Серая гниль

[Восстановление позвоночной конструкции: завершено] Вздергивается. Хватает воздух – широко открытым ртом – и тут же откашливается. Скопившаяся кровь в глотке стоит комом, свистит на каждом вдохе. [Состояние боя: не подтверждено] – Дыши, 13, дыши. – Укол инъектора в руку. – Я рядом. Сильно пахнет гарью. И вокруг – тихо, пусто. Он поворачивается, немного приподнимаясь, смотрит на своего хэнза. – Все закончилось, – гундит тот с зажатой в зубах сигаретой. В тени шляпы не разобрать его взгляд. – Ты выполнил свою работу. Я штабу доложил. Он сидит рядом за спиной, упершись на согнутые ноги. Вертит в руках пустой шприц. 13 слушает, как металл стучит об металл, снова расслабляя саднящую шею, неохотно, чуть отводя голову назад. [Защитный протокол: завершен] Вкус у крови на языке дрянной. Такой же дрянной, как слетающие тормоза – одно нажатие на крючок. – Меня подбили? 13 помнит преимущество. Что это была одна из простых миссий по захвату стратегического объекта – они зачищают, остальное не так важно. Иногда даже не важно, что ноги по колено в трупах. А впереди только больше и больше. – Нет. Просто не повезло, – хэнз показывает наверх, на крышу разрушенного здания. – От выстрела обвал… Этого я не учел. Но ты сам выкарабкался. – Значит, ты тоже был рядом. Позади, – голос всё еще свистит. Мужчина ухмыляется, поправляя шляпу. Достает флягу, быстро откручивает крышку, перебираясь ближе. Он придерживает за челюсть, вливая немного в глотку, и переводит ладонь на горло. Осторожно разминает, пока не упирается пальцем в кадык. – Давай. Ты это или проглотишь, или откашляешь, – давит сильнее. Вдох – со свистом. Выдох – снова заходится кашлем, отплевываясь от сгустков. Перемещаясь в удобную позу и упираясь руками, приподнимается, почти садится. Изгибается. Следующий вздох дается легче. Второй. Третий. – Вот и славно, – тот хлопает его по морде. Отдает флягу, и 13 постепенно начинает ощущать ее прохладу в руке. Затем напряжение. Затем боль. От плеча и до самих пальцев – спавшим ограничителем. 13 помнит выстрел, грохот. И что он делает как-то так: хватает за бок, прижимает-фиксирует под собой, как можно ближе. Где безопасней. Хэнз на секунду замирает. – О нет, приятель, второй раз за сегодня твои нежности – лишнее, – смеется. Его тело приятно-теплое как и всегда. И он не сопротивляется, только успокаивающе гладит грудную клетку, шею, голову. Разве что не приговаривает: хороший экстенд, хороший, молодец. Закрепляющим поощрением за правильно исполненный трюк. – Это лишь защитный протокол. Программа. – Но эта программа часть тебя, – он смотрит снизу вверх, в его глазах что-то отдаленно напоминающее счастье, – напарник.