Королевство Снежинок

Я практически ничего не видела и не слышала. Мои глаза едва ли были открыты, вот-вот и я провалюсь в вечный сон, как всегда хотела. Рядом со мной находились люди, которые безумно ценили и любили меня. Я позволила им войти, пусть и хотела умереть в полном одиночестве, но они таки пришли в больницу, в мою палату. — Нет! Снежана, слышишь? Ты не можешь так умереть! — кто-то крепко сжал её руку, из-за чего игла капельницы впилась в полуживое тело ещё сильнее. Я поморщилась от боли, пусть она и была пустяковой, если сравнивать с той, которую сейчас переживали они. Да и спасибо на том, что сжимает руку с капельницей, а не бинтами, ведь так было бы в разы больнее… Я томно открыла глаза и увидела высокого кудрявого парня, что склонился надо мной. Именно он и сжимал мою руку, на его глазах выступали слёзы. Рядом с ним стоял подросток, который был немного ниже. На его лице читалась растерянность и даже страх. Он застыл на месте, казалось, даже не дыша. Его взгляд испуганно метался с капельницы на меня и назад. В самом углу палаты, сгорбившись, сидела моя мама. Она ничего не говорила, лишь смотрела в одну точку пустыми глазами. Но, чёрт подери, по большей части из-за неё я здесь и оказалась. Она медленно, но верно доводила меня к этому, а дальше всё пошло цепной реакцией. Проблемы с психикой, посещение психиатров, невозможность определить точный диагноз, горы дорогих таблеток, которые временами делали всё намного хуже. И вот я вновь здесь, в этой родной больнице, где весь персонал меня знает. Сама по себе я была ребёнком, который достаточно часто болел, у меня всегда были проблемы со здоровьем, а некоторые, увы, можно было исправить лишь путём хирургического вмешательства. По лицу расплылась улыбка, я лишь хрипло хихикнула. — Я вас люблю. — едва слышно произнесла я. Вдруг её рука начала выскальзывать из рук кудрявого парня, из-за чего тот запаниковал ещё сильнее. Глаза томно прикрылись, но вдруг прозвучал истошный крик: — Она не дышит! «Леон… Ох, дорогой братик, прости, что я ушла раньше. Прости, что мы даже не отметили год с момента нашей дружбы, я просто не дожила…» Но тем временем он подскочил к матери, начиная что-то кричать. Я не могла разобрать слов, но было видно, что он обвиняет её в случившемся. А кудрявый парень лишь склонился над моей кроватью, вновь беря мою руку и вздыхая. Душа отделилась от тела, я витала над своим телом, наблюдая за происходящим. Казалось, никто в комнате не мог поверить в то, что произошло… Но это таки случилось. «До свиданья, до свиданья…» — Шепчет время городам своим... Моя душа продолжила отлетать всё выше и выше, и вот скоро всё скрылось за облаками. Я вновь чувствовала себя свободной, а от боли, которая преследовала меня последние года полтора, не осталось ни следа. Я расправила руки, наслаждаясь этим полётом. Как вдруг всё вновь стало чёрным, а я почувствовала неприятные ощущение в области грудной клетки. Неужели меня пытались реанимировать? Да. Пытались. Они не сдавались. «Но это не поможет… Что порезы, что таблетки… дозировка и глубина несовместимы с жизнью» — подумала я, вновь пытаясь вернуться туда, к облакам, но сил с каждой секундой становилось всё меньше и меньше, пока и вовсе я не почувствовала, как вновь падаю. Вновь возвращаюсь туда, к миру. Меня охватил жуткий страх и паника, неужели вновь малая дозировка? Этого не могло произойти, я ведь всё рассчитала, да и крови немало потеряла! Я вновь стала слышать голоса, вокруг всё так и оставалось чёрным, а возможность шевелиться таки оставила меня. — Она… жива?! — кто-то вскрикнул. «Братик. Вновь любимый братик…» — мысленно улыбнулась я. «Он никогда не сдавался и не давал мне сделать этого. Он боролся за мою жизнь до последнего…» — Должна выжить, но сейчас она в таком состоянии, что мы не можем ничего гарантировать… — сказал кто-то из медперсонала. — И в следующий раз мы не дадим ей это сделать… — в этом шёпоте, полном боли, я узнала голос Марка. О, это тот самый высокий кудрявый парень, державший мою руку и так не желавший отпускать. Леон что-то пробормотал, видимо, соглашаясь, и вновь посмотрел на мою мать. Та явно оживилась, но, видимо, ненадолго, стоило ей встретить взгляд синеволосого подростка, который не говорил ни о чём хорошем. «Но… почему же я не могу шевелиться? Неужели я в коме?» — тысячи мыслей подобного типа вертелись у меня в голове, но какая из них была правильной?..