У всех есть право на счастье...

Графство Суррей, Литл Уингинг, Тисовая улица Это было обычное летнее утро. Улица выглядела так же обычно, как и сотни других самых обычных улиц самого обычного пригорода Лондона. Все было настолько обычно, насколько это вообще возможно. Каждый последующий дом выглядел практически точной копией предыдущего. Отвратительно обычно и скучно. И никак нельзя ожидать в этом отвратительном месте хоть чего-то интересного…странного…волшебного… Но именно на этой обычной улице, в самом обычном доме под номером 4 жил совсем не обычный мальчик. Но цена этой необычности была слишком высока для маленького ребенка. Слишком неподъёмна. А раз она неподъемна для ребенка, то ее должен понести взрослый. Об этом и будет данная история… О маленьком несчастном мальчике, которому наконец-то повезло… Тисовая улица, дом 4 - Вставай, дрянной мальчишка! Как ты смеешь спать в это время! Ты должен немедленно приготовить завтрак для моего Дадлика и Вернона! Иди на кухню немедленно! – стуча в дверцу маленького чулана под лестницей, кричала высокая и некрасивая женщина. Это была Петунья Дурсль. Тетя нашего героя. В это время в чулане только открыл свои прекрасные зеленые глазки маленький четырехлетний мальчик. Это был Гарри Поттер. Самый необычный и самый несчастный житель маленького городка Литл Уингинг. Только вчера его избил дядя за то, что его кузен Дадли разбил тарелку, а вину свалил на него. Ведь все в этом доме знают, что оправдываться Гарри не будет. И не из-за мифической гордости или гордыни… Нет… Он просто не мог. Он был немым. Как говорит тетя – с рождения. Но как бы то ни было ему нужно скорее идти на кухню, ведь тетя не будет ждать, а синяки, ссадины и трещины в ребрах еще не зажили. Второй раз он просто не выдержит. Как же ему хочется, чтобы его забрали из этого дома. Дома, в котором он урод и ненормальный. Дома, в котором ему не рады. Дома, в котором ему желают смерти. Хотя, он был бы уже не против. Некоторое время спустя - Эй, уродец! Мне сегодня папа говорил, что ты ненормальный! А еще, что у тебя гнилая кровь! Что даже твои родители решили, что лучше умереть, чем растить такого урода, как ты! – смеялся толстый и некрасивый ребенок, пиная Гарри ногами. Как вы уже наверное догадались – это был Дадли, кузен нашего героя. В это время Гарри свернувшись клубочком пытался защитить ребра, ведь они и так побаливали при любом движении. На фоне своего упитанного кузена он казался совсем крошечным и беззащитным. Он тихо плакал и всей своей маленькой, но стойкой душой желал, чтобы это закончилось. Но его мольбы не были услышаны. - А давай проверим, что значит «гнилая кровь»?! - азартно, и как будто ему было искренне интересно мнение собеседника, воскликнул Дадли,- Ты чего молчишь!? Аааа, ты же у нас немой! - с издевкой договорил он и рассмеялся,- Значит, твой голос не учитывается! - и не обращая внимания на отчаянное мотание головой своей жертвы он пошел к ящику, в который Петунья велела Гарри складывать садовые инструменты, ведь обязанность следить за клумбой тоже была закреплена за Поттером. Гарри, ещё не догадываясь, что придумал кузен попытался сбежать, но.. не успел. Дадли уже взял то, за чем ходил и подлетел к нему, снова опрокидывая его на землю. Присмотревшись Гарри понял, что в руке у его мучителя нож. Тот самый, которым он только недавно обрезал стебельки роз. Он начал впадать в панику и пытаться кричать, но из его рта не выходило ничего, кроме легкого хрипа, что только еще больше развеселило Дадли. - Не дергайся, а то хуже будет!- воскликнул кузен и придавил его к земле:- Сейчас мы и проверим слова папы!- с каким-то нездоровым энтузиазмом проговорил Дадли и надавил лезвием на руку Гарри. Гарри стал вырываться пуще прежнего и через некоторое время у него это вышло. Но во время последнего рывка Дадли не справился с ножом и порезался сам. Секунду он пытался осознать произошедшее. А потом раздался КРИК! Петунья и Вернон сразу выбежали на крики своего ребенка, начали его успокаивать и пытаться узнать: Что же произошло? Сквозь рыдания Дадли смог выговорить приговор для Гарри. «О-о-онн н-нап-ппа-л-л н-на м-м-е-ня с н-нож-ж-жом! Он-н у-у-угро-рожал м-мне! Н-нен-норм-мальн-ный!» и протянул родителям на обозрение оцарапанную руку. Глаза Вернона сразу же налились красным, а он сам как-то надулся и медленно, с бешенством в глазах повернулся к племяннику. Он кинулся на него несмотря ни на изрезанные руки и лицо, ведь какое ему дело до какого-то оборванца, если сын сказал, что пострадал из-за ненормального, уродца, разрушающего их семью. Петунья же даже не подумала останавливать мужа, а только увела Дадли в дом. Гарри задыхался от боли и страха, он уже не молился, а просто ждал, когда это закончится. Он хотел к маме. Этот же день Коукворт В мрачном перекошенном доме, стоящем на границе жилого района и трущоб жил мрачный человек. О нем ходило много слухов что в трущобах, что в приличных районах. И надо сказать, небезосновательно. Ведь этим человеком был Северус Тобиас Снейп, Пожиратель Смерти и преподаватель зельеваренья в школе Чародейства и Волшебства Хогвартс. Только-только закончился учебный год, и он смог вернуться домой. В тишину… Наверное, тишина – это то, по чему он больше всего скучал в школе. Там ее не бывает даже ночью. Как сказал бы Северус, особенно ночью. Но, как бы ни была прекрасна тишь, он должен был идти за ингредиентами для зелий. Ведь каникулы – это единственное время, когда он может ставить эксперименты. Так что пора в путь. Он уже собрал все ингредиенты, что были нужны и осталась сущая мелочь. Нужны были цветы радужной амброзии*, которая росла только в Суррейском лесу. И вот уже собираясь уходить, он почувствовал ментальный крик ужасающей силы, в котором просили о помощи . Не успев сообразить, что он делает, Северус аппарировал на источник крика, как на свет маяка. И то, что он увидел, поразило даже его, человека, который не раз участвовал в пожирательских рейдах, и вообще много чего повидал в жизни. На земле лежал маленький и тоненький мальчик, которого со всей силы колотил ногами жирный боров. Действуя на рефлексах, он выхватил палочку и кинул в мужчину ступефай. Подбежав к мальчику, он начал осматривать его повреждения. И они, надо признать, ужасали: переломы ребер, открытые переломы рук, перелом правой ноги, множественные порезы. Про царапины и синяки даже говорить не стоит. Он аккуратно зафиксировал мальчика и аппарировал к себе домой, давая себе обещание, что потом вернется сюда и разберется. Еще толком не понимая, с чем собирается разбираться. Наверное, со всем. Просто, со ВСЕМ. Уже в доме он отнес его в гостевую комнату и начал накладывать основные мед.заклинания. А когда понял, что минимизировать ущерб с помощью заклинаний не выйдет, наложил на ребенка статис и пошел в зельеварню. Все-таки он именно зельевар, а не колдомедик. Промучившись до обеда следующего дня Северус понял, что большего сделать он не в силах и отправился спать, не забыв при этом наложить на ребенка сигнальные чары. Утро следующего дня Проснулся Северус от звона сигнальных чар. Не сразу сообразив, что происходит, он влетел в комнату с палочкой наизготовку. После, вспомнив события вчерашнего дня, он как можно медленнее убрал палочку в рукав и стал осматривать комнату. Мальчика нигде не было. Внимательно прислушиваясь, он стал обходить комнату по периметру и, проходя возле кровати, услышал тихий всхлип. Тогда, чуть не хлопнув себя по лбу от досады, он аккуратно опустился на пол и заглянул под кровать. Там, забившись в угол, плакал вчерашний найденыш. - Эй, маленький, вылазь. - стараясь говорить как можно мягче, обратился к ребенку Северус, - Я тебя не обижу. Вылазь. Но ребенок только активно замотал головой. Тяжело вздохнув, он поднялся с колен пошел на кухню, не закрывая, впрочем, дверь. Нужно было готовить завтрак. Что-то легкое, для ребенка. И когда в последний раз он готовил что-то кроме кофе? Он приготовил овсяную кашу на воде с джемом и чай. Когда он снова пришел в комнату ребенок все еще был под кроватью. Снова тяжело вздохнув, он оставил еду в зоне видимости ребенка и ушел в гостиную. Поднявшись наверх через насколько часов, он увидел практически нетронутую еду. Каждый день он приходил и разговаривал с ребенком хотя бы по полчаса. Хотя, это и разговором-то назвать нельзя. Северус просто приходил, и старался как можно мягче говорить ребенку, что не обидит и пытался убедить его поесть. Так продолжалось три дня. На четвертый Северус еле смог сдержать эмоции, когда мальчик подполз к краю кровати. Да, он все еще не вылезал на свет, но он подошел ближе. С того дня сближение стало более интенсивным. На шестой день, малыш наконец-то вылез на белый свет. В тот момент Северус все таки не смог сдержаться, и улыбнулся сильнее, чем надо. Малыш чуть снова не залез в свое убежище, и Северус еле смог его уговорить остаться. И, хоть он все еще шарахался от любого движения, это определенно был успех. Конечно же, когда Северус понял, что ребенок, которого он спас - это Поттер, он был в раздрае, но на тот момент это уже практически не имело значения. Наведался он к Друслям, правда после просмотра их памяти он ограничился только несколькими проклятьями и полным стиранием памяти о Гарри, ведь даже убивать таких было противно. Потихоньку отношения этих двух людей становились все более доверительными. Они учились друг у друга. Гарри потихоньку обретал уверенность в себе. Это появлялось в мелочах. В первом завтраке за столом, в первом объятье, в первой прочитанной книге, или в первой совместной прогулке в зоопарк. А Северус учился быть более нежным, открытым и дружелюбным. Учился подстраиваться под кого-то другого…маленького, но очень значимого для его, как он был уже давно уверен, замерзшего, мертвого, сердца. Все это были маленькие, но очень значимые победы для этой странной сломанной, но не сломленной семьи. Это то, к чему они пришли не сразу, но это то, что привело их к счастью. Ведь… Каждый имеет право на счастье….Правда же?