19. Откровенный разговор 2.
16 марта 2021 г., 15:20
Чонгук топтался на пороге комнаты Юнги-хёна, не зная куда себя деть.
— Не бойся меня, Гукк-и, я не такой уж и строгий, просто мы с тобой так близко не общались. Мне Тэхён столько про тебя рассказывал, что я уже тебя обожаю.
— И мне Чимин столько всего рассказывал, но только я думаю он выдумал себе всё. Он же не знает близко тебя, Шуга-хён. Не знает какой ты. Только завтра узнает, — предположил Гук.
— Ты так и будешь на пороге стоять? — спросил Мин, — Проходи и раздевайся. Поведу тебя в душ, накормлю, немного выпьем и поговорим по душам. А то мне Тэхён голову за тебя открутит, если ты голодным останешься.
— Юнги-хён, а ты правда спать со мной будешь? — спросил Чон, опустив глаза в пол.
— Только если ты этого захочешь, «малыш». Что ж ты меня монстром представляешь, что ли? Поверь, «крольчонок», я не «злой дядя», — заулыбался Мин, — Я очень даже «милый котик», как Тэ говорит.
Сказанное Юнги «малыш», вызвало непроизвольный приятный озноб по телу Чонгука. Так его во время близости называл Тэхён.
Шуга помог парню освободиться от одежды и повёл его в душ.
***
Прошло каких-то полчаса, а парни уже сидели и очень оживлённо беседовали, набивая животы мясом. Виски развязало им языки. Чонгук рассказывал, как они провели с Чимином время в Японии. — Хён, я должен тебе кое в чём признаться, рассказать как всё было — сказал Гук после очередного глотка алкоголя, — Плохо начинать отношения со лжи. Пока мы были близки с Чимином, мы влюбились друг в друга и переспали. Он, скорее всего, поэтому-то и упал в обморок, очень переживал, что не достался тебе девственником. Чимин очень любит тебя хён, и меня тоже любит. Мы договорились, что я поговорю с тобой, а он с Тэхёном. Мы должны объясниться. Он всеми силами старался сберечь себя для тебя, но произошла одна история, он сам тебе расскажет подробности. В общем, нас забрали в полицейский участок, и выручила нас наша компания. После этой истории он так был напуган, я не знал как его успокоить. Мы стали целоваться и в итоге переспали. Я не смог от него отказаться, я хотел его. Я влюбился в него, хён. Последние пять дней в Японии были для нас как медовый месяц, мы были счастливы друг с другом. Чимин всю обратную дорогу переживал, казнил себя, что не сберёг свою любовь к тебе чистой, не замаранной похотью. — Я его спросил «Ты разлюбил Шугу-хёна?». — Знаешь, что он ответил? — «Наоборот. Стал ещё больше его любить, но не понимаю, что делать, и как Юнги отнесётся к таким новостям». — Вот такое произошло с нами в Японии, хён, — закончил свою исповедь Чонгук. — Знаешь, Гукк-и, у нас с Тэхёном такая же ситуация. Мы тоже позволили себе лишнего, это вы со своим вибратором подбили нас на действия, не знаю решились бы мы на полноценный секс или нет. Но произошло то, что произошло и мы тоже полюбили друг друга и, тоже можно сказать, у нас был медовый месяц. Но это не значит, что Тэхён от тебя отказывается, или я откажусь от Чимина, я так долго любил его, боясь, что это безответная любовь. Просто нам нужно разобраться в своих чувствах. А ты, Гукк-и, хотел бы заняться любовью с «дедом» Шугой? — хитро подмигнул Юнги парню. — Вы же между собой меня дедом Шугой называете, я это знаю. — Да, очень хочу. Я хочу узнать, какой ты любовник, — смущаясь но с жаром в голосе ответил Гук. — Может это мой единственный шанс попробовать секс с кем-то другим кроме Тэхёна. Всего лишь разок, а больше я никогда в жизни не изменю моему Хён-и. — Оу, «малыш», это похвально. Но какой же ты ещё глупенький. Это что же мне придётся сейчас экзамен сдавать — на любовника. Ну, постараюсь не разочаровать тебя, у Тоши всё-таки учился. Как бы ты хотел? Кто будет актив? — Конечно же ты, хён. А кто этот Тоша? — поинтересовался Чон. — Это я так Тэхёна называю, — засмеялся Юнги, — Ну тогда пошли, красавчик. — Хён не смущай меня. Какой я красавчик? Вот Чимин очень красивый… Старший прервал речь младшего поцелуем… прижав крепко того к своей груди. Затем Юнги присел на кровать и усадил Чона к себе на колени. — Ух, какой ты тяжёлый, мелкий, — прошептал он, прикусывая мочку уха парню. Юнги поцеловал Гука в губы, и макнэ ответил страстным поцелуем. Юнги призадумался. «Парень-то опытный, смелый, как бы мне экзамен не провалить. Нужно постараться ради моего «Ви-шенки». Стараться особо не пришлось, Чонгук с охотой отвечал на все действия старшего. Парень оказался легко возбудимым. Его вздохи и тихие стоны возбуждали и самого Юнги. Мин обнимал сидящего на его коленях парня за талию, сжимал бока, чувствуя под руками разгорячённое тело. Потом поцеловал его милую родинку под нижней губой, а Чонгук запустил руки под футболку старшего, исследуя интересующее его тело, нежно проходя подушечками пальцев от пресса до груди и обратно вниз. Зацепив низ футболки, макнэ захотелось снять её с Юнги. — Можно, хён? — спросил Гук и, получив согласие старшего, снял не нужный в этот момент элемент одежды с Юнги. Старший в ответ снимал одежду с Чонгука, проворно орудуя пальцами. Обнажившись, Мин откинул покрывало с кровати и услышал, восхищённый возглас Гука: — Это для меня, хён? — Конечно, я же ждал сегодня именно тебя! — ответил Юнги. — Х-хёёён, спасибо, так приятно, — и Чонгук прыгнул на Юнги, обнимая его за талию. Они повалились на простынь, усыпанную мелкими лепестками красных гербер. Чонгук любил эти цветы. Тэхён, видимо, обмолвился об этом. Ай да Тэхён, постарался на славу! «Сколько же Юнги-хён потратил денег на цветы, если на простыне почти не оставалось белых пятнышек?» — подумал макнэ. Парень был так удивлён. Он не ожидал, что замкнутый Шуга-хён может быть таким романтичным. Гук был немного ошарашен происходящим и весьма польщён вниманием и заботой старшего. — Это ещё не всё, — сказал Юнги вставая, — Ложись удобнее, я сейчас. Юнги покопался в холодильнике и принёс коробку, но вот что в ней было, макнэ не видел. — Закрой глаза Чонгук-ки и просто чувствуй, — попросил старший. Гук послушно закрыл глаза. Мин открыл коробку и осыпал тело младшего с головы до ног холодными лепестками красных гербер, наблюдая как «малыш» немного ёжится от этих нежных освежающих прикосновений. Однажды Шуга так осыпал лепестками роз тело любимого «Ви-шенки», и тот был в восторге. Юнги радовался, что и Гукки это понравилось. Чонгук издал свой с придыханием томный вздох, — О, хён! Юнги, отбросив коробку, поспешил к партнёру, обнимая парня и целуя в губы, раскрывая их и просовывая языком в рот младшего замороженную ягодку малины. Ягодка растаяла, отдавая всю сладость их поцелую. Юнги оторвался от губ любовника, опустился поцелуями к шее, выпирающим ключицам. В руке у него оказался кусочек льда. Мин водил им вокруг сосков парня, замораживая их, и тут же согревая горячим языком, щекоча затвердевшие горошинки. Чонгук подался слегка вперёд и издал свой сексуальный выдох, — Хён, не мучай меня долго. Мин улыбнулся и повернул парня на бок, к себе спиной, целуя лопатки «малыша». Потом длинными пальцами добрался к кубикам накачанного пресса, спускаясь вниз к возбуждённой плоти. Юнги обхватил член Чонгука и сделал несколько плавных движений. Макнэ громко простонал, выпячивая накачанную попку навстречу члену старшего, предлагая себя. Мину уже было не до презерватива. Его потряхивало от возбуждения, поэтому он быстро обильно нанес на член смазку и толкнулся в подготовленное нутро Чонгука, войдя сразу на всю длину. Младший протяжно со стоном выдохнул и ещё ближе придвинулся к Юнги. Юнги делал редкие толчки, немного подразнивая нетерпеливого младшего, пока тот не начал просить: — Хён, прошу тебя, не останавливайся. Хочу быстрее… Получив добро на действия, Мин набирал темп, двигаясь внутри парня и одновременно лаская достоинство макнэ. Дыхание младшего сбилось, а стоны были более протяжные и глубокие. Он пытался двигаться навстречу члену Юнги, подхватывая темп старшего. Гук залил кулак хёна, дрожа всем телом под умелой рукой старшего. После пары глубоких движений и Юнги тоже получил разрядку еле успев извлечь член из нутра любовника, задыхаясь словно сделал марш-бросок. Ему не хватало воздуха из-за напряжения и волнения, поэтому он жадно хватал его ртом. Юнги волновало, справился ли он с экзаменом, понравилось ли Чонгуку с ним. Немного отдышавшись, Юнги нежно погладил спину и плечи макнэ, расслабляя его, и целуя в шею и в ушко. — Хён, ты вон какой… — Какой? — прошептал в ухо младшему Юнги. — Необыкновенный. Чимин не выдумал, когда рассказывал о тебе, он говорил правду, — с восторженным блеском в глазах, Чонгук повернул голову к хёну. Юнги счастливо улыбался, крепче прижимая к себе младшего, который уже начинал дремать, устав от долгой дороги и последующей сексуальной разрядки. «Похоже, что экзамен-то я сдал. Теперь любимых людей у меня трое». Может показаться абсурдом, но ни от кого из них Юнги не собирался отказываться. «Как там Чимин?» «Как моя «Ви-шенка»? «Всё бы отдал, чтобы и эти двое сейчас оказались на его кровати, были бы рядом». Так Юнги было бы спокойней.
