Мой лучик света.

       Через два дня Антон окончательно выздоровел. Во время болезни его режим сна сбился по-максимуму. Из-за этого Шастун уснул в три часа ночи, хотя ему нужно было вставать уже в семь утра, но ещё было необходимо погладить черные джинсы, белый лонгслив* с надписью на груди «ENEMI», и чтобы это успеть требовалось проснуться минимум на полчаса раньше. И в итоге, парень спит всего лишь три с половиной часа.       Кажется, что утро должно начаться с того, что Антон еле откроет глаза, наплюнет на глажку его одежды и переведёт будильник на сорок минут вперёд, погружаясь обратно в мир грёз, но этого не произошло. Всё время пока он находился дома, Шастун то и делал, что спал, поэтому встать рано утром ему было довольно легко, он даже смог, на удивление, выспаться.       Умывшись, Антон принялся гладить вещи. Пока прибор нагревался, парень взял только что постиранные, высушенные джинсы и футболку. Равномерно разложив ткань на гладильной доске, Шастун с аккуратностью начал водить утюгом, старательно разглаживая все складки на одежде. Когда уже все было идеально проутюжено, Шаст выдернул шнур из розетки, и довольный надел ровные вещи, чувствуя гордость за самого себя.       Убрав гладильную доску на место, Антон хотел взять утюг и поставить его рядом с доской, но в его голову пришла мысль: потрогать его. Парень прикоснулся средним пальцем до горячей поверхности и сразу же отдернул руку. Шастун не был бы Шастуном, если бы с ним не случилась подобная херня. Он ругался матом на всю квартиру, как будто бы это смогло бы облегчить боль. Когда палец перестал ныть, Антон все-таки убрал утюг на место.       Взглянув на свои руки Антон лишь тяжело выдохнул. Левую руку украшал чуть подживший порез на запястье, от которого наверняка в дальнейшем останется шрам. На правой руке дела обстояли хуже: костяшки были в ссадинах, и рядом было пару синяков, большой и средний пальцы тоже были немного покалечены. Большой палец, а именно ноготь на нём, почернел из-за того, что он прищемил его входной дверью, когда от него уходил Позов и Шаст закрывал за ним. Средний покраснел из-за утреннего эксперимента с утюгом. Также, был шрам, полученный Антоном ещё два месяца назад, когда парень убирал осколки посуды с пола его кухни. Хоть порез был и не глубоким, но он оставил отметину на бледной коже. Все, что произошло с ним тогда, так и будет с ним на всю жизнь, как бы парень этого не хотел. Снова окунуться с головой во все эти неприятные воспоминания он не хотел, и напрочь запретил себе думать об этом. Ну, и, естественно, были мелкие шрамы, полученные в его неспокойном детстве.       Закончив рассматривание своих «прелестных» рук, он надел кольца и браслеты. Парень вообще обожает украшения. Эта любовь пустила свои корни ещё в школе. Он сам точно не знал откуда у него появился самый первый браслет, но спустя время все его запястья и пальцы были в украшениях. До сих пор любовь к ним не иссякла, и даже наоборот, стала ещё больше. В его коллекции их было очень много, и все разные, со всеми из них были связаны свои воспоминания. Каждый браслет, каждое кольцо было особенным. И все они были очень дороги Шастуну. Какие-то он покупал сам, часть кто-то дарил или привозил откуда-то. Каждый раз, когда кто-то пополнял «копилку» парня, Антон радовался как в первый.       Пока Антон залечивал свой порез на запястье, он практически не носил их. Каждый раз смотря на свои руки, парень ощущал себя голым. Он привык к ним настолько, что просто не воспринимал их без украшений. Ладони без колец выглядели непривычно пустыми, а то, как Шаст по привычке снимал с мизинца левой руки «невидимый» перстень со стороны смотрелось как минимум странно.       Парень заварил себе чай с бергамотом, который парень тоже любил, но на первом месте все равно был чай с мятой. Антон знал все прелести этого напитка. Эфирное масло бергамота издавна известно своими уникальными свойствами, его активно использовали для профилактики и лечения разных недугов. Даже учёные говорят, что чай с бергамотом является антибактериальным, противовирусным, успокаивающим, охлаждающим, тонизирующим напитком. Всю эту бурду Шастун выучил еще в школе, в каком то чайном прилавке он читал свойства различных видов фиточаев, и запомнил про бергамот.       Как было сказано ранее, у Антона был сбит режим и он привык есть как минимум в десять часов утра. Поэтому выпив только свой чай, он накинул сверху футболки джинсовку и пошёл на работу. К слову, сегодня была пятница, и парень отработает всего лишь один день и опять уйдёт на два выходных. Можно было и сегодня не работать, но ему надоело сидеть в четырёх стенах, и лишь изредка выходить на балкон, чтобы покурить. Он даже в магазин не ходил, потому что его заваливали продуктами Арсений, Дима и Серёжа, несмотря на все возмущения Шастуна по этому поводу.       Он шёл в приподнятом настроении, в ушах на повторе играла песня, которую Антон нашёл вчера вечером, но уже смог в неё влюбиться, и был готов слушать её до посинения**. Антон шагал, и впервые за долгое время смотрел не вниз, а на людей, одаривая их улыбкой, на что они отвечали тем же. На душе было хорошо, по-весеннему тепло. Солнце светило и на улицах наконец-то высохли все лужи, не было этой слякоти на дорогах, все деревья начали потихоньку зеленеть. Это все ещё больше поднимало Антону настроение.       Он никому не сказал о том, что придёт сегодня. Скажем так, что Антон захотел сделать сюрприз своим неожиданным появлением.       Антон находился возле дверей офиса, не решаясь зайти. Почему-то он стал ощущать волнение, и даже какой-то страх. Он будто пришёл сюда впервые. Шастун закурил, предварительно отойдя в сторону. Пару затяжек, и Антон уже более менее спокоен. В наушниках до сих пор играет музыка. Он провожал взглядом всех входящих в здание. И Антон заметил его. Арсений. Как всегда охуенный. В белой футболке, без каких либо принтов, и чёрных джинсах. На секунду парень забыл даже как дышать. Он так и замер с сигаретой, зажатой между пальцев. Он смотрел на него, не отрывая взгляд, но как только он скрылся в дверях, Шастун выкинул окурок и поспешил зайти. — Антон? — Ира встретила его радостным взглядом и начала подходить к Шастуну. — Привет. — Антон внимательно осмотрел помещение, но Арсения так и не нашёл. Видимо, он уже успел подняться к себе в кабинет. — Я так рада, что ты пришёл! — Ира улыбнулась во все свои тридцать два зуба и заключила парня в крепкие объятья. — Где ты был все это время, и почему не выходил на связь? — Ей приходится запрокинуть голову, чтобы посмотреть Антону в глаза. — Я болел. — Антон неловко улыбнулся, вспомнив, что так и не ответил девушке за все это время. Чувство вины подкатывало к горлу неприятным комом. — Ладно, Ир, мне нужно идти работать. — Он просунул руку между их телами и мягко оттолкнул Кузнецову, в ответ на этот жест она лишь покорно отошла. — Да, конечно. — Она вернулась на свое место и начала что-то делать на своём компьютере.       Антон быстрым шагом направился по знакомой лестнице, предвкушая то, как Дима и Серёжа обрадуются его появлению. Он перешагивал через две ступени. Хоть парни и навещали Шастуна, но, он все равно жутко соскучился по ним. Хотелось уже поскорее обсудить с ними последние события. И вот, парень добрался до своего этажа, пару шагов и он будет рядом с ними. Сделав максимально серьёзный вид, Антон направился к своему рабочему столу, боковым зрением видя две пары глаз, которые смотрят на него. — Шастун?! — Окликнул его Позов. На это Антон повернулся к ним и с улыбкой до ушей подошёл к ним. — Здорово, соскучились? — Антону было так хорошо с ними. От чувства тревоги не осталось и следа. — Антоха! — Позов обнял его, как будто бы они не виделись не два дня, а целую вечность. — А ты чего даже нам не сказал, что придешь сегодня?! — Серёжа освободил Шастуна из объятий Позова и протянул ладонь для рукопожатия. В отличие от Димы, Матвиенко не очень любил все эти «телячьи нежности». — Хотел устроить вам сюрприз. — Антон пожал руку Матвиенко. — Рассказывайте, что у вас тут новенького? — Антон прижался плечом к находящейся рядом стене, в предвкушении долгого разговора ни о чем. — Короче, Антоха, пиздец нам с тобой пришёл! — Первым заговорил Позов, явно чем-то недовольный. — Что случилось? — Антон слегка напрягся, потому что Дима был чем-то огорчён. — Пожарную сигнализацию в туалет установили. — брови Антона поползли к переносице, выражая его полное недоумение, а Дима продолжал смотреть на Антона полным возмущения взглядом. — Ну поставили и поставили, че такого-то? — Шастун вообще ничего не понимал, в прочем, как и всегда. — Ну а курим мы где? — Тут до парня наконец-то дошла вся суть произошедшего. — Бляять… — Протянул Антон. — Пиздец. — Шастун шумно выдохнул и отлип от стены. — И че нам теперь делать? — Парень посмотрел Диме в глаза с надеждой, что тот уже что-то успел придумать. — Ну смотри, — Позов развернулся к лестнице. — Будем по-тихому выходить из здания, там есть небольшой переулок, курить туда ходить будем. — Антон начал мысленно продумывать маршрут до этого места. — А, ну я сегодня там курил. — До парня это дошло только через полторы минуты. — М-да. — Осуждающе протянул Матвиенко, скрестил руки на груди и отвёл взгляд в стену. — Ой, молчи, зожник хренов. — Фыркнул на него Дима.       Серёжа был за здоровый образ жизни. Он ни разу не пробовал курить и не пил алкоголь. По крайней мере, по его словам. Дима и Антон не очень то в это верили, но при них Матвиенко ничего из вышеперечисленного не делал. Он уже около двух месяцев ходит в спортзал. Шастун и Позов на это лишь закатывают глаза и закуривают сигарету. — Чуть попозже сходим? — Хоть Антон курил буквально минут пятнадцать назад, ему опять захотелось наполнить лёгкие этим серым дымом. — Окей. — Дима кивнул. — Место вообще топовое. — Позов улыбнулся и бросил свой взгляд на Матвиенко.       Они разговаривают на абсолютно разные темы. Они смеются, подкалывают друг друга. Вот та дружба, которую Антон считал идеальной. В компании не было третьего лишнего, как это бывает в большинстве случаев. Дима и Серёжа были теми людьми, с котором он был готов встретить свою старость на лавочке перед подъездом, обсуждая политику и проходящих мимо людей.       Их идиллию нарушил властный голос Попова, который заставил Антона подпрыгнуть от неожиданности, потому что он был единственным, кто стоял к нему спиной и не видел приближения начальника, а Позов и Матвиенко решили, что предупреждать о появлении Арсения не нужно. — Шастун? — Антон повернул голову на Арсения, смотря прямо в его чудесные глаза.       В животе Антона опять появились бабочки. Он сразу же вспомнил, как во время болезни Арсений приезжал к нему по вечерам, и они сидели у него на кухне, пили чай и молчали. Никто не решался нарушить тишину, да и слова в этот момент были лишними. Шастун понимал все по его взгляду, жесту, мимике, но единственное, что не смог прочитать парень, это то, зачем мужчина это делает. Попов медленно сводит его с ума, каждый раз приоткрывая рот чтобы что-то сказать, но замирает не издав ни звука. Когда парень пытался узнать у него хоть что-нибудь, Арсений лишь отводил взгляд, оставляя его вопросы без ответа. — Я смотрю, ты вылечился. — Арсений посмотрел на Антона снизу вверх. — Да. — Антон кивнул и обернулся, чтобы найти поддержку в глазах друзей, но их не было. Они ушли по своим рабочим местам. Шастун их понимал, получить выговор от начальника за их безделье — так себе перспектива.       Парень шумно выдохнул. Во рту все резко пересохло, благо рядом был кулер. Взяв стаканчик, он налил в него воды и залпом выпил его. — Почему не сообщил мне о том, что сегодня придёшь? — Арсений следил за каждым движением Шастуна, от этого Антону было неловко. — Как раз к Вам идти собирался. — Парень смущённо улыбнулся и почесал затылок. — Я тебя с утра не видел, ты опять опоздал? — Арсений по своей традиции скрестил руки на груди, и строго посмотрел на Шастуна. Антон поежился от сурового взгляда голубых глаз, как от холодного порыва ветра. Это действие парня мужчина не заметил. — Нет, Вы меня просто не заметили. — Антон не соврал, Арсений правда его не заметил. Хотя, кто будет смотреть в сторону того переулка, в котором он курил. — Ладно. — Шастун даже удивился тому, как Попов быстро с ним согласился и даже не посмотрел своими глазами-сканерами прямо в душу парня. — Через десять минут жду тебя у себя в кабинете. — Антон вопросительно посмотрел на мужчину. — Я задание тебе дам. — добавил Арсений. — Блять. — Антон вспомнил про свое острое желание покурить с Димкой. — Шастун, ты уже начал забываться. — В его голосе отчётливо слышался металл, в очах виднелся ледяной океан, в котором было затишье перед бурей. — Извините, Арсений Сергеевич… — И вот опять, Арсений весь такой строгий, а Антон такой нежный, и от каждого повышенного тона он готов убежать в истерике.       Антон злится не на Арсения, а на себя самого. Почему он не может просто вести себя нормально рядом с этим прекрасным мужчиной? Вот прям как обычные люди. Не чувствовать те неприятные ощущения внизу живота каждый раз при виде Попова. Не вести себя как гребанная влюблённая девчонка, не краснеть от любых пошлых фраз, звучащих от начальника, не засматриваться на эти прекрасные голубые глаза, на эти руки с выпирающими венами, не разглядывать каждую родинку на его коже. А почему он не мог этого не делать? Потому что он влюбился. Влюбился в своего начальника.       Говорят, что любовь — это самая замечательная вещь на свете, и что когда ты любишь — у тебя распускаются крылья, и поет сердце, но Антон чувствует, что все глубже и глубже погружается в омут этих глаз, и через некоторое время утонет в них совсем, без единого шанса на спасение. — Я понял, буду у вас через десять минут. — Наспех ответил Шастун и поспешил к Позову.       Ближе к рабочему столу Димы, Антон уже бежал. Когда он уже был в паре шагов от Поза, парень врезался в Матвиенко. — Бля, сорян Серый. — Антон сумел удержать Матвиенко, спасая его от падения. — Блять, Шастун, аккуратней! — Серёжа прокричал это, когда Шастун уже был возле стола Поза.       Схватив Диму за запястье, Антон поднял его на ноги и быстрым шагом повёл его к выходу. Позов едва ли успевал за Шастуном. — Ты ёбнулся? — Дима попытался освободить руку из крепкой хватки Шастуна, но тот не отпускал. — Куда мы идём? — Позов остановился, чтобы хоть что-то узнать. — Блять, Дима. — Антон набрал в лёгкие воздух и резко выдохнул, восстанавливая свое сбившееся дыхание. — Пиздец нахуй. — Он все ещё держал руку Димы и чуть наклонился вперёд, хватая ртом воздух. — Так, спокойно. — Дима поправил очки которые сползли вниз. — Объясни мне все по порядку. — Он посмотрел Шастуну в глаза. — Куда мы идём и к чему такая спешка? Что-то случилось? — Ничего не случилось. — Он выпрямился, наконец-то приведя свое дыхание в норму. — Курить идём, мы же договорились, а быстро так, потому что меньше чем через десять минут мне уже нужно быть у Попова в кабинете. — Антон хотел было продолжить свой путь, но Дима остановил его. — Почему бы нам спокойно, без всякой спешки не покурить после твоего визита в царство Поповича? — Позов снова поправил съехавшие вниз очки. — Блять, потом некогда будет. — Он посмотрел в глаза Диме и увидел в них немой вопрос. — Я че, Попова не знаю? Он мне сейчас охуеть какое сложное задание даст. — Он слегка дёрнул руку Позова, призывая его продолжить путь. — Ладно. — Дима закатил глаза, выдернув запястье из руки Антона и быстрым шагом пошёл к выходу.       Антон улыбнулся и поспешил за другом. Пролетев мимо ничего не понимающей Иры, они вышли на улицу и повернули в переулок. Достав сигареты, Антон скорее поднёс её ко рту и вдохнул желанный дым и не спеша выдохнул. Он прикрыл глаза от удовольствия, улыбнулся уголками губ и чуть запрокинул голову назад. — Ну, и когда ты мне уже расскажешь? — Дима задал вопрос, но Антон не понял, о чем он вообще говорит. — Что? Я не понимаю, о чем ты. — Парень слегка нахмурился, параллельно вдыхая новую порцию табачного дыма. — Ну мне то ты можешь сказать. — Антон от слова совсем не понимал о чем идёт речь. — В смысле? — Что хочет от него Позов? Кто-нибудь, объясните это Антону. — Блять, Тох. — Позов серьёзно посмотрел на Шастуна. — Я не слепой и вижу, что ты втюхался в кого-то. — Всё, это тупик. Путей отхода нет. — Давай колись, кто это? — Дима слегка толкнул локтем Антона под бок и начал играть бровями.       Ну вот и всё, приехали. Выходите, товарищ Шастун. Сменить тему не вариант, тогда Позов сразу поймёт, что Антон что-то скрывает и уже точно не отстанет от парня. Шаст заглянул другу в глаза. По его взгляду было видно, что тот ни за что не слезет с него, пока не получит честный ответ. Антон тоже не горел желанием отвечать на этот вопрос. Он совсем не знает, как на это отреагирует Дима. Вдруг его опасения подтвердятся, и они с Матвиенко перестанут общаться с Шастуном. Терять двух друзей, да ещё и единственных, была так себе перспектива.       Он в тупике. Дима продолжал пытливо всматриваться в глаза Антона, ожидая ответа на свой вопрос. Шастуну хочется убежать. В голове что-то щёлкнуло. — Блять, Дим. — Парень показательно достал телефон и посмотрел на время. — Я пошёл, а то не успею. — Он как можно быстрее затушил сигарету и избавился от окурка. — Даже не надейся на то, что я от тебя отстану. — Позов смотрел на Шастуна взглядом полного презрения. — Да, да, я понял. — Шастун через силу улыбнулся другу и быстро зашагал обратно в офис.       Антон опять промчался мимо Кузнецовой. Судя по тому лицу, которое он успел рассмотреть, у неё было много вопросов к нему. Парень не хотел опять отвечать на них, при этом быть зажатым в крепких объятиях.       Чем ближе он подходил к двери кабинета начальника, тем больше его охватывала необоснованная паника. За эти прошедшие полдня, Антон уже превысил лимит переживаний. Вот вот он пошлёт всех на три весёлых буквы и закроется у себя в квартире на долгие пять дней.

***

      Май. Конец девятого класса, на носу были экзамены. Все учителя толковали своим ученикам, что они не сдадут и постоянно заваливали тоннами домашнего задания. Каждый преподаватель считал, что его предмет важнее, чем все остальные.       В один из таких прекрасных школьных дней, Антон писал пробник по обществознанию. Учителям было откровенно похеру на этот фактор и поэтому они поставили в этот же день ещё самостоятельную и диктант. Настроившись на офигенный день, Шастун проснулся. Как оказалось позже, парень проспал. В спешке он чудом не забыл умыться, накинув на себя портфель, он на всех парах помчался в его учебное заведение.       Он залетел в класс за минуту до начала урока. Станислав Валерьевич — строгий учитель алгебры, с которым у парня были натянутые отношения. Преподаватель провел Шастуна пристальным взглядом до самой парты. Сегодня должны были сообщить баллы по пробнику по математике. Прозвенел звонок. Антон молча сидел на последней парте третьего ряда. Станислав Валерьевич осмотрел весь класс, отмечая отсутствующих.       Антон сидел как на иголках. Хотелось скорее узнать свои баллы. Он поочерёдно крутил свои кольца. Учитель чувствовал, как ученики переживают, но продолжал тянуть время. Когда он все же начал озвучивать баллы, Антон ждал ещё пару минут, потому что его фамилия была в самом конце списка. — Шастун, — Антон вздрогнул всем телом. — Тридцать семь баллов из ста. — Это конец. — Честно, я даже не ожидал, что ты сможешь написать больше, чем пятнадцать баллов. — Класс сразу же наполнится хохотом одноклассников, а Антону было далеко не до смеха.       Настроение было испорчено окончательно. Взяв себя в руки, он досидел до конца этого урока и поспешил в следующий кабинет — кабинет физики. Если по алгебре или геометрии Антон хоть что-то понимал, то на физике было все совсем плохо. Парень откупался от Светланы Юрьевны тем, что покупал разные чайники и т.п.       Сегодня ночью он решил порешать один из вариантов этой контрольной, который мог ему попасться. Выучив все ответы, Антон сейчас сидит и надеется, что ему дадут именно этот тест. Но удача сегодня явно не на его стороне. Когда физичка раздала листочки с самостоятельной, Шастун понял, что вообще ничего не знает. За все эти сорок минут Антон написал лишь свою фамилию и наугад написал каких-то цифр. Самостоятельная завалена.       Прозвенел долгожданный звонок, и Антон пошёл в следующий кабинет. Русский. Елена Александровна была доброй, но её не стоило злить. Усевшись за родную парту, Антон уткнулся в телефон. После того как прозвенел звонок с урока, Шастун дописал последнее задание и сдал тетрадь.       Сил почти не осталось. Он устал, но впереди ещё был пробник по обществознанию.       Перед кабинетом стояли учителя и проверяли учеников на наличие телефонов и шпаргалок. В самом кабинете сидела комиссия и в углу красовалась камера. Списать шансов было ноль. Помимо физики, он готовился к обществознанию. Он чувствовал себя не совсем уверенно, чувство тревоги его не покидало в течении всего этого злополучного дня. Учителя, словно энергетические вампиры, тянули из него всю позитивную энергию, оставляя ему только волнение и страх.       Время пролетело незаметно и Антон уже дописывал последнее задание, которое понял. Сдав работу он с облегчением вышел из кабинета. Парень уже подошёл к выходу, но его окликнули. — Шастун! — Это, был учитель географии — Сергей Николаевич. Он подошёл к парню. — Так как у нас скоро закончится год, а у тебя спорная оценка, тебе нужно сейчас рассказать мне последние пять параграфов. — Антон опешил.       Антон устал, он был весь нервный. Парень не выдержит больше. Слишком много на него навалилось сегодня. Хватит. — Нет! — Слова сами сорвались губ Шастуна. — С меня хватит. — Уже спокойнее сказал он. — Отстаньте все от меня! — Он выбежал из школы.       Так как это была пятница, Шастун закрылся у себя в комнате и не выходил оттуда до среды. Он сделал себе небольшую передышку. В те дни, которые он пропустил не было ничего важного.

***

      Из внезапно нахлынувших воспоминаний, Шастуна выдернуло ощущение чьей-то руки на его предплечье. Первая мысль, которая пришла ему в голову — Арсений. Обернувшись Антон увидел перед собой Кузнецову. — Антон, все в порядке? — Ира посмотрела в глаза Антона, но руку так и не убрала, продолжая водить пальцами по ткани.       Шастун, видимо, очень сильно был погружен в себя, что даже не заметил того, как к нему подошла девушка. Антон уже хотел уйти, так и не ответив на её вопрос, но он не смог, потому что это было как-то неправильно по отношению к ней. Кузнецова постоянно волнуется за него, а он игнорит её. Посмотрев в её глаза, Антон улыбнулся самой тёплой улыбкой, которую смог выдавить из себя в данный момент. — Да, все хорошо. — Антон продолжал терпеть ее прикосновения, хотя они были ему не очень приятны. — А что? — Ира как-то преобразилась, её глаза стали ярче. В них как будто вышло солнце, которое долгое время было спрятано серыми тучами. — Ну ладно, а то ты минуты две просто стоишь и смотришь в стену. — Она сделала шаг ближе. Антону стало не по себе. — Слушай, а ты занят на выходных? — Девушка с надеждой смотрела на парня. Ему стало неловко.       Он стоит и ждёт чуда, а именно какого-нибудь супергероя, который сможет спасти его от Кузнецовой. Ира была замечательной девушкой. Всё было при ней фигура, милое личико, но она была не для Антона. Не будь он одержим Поповым, он бы обязательно завёл с ней отношения, а потом бы и крепкую семью. — Нет. — Всё что смог выдавить из себя Антон. Он все ещё надеялся на то, что сейчас придёт принц на белом коне и заберёт его в свой замок. — А что? — Естественно парень понимал к чему ведёт этот разговор.       Сзади послышался звук открывающихся дверей. Кто-то резко захлопнул её. Шастун хотел посмотреть на этого сумасшедшего, но Ира не дала это ему сделать. Она провела рукой по скуле парня, заставляя смотреть только на неё. Антон почувствовал себя куклой в руках Кузнецовой. Она как умелый кукловод крутила и вертела им как захочет. — Не хочешь прогуляться? — Она плавным движением спустила руку от лица к животу Антона, оглаживая его и заводя руку за спину, обнимая его. Шастун лишь стоял и молчал, не понимая, что делать и что говорить. — Шастун! — Послышался сзади властный голос, который Антон так любил и боялся одновременно. — Я тебе же вроде бы сказал, чтобы ты у меня через десять минут был в кабинете. — Сквозь зубы процедил внезапно появившийся Попов. — А ты тут стоишь, обжимаешься с Кузнецовой! — Начальник зло смотрел то на Антона, то на Иру. Брови сведены, на скулах играли желваки, губы плотно сжаты — даже слегка побелели. — Живо ко мне, а с тобой, Кузнецова, разберёмся позже. — Мужчина строго посмотрел на Иру, что та даже вжалась в плечи и поспешила за свое рабочее место.       Шастун обрадовался Арсению, хоть и злому, потому что он спас его от девушки. Антон не стал медлить и быстро зашагал в кабинет к Попову, понимая, какая ему сейчас будет жопа. А ведь парень ничего такого не сделал.       Зайдя в кабинет, он осмотрелся. Ничего не поменялось за его отсутствие, все осталось на прежних местах. Антон был без понятия, что с ним сейчас сделают. Попов был явно не в себе. Он был максимально не предрасположен к спокойным и душевным беседам, такими же как во время его болезни. Все, что оставалось делать — стоять посреди комнаты и ждать своей смерти.       Дверь сзади распахивается и закрывается с громким хлопком. Антон не поворачиваясь понимает, что это Арсений. Он затылком чувствует на себе холодный взгляд. Если бы у Попова стреляли лазеры из глаз, то от Шастуна осталась бы лишь горка пепла. — И че это за хуйня?! — Арсений в два шага оказался перед парнем. — Что у вас с Кузнецовой? — Зашипел Попов, при этом не прерывая зрительного контакта с парнем. Начальник сжал кулаки так, что его костяшки побелели.       Антона проливал озноб, каждый раз когда он смотрел в эти потемневшие глаза. Руки невольно затряслись, а ноги постепенно становились ватными. По ощущениям Арсений мог запугать хоть самого смелого человека на земле, при чем не просто раздавить в грязь, а еще при этом не получить в ответ. — Н-ничего… — Антон жутко нервничал и поэтому его голос был похож на какой-то писк. — Ничего?! — Арсений чуть отошёл в сторону, но не прекращал смотреть прямо в душу парня. — Ах, ничего?! — Мужчина почти срывался на крик. — Она, блять, тебя! — Попов нервно ходил по кабинету из стороны в сторону, при этом активно жестикулируя руками. — Ещё раз увижу подобное, — Он подошёл почти вплотную. — Уволю и убью обоих! — Начальник пригрозил указательным пальцем прямо перед самым носом Шастуна. — Ты меня понял?! — Вопрос не требовал ответа, он и так прекрасно знал, что ответит этот до чёртиков напуганный мальчишка.       Антон в первую минуту останавливается, как вкопанный, задерживая дыхание и оставаясь неподвижным, как бы стараясь инстинктивно остаться незамеченным. Сердце бьется быстро, с силой ударяясь в ребра, кожа мгновенно бледнеет. Шастун облизывает пересохшие губы. — Д-да. — Голос продолжал предательски дрожать, выдавая все волнение Антона с потрохами.       Антон впервые видел Арсения таким. Он заметил, как горят океаны в его глазах. Это одновременно и пугало парня и притягивало к себе, заставляя смотреть. Шастун боится обжечься, поэтому отводит глаза в пол.       Арсений заметив это, резко изменился в лице. Он отвернулся и сделал пару глубоких вдохов и выдохов. Попов поворачивается обратно, смотря на Шастуна. Антон боится посмотреть на него. Он не ожидал такого от начальника. Юноша даже представить не мог, что Арсений способен на такое. Дрожь в руках не унималась, а наоборот усилилась. Ноги подкашиваются. Ещё немного, и парень упадёт прямо на пол. — Кот? — Антон поднял вопросительный взгляд на Попова, пытаясь понять, к кому он обратился.       Его голос был абсолютно другим. Будто все что произошло минуту назад, Антон выдумал. Шастун посмотрел ему в глаза и от бушующих штормом океанов не осталось ни следа. Полный штиль и спокойствие.       В этой спокойной обстановке, он вспомнил, почему Арсений назвал его «котом».

***

      Антон проснулся от какого-то прикосновения. Сначала он не придал этому особого значения и хотел погрузиться обратно в сон, но резко вспомнил, что в квартире он находится один. Парень не решался открыть глаза. — Шастун. — Раздался откуда-то сверху знакомый голос и Антон открыл глаза.       Знакомая фигура Арсения стояла прямо перед самой кроватью Антона и улыбалась. — Ты почему не закрыл дверь? — Голос стал серьёзнее, а улыбка с лица сползла. — Я забыл закрыть за Димой. — Антон потянулся во весь свой рост. Ноги едва помещались на кровати.       Взгляд Арсения пробежался по худому телу парня. Антон, заметив это, сел на кровать в позу лотоса, протёр глаза тыльной стороной ладони, запрокинул голову, чтобы видеть лицо Попова и широко улыбнулся. — Кот, пошли пить чай. — Неожиданно для Антона сказал Попов и удалился на кухню.       Антон широко распахнул глаза от удивления. На душе стало так тепло. Арсений только что назвал его котом. Счастью Шастуна не было предела.       Через пару секунд он встал и следом пошёл за Поповым. Шастун оперся плечом на дверной проем и смотрел на Арсения. Тот уже по-хозяйски достал кружки, и поставил чайник. — Почему кот? — Антон прервал тишину, тем самым оторвав Попова от заваривания зелёного чая. — Ты похож на него. — Арсений пожал плечами и продолжил свое занятие. — Давайте я Вам помогу. — Антон подошёл ближе к столу, и хотел было забрать кружки у Арсения, чтобы налить в них чай, но тот легонько стукнул парня по рукам. — Ну Арсений Сергеевич, Вы у меня в гостях, а не я у Вас. — Возмутился Антон на действия со стороны Попова, но тот лишь хмыкнул. — Садись за стол, кот. — Он одарил Шастуна улыбкой. Антон обожал её и был готов на неё смотреть целую вечность.

***

— Всё нормально. — Антон засунул свои чувства куда подальше и надел маску безразличия. — Какое задание? — Шастун в недоумении. Он и представить не мог, что может говорить таким безразличным тоном.       Похоже, Арсения эта смена настроения тоже удивила. Он на пару секунд завис, пытаясь понять, о каком задании идёт речь. Антон выпрямился во весь свой рост. Парень теперь выглядел гораздо увереннее, нежели пару минут назад, но то, что осталось неизменным — его чувства. Весь страх превратился в обиду. Арсений хоть и был его начальником, но он не должен был разговаривать с Антоном на повышенных тонах и угрожать ему, а так же лесть в его личную жизнь. Хоть между Шастуном и Кузнецовой ничего нет, но это ничего не меняет. — Я тебе скину на почту ссылку на сайт, там сделаешь все как надо. — Арсений сказал это привычным для Антона тоном. Он не смотрел парню в глаза. Шастун пытался поймать его взгляд и понять его, но эта затея не увенчалась успехом. — Понял. — Антон развернулся на пятках и пошёл к выходу из этого кабинета. — Кот! — Это слово резало по ушам. Антон замер и повернул голову на Попова. — Зайдёшь ко мне, как закончишь? — Он смотрел на Шастуна таким молящим взглядом, что парень даже забыл, как дышать, но он не показал виду. — Нет, я буду занят этим вечером. — Ну да, лежать перед телевизором и листать каналы один за другим в поиске чего-нибудь интересного, параллельно ещё что-то есть.       Антон отвернулся и продолжил идти к выходу. Он хотел бежать, но все ещё ватные ноги и так еле-еле передвигались. Когда Шастун уже открывал дверь, он услышал шепот Попова. — Кот, не злись, пожалуйста… — Еле слышно пробормотал Арсений. Антон, сделав вид, что ничего не услышал как можно быстрее закрыл за собой дверь, и направился за свое рабочее место.