нашли?       Чайник засвистел. Эйлин залила в две чашки с одинаковым ярким рисунком кипяток, а затем потянулась к небольшому деревянному ящичку, что стоял у самой стену чуть подальше от раковины. Она открыла его, и взору Лили предстал целый набор небольших разноцветных пузырьков. Не глядя на них, женщина вытащила один, закрыла ящичек и вылила содержимое бутылька в одну из чашек. - У сына в спальне раньше висели колдографии, на которых вы вместе. А нашла я тебя случайно. Я ходила в лес, мне нужна была кора сосны и ветви шиповника для одного зелья, а на обратном пути я услышала, как кто-то бежит, остановилась посмотреть, потому что мало ли, а тут ты только из леса выбежала и упала, - она поставила перед ней ту чашку, в которую вылила зелье. - Так, что же нам делать?.. - А... а сколько время?! - заметив, что на улице стемнело, Лили встрепенулась. - Сейчас шесть вечера. Прошло от силы с полтора часа с того момента, как я тебя нашла. Если хочешь - можешь позвонить домой. Телефон в гостиной. А я пока все таки разогрею тебе что-нибудь посущественнее, чем кексы.       Лили позвонила родителям. Трубку взяла мама. Пришлось наврать с три короба, но в итоге ей поверили, и мама сказала, что минут через сорок отец заберет ее, а сейчас он в центре и занят. Закончив разговор, Эванс положила трубку и заметила, что с рукавом ее кофты что-то не так, а точнее это вообще не ее кофта, а черный свитер. Ей снова стало дурно, и она вернулась в кухню, тяжело опустившись на стул. - Извините, а этот свитер... - О, это свитер Северуса. Твоя кофточка показалась мне слишком тонкой и я решила, что чтобы согреться тебе не помешает что-нибудь потеплее.       Лили наконец осмотрелась в кухне. Здесь было весьма уютно, да и гостиная не выглядела как то ужасное место, которое ей описывал Снейп. Это вообще не было похоже на жилище семьи, находившейся за чертой бедности. Не роскошный особняк, но и далеко не какой-то ужасный барак. И его мама упомянула, что ей нужны были ингредиенты для зелья, значит она занимается зельеварением сейчас... что-то случилось, что явно изменило быт этой семьи. - Миссис Снейп, я могу вас спросить? Спасибо, - Лили взяла ложку и улыбнулась, зачерпнув суп. - Валяй, - Эйлин села рядом, отпивая из чашки свой чай. - Но я первая. Ты какими судьбами здесь посреди учебного года? - Моя бабушка сильно болеет, и я отпросилась, чтобы ее навестить... - Оу. Мне очень жаль милая, надеюсь, с ней все будет хорошо... а ты что хотела спросить? - тут же отвлекая ее от тяжелых мыслей спросила женщина. - Вам, возможно, покажется странным этот вопрос, - Лили тщательно подбирала слова. - Но вы не замечали за Северусом чего-то странного этим летом? - Смотря что подразумевать под странным. - Ну, может, его поведение как-то резко изменилось, например... ну... все что угодно. - Да. Ты права. Знаешь, по нему, может быть, и не скажешь, но он раньше был очень нежным и ласковым мальчиком, все время лез ко мне обниматься. А этим летом после смерти отца... - Мистер Снейп умер? - Северус не сказал тебе? - Нет, - Лили замотала головой и нахмурилась. - Даже словом не обмолвился. Я очень сочувствую вам... а можно узнать, что произошло?.. - Остановка сердца. Вообще ни с того, ни с сего... и, я, честно говоря, подозреваю, что... все не так просто... - она отвела взгляд. - Неважно, это неважно. После его смерти Северуса как подменили. Но я думаю, он просто вырос, - пожала плечами Эйлин. - Слушайте, а вы не знаете, в лесу сейчас кто-нибудь живет? - Не думаю. Мне кажется, там кроме покойных лесника Дейва и его внучки Мари никто и не жил никогда...       Вдруг раздался стук в дверь. Эйлин вышла в коридор, а Лили посмотрела в окно кухни, за которым было уже совсем темно. Могли ли в том лесу обитают призраки? Но ведь тогда она бы заметила их гораздо раньше, разве нет? Она ведь все детство провела в этом лесу. - Лили, за тобой приехал папа! - послышался голос Эйлин.