Dark Desires

Резкий звук вибрации, раздавшийся на всю комнату, отвлек Бэкхёна от бесцельного хождения кругами, вынуждая его подойти к столу. Взяв смартфон в руки, парень разблокировав его, посмотрел на иконку мессенджера, где ярким пятном выделялся значок «1». Чанёль [Бэккхенни, не забудь захватить с собою соджу и закуски, мы начинаем через пару часов!]

Бэкхён [Океей! ~]

Чанёль [Ты правда будешь ждать Сехуна? Думаешь он не доберется один?)))]

Бэкхён [Буду, тем более он скоро должен уже прийти. Ко всему прочему, я ещё не выбрал себе наряд (･ั﹏･ั) Не хочу ходить в костюме мумии или пирата (╥﹏╥)]

Чанёль [Попроси Сехуна помочь тебе, он вроде будет вампиром или типа того. Будете двумя кровососами (≧▽≦)]

Бэкхён [Вампиры прошлый век! Я хочу что-то необычное, но не знаю чего именно ((]

Чанёль [После двух бутылок соджу никто не обратит внимание на твой костюм, так что, если беспокоишься о внешнем виде, бери побольше выпивки и никто не заметит, даже если ты будешь голым ходить, хаха!]

Бэкхён [Фу-у, не пиши мне больше никогда!]

Чанёль [Хахаха~ Мы вас ждем (◕ᴥ◕)]

Бэкхён [Ок (◠‿◕)]

Бэкхён поглядел на экран смартфона, смотря на время, которое подсказывало, что ждать осталось совсем чуть-чуть. Отбросив телефон подальше, Бэкхён перевел дыхание, сосредотачиваясь на своем плане. Без всякого стеснения, его план был просто идеальным. Идеальным по каждому пункту и до самой последней детали. Собравшись с мыслями, Бэкхён подошёл к напольному зеркалу, беря в руки расческу. Сделав свет поярче, айдол начал водить той по длинным каштановым прядям, доходящим ему до лопаток. Когда волосы были причесаны и приглажены, брюнет взялся за лежащую на постели тушь, принимаясь докрашивать глаза. Парень слегка прикусил язык стараясь ненароком не задеть веки, и то количество теней, которые он наносил в течении двадцати минут. Губы пусть и были уже накрашены, но из-за волнения, которое пробивало Бэкхёна насквозь, тот не мог успокоиться и продолжал то и дело водить краем ярко-алой помады по губам. В общем и целом, Бэк был удовлетворен тем, как он выглядел — парик смотрелся настолько естественно и аккуратно, будто он и в самом деле отрастил такую шикарную гриву. Макияж пусть и был… броским, но он отлично дополнял образ. И возможно его даже можно будет спутать с девушкой. По крайней мере Бэкхён хотел так думать. Отчего-то, эта мысль была ему приятна, но зацикливаться на ней или обдумывать её, вокалист совершенно не хотел. Внизу послышался звук открываемой двери и парень от неожиданности выронил из рук помаду, недовольно шипя себе под нос, видя как та закатилась под кровать. — Чтоб тебя… — встав на колени, Бэкхён придерживая парик наклонил голову, но не увидел потерянной помады, да и он сразу забыл о ней, услышав с первого этажа голос Сехуна. — Хён, ты здесь? Чанель-хён сказал что ты остался меня ждать, — Бэкхён уже хотел было открыть рот и подтвердить чужие слова, как внезапная мысль снизошла на него как манна небесная, вынуждая его довольно усмехнуться.  — Да-а, я здесь, мне нужна твоя помощь! — воскликнул айдол, поднимаясь на ноги и быстро осматривая себя ещё раз. На нем было только кружевное черное белье и небольшой корсет с ремешками для чулок. То что нужно. Пусть чужие шаги и послышались на лестнице, но в комнату никто не вошел и Бэкхён догадался, что Хун ушел переодеваться в свой костюм. Так даже лучше. После очередного камбэка, они вместе со стаффом и менеджерами решили отпраздновать данное событие грандиозной попойкой, и так получилось, что окончание камбэка вышло аккурат на Хэллоуин. Оттого-то обычная вечеринка с алкоголем и вылилась в костюмированный маскарад. А Бэкхёну только это и нужно было. Между ними с Сехуном последние пару месяцев была такая… неоднозначная обстановка, описать которую не хватало слов. Вроде бы и ничего нового и не было, они также занимались специальным фансервисом для фанатов и помимо прочего взаимодействовали вполне обычно. Однако, не замечать участившиеся пристальные взгляды в свою сторону было уже невозможно. А вместе с продолжительными касаниями, всё это заставляло биться сердце быстрее. Да и сам Бэкхён ловил себя на том, что также неотрывно смотрит на Сехуна, не говоря уже о мыслях, который возникали в его голове в такие моменты. Ждать у моря погоды Бэкхён не любил в принципе, он вообще был человеком активным (даже очень) и сидеть на месте ровно чисто физически не мог. Потому-то он и решил, как говорят: «Взять быка за рога», а предстоящая вечеринка была как нельзя кстати. Даже если он ошибается, всё можно свести в глупую шутку, но интуиция подсказывала, что этого не потребуется. Вновь услышав шаги, парень быстро схватившись за расческу вновь начал водить той по волосам, делая всё с самым непринужденным видом. — Хён, я го… — так как зеркало стояло прямо напротив двери, от взгляда Бэка не укрылось ошарашенное выражение чужого лица. Сехун одетый в глупый фрак и с зализанными назад волосами прямо-таки стоял разинув рот, — Эм, ты пойдешь... так? — рэпер с таким удивленным видом смотрел на него, что Бэкхён был готов рассмеяться и лечь на пол, держась за живот. Но в этом случае он сам упустит возможность сделать первый шаг. — Да, а что такого? Это же костюмированная вечеринка. Табу на наряды вроде не было, — как ни в чем не бывало проговорил Бэкхён, поворачиваясь к Сехуну лицом. О, да, это выражение он запомнит — если ничего сегодня не получится, по крайней мере он сможет подшучивать над реакцией младшего всю оставшуюся жизнь. — Прямо… — Сехун прочистив горло, забегал глазами по комнате, предательски понимая — не смотреть на это белье выше его сил. — Ты пойдешь прямо в трусах? — решил всё-таки уточнить брюнет у одногруппника. — Вообще-то это слипы, и нет, не в них, а в платье. Я ещё не готов, садись, подожди меня, — указав ладонью на пуф около двери, Бэкхён взяв с постели тушь, раскрыл её, начиная водить кистью по ресницам.  — Я… я подожду внизу, — со стороны старшего послышалось цоканье языком и тот переведя ехидный взгляд на Сехуна с улыбкой протянул. — Сиди здесь, ты в этом виде похож на несчастного отца, выдающего свою дочь замуж за гада, а не на благородного вампира, — поиграв бровями, Бэкхён чуть посмеялся над Хуном, — Я сейчас закончу со своим нарядом и помогу тебе выглядеть чуть мертвее обычного, — вновь поворачиваясь к зеркалу, айдол продолжил краситься дальше, не слыша более каких-то оправданий со стороны Хуна. Сехун же, стоило ему сесть на пятую точку, словно прирос к предмету мебели. Первые пару минут он правда смотрел то в окно, то на шкаф, то на ковер, будто был в комнате Бэкхёна впервые. Наверное никогда он в жизни так не сожалел о том, что оставил телефон в машине. Потом же, когда вся окружающая обстановка была изучена вдоль и поперек, его взгляд без всякого контроля со стороны Сехуна, плавно перетек на старшего. Бэкхён же, как ни в чем не бывало, преспокойно стоял около зеркала, что-то намурлыкивая себе под нос, краем глаза смотря на отражение брюнета в зеркале. Сначала тот не смотрел на него и Бэкхёна это напрягало: словно все эти взгляды и недомолвки он придумал себе сам и на самом деле в их отношениях всё было как обычно. Но всего через пару мгновений, Бэк увидел в отражении чужие глаза, направленные прямо на него. И это был взгляд не просто интереса или любопытства, в нем было столько неприкрытой похоти и желания, что айдол почувствовал себя барашком на закланье. Чувствуя, что с него не сводят глаз, парень закрутил щеточку обратно в пластиковую тубу, сдерживая довольную улыбку. — Чёрт, — нарочито громко произнес Бэкхён, выпуская из пальцев тушь, позволяя той звонко стукнуться пластиковым краем о паркет, и со свистом улететь под постель, ровно туда же, куда всего минут двадцать назад улетела губная помада. С показным вздохом разочарования, Бэкхён грациозно опустился на колени и склонился грудью к полу, оттопыривая задницу кверху, слыша как позади Сехун поперхнулся воздухом. — Да куда же она… — пробурчал Бэкхён, наклоняя голову то в одну, то в другую сторону, всякий раз переступая с одного колена на другое, создавая максимальную видимость деятельности. — Хён, может стоит поторопиться? Мы уже начинаем опаздывать, — хрипло подал голос младший, на что брюнет лишь улыбнулся. «Пока не получу ответы на свои вопросы, я тебя никуда не отпущу!» — подумал Бэкхён, наконец таки поднимаясь с пола и поглядывая на Сехуна. Он же в свою очередь, сведя брови к переносице тут же стал то и дело водить взглядом по комнате, с самым что ни на есть, сосредоточенным видом, а после стянул пиджак фрака с плеч, аккуратно укладывая его на пуф рядом с собой. Сехун подумал, что температура в комнате как-то слишком быстро поднялась, и возможно стоило бы попросить Сухо разобраться после встречи с отоплением. Хотя, причина того, что парню стало жарко, была явно не в этом.  — Я уже почти готов, — только и произнес айдол, подходя к постели и беря в руки тонкие черные чулки в сетку, с ажурными резинками на концах. Уперев одну ногу в покрывало, Бэкхён принялся натягивать предмет одежды на свою ногу, пытаясь вложить в свои действия всю природную сексуальность и грацию. Покончив с первым чулком, он проделал ту же манипуляцию со вторым, а после отбросив волосы парика назад, быстро закрепил чулки на подвязки, переводя заинтересованный взгляд на Сехуна. Тот же словно был в какой-то прострации и не сразу заметил, что его подловили и поняв это, тот раскрыл было рот, явно, чтобы сказать что-то в свое оправдание, но Бэкхён молча подошел к шкафу, вытаскивая из него черно-белое платье с короткой пышной юбкой.  — Я буду горничной, — между делом произнес Бэкхён, надевая платье через голову. То с шелестом опустилось вниз, и айдол подтягивая ткань с подола, распрямил его на бедрах поглядывая на себя в зеркало, уже даже не обращая внимание на Сехуна, который забывал соблюдать конспирацию. Платье было шелковым и приятно охлаждало кожу, спереди были атласные ленты-завязки, имитирующие корсет, а юбка с пышным подъюбником, едва доходила ему до середины бедра. Склонившись к шкафу, Бэкхён обулся в черные лаковые туфли на шпильках и чуть неуверенно подойдя обратно к зеркалу, вновь принялся оправлять платье. Рукава-фонарики и большой черный бант на груди делали его костюм больше похожим на наряд из магазина для взрослых, а не на обычное карнавальное платье. Бэкхён же не был виноват в том, что он умеет так сексуально выглядеть в любой одежде. И вообще, если кто и виноват, так это Сехун, ведь это он вынуждает его идти на такие крайние меры. Не сказать, что ему это не нравится… — Помоги мне застегнуть его, — попросил Бэкхён, нервно облизывая и чуть прикусывая губы, наблюдая за поднимающимся с места, Сехуном. Тот подошёл почти вплотную и теперь из-за каблуков они были почти одного роста. Одна мысль не давала Бэкхёну покоя: он буквально ощущал, что с каждой секундой у него из пальцев утекают последние шансы на осуществление задуманного. Он вроде уже сделал всё, что только было возможно, дабы намекнуть одногруппнику о своих желаниях, но тот или не понимал ничего, или же понимал, но не хотел признавать очевидного. Очевидное сексуальное напряжение между ними. Решив что всё или ничего, Бэкхён слегка переступил с ноги на ногу, чуть придвигаясь назад, впираясь в Хуна подолом и ягодицами. Учащенно задышав, айдол не сводил взгляда с зеркала, смотря на то, как Сехун не меняется в лице. Ну же… «Блядь» — подумал Бэкхён, чувствуя как чужие руки взялись за собачку платья и повели ту вверх, застегивая платье наполовину. Его план провалился. «Блядь» — подумал Сехун, останавливая собачку на полпути. Его выдержка подошла к концу, когда Бэкхён слегка потерся задницей о его пах. Вжикнув молнией вниз, Сехун запустил ладони внутрь платья, проходясь по животу Бэкхёна, прижимая того ближе к себе, позволяя старшему ощутить свое возбуждение. Бэк закусив губу, завел ладонь себе за спину, вцепляясь пальцами в чужие черные пряди, поворачивая свое лицо к чужому и впиваясь в губы Сехуна, не переставая улыбаться. — Чёрт, я думал ты никогда не сообразишь, — с придыханием произнес Бэкхён, когда их поцелуй прервался. — Если бы ты сейчас не сделал этого, я бы, клянусь Богом, заявился бы к тебе среди ночи в комнату в таком же виде и привязал бы к постели, потому что…— договорить ему не дал Сехун, развернувший его к себе лицом и вновь впившись в губы, тем самым размазывая по всему лицу помаду. Хён довольно простонал сквозь поцелуй, водя языком в чужом рту, чувствуя, как у него нагло забирают инициативу. Если он и хотел что-то сказать, то уже не стал, потому что только ощутив чужие руки у себя под юбкой, Бэкки довольно застонал, чувствуя как ягодицы крепко сжали, почти вжимая его в чужое тело. Когда воздух в легких подошел к концу, Сехун перешел на чужую шею, принимаясь вылизывать кожу, то и дело цепляя её зубами, слегка оттягивая, оставляя после себя мелкие укусы. Томно охнув на такие манипуляции со своей шеей, Бэкки прикрыв глаза, вцепился в чужие плечи пальцами, комкая белую рубашку. Ощущения от чужого языка были приятными, а платье, висевшее на его локтях, только мешало сосредоточиться на чужих ласках. Чуть оттолкнув чужую голову от себя, Бэкхён вытащил руки из рукавов, позволяя платью висеть теперь только на его бедрах, в то время как сам парень проведя по чужой груди ладонями, присел на колени, принимаясь за чужой ремень. — Бэкки, ты не обязан этого делать, если не хочешь, — глухо раздалось сверху, на что айдол только хмыкнул, растягивая губы в улыбке и запуская одновременно с этим ладонь в чужие боксеры. — А я как раз этого и хочу, — протянул парень, припуская чужие трусы, с замиранием смотря на чужое возбуждение. Одно дело, когда он собственноручно врывался в душ и видел обнаженное тело Сехуна или когда что-то виднелось через тесную и узкую одежду, и совсем другое, когда смотришь на это так близко, да ещё когда чужое естество в возбужденном состоянии. Приблизившись лицом к плоти Сехуна, Бэкхён чуть подул на красную головку, слыша как сверху раздался недовольный выдох. Совсем осмелев, Бэкхён обвил пальцами обеих рук чужую плоть, сразу проводя языком по краям головки, чувствуя как под пальцами Сехун слегка дернулся. Хмыкнув про себя, Бэк принялся водить языком то по краям головки полового члена, то поднимался к сочащейся предэякулятом уретре, то медленно водил языком по стволу, чувствуя на языке соль чужого пота и одеколона. — Блять, пожалуйста, — раздалось сверху, на что Бэкхён усмехнувшись, уперся губами в уретру и медленно принялся насаживаться ниже, чувствуя чужие пальцы, впившиеся ему в парик. Может ему отрастить волосы? Тогда Сехун бы мог держать его за пряди и полностью контролировать процесс. Он бы нанизывал его голову на себя, когда ему этого бы хотелось и наоборот — оттаскивал в сторону, когда ощущал подступающие волны оргазма. Это было бы незабываемо. Сделав пару глотательных движений, Бэкхён с набитым ртом простонал, позволяя вибрации пройтись по его горлу, при этом медленно доходя до середины ствола, а после отталкиваясь назад — выпуская чужую плоть из плена рта. — Не зря я сказал тогда, что у тебя большой «нос», — облизнув смазанные губы, Бэкхён смотрел в чужие черные омуты, чувствуя как от этого взгляда у него в трусах становится мокрее. — На кровать, — только и произнес Сехун, хищно следя за тем, как Бэкхён подойдя к постели, забрался на ту с ногами, проходясь острыми каблуками по ткани простыни, оставляя пару затяжек. — Тебе нравится, как я выгляжу? — Улегшись на постель, Бэкхён провел ладонями от шеи до самых бедер, показушно оттягивая ремешок подтяжки, отчего та с звонким хлопком соприкоснулось с разгоряченной кожей. — А по мне не видно? — хрипло проговорил Сехун, нависая над Бэкхёном, устраиваясь между чужих разведенных ног. Бэкхён ради удобства попытался устойчиво упереться обувью в одеяло, но у него не получалось. То ли из-за дрожи в коленях, то ли из-за чужих рук, которые то и дело скользили вдоль икр, мягко поглаживая кожу и чуть сжимая напряженные мышцы. Сехун прошелся кончиками пальцев по тонким нитям чулок, чувствуя между квадратами сетки чужую кожу, покрытую мурашками. Нестерпимо захотелось провести по дырявой ткани языком, чтобы ощутить контраст пышущей жаром кожи и прохладной ткани одежды. Сехун себе в этом соблазне не отказал. Если до этого у него крепко стоял член, то стоило ему провести языком по чужой голени и услышать сдавленный стон, как ему показалось, что он уже готов кончить, только от звука чужого голоса. — Если ты сейчас же мне не вставишь, я оторву твой член и сам его в себя засуну,— нетерпеливо произнес Бэкхён, закидывая свою ногу Сехуну на плечо, на что тот рыкнув, дернул парня на себя за бедра, сразу укладывая ладонь поверх чужого возбуждения, сильно сжимая, отчего Бэк громко заскулил. — Я хотел быть нежным, но ты меня торопишь, — произнес Сехун, спешно припуская чужое белье, принимаясь искать на подвязке застежку, дабы избавиться от ненужного элемента одежды. Бэкхён же забрыкался, на месте и схватив Сехуна за руки, отрицательно помотал головой. — Нет, не снимай ничего, я хочу. Я вообще-то стесняюсь так сразу оголяться, — в чужих глазах танцевали чертики — Бэкхён врал и не краснел, и Сехун принял правила этой игры. — Как тебе будет угодно, — из-за корсета, пусть который и был тканевым, но сидел довольно плотно на чужих бедрах, добраться до промежности было слегка трудновато, но это было не то, что могло бы остановить Сехуна. Однако, белье всё же мешалось, и чтобы его снять, пришлось бы снимать корсет, а Сехун не хотел сейчас тратить лишне время, отчего просто двумя движениями разорвал белье, и под восхищенный вздох со стороны, отбросил его куда-то назад. Заставив одногруппника согнуть свободную ногу в колене, а другую устроив поудобнее у себя на бедре, Сехун повернул Бэкхёна на бок, и плюнув себе на ладонь, сразу же забирался пальцами одной руки между чужих ягодиц. Упершись пальцами в тугое колечко мышц, Сехун размазал по коже собственную слюну, медленно проталкивая один палец на первую фалангу. Каково же было удивление Сехуна, когда он ощутил, что внутри Бэкхёна довольно влажно и склизко, пусть и довольно туго. — Бэкки, ты что, готовился к этому? — протянул Хун, смотря на чужое лицо, скрытое за каскадом волос. Бэкхён уперся лицом в покрывало и молчал, но что-то подсказывало Хуну, что он нагло улыбался. Довольно рыкнув, Сехун уже действовал более уверенно, но нежно, когда протолкнул внутрь второй палец. Слушая то, как Бэкхён то и дело гулко постанывает и подрагивает, стоило ему надавить на стенки кишечника сильнее, Сехун старался фиксировать парня в одной позе, давя ладонью на чужую ногу. — Боже, какие у тебя длинные пальцы, ох… — протянул Бэкхён, комкая одеяло в пальцах и чуть ерзая на месте. — Когда я это делал, так далеко не доставал, ах, чёрт… — всхлипнул старший, на что Сехун почувствовал, как его лицо залилось краской, а голос окончательно сбился. — Что за разговоры? Ты и в постели такой говорливый? — на это Бэкхён отбросив длинные пряди в сторону, лукаво поглядел на Сехуна, медленно ведя языком по своим губам. — А ты действуй побыстрее, тогда и узнаешь, — Сехун свел брови к переносице и оглядевшись, услышал чужой голос. — Первая полка, справа, — Хун решив не менять удачной позы, просто подвинул Бэкхёна к изголовью, на что тот недовольно зашипел, чувствуя на лопатках неприятных ожог от ткани постели. Дотянувшись до прикроватной тумбы, Сехун нащупал фольгированный квадратик и продолговатый тюбик, вытаскивая искомое на свет. Смазку бросив прям на постель, Сехун разорвал упаковку презерватива зубами, на что услышал со стороны Бэка довольный вдох. — Ох, теперь я буду представлять эту сцену, когда останусь один, — Хун же промолчал, занятый раскатыванием резинки по своей плоти. Вылив немного лубриканта прямо на чужую дырку, младший приставил головку ко входу, низко произнес, отчего у Бэкхёна по загривку побежали мурашки. — Тебе не придется это делать, потому что я буду рядом, — медленно проталкивая свою плоть внутрь старшего, Сехун уперся ладонью в изголовье кровати, в то время как Бэкхён хрипло дышал, сквозь дискомфорт подмахивая бедрами, желая ощутить чужую плоть поскорее в себе целиком. Стоило его бедрам соприкоснуться с чужим пахом, как Бэкхён довольно проскулил, прикрывая глаза. Он так долго мечтал об этом, всякий раз оставаясь в одиночестве он воображал как это будет у них происходить — во время тура или прямо на кухне ночью в общаге, по пьяни или на спор, Сехун сам прижмет его к стене или это он застанет его врасплох и заглотнет чужое возбуждение, невзирая на протесты. Но реальность оказалась лучше. — Давай, двигайся, — протянул Бэкхён, замутненным взглядом смотря на рэпера, чувствуя как внизу живота завязывается горячий узел наслаждения. От первых возвратно-поступательных движений у Бэкхёна полетели искры из глаз, а как только он хотел что-то сказать, как ощутил, как язык во рту заплетался, а после и вовсе отказывался двигаться. Сехун же продолжал размеренно двигаться, крепко сжимая чужие бедра в ладонях, на особо глубоких толчках прикрывая глаза. Кожа под пальцами была влажная, и пусть Сехун держался одной рукой за изголовье кровати, особо это ему не помогало удерживаться на месте. Наплевав на все, брюнет склонился к чужому лицу, сразу ощущая, как пальцы вокалиста вплелись в его волосы, а губы встретились с его губами, втягивая рэпера в борьбу языками. Бэкхён скрестил лодыжки на чужой пояснице, мертвой хваткой держась за Хуна, будто боясь, что он сейчас передумает и уйдет от него. От поцелуя его губы и подбородок были влажным, слюна стекала по шеи, и если бы Бэк увидел такое со стороны, то посчитал бы это мерзким. Однако, пребывая участником данного процесса, сказать что ему не нравится, он не мог. Его каменно стоящий член говорил все за него. Сехун спустился губами по шеи вниз, вновь зализывая краснеющие ранки на чужой коже, а после дойдя до груди, запустил левый сосок себе в рот. Втянув его глубже и помусолив тот между зубами, младший ощутил, как вокалист от данных действий заметался под ним, громко, во все горло, постанывая, почти срываясь на крик. Повторив ту же самую экзекуцию с другим соском, Сехун наконец выпрямился, смотря на полностью захмелевшего от чувств, Бэкхёна, который расфокусировано глядел в потолок. — Если ты всегда такой тихий, после того как тебя вылизывают, то наверное стоит делать так почаще, — произнес репер, размашисто вбиваясь внутрь одногруппника, на что тот довольно зажмурился, выгибаясь на лопатках. От таких действий, плоть Сехуна прошлась по простате, отчего Бэкхён взвыл и выгнулся в спине, цепляясь руками за чужие штаны. — Ох, пожалуйста, повтори, повтори это опять, — проскулил Бэкхён, чувствуя, что одногруппник словно специально поменял направление, и принялся толкаться совершенно не туда, куда нужно было. Недовольно захныкав, Бэкхён сжался и стукнул каблуком Сехуна по ребрам, на что тот ущипнул старшего за бедро, все-таки начиная двигаться в правильном направлении. Бэкхён довольно ахнул и проведя пальцами по шеи, а после по груди, принялся одной рукой играться со своими сосками, другой сжимать свою стоящую плоть. Комната наполнилась звуками хлопков кожи о кожу, смешанными стонами и охами. В голове у Бэкхёна словно взрывались фейерверки: он глох от шума крови в ушах, зрение его то и дело подводило от выступающих на глазах слёз, и если бы его руки не были заняты делом, он бы точно постарался утереть глаза, дабы разглядеть своего любовника во всей красе. А посмотреть было на что — Сехун в полурастегнутой рубашке и с болтающимися штанами на бедрах, выглядел словно дикий зверь, добравшийся до добычи. Щеки и губы младшего были перепачканы в помаде, следы той даже виднелись на белом воротнике. Можно даже сказать, что Бэкхён и в самом деле помог ему со сборами — помаду, при большом желании, можно было бы принять за кровь — Я… я сейчас, Бэкки, — протянул Хун, на что старший задвигал быстрее рукой, желая прийти до финала вместе. Пара глубоких фрикций, мокрый поцелуй в ключицу и внутри Бэкхёна словно разлили кипяток. Горячая волна прошлась от промежности и во все стороны — к конечностям и к голове, смывая собою все накопившееся напряжение. Сехун со слабым рыком осел на Бэкхёне, придавливая того к кровати, громко дыша старшему в ухо. Тот же в свою очередь, разморенный оргазмом, кое-как утёр перепачканую ладонь о подол платья, одним движением снимая с головы спутанный парик. Выйдя из Бэкхёна, Сехун улегся рядом, лениво стягивая с опавшего члена презерватив, и завязав тот, бросил около кровати, убеждая себя в том, что обязательно выкинет его. — Если мы хотим ещё успеть куда-то, надо идти прямо сейчас, — с придыханием проговорил Сехун, смотря на наручные часы, которые показывали, что они опаздывают уже на целый час. — Да, — громко дыша через рот, Бэкхён свел ноги вместе, утирая влажный лоб ладонью, — Сейчас, я только… только поправлю наряд, — медленно сползая с кровати и на негнущихся ногах дойдя до двери в смежную ванную, Бэкхён скрылся за ней, а через пару мгновений оттуда послышался звук воды. Сехун же чувствуя, как приятная пустота медленно исчезает из головы, а тело наоборот, наливается тяжестью, тот поспешил подняться с постели, на ходу застегивая штаны и приводя себя в более-менее приличный вид. Идти никуда не хотелось, особенно после того, что произошло, Хун хотел лишь одного — продолжить то, на чем они остановились. И поговорить заодно о всём произошедшем. — Я готов, Хунни, — протянул Бэкхён, выходя из ванной в… Сехун поджал губы, смотря на то, в чем вышел старший из ванной комнаты: белая тонкая ткань с черными кругами сверху, имитирующие глаза, и с вырезами на плечах, для рук. Костюм привидения. — Это… это что? Ты же хотел пойти в платье, — Бэкхён на данное заявление лишь рассмеялся, подбираясь ближе и поглаживая одногруппника по плечу. — Я что, по твоему полный придурок в таком виде идти на вечеринку? — Сехун же промолчал на это заявление и увидев на столике телефон Бэкхёна, молча подошел к нему и что-то начал набирать на смартфоне. Через пару минут убрав его в сторону, Сехун вернулся к брюнету, одним движением стягивая с того костюм-простыню. — Ты… ты чего делаешь Сехун? — непонимающе сведя брови к переносице, Бэкхён посмотрел на сосредоточенное лицо младшего. Брюнет же в свою очередь оглядев на старшем простые светлые штаны и такую же майку, внимательно осмотрел его чистое лицо и на что-то покачав головой, толкнул Бэкхёна спиной на кровать. — Я написал Чанёлю, что мы останемся в общаге — возникли срочные дела, — вытащив ремень из шлевок, Сехун свернул тот вдвое, продолжая говорить. — Мне кажется, что тебя стоит наказать за то, что ты так нагло врешь, хён, — Бэкхён же подобравшись на постели усмехнулся, с вызовом глядя Сехуну в глаза. — Снимай штаны и поворачивайся на живот, Бэкхён. Пора поучить тебя уму-разуму, — старший на это заявление довольно улыбнулся, вцепляясь руками в пояс штанов. — Не заставляй меня повторять снова, хён, — перед тем как исполнить чужой приказ, Бэкхён подумал о том, что следует всегда доверять своей интуиции, особенно когда она твердит о том, что нужно купить платье горничной.