Моя любовь

Мир будет крутиться вокруг кого-то, пока ты не полюбишь себя. Любить или быть любимым? Такой глупый вопрос. Тот ,кто придумал это вероятно большой глупец. Этот вопрос равносилен вопросу: «Папа или мама?». Так глупо, правда? Вопрос у которого нет определенного ответа. Чимин тоже понимает что, это самый глупый вопрос в его жизни. Он знает какого это, любить и быть любимым. Но, он такой глупец что выбрал «любить». Нарёк самого себя же на смертный приговор. На все просьбы бросить, остановиться, он попросту говорит: «Видеть каждый день улыбку любимого-стоит того, чтобы страдать». Он каждый день понемногу крошиться изнутри, но терпит. Терпит, даже не знает ради чего. Просто смотрит как его любимый счастлив. Счастлив без него. Чувства съедают его ,поглощают в пучину ада, затягивают в эту воронку несчастья. Но его улыбка, это как свет в самом темном туннеле. Ради него ты продолжаешь жить, терпеть, притворяться счастливым рядом с ним. Однажды случается переломный момент. Чимин узнает, что у Юнги уже есть любимый человек. Они ещё не вместе, но Юнги скоро хочет начать отношения. Внутри Чимина всё ломается. Он слышит треск сердца, как разбивается на мелкие кусочки, как стирается в пыль. Он приходит домой и плачет навзрыд, без остановки, сильно, взахлёб. Икает, но не перестает плакать. Под утро, когда первые лучи солнца пробираются через окно, слёзы будто кончаются. Он просто наваливается на кровать и смотрит в одну точку долго-долго. Понимает, что упустил возможность, думает что надо было сразу же признаться, а сейчас уже поздно. Да и зачем рушить только-только начинающиеся отношения. Он не дурак, чтобы вот так напрашиваться к человеку. Насильно мил не будешь. Звонит будильник, оповещая что пора бы собираться в универ, но нынешнее состояние оставляет желать лучшего. Он пишет старосте что не сможет прийти сегодня, потому что чувствует себя ужасно и плохо. Он зазря не прогуливал учебу и учился хорошо, так что староста беспокоится и желает, чтобы тот быстрее встал на ноги. Впрочем он не врал говоря что ему херово. Даже это слово не может полностью описать его состояние. Погода словно ставшее с ним одно целое; тоже плачет, хмурится, темные облака закрыли собой яркое солнце. Он встает, растягивает наконец все конечности, они словно живут своей жизнью, никак не хотят его слушать. Подходит к зеркалу у шкафа и немного пугается своего внешнего вида. Глаз совсем не видно, даже нос и губы сильно опухли от слёз. Обычно всегда ухаживающим за собой человеку эта картина непривычна. Думает, как хорошо что он сегодня не пошел на учебу и шаркает босыми ногами по паркету в сторону кухни. Прохладная влага освежает, окончательно гонит сонливость и словно немного оживляет. Подходит к холодильнику и отмечает что, неплохо бы закупиться продуктами на неделю. А пока он берет и жарить себе яичницу и готовит бутерброды с плавленным сыром. В свой внеплановый выходной он полностью приходит в себя, старается не думать о любимом. Много мыслит, многое обдумывает, многое переваривает. К вечеру идёт в супермаркет что находится в пару остановок от его дома, закупается нужными продуктами и не может решить какое мороженое лучше. Наконец выбирает самый обычный шоколадный и плетется обратно домой. Дома все продукты ставит на свои места и садится за каким-то новым сериалом от Нетфликс с мороженым. Старается не плакать в особо эмоциональных моментах, не сдерживает смех в смешных моментах. Чувствует будто всё хорошо. Нет никакой безответной любви, нет никаких Юнги. Только он сам с собой и большего не надо думается ему. Но понимает что без любви к нему он сам не свой. Ему нужна любовь, ему нужно любить. Засыпает с такими мыслями, даже не умывшись.

***

Утром он быстро примет прохладный душ и сделает вид что у него всё просто прекрасно. В универе будет всем как обычно улыбаться самой яркой улыбкой, хотя внутри всё ещё бушует ураган. Замечает Юнги обнимающимся с Хосоком. Такой счастливый, так и излучает энергетику влюблённости. Внутри Чимина всё сжимается. Он дурак что думал всё забудется, всё пройдет. Сбегает с пар, не обращая внимания на странные взгляды студентов. Быстро заходит в одну из кабинок уборной что не совсем приятно пахнет, и судорожно дышит, закидывает голову назад , старается унять истерику. К счастью за ним никто не заходит, да и вообще сейчас идут уроки, никто уж точно не помешает ему. Он выходит из кабинки, полоскает лицо проточной прохладной водой, пишет старосте что ему вдруг снова стало плохо и обратно едет домой. Погода всё ещё хмурая, без дождя, но с прохладным ветерком что освежает, отгоняет все мысли. Заходит в одинокий, кажущимся таким холодным, навевающий тоску дом. Кажется осенняя хандра полностью поглотила его. Думает сам про себя что уж сильно он накручивает себя. Но не может ничего с собой поделать. Любовь она такая. Она может подарить безграничное счастье, безопасность. Она словно таблетка от одиночества. Но и может дать лишь ужасную боль. Эта боль утягивает тебя за собой, тянет свои пугающие лапы к тебе, хочет затянуть тебя в эти бесконечные страдания. Звук оповещения в телефоне выводит Чимина из этих темных мыслей. Он берёт в руки телефон и видит новое сообщение. Его любимый хён наконец освободился от дел дипломной работы и зовёт его выпить в бар. Кто такой Чимин чтобы отказаться от халявной выпивки, да ещё в таком состоянии ему необходимо выпить и выпустить пар на танцполе.

***

К вечеру он сделав маску для волос и лица, наконец закончил все водные процедуры. Оделся не так броско как обычно, но стильно и удобно. Обычные черные скинни джинсы шикарно сидели на нём, а легкая чёрная атласная рубашка красиво подчеркивала талию и открывала вид на острые ключицы. Надев сверху теплое пальто и обувшись в мартинсы, он наконец вышел из дома. Прохладный вечерний ветер немного холодил кожу, пробирая дрожью. Заранее вызванный таксист уже ждал у входа. Быстро сев в машину, он уже предвкушал как проведёт отличный вечер. Дорога до клуба заняла всего 20 минут. Расплатившись с таксистом, он набрал номер хёна и услышал позади себя мелодию звонка. - - Джинни-хёёён, как же соскучился,- набросился обнимашками на своего высокого и широкоплечего хёна. - Ох, Чимини, как твои дела, малыш? Я тоже соскучился по тебе,- полностью сгреб в медвежьи объятия своего тонсена. - Сейчас я хочу напиться, а потом возможно позже скажу как мои дела. Ты сам как? Как дипломная? Слышал твой любимый профессор отказал тебе в помощи. - Ааааах, этот Намджун! Так и хочется въебать ему. Видеть не могу его самодовольную рожу. Знаете ли уж слишком занят он, чтобы помогать мне с дипломной. Ха, и сам смогу написать, не нужна помощь этого грубого чурбана,- пыхтит его хён. - Ахахааха, хён, ещё немного и у тебя сейчас пар из ушей начнет дымиться. - Давай забудем про диплом и скажи кто тебя так обидел, что ты в трезвом состоянии не можешь высказаться. - Пока тебя не было, многое случилось. И если я расскажу тебе об этом сейчас, я просто не смогу тебе внятно объяснить и просто расплачусь .Вот так вот, хах. - Ладно, давай заходи. Черт возьми, похолодало уж резко,- съежился старший и потопал ко входу. В клубе как обычно много народу, громкая музыка и режущие глаза светодиодные лампы. Люди потные, липнут к друг другу в танце. Тем, кому повезло найти пару на ночь быстро сбегают в уборную и совокупляются там же или же увозят непонятно куда. Чимину не нужен секс на одну ночь. Он не любитель такого. Он не целуется с кем попало. Считает что это должно принадлежать лишь особенному человеку, иначе такие вещи быстро теряют свою важность. Они с хёном подходят к бару и начинают с легких алкогольных коктейлей, а позже уже наперегонки пьют самбуку. Бармен с ловкостью поджигает бокалы молодых парней и быстро меняет шоты. Чимин уже пьяный, с заплетающимся языком что то бурчит про никому не нужную любовь. Его хён тоже бухтит, но уже про ужасно привлекательного профессора. Бармен уже привыкший такое видеть, вызывает такси. Еле петляя ногами, двое парней садятся на такси. Конечно не без помощи охранников. Джин как старший, считает себя обязанным присмотреть за младшим. Совсем невнятным языком, он как задает курс маршрута своего дома таксисту. Машина доезжает быстро, в ночном городе тихо и без пробок. За время поездки оба немного приходят в себя и заходят в просторный, светлый дом старшего. Джин помогает тонсену раздеться и укладывает его к себе на кровать. Заранее готовит рядом с тумбой минералку и таблетку от похмелья, ложится к Чимину под бок. - Чимин? Спишь? - Ммм? Нет, хён. А что?- отвечает чуть охрипшим голосом младший. - Ты мне так и ничего не рассказал. Я весь вечер беспокоюсь о тебе. Ты же знаешь я не могу не заботиться о тебе, малыш. - Я так хочу ответить тебе что всё хорошо, но это совсем не так хён. Просто я считаю что и у тебя хватает проблем без меня. Я не хочу обременять тебя своими переживаниями. Прости, ты так комфортишь меня, а я неблагодарная тварь. - Ты совсем не неблагодарная тварь. Ты самый чудесный человек, но не нужно всё хранить в себе. Помнишь как Шрек говорил: « Не держи в себе, хочешь пукнуть - пукни». Так вот ты тоже не копи в себе все переживания. Для того и нужны друзья, чтобы поддержать друг друга, малыш. - Хён, это самое смешная цитата в моей жизни. Знаешь, мне немного неловко говорить тебе об этом, но я давно влюблён в одного человека и ты его знаешь....Так вот...Кхм, у него недавно появилась пара и….и….Хён, я больше так не могу. Мне тяжело осознавать это,-голос Чимина уже дрожит. - Это Юнги?- словно гром среди ясного неба чеканит старший. - Д-да… А ты как узнал? - Это очевидно. Юнги мой близкий друг и ты тоже. Я вас обоих слишком хорошо знаю. - Так я ещё и палился всё это время. Какой же я жалкий,- уже влага скатывается к ушам, щекотя их. - - Ты не жалкий и никто не замечал все твои влюбленные взгляды к Юнги. А сам Юнги был уж слишком занят Хосоком, чтобы замечать твои чувства. Это даже к лучшему. Видимо он не твой человек, малыш. Значит твоё время ещё не пришло. Не нужно впадать в депрессию из-за неразделенной любви. Считай это опытом. Знаешь, пока ты не полюбишь себя, никто тебя не полюбит. Мой тебе совет-не нужно искать любовь в чужих людях, распусти бутон любви в себе. Эта любовь никогда не изменит, не предаст, не бросит тебя. Она будет с тобой до конца твоих дней. Наступила минута тишины. Чимин дрожал, тихо плакал лежа на спине. Джин поглаживал его по плечам, обнимал, старался дать поддержку через тело. Джин любит Чимина. А какая это любовь он сам до конца не понимает. Он просто его любит, хочет взять всю его грусть себе, хочет поддержать. - Спасибо тебе за всё, хён.Я люблю тебя,- шепчет младший, не смея нарушить эту идиллию тишины. - И я тебя,малыш,- отвечает, но понимает что их любовь к друг другу совсем разная. -Давай спать, а утром я приготовлю суп от похмелья. - Да, давай спать, только утром не пугайся моего лица. Я поплакал и теперь утром я буду похож на пельмешек, хихи,- по голосу можно понять что эти словно немного помогли младшему. - Ты всё равно будешь милашкой, я уверен,- шепчет старший и чмокает где-то за ухом Чимина. Молит всех богов чтобы младший не обратил внимание на этот жест любви и выдыхает смотря на спящее лицо тонсена.

***

Просыпаются они в обед, с ужасным похмельем. Они благодарят весь мир что сегодня суббота и могут хорошо отдохнуть от всего плохого. Джин как и обещал готовит суп от похмелья, они валяются до глубокой ночи и смотрят смешные шоу по телевизору, закусывая разной едой что есть в доме старшего. Лежа буквально друг на друге, они много обнимаются. Джин старается не поцеловать мягкие, блестящие от масла губы тонсена. Сдерживать себя труднее когда полные губы младшего в паре сантиметрах. Хочется облизать, поочередно пососать , покусать каждую губу. Старший глотает вязкую слюну и хочет вникнуть в суть шоу, да никак не получается. Ещё и мелодичный смех младшего подливает масло в огонь. Он понимает что нельзя. Особенно сейчас, когда его малыш переживает через себя боль. Он подождет, потерпит, поймает нужный момент и признается младшему. Но не сейчас. Они проводят все выходные вместе. Чимин на глазах оживает, взгляд отражающий всю боль вселенной исчезает на нет. Весь счастливый он, к вечеру воскресенья прощается со старшим и едет обратно к себе. Чимин понял что делать. Будет нелегко, пройдет много времени, но он полюбит себя. Принятие себя процесс тяжелый, это требует много духовной силы и воли. Но Чимин уверен, что он справится.