За границей привычного

-Сколько времени, Дим? -Уже 3 часа ночи -Пошли домой -Ты называешь общагу домом? -Ну это лучше, чем лавка и еще мне кажется, что я простыл -Ты же призрак, сам говорил, что не можешь заболеть             Олежа немного задумался, потому что говорил правду. Он вспомнил, как зимой сидел у окна, свесив ноги и было только прохладно, но не холодно… -Не знаю, плохо мне. -Пошли в общагу тогда, я тебе больше доверять не буду -Да почему?! -Если заболел, то еще и лечить как-то тебя придется, помню, как у тебя был «безсонный паралич»*, до чертиков меня напугал! -Но в этом же был виноват не я — Олежа хотел еще что-то сказать, но его заткнули другим предложением -Мог бы предупредить, что можешь с ума сойти, не хватало опять приключений на жопу       Олежа начал кашлять, потом шмыгать носом и Диму это уже забеспокоило больше.       Наверное он боялся того, что Олежа опять по-настоящему съедет с катушек.       Он уже через это проходил, он знает, как это странно и страшно, находится с ним в одной комнате -Дим, я походу заболел все-таки -Ну. — Он, недолго думая, снял с себя куртку, а потом отдал ее Олеже -Спасибо Дим.       Тот отвернулся и не добавляя никаких комментариев пошел дальше.       Лучше эту куртку отдать, чем потом мучиться с наклонностями призрака -Ты сам-то не простудишься? -Я не ты       Изнеможденные днем, да и ночью тоже они без разговоров пришли в общагу, не пророня ни одного слова.       Дима, придя, выпил оставшийся алкоголь. Что добру-то пропадать! А Олежа сразу же лег в кровать и не добавил ни единого слова к поступку Димы, который всё допил       Холодно ему было как никогда раньше. Чувство, будто он снова человек, который может заболеть, сломать себе что-нибудь, вообщем быть уязвимым стало понемногу настигать его       Дима не стал говорить лишних слов и своих мыслей насчет Олежи, который улегся на всю кровать и без объяснений отвернулся.       Скорее всего он всё-таки заболел, потому что долгое время не мог уснуть. Было холодно, хотя одеяло было достаточно теплым, чтобы прогреть его       Нащупывая рукой кровать, Олежа тяжело встал, поставил теплые ноги на прохладный пол и начал бродить вдоль четырех стен.       Так он делал довольно долго, пока не взял кофту, которую тут же одел и уселся на форточку, смотря куда-то вдаль.       Веки смыкались, смотря на редко проходящих людей, а чувство тревоги возросло в один момент и он сам не понимал, откуда оно взялось.       Без того бледная кожа стала еще бледнее, а пальцы, сжатые в кулаки разжались и начали вдавливаться в плечи.       Такое странное чувство слабости, будто ты живешь, но ничего сделать-то и не можешь. Хотя, пожалуй это и есть правда, от которой наступила небольшая паника, сменившаяся страхом за то, чего не существует. Нет сил выбраться отсюда, даже такое простое действие он сделать не может. Он ничего не может.       Соленая вода, начавшая выделяться из его глаз заблестела под светом луны, фар машин, в перемешку с фонарями и окнами домов.       Олеже хотелось выйти из себя, побыть свободным, почувствовать это, а потом захотелось перестать думать -Дим, ты спишь.? -Только что заснул. -Мне холодно. -Да тут одеяло, как температура в Австралии! Ты че, реально заболел? -Похоже, что да — пробурчал про себя Олежа, подумав про то, как ему плохо -Давай спать, потом обсудим -Мне страшно -Господи, да что! -Да ничего, просто это всё. —       Олежа отвернулся, продолжая упорно глядеть в окно       Сквозь темноту послышался Дима -Иди сюда — он наверное уже не мог терпеть, хотя фраза про страх, хоть и была кинута в его сонное сознание, но насторожила его. -Хочешь, можешь меня обнять. — а потом добавил — но только в этот раз!       Олежа устроился поудобнее, положив свою голову ему на плечо -Блин, Олеж, так неудобно, все отекать будет — но он уже не слышал Димы, потому что, с его присутствием, страх ушел практически сразу.       А Дима, все также, лежа с ним, повернулся на бок и приобнял его свободной рукой и тоже начал пытаться нормально уснуть. Не замечая, как другой уткнулся носом в него.       Теперь, я думаю, ему стало теплее в объятиях с Димой — все равно это редко случается.