Химик

...Спустя 9 лет (Гарри исполнится 11 через 2 месяца) Перед восходом солнца есть момент, когда все небо заволакивает серой, практически прозрачной дымкой. Небо тогда приобретает странный, жемчужный оттенок. Это кажется настолько необычным и волшебным, что невольно начинаешь верить в чудо. Эти минуты всегда были моими любимыми мгновениями суток. Сейчас был именно такой момент. Еще пару минут - и утро официально займет свои позиции. И тогда начнется новый, ничем не отличающийся от других серых будней, день. Кажется, я не ошибся. Громкий стук в дверь моей крохотной комнатушки стал тому подтверждением. - Вставай, глупый мальчишка! Ты ещё должен приготовить нам завтрак! - голос тети Петуньи сложно было не узнать. Быстро вскочив на ноги, я поплёлся на кухню. Как обычно, на завтрак нужно приготовить яичницу с беконом и поджарить несколько тостов. Уж что-что, а готовить я всегда любил. С семи лет тетя заставляла меня выполнять всю работу по дому: от стирки белья моего кузена, до прополки тётушкиного "огорода". Петунья считала своим долгом занять безродного паренька, чтоб глаза не мозолил. О своих родителях я знаю немного. Моя мама была родной сестрой тети Петуньи. Папа... Ну, о нем я практически ничего не знаю. Лишь то, что по словам дяди Вернона я очень на него похож: такой же неправильный и ненормальный. Мои родственники всегда меня недолюбливали. Наверняка, любой был бы недоволен, подкинь в его идеальную семью какого-то странного ребёнка, в корне отличавшегося от тебя и твоих близких. А ведь именно так я и попал в семью Дурслей. Мой дядя - высокий, плотный мужчина лет сорока со светлыми волосами. У него крупные черты лица и довольно непропорциональное тело: короткая, толстая шея (иногда даже кажется, что ее вообще нет), большие, похожие на лопаты руки, широкие плечи. Дядя владеет собственной фирмой, изготавливающей дрели и тому подобные вещи. Вернон Дурсль олицетворяет собой вполне обычного англичанина среднего класса, если бы не его чрезмерная брезгливость. Его жена - Петунья Дурсль, полная противоположность мужа. Она настолько худая и плоская, что порой я представляю на ее месте доску для сёрфинга. Шея у тети длинная, как будто созданная для того, чтобы подглядывать за соседями, заглядывая через забор. Знаю, это любимое занятие всех домохозяек, но Петунья настолько ответственно относится к этому, будто это её работа. Но, что ни говори, а в этом деле она профи. Пятнадцать минут - и завтрак готов. Напротив меня уселся мой  кузен - Дадли. Говорят, что глаза - зеркала души человека. В данном случае я позволю себе перефразировать это высказывание, сказав, что именно лицо является отражением души человека. Ведь весь вид Дадли словно бы кричит о том, что его растят, словно свинью на убой. Крохотные глазки, утопающие в складках жира, тройной подбородок и прямо-таки зверский аппетит позволяют тут же определить его истинную сущность. Я уже давно все съел, поэтому просто жду кузена. В школу мы, как обычно поедем на автобусе. Не понимаю своих одноклассников. Почему они так не любят ходить в школу? Мне лично всегда нравилось учиться. Особенно теперь, когда Дадли уже как два года учится в спортивном классе, куда я, разумеется, не попал. Он неплохой спортсмен, и я уже не единожды проверил это на себе. Все его дружки, как один накаченные и спортивные. Они все играют в футбол, занимаются боксом... Моя комплекция ничем примечательным не выделяется. На свои, почти 11 лет. Я очень худой и невысокий. У меня высокий лоб, прикрытый чёлкой непослушных, густых волос. Мне всегда было тяжело ухаживать за ними, но это лучше, чем показывать миру свой шрам в виде молнии, рассекающей лоб. Наверное, он единственное, что выделяет меня среди других подростков. Раньше, я часто спрашивал о нем у тети. Но единственное, что я смог выпытать у Петуньи, так это то, что шрам достался мне от аварии, в которой погибли мои родители. Не успел автобус остановиться , как я уже выскочил из него и во весь дух припустил к школе. Не хотелось в самом начале недели попасться кузену и его дружкам. Войдя в класс, я удивился. Мой сосед, который вечно опаздывал на уроки, уже сидел за нашей партой. Уже второй год я сижу за одной партой с Алексом. Он неплохой мальчик, но непослушен и невнимателен на уроках. Паренёк, как никто иной, умел хранить чужие тайны, уверенно выходить к доске, при этом не выполнив домашнюю работу, быстро и без ошибок списать контрольную у одноклассника. Вообще, внешне он довольно забавный. Невысокий и ловкий круглолицый мальчуган, щёки и нос которого густо усеяны рыжими веснушками. Руки и ноги у моего соседа всегда в синяках и царапинах. Как он сам объясняет, то следствия борьбы за справедливость (набить морду друзьям Дадли считается у нас чуть ли не подвигом). Я рад, что я сижу за одной партой с таким классным парнем (единственным нормальным в классе, если уж начистоту). Он единственной человек, с которым я свободно и тепло общаюсь. Он немного учит меня драться, а я взамен помогаю ему с уроками. Мы не друзья, как могли бы думать многие. Алекс в них не нуждается, да и вообще он не любит тесно с кем-то общаться. Но мне хватает и того, что я знаю - ему  можно доверять. Прозвенел звонок. Все сели на места. У нас довольно маленький класс - всего 17 человек. Первым уроком у нас химия. Это мой любимый предмет. Мистер Смит - наш учитель, всегда очень хорошо объясняет. Видно - он любит свой предмет. Весь день прошел очень спокойно. Мне даже удалось не попасться на глаза школьной банде, взять две полезные книги в библиотеке и удачно написать два теста. К концу занятий случилась одна очень странная вещь. Меня вызвали к директору, а такого не случалось уже очень давно. Когда я зашел в кабинет, меня уже ждали. В кресле сидел директор Тайли, а напротив стоял мистер Смит. Они о чём-то оживлённо переговаривались, и даже спорили.    - О, Гарри мой мальчик, ты уже здесь, - тепло улыбнулся директор Тайли. - У нас для тебя хорошая новость. Ты выиграл олимпиаду по химии. А посему - выиграл поездку в лагерь на море, на целых две недели!