Я отдаю вам себя

Над пропастью во ржи, мысли мои полностью во лжи.Голос неуверенно дрожит, голову подпери и ложись.Меня от города тошнит, будто кто-то Преднамеренно испортил мою жизнь.

Казалось бы, Хоук должен был предвидеть очевидное: одержимый маг, в поисках извращенной справедливости и взрывоопасные материалы, что может быть проще? Но… Андерс был его другом, и несмотря на все подозрения Защитник Киркволла верил ему, доверял. И, как всегда,бывало в жизни Хоука, все пошло коту под хвост, возможно, даже тому самому сэру Ланцелапу, будь проклят он и его чертов хозяин. В первые мгновения после шока и понимания ситуации Хоук был готов придушить подрывника недоделанного своими собственными руками, уже не пытаясь даже втолковать насколько неправильным был его поступок, насколько сильные волны будут от этого брошенного в море насилия камня. Хотя какой там камень? Там была целая церковь с Владычицей. Эльтина была хорошей женщиной, но ужасной главой церкви. О мертвых плохо не говорят, но это правда. Она боялась взять на себя ответственность и наконец вмешаться в эти детские игры Мередит и Орсино. И куда это привело их всех? Но это все меркнет в сравнении с ошибками самого Защитника Киркволла. Как иронично теперь звучит это звание. Он никого не смог защитить, и уже поздно пытаться выйти сухим из воды – он весь в крови. Раньше – в крови убийц, работорговцев и прочих не самых дружелюбных ребят, но теперь – кровь невинных. Ведь Хоук прекрасно понимает, что после смерти Эльтины весь и так хрупкий мир между храмовниками и магами полетит в пропасть, утягивая за собой самых обычных горожан. Но хотя бы тут стоит попробовать что-то изменить, попробовать защитить.

Все мечты я перебил на гарнир.В улыбке поплыл, долго ковыряясь вилкой в любви; Вспоминая, сколько много было пылких обид -Теперь забыл…

Серый страж был прав – нет уже ни Андерса, ни Справедливости, есть только адская смесь из них двоих, и Защитник не уверен осталось ли что-то светлое хоть от одного из них. Но это все лукавство, Хоук помнил, скольким помог Андерс в лечебнице, помнил, как не раз спасал их задницы на очередных безумных вылазках, как после уговоров все же шел на Глубинные тропы, как пил вместе со всеми и проигрывал последние деньги очередным посетителям Висельника. Хоук также помнил, как Андерс поддерживал его после смерти матери, как помог брату, пораженному скверной. Хоук помнил многое, но вспоминать больше не хотел. Андерс предал его, предал своих дражайших магов, предал город. Он сделал это осознанно, он долго это планировал, он впутал в это своих друзей. И за это Хоук его никогда не простит.

Я отдаю вам себя!Держите моё сердце, читайте мои мысли - Заберите все что осталось во мне! Добейте мои нервы! Сожгите мои письма - Вы над пропастью, а я там – на дне!

Когда приходит время решать судьбу Андерса, Хоук не может продолжать удерживать ярость внутри себя, питаться от нее, он устал. Он так чертовски устал от всего. Но он не может все бросить сейчас, он должен решать. Спутники не облегчают выбор, даже наоборот делают все только хуже, но и это было предсказуемо. Шевели мозгами он чуть больше и меньше верь людям, он мог бы сделать многое, однако с момента бегства из Ферелдена в Вольную Марку он этим все никак не мог воспользоваться, а сейчас уже поздно начинать. Как он устал от всего. Хоук не убивает Андерса, просто не может поднять руку даже на предавшего его друга. Взамен он предлагает присоединиться к битве,попробовать исправить то, что Серый страж натворил, попробовать искупить вину. Ведь насколько бы зол сейчас ни был Хоук, он видит, как сам Андерс мучается из-за всего этого, видит, что они на пару со Справедливостью уже давно жаждут заслуженной смерти. Но не сегодня, и пусть идет к черту Себастьян со своей армией и чертовой местью. Разве уже не понятно, куда все это приведет? Хоук бы посмеялся над всей этой сюрреалистичной картиной, но ком в горле и пустота внутри не позволят этого сделать. А жаль. Хочется уже просто крикнуть, высоко подняв голову, хочется послать всех, хочется плыть по течению, а вот решать совершенно не хочется, как и смотреть на Фенриса. Он слишком дорог Защитнику, если он увидит сейчас еще и осуждающий взгляд эльфа, то точно убьет и Орсино, и Мередит, и всех, ктотолько подвернется под руку, а потом и себя, потому что это не он, это не Хоук, это уже будет второй за день свихнувшийся маг. Но Фенрис, вопреки ожиданиям, просто кладет свою руку в когтистой броне на плечо Гаррета. И впервые за этот сумасшедший день Гаррет Хоук чувствует спокойствие.

Склонен я всё пропустить,Если смог, стал бы другим … Но-почему-то суждено быть пустым,Как поездам уходить из вокзала.

В скором времени Хоук покидает Киркволл, город цепей, и уходит в попытках починить то, что еще можно склеить. Он покидает Вольную Марку с тяжелым сердцем, оставляя за собой самого близкого и понимающего друга. Варрик, не терпящий долгих прощаний, с блестящими глазами желает удачи и берет обещание при первой же встрече надрать Гаррету его благородную задницу в карты. Хоук же угрожает, что, когда вернется в сияющих доспехах, с шикарной бородой и полным мешком историй, гном готов будет променять свою драгоценную Бьянку на такого мужчину. Вся эта бравада вполне успешно скрывает печаль от расставания после почти десяти лет вместе. Но единственное, что удивляет Гаррета, когда он уже идет к выходу из города, это Фенрис, поджидающий его у ворот.Хоук был уверен, что эльф после всего захочет пожить свободно, не завися от воли взбалмошного мага. Их отношения строились с переменным успехом, и человек далеко не всегда понимал, что происходит в голове эльфа, когда настанет очередной момент побега, а когда – молчаливой поддержки. – Фенрис? А как же охота с факелами и вилами на работорговцев? – все еще слабо веря в реальность происходящего, задает Гаррет самый глупый вопрос в своей жизни, неотрывно следя за лицом и ногами эльфа. – Хоук, я не был с тобой из-за традиций, видит Создатель, их и быть не могло; я также не был с тобой из-за страха, ты все время помогал мне и спасал от себя самого; и я уж точно не был с тобой из-за чести. Благодаря тебе я стал свободным, ты многому меня научил и многое показал. И как свободный эльф, находящийся в на удивление трезвом уме и уже точно твердой памяти, я выбираю тебя и жизнь с тобой, – твердо и уверено заявил Фенрис, не отрывая взгляда от мага и не давая Хоуку и шанса усомниться в его выборе.

Твой взгляд, он будто сработан на камеру;Да, в твоих глазах было что-то от дьявола. Сбивали речь вечно надуманные паузы - «Простая магия», - подумал я.. «Да, вот какая ты!»

Где-то посреди густого леса, на небольшой полянке богатой зарослями эльфийского корня и эмбриума, Гаррет впервые осознал, что Фенрис волшебен. Хоук был магом, но настоящая магия бурлила внутри эльфа. И дело даже не в проклятых клеймах и способности в прямом смысле вырвать сердце – призрачное и не самое приятное ощущение руки, заключенной в броню, крепко держащей сердце мага все еще иногда снится Хоуку. Нет, дело в том, что Фенрис как сбывшаяся мечта Гаррета, о которой тот даже никогда осознано не задумывался. И вряд ли ферелденец мог представить себе, что однажды будет бегать за бывшим рабом, копаться во внутренностях драконов и грабить особняк в Верхнем городе, только чтобы раздобыть вздорному эльфу подарок. Все дело в сияющих глазах Фенриса, когда он смотрит на Гаррета, в легкой улыбке, когда спокойными вечерами эльф вслух читает очередную главу об освобождении рабов, в том, как воин убивает очередного разбойника – уже пятнадцатого за эту неделю, кажется. И Хоук всеми силами и, как ему кажется, незаметно старается охранять и поддерживать эту магию. Чувствует себя жрецом какого-нибудь языческого бога. Но о чувствах Фенриса до сих пор имеет смутное представление. Фенрис же до сих пор чувствует целую яркую и сверкающую ярмарку чувств, достойных Антивы. Со временем его чувства к магу – какая ирония – поутихли, но каждый раз глядя на ненавязчивую заботу Хоука, эльф легко улыбается, будь это разгар боя и удачно взорвавшийся одержимый или теплые шерстяные носки, которых у эльфа и в помине не было. Воин тоже по мере своих сил и понимания заботы как таковой старается поддержать Гаррета, которому в последнее время становится все тяжелее бороться и скрываться ото всех. Фенрис следит, чтобы беспечный маг не испустил дух, в очередной раз заявив, что жаренного кролика уже видеть не может и вообще объявляет голодовку в знак протеста. Когда опять притягивает к своей неудержимой заднице очередные неприятности, когда верит ребенку-магу, заявляющего с щенячьими глазами, что он неодержим (да-да, Хоук, ведь никогда такого не было), а уже в следующую секунду призывая осточертевших призраков и демона желаний. Конечно, Хоук, никто бы не догадался, да, Хоук, очень жаль ребенка, нет, Хоук, моя рука и его сердце абсолютно случайно встретились в момент трансформации. Фенрис впервые в жизни, чувствует, что свободен, что счастлив, что обрел нечто по-настоящему его, кого-то, кто искренне дорожит и любит его. Фенрис учится быть добрее.

Мы сами выбрали путь — тупик.Быть собой, тут, увы, лишь сильней запутались. Больше не ведут огни, а воспоминания зовут тебя.

Они оба знали, что идиллия путешествий, убийства плохих парней и помощи сирым и убогим не могла длиться вечно, но Фенрис бы никогда не подумал, что после очередного письма Варрика, Хоук следующим утром на рассвете сорвется в путь ничего не сказав. О, эльф был зол, он был в ярости, когда понял, что единственное, что оставил Гаррет это чертову записку. В тот момент воин считал себя в праве с особой жесткостью убить и Хоука, и Варрика, и непонятного Инквизитора, будь он неладен. Подумаешь, оказалось, что выпустили Корифея, так это уже дела давно минувших дней. Да там же даже новый герой нашелся, что им понадобилось от Защитника Киркволла в отставке? А ведь эльф постоянно говорил, что от тевинтерских магистров ждать хорошего – пустая трата времени, вон, даже умереть нормально не могут. Но все это не помешало Фенрису в тот же день собраться и отправиться на поиски Скайхолда. Воин Гаррету этот посох так глубоко засунет, как только сможет, а Бьянку он сначала разберет на запчасти, а уже потом модифицирует одного не в меру болтливого гнома. Ведь после долгих лет поисков и отчаяния, он наконец обрел покой и не позволит этому глупому магу в очередной раз жертвовать собой во благо других. Главное после всего не забыть посадить на цепьХоука, определенно, это просто необходимо (в воспитательных целях, конечно же!).

Я отдаю вам себя!Держите моё сердце, читайте мои мысли - Заберите все что осталось во мне! Добейте мои нервы! Сожгите мои письма - Вы над пропастью, а я там - на дне!