Чимини сошел с ума

      Парень, полностью одетый в чёрное, играл на пианино. Нежная музыка лилась из-под его искусных костлявых пальцев замысловатой мелодией. Светлые волосы спадали на лицо, немного касаясь полуприкрытых век. Холодное отчужденное выражение выглядело таким контрастным на миловидных чертах лица парня, но этим только добавляло своему владельцу изюминки. Но всё же уголки тонких губ были едва заметно приподняты в легкой полуулыбке, а чёрные глаза сияли в своем увлечении. То, что он делал — было его душой.       — Юнги-и-оппа! — закричал парень, эффектно появившись в дверном проходе, грохнув дверью о стену при открытии. Худые босые ноги в чёрных скинни встали на пороге, а яркая розовая клетчатая рубашка оверсайз развеялась в стороны следом за широко распахнутыми руками. Грудь в белой футболке часто вздымалась, а изящное лицо светилось в улыбке.       Парень, еще секунду назад расслабленно игравший на пианино, подскочил на стуле, с резким звуком стукнув пальцами по клавишах в испуге, а после, убав руки от инструмента, медленно развернул голову и в состоянии глубочайшего негодования посмотрел на кричащего.       — Что ты только что сказал? — пониженным тоном спросил он.       — Юнги-оппа, я люблю тебя! — продолжал и дальше орать парень во всю глотку, закрыв глаза.       Очи Юнги стали еще больше прежнего.       — Юн-… — хотел было заорать и в третий раз парень, но рука резко накрыла его рот. Мин Юнги в мгновение ока заткнул источник шума, поднявшись с кресла и быстро сократив дистанцию между ними.       — Я-а! Чимин-а, какого черта ты творишь?! — скривился он.       — М-н-н, — попытался выдавить что-то парень, но его рот всё еще был закрыт.       — Я отпущу, но только попробуй снова заорать какой-то бред, — пренебрежительно сообщил Юнги.       Блондинистая голова активно покачала в утверждении.       — Юнги-оп-… — завопил тот снова.       Движение снова повторилось, и рука накрыла рот, в этот раз припечатав орущего к стене возле дверного прохода. Одну руку он поставил возле головы Чимина, тот проследил за действием своего напарника. Юнги выглянул в дверной проем — на горизонте никого не было.       «Хорошо, что хоть никого нет. Но этот!» — подумал он, посмотрев на молодого человека перед собой.       — Ей, я же говорил?! — возмутился Юнги, держа надоедливый рот снова прикрытым. — Черт, я чуть не оглох, — он постукал пальцем по козелку своего уха. Подняв голову, Шуга посмотрел на большие карие глаза перед собой. — Давай так: я спрашиваю — ты киваешь, просто да или нет, хорошо? А то вижу у тебя сегодня какие-то проблемы с самоконтролем… И? Какого черта ты орал? — перешёл сразу к делу парень. — Тэ снова тебя споил, пока я не видел?       — М-н… — голова отрицательно покачалась.       — Так ты это всё на трезвую вытворял? — опешил Юнги. — Сумасшедший, — ухмыльнулся он. — Тогда проиграл спор Чонгуку?       Действие повторилось.       — Скажи честно… — Юнги свел брови к переносице, — ты снова зацепился за свою ногу, когда бежал, упал и приложился о что-то головой чуток, да?       Глаза напротив забегали, будто парень и правда размышлял над тем случалось ли с ним подобное сегодня или нет. После недолгих раздумий ответ всё еще оставался прежним.       «Черт, у меня уже варианты заканчиваются… — Юнги задумался. — Даже не представляю, что еще могло так повредить его желейный мозг…»       Пока парень размышлял, хватка его ладони немного ослабла, пухлые губы приоткрылись и влажный горячий язык прошелся по тонким белоснежным пальцам кисти.       Юнги резко отдернул руку ото рта, отойдя на шаг, и в шоке уставился на Чимина.       — Какого?.. — опешил парень.       — Юнги-оппа, я люблю тебя, — уже более спокойно проговорил Чимин, сократив расстояние обратно и смотря прямо в глаза партнеру.       Юнги в недоумении глядел на него в ответ.       «Что с ним не так? Неожиданно заявлять подобное…»       — Ты заболел, да? — пришел он в себя. — У тебя наверняка жар, — Шуга протянул руку ко лбу блондина, проверяя температуру, но тот был холодным.       — Да, я заболел, — внезапно согласился Чимин.       — А? — не понял Юнги. — Твой лоб холодный, — констатировал он.       — Я весь в жару ты разве не видишь? — он передвинул кисть со своего лба на щеку. — Горячая, правда?       Щека была безумно мягкой и действительно горячей.       — Неужели… — начал Мин Юнги, но его внезапно перебили.       — Я сгораю от жара любви к Юнги-оппе, — довольно заулыбался парень. Его глаза ярко сияли теплотой и чувствами.       Юнги немного запнулся и совсем чуть-чуть смутился.       — Нет, это точно. Ты — однозначно сошел с ума. Нужно срочно звонить в больницу… И в агентство… Начать поиски нового мембера — старый сломался, — на полном серьезе выдал парень и с чувством ущипнул Чимина за щеку, оттянув её.       — Ай-ай, пуфти, больно-то как! — взвил парень, схватившись за руку, держащую его плоть и кровь.       — Не пущу, пока не услышу от тебя что-нибудь вразумительное, — серьезно проговорил Юнги.       — Вразумительное? — озадачился Чимин.       — Это, когда ты не несешь полный бред, а…       — Я не спрашивал значение. За кого ты меня принимаешь? Думаешь, я слов не знаю, Юнги-оппа? — выделил обращение Чимин. — Ай-й! — пальцы снова оттянули щеку в сторону.       — Очень даже похоже на то, — согласился Юнги. — И какой я тебе «оппа»? Когда это ты девушкой заделался? — раздраженно говорил он.       — Но…       — А? Внимательно тебя слушаю, — наклонился Юнги ближе к лицу.       Большие блестящие глаза напротив посмотрели сначала на парня, а потом в пол.       — Ну, понимаешь… — неуверенно начал блондин, — Джин сказал только что, что… — и снова умолк, смотря в сторону.       — Чимин-а, продолжай. Что там с Джином? — пальцы ухватились за другую щеку и сжали её. Юнги внимательно уставился в лицо перед собой.       Чимин посмотрел на него, а потом снова отвел взгляд.       — Ну…       — Ты же знаешь, что мое терпение не бесконечно, правда? А из-за твоих криков у меня теперь еще и голова болит, так что быстро выложил мне всё.       Пак Чимин выдохнул и резко поднял глаза на парня.       — Джин-хён сказал, если признаться в любви в день первого снегопада, то тебе обязательно ответят взаимностью, — на одном дыхании выдал он.       Юнги застыл с неподдельным выражением на лице, где читались только два вопроса: «Ты — идиот?! Или да?»       — Почему ты так смотришь на меня? — недоумевал Чимин.       — А как мне еще на тебя смотреть? — вздохнул Шуга. — Так ты из-за этого так орал, перебил мне всю работу и развеял к чертям собачим мое вдохновение? — нагнетал парень. — И вообще, когда это Джин стал «хён»? — поднял он одну бровь вверх.       — Ю-Юн-Юнги, неужели ты и в самом деле не любишь меня? — яркие глаза налились слезами.       Шуга отвернулся. Посмотрев в окно, он увидел, что на улице и правда пошел снег. Все здания вокруг побелели.       «За игрой я и не заметил, как начало снежить. Красиво…» — невольно задумался он.       Мин Юнги развернулся обратно. По красным от щипания щекам катились маленькими горошинами слёзы, оставляя за собой влажные дорожки.       — Ох, что мне только с тобой делать, — произнес парень, переведя дух. Он наклонился к красивому личику и вытер большим пальцем влагу с кожи. — Ну же, незачем плакать, — мягко проговорил Шуга.       — Но… но ведь Юнги-оппа не любит меня! — взвыл Чимин и еще больше расплакался. — Мое… кх… мое сердце так стучало… мх… я волновался… но… но… а-а, — пытался что-то объяснить он, но сдался.       Юнги вздохнул и, протянув руки к затылку парня, прижал его голову к своему плечу.       — Ну же, почему ты плачешь? Я ведь еще даже ничего не ответил, — спокойно говорил Шуга.       — А? — парень внезапно остановил свои рыдания и слегка покрасневшими глазами уставился на человека перед собой.       Мягкие губы нежно прижались к его лбу, и сияющие заплаканные глаза распахнулись шире в удивлении. Руки скользнули к лицу, немного приподняв его и заставив смотреть прямо.       — Я… тоже люблю тебя, Чимини, — нежно проговорил Юнги и коснулся пухлых губ в легком поцелуе.       Парень в изумлении смотрел на лицо перед собой, всё еще не веря в происходящее, даже и не подумав о том, что нужно прикрыть глаза.       «Не верю…» — крутилась одна и та же мысль в голове Чимина.       Увидев, что тот никак не реагирует, Шуга решил действовать безотказно:       — Смотри, что у меня здесь есть, — он скользнул рукой себе за спину. Опустив голову, Чимин внимательно проследил за этим движением. — Держи, это тебе, — тепло улыбнулся Юнги и достал оттуда свою ладонь, где два пальца были сложенны в сердечке.       — Юн-Юнги-оппа… — слезы вновь потекли по мочи-щёчкам.       — А? Чего ты снова плачешь? — опешил Юнги.       «Это ведь должно было сработать? Разве нет?» — невольно задумался он.       — Юнги-оппа, я так люблю тебя! Давай встречаться! — произнес сквозь слёзы Чимин и повис на шее Юнги.       — Ты — как ребенок, в курсе, да? — ответил снисходительно тот. — Я соглашусь, если ты перестанешь звать меня «оппой», — сказал парень, обняв молодого человека за талию.       «У тебя и так достаточно дурных привычек, не хватало еще, чтобы это кто-то услышал, когда ты снова «случайно» проколешься в разговоре…» — тем временем подумал артист.       — Да-а, хорошо, — ответил Чимин, заливая шею Шуги слезами.       — Вот и чудесно. А теперь, дай-ка мне поработать, — сказал тот, пытаясь отнять цепкие руки от собственной шеи.       — Нет-нет, еще немного, — крепче сжал объятия Чимини.       «Ох, кажется, я нашел себе новую головную боль», — подумал Юнги, но продолжил стоять, обнимая парня в ответ.       — А я-то думал, кто же это орал во всю глотку, а это секси мочи Чимин прибежал в любви признаваться своему Юнги-оппе, — притворно сладким голос выделил последнее слово Джин, обнимая свое лицо ладошками, внезапно показавшись перед парнями в дверном проходе.       — Ты… Это всё из-за тебя! Иди-ка сюда, — резким тоном обратился к напарнику Юнги. — И какой к черту «оппа»??? — возмутился через плечо Чимина парень.       — Ох, нужно быстренько всем остальным рассказать, — хитро улыбнулся Сокджин и со скоростью света скрылся с глаз.       Оторвавшись от объятий, Юнги побежал следом за ним, кинув Чимина в непонятках.       — Ох, как громко, — потер тот свое ухо после крика и вышел в коридор, посмотрев вслед удаляющейся спине.       — Неужели, он не понимает, что это бесполезно? — зазвучал бархатный тембр возле левого уха. Чимин дернулся, резко отступив в сторону. — Если о чем-то знает Джин, то сразу можно считать, что это уже знают все, — вещал парень, держа руки в карманах брюк. Черная свободная рубашка была немного распахнута на груди, приоткривая её.       — Тэхён, ты чего меня пугаешь? — возмутился Пак Чимин.       — Я не пугаю, это правда, — улыбнулся тот.       — Я не об этом… — он потер свое второе ухо, в котором всё еще шла вибрация от низкого соблазнительного тембра. — Вот же…       — Но ты смелый, я бы так не смог, — Тэхён положил руку на макушку парню, потрепав его блондинистые волосы.       — А? — удивился Чимин. — Ты слышал? Я думал, что все остальные на тренировке…       — Спроси лучше, кто вообще мог этого не слышать? — продолжал улыбаться парень.       — Ох, — Чимин спрятал залившееся краской лицо в руках, — как смущает…       — Ничего-ничего, все и так уже обо всём догадались. Не слепые же, — похлопал он по плечу напарника.       Чимин поднял голову, посмотрев в улыбающееся лицо парня, и обратно спрятал в ладони:       — О-о-ох, — еще тяжелее выдохнул он.       — Юнги-оппа, подожди меня! — позвал и себе Тэхён, неспеша утопав в своих мохнатых тапочках по свежим следам Шуги.       — Хён, не называй его так. Мне же потом достанется, — взвыл Чимин, побежав за ним.       — Е-е-е, не понял? Какой нахрен «оппа»? Тэ, ты вообще страх потерял? — покричал Чонгук, стоя с другого конца коридора и держа руки в карманах широких штанов. — Забыл, кто твой папочка? — раздраженно пробормотал он уже тише, увидев, что его никто не слушает и не слышит.       Тэхён наклонился назад, показавшись из-за угла. Кудрявая шевелюра осыпалась вниз, открыв профиль великолепного лица.       — Мой «папочка» ревнует? — ухмыльнулся он.       — Х-мм, — протянул в улыбке Чонгук. — Я не могу?