Мой парень из деревни

      Недавно у парней выдалась жаркая ночка. Миллиардеру слишком сильно понравился вид омеги, поднимавшего с пола упавшие бумаги. Это произошло прямо на рабочем столе, в мастерской. Было немного неудобно, жестко и липко. Но все же приятно и впечатляюще. Контраст горячей кожи и холодного металла возбуждал. Очень сильно. — Мистер Старк, можно я немного отдохну в спальне? Живот очень сильно болит и тошнит. Спрашивает мальчик, принося очередную пачку документов. Уже почти конец рабочего дня. Зная Пита, он бы потерпел немного, а уже потом бы ныл. Значит, что-то серьезное. — Так сильно болит? Давно? Мужчина откладывает непонятные гайки в сторону, указывая руками на свои бедра. Питер незамедлительно присел на них, откидываясь на сильное плечо. — Два дня уже болит. Сначала не очень сильно, а сейчас вообще ужас. Ощущение похоже на боль во время течки. Только с этим все нормально. Старк уложил руки на плоский животик, стараясь что-то нащупать. Слегка надавливает на низ и смотря за реакцией парня. — Тут болит? — Ой, ой, ой. Больно очень. Не давите. Паркер постарался убрать руки мужчины, только тот начал не давить, а гладить больное место. — Пятница, проверь что с Питом. И поскорей, детка. Робот запищал, давая знать, что проверяет состояние омеги. Делать обычное УЗИ слишком долго. Тони привык решать все быстро и четко. Через несколько минут молчания женский голос выдал: — Мистер Старк, живот болит из-за сильных нагрузок. Беременному омеге это вредно. Рекомендую — больше отдыхать, не носить обтягивающие вещи и нормально питаться. В том числе и пить витамины для беременных. После слов профессионала омежка начал дрожать и постарался слезть с бедер старшего. — Ты куда? Думаешь, я тебя брошу? Сказал же, что никуда от меня не убежишь. Пойдем, документы подождут. Сейчас переоденем тебя и поспишь. — А в.вы? Голос дергается, ручки потеют, одновременно с этим трогая животик. Такая необычная новость, так резко. Мальчик думал, что отравился. А тут вот оно как. — Я с тобой. Полежим немного. Когда болеть перестанет, посмотрим чем заняться… Тони конечно знал, что с беременностью приходит и токсикоз, но не знал, что он придет уже на вторую неделю… Ночь, полумрак. Вся башня спит, на улице ни души, а свет подается только из больших окон небоскреба. Альфа лежит на большой кровати, раскинув руки в разные стороны. Храпит, скотина. Пока его Питер свернувшись калачиком, страдает от токсикоза и непонятного хотения. Хочется банан, а как вспоминаешь его вкус, сразу к белому другу тянет. В следующую минуту хочется деревенское молочко, а потом горького кофе. — Кхэ! Кхэ! Вспоминая очередной десерт мальчик подрывается в сторону ванной, при этом задевая ногой край тумбочки. С нее падает медная ваза, громко ударяясь о кафельный пол. От невыносимо громкого звука мужчина резко подрывается на кровати. Но видит только свет в ванной комнате и прикрытую дверь. Старший пошарил рукой по кровати, проверяя наличие мальчика. — Питер. Малыш, ты где? Из светлой комнаты, вскоре, выходит помятый, уставший мальчик, в его руках видно мокрое полотенце, а футболка окончательно задралась. — Что случилось? Приболел? Паркер падает на кровать, укладывается на бок и быстро укладывает полотенце на лоб. Это всегда помогало расслабиться. Возможно, получится и уснуть. Хоть немного поспать… Одна из бледных рук начинает гладить плоский животик, очень хочется есть, но он же просто переведет еду. Он не сможет ее переварить. Сам прекрасно понимает… — Токсикоз… мне плохо, я третью ночь уснуть не могу. Старк резко расширяет глаза, уставившись на Пита. — Ты ведь работаешь. Конечно не так много, но некоторые бумажки-то носишь. Почему мне опять не сказал? Я бы врачу знакомому позвонил. Что за самопожертвование? Опять… — Не кричите. У меня и так в ушах звенит. Просто ложитесь спать. Через несколько недель это пройдет. Тони встает, включая ночник. Чтоб осветить комнату чуть получше. — Что с тобой за эти недели случиться? Иссохнешься весь. Лежи, я принесу таблетку от головы и что-нибудь поесть. От рисовой каши на воде точно не вырвет. Потерпи еще немного… — ага…