Избранница

      Это утро было особенно тяжелым для Хинаты, ведь ей предстояло присутствовать на вскрытии. Нет, это не был ее первый раз. Ей просто не хотелось вновь видеть эти застывшие в ужасе лица. Её пугала мысль о том, что они пережили в день своей смерти. Понимание, что ты сейчас неизбежно умрешь и отчаяние… от мыслей о грядущем.       Хината быстро тряхнула головой, чтобы взбодриться и прогнать будоражащие её мысли. Она быстро допила свой чай и вышла на улицу. Там её встретила орава ребятишек, опаздывающих куда-то. Судя по всему, в академию.       После войны население начало «воссоздавать» людские потери. Первый удар отхватили роддома. Их стали активно строить и совершенствовать новейшим оборудованием. Когда детки подросли, очередь дошла и до академии шиноби, а вот сам спрос на шиноби падал. Обучать столько шиноби просто нерентабельно. Было решено сделать из академии школу широкого профиля, благо в мирное время можно выделить на обучение нового поколения несколько подчиненных. Спустя несколько лет, процент образованного населения вырос до небес и страна развивалась семимильными шагами. Деревни превращались в города и мегаполисы.       Но мы немного отдалились от темы. На улицах Сунагакуре стояла лютая жара с самого утра. Ещё совсем недавно кожа Хинаты была совсем фарфоровой, но здешняя погода давала о себе знать. Топ, уже влажный от пота, прилип к её слегка загорелой коже. Капли пота стекали с лица и щекотно пересекали тонкую шею. Да-а-а… это все жара. Она заставляет раздеваться и открыть миру красоту своего тела, но не она заставляет прохожих оборачиваться вслед молодой девушке. Кто-то смотрит украдкой, ну, а кто-то откровенно и не стесняясь пялится на неё. Хинате было неловко.       А кто все эти люди, что на неё смотрят? Быть может сейчас на этой улице прогуливается её убийца. Он не знает ещё как именно это сделает. Определённо, план появится намного позже, но то, что это неизбежно, было неоспоримым фактом. Он может не знать Хинату, а может уже наблюдает за ней издалека. Но она этого не видит, не замечает как он смотрит на неё, с каким желанием. Желание… оно толкает нас на отчаянные поступки, создаёт несуществующие факты и строит мир грёз. Мир, в котором ты умрешь Хината…

***

      Детектив нехотя надевала халат, маску и перчатки. Кано чувствовала себя как рыба в пакете, так же мокро и душно. Хоть в МОРГе и был кондиционер, ей все равно было жарко, и не только из-за множества водонепроницаемых одеяний, но и из-за того, что´ ей вновь откроется. Кривила лицо, когда убрали простынь с убитого. — Много не скажу, так как ещё не закончил. Причина смерти — асфиксия, вызванная пребыванием в камне. На теле многочисленные раны, ссадины и переломы. — Оглашал судмедэксперт Хамура. — На плече знак АНБУ песка, одежда…       Хината не могла сконцентрироваться на докладе доктора. Хотелось уйти отсюда или, скорее даже, сбежать. Её терзали мысли об убитом. Она считала это надругательством над ушедшим. Ей было неуютно. Смотреть как проводят вскрытие и вынимают все органы на стол, как будто вещи из кармана вора, судмедэксперт шмонает доли легкого, печени, отделяет почки, кромсает кишки, разрезает их вдоль и поперёк, попутно вываливая содержимое. Ох, лучше бы он не трогал их. От запаха все нутро выворачивало наружу. Весь зал окутало смрадом, и к чувству неловкости прибавилось желание обнять раковину или ведро. Неловко было и за снятый с затылка скальп, обнажающий кости черепа, за звук хирургической циркулярной пилы, скрежета костей и отламывающихся краев, показывающих главное достояние природы — головной мозг.       Хината чтила святость и неприкасаемость человека. Ей не хотелось чтобы Хамура прикасался к бывшей обители личности. Там же хранится вся история человека с момента рождения и до самой смерти. Лица родителей, первые друзья, академия шиноби, первая любовь, первая боль и, конечно, лицо, а, возможно, и имя убийцы. Детектив не хотела видеть как это превращается в месиво под рукой беспристрастного и грубого судмедэксперта.       Лязг и скрип инструментов о лоток заставил Хинату вернуться в реальность. — …несколько минут они были в сознании, прежде чем умереть. Печать самоуничтожения повреждена. Время смерти сложно установить. Даю примерно 25-35 лет назад. Ноги и руки отрезаны чем-то очень острым, похожим на лезвие. Возраст погибших сильно колеблется от 13-15 до 30 лет, что характерно для того времени ввиду нехватки кадров после войны. — Довольно широкий разброс, за десять лет многое могло случиться. — Ответила напарница Хинаты. — Начнем поиски с самых старых личных дел и будем двигаться ближе к нашему времени. Думаю бесследно десять человек АНБУ не могли пропасть. — Точнее скажу через несколько дней. — Отрезал Хамура. — А что на счёт тех двоих? Нашли туловища? — Нет пока. Хината, надо прошерстить ещё раз место преступления и подать прошение о данных в архив резиденции. После этого нас пригласят в архив и под надзором покажут необходимые документы. — Сказала Мурокава. — А, хорошо…

***

      Ближе к полудню уже стояла жара невозможная, а в пустыне так и вовсе адское пекло. Хината еще раз осматривала место происшествия бьякуганом. Вся мокрая от пота и работы она всматривалась в каждый миллиметр песка. Вокруг неё стояла толпа рабочих, готовых в любой момент по приказу копать землю дабы найти недостающие части тела, но безуспешно. Ничего не было.       Обессиленная беловолосая куноичи присела под тень шатра. К телу неприятно липла одежда, прибавим к этому пыль и грязь, которые не давали детективу и шанса на приятное чувство чистоты. Получаем в итоге сильное желание принять прохладный душ. К сожалению, в пустыне, а точнее в этом шатре можно было найти только бутылку воды.       Пораскинув взглядом и найдя заветную бутыль, Хината сначала попила водички, а затем умыла лицо и руки. На этом она не остановилась, ей хотелось немного освежиться и она отошла в сторонку и просто вылила на себя содержимое бутылки. Почувствовав, наконец-то, желанную прохладу детектив спокойно пошла под шатер в ожидании указаний от куратора.       Где-то неподалёку Мурокава давала свои распоряжения и распределяла рабочих. Она, несмотря на свой возраст, выглядела довольно-таки молодо и энергично. К ней подошёл директор Огава. Было видно как он возмущён сложившейся ситуацией. Он находился тут уже несколько часов и его никто не собирался отпускать. Особенно, взгляд Хинаты.       Независимо от погоды Неджи всегда носил костюм с галстуком и полностью закрытыми туфлями, но сегодня даже он сдался. Позволил себе снять со своих плеч пиджак и галстук, расстегнуть рубашку и закатать рукава до локтей. Он тоже, видимо, ходил освежиться, ведь его мокрые от воды волосы были зачёсаны назад и капли сексуально стекали по шее. «Мне, наверное, голову хорошо припекло, раз я это вижу», — пронеслось у куноичи в голове.       Ветер, пробирающийся сквозь мокрую одежду Хинаты, обдал её мощной порцией мурашек и заставил отвлечься от Неджи-сана. Она потёрла руками свои плечи, чтобы мурашки не тревожили её и она вернулась созерцать, как красавец-брюнет недоволен своим вынужденным пленением среди моря песка. Вернув свой взгляд, она врезалась в пару пристальных глаз. Это взбодрило ее. Уверенный и холодный взгляд одновременно и пугал и привлекал юную девушку. Сердце бешено стучало от его взора. Хината стеснялась своих чувств, она быстро отвернулась. — Мы закончили, можем ехать. Ответ на запрос должны были уже прислать. — Сухо и по факту сказала Мурокава, подойдя к напарнице. — Да, я тоже все осмотрела. Туловища этих двоих я не нашла. Должно быть их забрали во время боя или стёрли в порошок. — Этого мы никогда не узнаем. — Почему? — Хинате вдруг стало интересно, что заставило её так думать, если следствие только-только началось. — Похоже, что это дело висяк. — Печально заметила Хаори-сан. — Даже если мы найдём имена и личные дела, то свидетели и, возможно, сам убийца давно уже на том свете. А если даже убийца и жив, то я бы ни за что не хотела с ним встречаться. Я бы с радостью избавилась от этого дела, чтобы не портить себе статистику. — Как Вы можете говорить такое? Умерли десять человек и среди них дети… — А как ты думаешь: есть у нас шанс против человека, который смог такое сделать с лучшими шиноби Песка, некоторые из них, скорее всего, были ветеранами четвёртой мировой войны? Он не пожалел даже детей… А что если он не один был? — на лице у Мурокавы читалось раздражение и… да, пожалуй, она боялась. — Мне за риск в таком возрасте должны доплачивать.       Юный детектив задумалась над словами напарницы. Легкий смешок пробился у Хинаты. Она впервые видела в Хаори-сан женщину со своими страхами и комплексами. — Хаори-сан, я вас не узнаю. Неужели Вы боитесь опасностей? — лукаво подметила обладательница бьякугана. — Завались, — раздраженно и по-девичьи фыркнула напарница. — Пошли уже отсюда. — Ну Хаори-са-а-ан, я не могу сдвинуться с места, ибо песок засасывает меня. О н-е-е-ет, как мне стра-а-ашно-о-о-о. — Вот же засранка! Я тебе сейчас покажу как издеваться. — Мурокава не на шутку разозлилась и уже закатывала рукава, но наша Хината была уже далеко за горизонтом, укатив на поезде обратно в Сунагакуре, оставив негодовать наставницу. — Ну я до тебя доберусь!

***

      Придя на своё рабочее место, Хината увидела папку на своём столе. Открыв её она увидела ответ на запрос. — Хина, привет! Ты уже знаешь, что вас в резиденцию приглашают к самому Казекаге? — спросила Суна.       Суна Мирай — коллега по участку. Она была ровесницей Хины, но пришла на два года раньше и была более опытным следователем, но даже она всего пару раз приходила в резиденцию. — Да, я вот как раз смотрю. Мурокава-семпай, пришёл ответ по поводу наших шиноби. Нас приглашают в резиденцию. Лично. К Казекаге.— Обратилась Хина к куратору. — Хмм… прихвати все Документы по делу. — Задумчиво приказала куратор. — Зачем? — Хинаточка, милая, как иначе мы получим допуск?       Да, её определённо задело фамильярное обращение сенсея, да ещё и при коллеге, но она проглотила это, так как уже отхватила в прошлый раз и, видимо, Мурокава ещё не отошла от бешенства. — И ты спустишь ей это с рук? Ответь ей. — Подтрунивала Суна. — У тебя кажется дела были да, Суна? — намекала Мурокава на скорейший её уход. — Мы тут сами. — Удачи. — Суна понимающе посмотрела на новенькую и, хлопнув по плечу, удалилась.       Хина очень не хотела, чтобы она уходила. Только не сейчас, когда она чувствовала себя в свободном падении. Нет, как будто она в миллиметре от удара о грубую почву жизни. С каждым градусом поворота головы Хаори-самы росло напряжение внутри юной куноичи. Кровь застыла в жилах, когда куратор полностью повернулась к Хинате лицом. Сердце стучало ненормально быстро. Страх брал вверх над разумом. — Я видела, как ты смотрела на директора. Заруби себе на носу: если увижу вас вместе пока мы расследуем это дерьмо, то я отстраню тебя от дела и вышлю обратно в Коноху как некомпетентного специалиста, если, конечно, не сядешь как соучастница и знай, Хокаге может и выглядит как добряк-одуванчик, но на деле, поверь мне, он одним взглядом заставит тебя наложить в штаны. — Выпалила Хаори. — Но сначала ты встретишься с Казекаге и будешь отчитываться перед ним за свою выходку и тут нечему завидовать. Нет, он не будет на тебя орать, он уважает Хокаге. Он размажет тебя по стенке спокойным тоном. А теперь нам нужно как можно скорее прибыть туда. Поторопись.       До Хинаты наконец-то дошло почему её приставили к ней напарницей. Стыд окатил кипятком. Ей нечего было ответить.

***

      В резиденцию Мурокава и Хината шли молча.       Вечером жара спала и можно было насладиться прохладой. Дорога в резиденцию была украшена лучше всех остальных улиц, будто красная дорожка. Навстречу им шли все те же ребятишки с академии. Эх, молодость и беззаботность. Хината хотела вновь ощутить эту свободу. «Почему я не ценила ее, когда училась в академии?» — пронеслось у неё в голове. — Пришли. — Прокомментировала Мурокава.       Несмотря на разросшуюся деревню, резиденция не менялась. Большое когда-то здание сейчас казалось таким ущемлённым. Частичка истории деревни песка идеально сохранилась. За этим тщательно следили и каждую неделю восстанавливали фасад здания. Внутри же изменилось многое, скорее даже всё. Столы, шкафы, интерьер — все было новым, дошли даже до отделки стен и потолков. Дорогие ковры украшали полы, на стенах красовались картины известных художников, а рядом с ними расположились статуи, застывшие в движении. Хината завороженно смотрела на творения искусства, но сопровождающий не давал долго рассматривать. Он проводил к кабинету Каге и открыл дверь. — Заходите, пожалуйста Гаара-сама уже ждёт вас. — Хината, подожди меня здесь. — Негодование читалось на лице куноичи, но Мурокава ясно дала понять, что новичку там делать нечего.       Она зашла в кабинет к Казекаге. — Я ждал вас. Детектив Мурокава Хиоши. — Взрослый состоявшийся мужчина невозмутимо сидел на кресле за своим столом. Он был не так молод как на фотографиях, но не утратил былой хватки и строго смотрел на подчиненную. — Мне сообщили о телах, расскажите подробности дела. — Десять человек, судя по одежде АНБУ песка, находят в камне. Судмедэксперт утверждает, что время смерти в диапазоне 25-35 лет назад. — Отчитывалась Хаори-сан. — Нам нужны дела, миссии и отчеты в этом промежутке времени. Мы знаем, что… — Это секретные данные. — Прервал доклад Казекаге. — Но… — Нет. — Перебил её Каге. — Положите, пожалуйста, дело на стол, и можете быть свободны.       Раздражение охватило детектива. Она была бы и рада избавиться от этого дела, но на нем можно было хорошо поднатаскать девчонку и ее, того глядишь, лихо перевели бы в другой отдел, а её саму повысили, но этот… так не вовремя решил отпираться и забрать дело. Но ничего тут не попишешь. Это он тут и Бог и судья. Она поспешно вышла из кабинета. Не попрощавшись.