Помочь найти

Это было невыносимое испытание. Прошмыгнув в коридор, Поттер впервые за полтора часа отработки облегченно вздохнул. Мысли разъедали разум, множество умозаключений вихрем проносились в голове мальчишки, а руки машинально строчили текст эссе. Неожиданные речи профессора лишь усугубили положение, давая ещё большую почву для размышлений «ни о чем». «Для чего это было? Разумеется, Снейп не способен на своевольные порывы благородства…». Вечерние коридоры были пусты, лишь пара студентов, задержавшиеся в большом зале, спешили в свои гостиные. Прохлада витала в пространстве и Поттер поёжился от сквозняка, проносящегося мимо него. «Ну и дубак, почему факелы до сих пор не зажглись?..» Обволакивающий холодок напомнил о зиме. В последнее время Поттер часто задумывался о Рождестве, о том, какое оно здесь — в волшебном мире. Несмотря на неизведанные традиции магов, глубоко в душе таилось слабое желание вернуться к Дурслям, на период рождественских каникул. Гарри стремительно подавлял этот неожиданный порыв, так как чуть более четырех месяцев назад, он просто рвался покинуть ненавистный дом. «Это пугает…» Что-то манило, наталкивало его на непродолжительное возвращение, но вряд ли это была тоска по родственникам или чулане. «Возможно, это тоска по бесславию… Он уставал от поклонников, м-да. Не то чтобы я зазналась и якобы хочу отдохнуть от фанатиков… Но, отчасти, мне хотелось бы снова побыть безызвестным». Поток размышлений прервали неуверенные шаги позади и, моментально среагировав, Гарри зажег на кончике палочки яркий люмос и обернулся. Силуэт незнакомца расплывался, а стеклышки очков отражали яркий свет палочки, еще больше усугубляя видимость. Чувство страха необоснованно заколотило в горле, приводя мальчишку в недоумение. Голова закружилась, а шрам накалился горячим свинцом, заставляя Гарри прищуриться. -М-м-мистер П-поттер! — послышался несвязный лепет профессора ЗОТИ, — скоро от-б-бой, Вам стоит потороп-п-питься. Раскрывшаяся личность никак не обнадежила Поттера, а скорее еще больше насторожила. Он уже давно начал замечать странности профессора. -Разумеется, — выдавил мальчик, пытаясь придать своему голосу уверенность и убедительность, — я как раз направляюсь в свою гостиную. Доброй ночи, профессор Квиррелл. Протараторив оправдание, Поттер стремительным, но не очень быстрым шагом направился к лестнице, ведущую в западную часть замка, прямо к гостиной Рейвенкло. «Так, не спешить… Не хватало, чтобы этот… Квиррелл заподозрил, что он не очень то и симпатизирует мне и, что я даже избегаю этого чудика». Молясь, чтобы профессор не потащился за ним, Гарри свернул к лестнице, как услышал доносящийся вопль: -П-п-постойте, Поттер, — пролепетал Квиррелл, пытаясь догнать ученика, — Как п-п-профессор, я обязан соп-п-проводить студента прямо до покоев. -Не стоит, профессор… — смущенно произнес мальчик, силясь скрыть разгорающееся раздражение и унять головную боль, — я доберусь до гостиной в целости и сохранности, правда. -Я-я, — начал Квиррелл, но был сбит: -Профессор! — воскликнул Поттер, хлопнув себя ладошкой по лбу, вспомнив что-то важное, — наш староста — Роберт Хиллиард, он обещал встретить меня в западном крыле, так что если я потороплюсь, то доберусь до гостиной в компании своего старосты! — на ходу придумывал мальчик, надеясь, что недалекий Квиррелл не вычислит эту ложь. «Ему явно далеко до проницательности летучей мыши». Воспользовавшись растерянностью профессора ЗОТИ, Поттер повторно пробормотал пожелания доброй ночи и, потушив люмос, чуть ли не поскакал к лестнице, чтобы этот чудик не успел присесть к нему на хвост.

***

В камине потрескивал огонь, а его языки пламени облизывали разгорающиеся поленья, создавая необыкновенной красоты узоры на стенах и близстоящем книжном стеллаже. Вокруг витала атмосфера спокойствия, тепла и уюта, но Северус не ощущал этой волшебной энергетики, глубоко погрузившись в свои мысли. «Что это было?» Этим вопросом мужчина был озадачен с самого ухода мальчишки, если не «побега». Поведение Поттера сбивало с толку даже такого человека, как Снейп. «Я понимаю, что поступил на прошлом уроке абсолютно отвратительно, мерзко… Я не был уверен, что Поттер с первого раза поверит в искренность моих извинений, но я даже не думал о том, что мальчишка сбежит, никак не отреагировав… Он не сказал ни слова, просто скрылся. Настолько я ненавистен этому… ребенку?». Зельевар осушил очередной стакан огневиски, пытаясь унять гнетущее раздражение и оскорбление. «Нет… я, конечно, понимаю… и осознаю, что не являюсь самым вежливым и тактичным человеком, но я стараюсь меняться, я жертвую ради этих преображений и, мне даже показалось, что я несколько преуспеваю в этом. Когда последний раз я приносил свои извинения какому-то шкету? Да никогда! За все 10 лет этой каторги, я ни разу не повиновался перед студентом за свое «некомпетентное» поведение. Да эти стаи абсолютно бездарных, посредственных глупцов даже не осознают всю серьезность учебы! Квиддичное поле и Хогсмид — центральные локации этих сопляков. Все 7 лет обучения мы пролетаем на метлах и прогуляем в «Трех метлах», а потом вдруг решим, что хотим поступать в Аврорат, для чего нужно будет сдать зельеварение не ниже, чем на «выше ожидаемого». А потом? А потом мы обвиняем профессора Снейпа — несправедливого и предвзятого мерзавца, который поставил за объективно отвратительное варево «тролль». А Поттер… Он мог хоть как-то отреагировать на этот нелепый порыв гуманности. Несмотря на все то, что я наговорил ему на уроке, я не перестаю быть его профессором, а игнорирование — высшая степень неуважение!» Раздражение стало почти осязаемым и огонь в камине начал закручиваться в спирали, реагируя на витающую вокруг магию. Северус откинулся на спинку кресла, стараясь унять стук в висках. «Я опять это делаю. Опять пытаюсь заглушить вину, обесценить ее бессмысленными и неуместными сравнениями, ускользнуть от признания собственной ошибки… Прямо как змея». Огонь в камине зашипел и загорелся ярко-зеленым пламенем, из которого вылетел небольшой кусок пергамента с посланием. Мужчина поднялся с кресла и за пару шагов оказался близ камина, заинтересовано поднимая загадочное письмо.

«Нужно поговорить, Северус. М.М.»

Снейп взглянул на настенные часы. «22:48. Поздновато для бесед, Минерва». Взмахом палочки он снял запрет посещений с камина и вернулся в свое кресло, принявшись напряженно ждать гостью. На самом деле, его напрягал столь срочный и, видимо, серьезный разговор. Северус помнил, как Минерва отреагировала на его кандидатуру в качестве опекуна Поттера. «Альбус, это невозможно! Он ненавидел Джеймса…» Конечно, Снейп не всегда был согласен с мнением женщины, порой, он был готов оспорить ее взгляды и вступить в открытую дискуссию. Естественно, он безмерно уважал Минерву. Она была искусным магом и прекрасным, требовательным преподавателем. Но, конечно, студенческие годы все-таки продолжали влиять на взаимоотношения между нынешними коллегами. Нет, МакГонагалл хорошо относилась к Северусу в его учебные годы, но мужчина до сих пор тыкает женщине на ее избирательность среди своих студентов. Проще говоря, ему казалось, что Минерва выбирает себе любимчиков. К таким умозаключениям Северус приходил каждый раз, когда вспоминал, какие проступки спускались с рук мародерам. « -Да я чуть жизнью не поплатился! — разразился Снейп, пытаясь заполнить табель успеваемости, сидя в учительской, — А им что? Двухнедельные отработки! Так ты мою жизнь оценила, в две недели драинья унитазов?! -Северус… — уставши начала Минерва, — Мы уже обсуждали это происшествие, это было необходимо для безопасности Ремуса… Его бы казнили… -Да мне наплевать! — с оскалом сказал мужчина, оторвавшись от работы, — Ты думаешь, мне есть дело до этого? Я до сих пор жалею, что после выпуска не подал заявку на разжалование в отдел регулирования магических популяций, да уже не до этого было. И только ли в Люпине дело? Ну-ну, знаю, Блэки бы так рассчитались за выходки своего сынка, все Министерство бы на ушах стояло. -Прекрати! — строго сказала МакГонагалл, несильно стукнув рукояткой палочки по дубовому столу, — между прочим, ты остался жив благодаря Джеймсу… -Ага, слышали, — усмехнулся Северус, — «Слабоумие и отвага». Или как там говорилось, не помнишь? Минерва закатила глаза. -Мы ушли от темы, — серьезно сказала она, призывая с полки журнал Гриффиндора, — У мистера Коппера не проходит всего один предмет, Северус. Ты сам знаешь, СОВ очень сложный экзамен… -Знаю. Но мне, почему-то, это не помешало сдать его на «превосходно», — парировал мужчина. -Разумеется, — кивнула она, — но ему не даются зелья, понимаешь? Я надеюсь, мы сможем найти компромисс?.. -Повтряю, мой вердикт — нет, — спокойно ответил Снейп, — его зелья просто отвратительные и еле дотягивают до «выше ожидаемого», не говоря о высшем балле. -Но… — начала ведьма. -Довольно, я не собираюсь содействовать твоим вольностям, научись принимать поражения и, наконец, перестань заниматься бесполезным фамильярничеством над своими фаворитами. Мало ли, второй раз Дамблдор не пойдет к тебе навстречу».

***

-Гарри! — воскликнул Хиллиард, заметив Поттера, проходящего в гостиную, — Я ждал тебя. Пройдя вдоль стеллажей, набитых книгами и витражного окна, за которым виднелось ночное квиддичное поле и глухой запретный лес, мальчик сел на бархатный диван, устало откинувшись на его спинку. В висках пульсировало, а в голове эхом отзывался заикающийся голос Квиррелла. Поттер закрыл глаза, пытаясь сосредоточиться на своем дыхании, чтобы хоть как-то улучшить ситуацию, происходившую у него в голове. -Ну что, — тихо спросил Роберт, видя состояние своего товарища, — сколько? Гарри открыл глаза и непонимающе уставился на парня. -Что — сколько? — спросил он, сдвинув брови к переносице. -Я имел ввиду котлы, — уточнил Хиллиард, — ты говорил, что идешь на отработку к Снейпу. Я и спрашиваю, сколько котлов ты сегодня отдраил. Выглядишь ужасно, ты весь бледный… Надышался там какой гадости? -Оу… — промычал мальчик, — Удивительно, но я не мыл котлы, а переписывал… неудачное эссе. Роберт резко повернулся к мальчишке и широко раскрыл глаза. -Ты — что? — ошарашено воскликнул Хиллиард, схватив Поттера за плечи, — Ты переписывал эссе?! Снейп дал переписать тебе сданную работу?! Звонкий голос Хиллиарда будто разнесся по пространству, образовывая новую волну мигрени, нахлынувшую на Гарри. -Не кричи! — воскликнул Поттер, схватив Роберта за руки, лежавшие на его плечах, — пожалуйста. Парень аккуратно убрал руки с плеч Гарри и откинулся на спинку дивана. Поттер молча отвернулся от приятеля и, сняв очки, устало протер покрасневшие глаза. «И для чего было так грубить, он же не знал… Даже несмотря на нашу ссору, я не чувствую потребности в изъяснениях, я не могу сказать ему все, о чем я думал в первые дни после всего произошедшего, а мне было что сказать, а сейчас… У меня нет никаких мыслей, я не чувствую обиды, злости или чего-то иного, я вообще не чувствую ни-че-го». -Извини, — тихо сказал Хиллиард, выдернув Гарри из размышлений, — я не хотел тебя… пугать? Поттер собирался что-то ответить, но Роберт перебил его, сбивчиво объясняя свое поведение: -Насчет той ссоры, — неловко начал он, — Я, правда, не понимаю, как так получилось… Я действительно так не думаю, это все очень глупо. Я говорил Теренсу и Гранту, они… -Хватит, — остановил его мальчик, — не продолжай, ладно? Давай просто забудем об этом, хорошо? Повисло молчание, прерываемое треском поленьев в камине. По вечерам гостиная Рейвенкло пустовала. Многие засиживались в библиотеках, выполняя домашнее задание, или просто наслаждались внеклассным чтением. Кто-то проводил свободное время в своих комнатах, желая отдохнуть после учебного дня, а некоторые, в большинстве старшекурсники, проводили остаток дня на территории Хогвартса, гуляя вдоль озера или развлекаясь на квиддичном поле. На самом деле, однофакультетники мало времени проводили в обществе друг друга, в отличие от студентов Гриффиндора, например. Но данные обстоятельства абсолютно не влияли на взаимоотношение рейвенкловцев между собой: они одинаково уважали друг друга, при необходимости оказывали помощь, но не лезли в чужие проблемы. Сумерки давно опустились на Шотландию, так что в гостиной было достаточно темно. Обилие отличительного цвета Рейвенкло создавал атмосферу мрачности, пространство становилось более «холодным», но яркие красно-оранжевые камины делали свое дело, и гостиная снова преображалась в теплый, уютный дом. Гарри сидел на диване, подобрав замерзшие ноги к себе и, думал, как сказать Хиллиарду о своих тревогах… Да и стоит ли это делать? Роберт же задумчиво сидел чуть поодаль Поттера, крутя свою палочку между пальцев. Обстановка была вовсе не гнетущей, это была комфортная тишина, но несказанные слова продолжали безотвязно висеть в воздухе, создавая чувство недосказанности у обоих. -Последнее время меня тревожит профессор Квиррелл, — тихо признался Поттер, решив, что пора начать доверять близким людям, — Я испытываю неприятные чувства, когда нахожусь рядом с ним. На уроках ЗОТИ я не могу сосредоточиться на материале, мне постоянно кажется, что Квиррелл наблюдает за мной, его взгляд… хищный? Он пугает меня, и мой шрам… он болит, когда профессор поблизости. Я виделся с ним еще до поступления, это было летом, в «Дырявом котле». Мы достаточно долго находились рядом друг с другом, я даже разговаривал с ним… Но ничего подобного я не испытывал, сейчас же… он несколько иной. Я схожу с ума. Хиллиард, пораженный откровениями своего друга, внимательно слушал этот монолог, ловя каждая сказанное Поттером слово. -Ты знаешь, — неуверенно начал он, — Квиррелл всегда был странным. Мы встречались с ним ранее, здесь, в Хогвартсе. Он проходил практику травологии и был на нескольких занятиях у профессора Стебель, в качестве помощника. Прошло много времени с того момента… Я был на третьем или четвертом курсе, — задумчиво протянул парень, — Но ты прав, Квиррелл действительно изменился. Он стал нервным и каким-то запуганным, да и заикаться начал, бедняга. Говорят, он встретил вампира, то ли ведьму в каком-то лесу… -Слышали, — отмахнулся Гарри, — Я не верю, что он просто испугался вампира и уж тем более ведьму. От него исходит странная аура… Я недолго в магическом сообществе, но пока мне не приходилось испытывать подобного рода энергии от волшебников. Роберт недоуменно посмотрел на Гарри. -Ты чувствуешь энергетику других магов? — удивленно спросил он, — Это сложный процесс магического энергообмена, мы проходили это в прошлом году на защите. Там что-то вроде: чтобы считать энергетическое поле волшебника, нужно отдать какой-то процент собственной магии, чтобы восполнить разницу при считывании биополя. Я не очень хорошо помню это тему… Если честно, у большинства не получилось совершить это обращение. Мы тренировались несколько уроков подряд, но эти обмены требовали отдачи собственной магии, так что практически все студенты отправлялись после уроков в больничное крыло. Гарри вскинул бровь и попытался вспомнить, чувствовал ли он усталость после этого «процесса». Честно говоря, до этого момента он считал, что данная способность присуща всем волшебникам. В любом случае, его удовлетворяла перспектива в обладании этим даром, так как он уже выяснил, что это крайне полезная способность при обнаружении недоброжелателей. -Ну… — задумчиво протянул Поттер, — я никогда не ощущал каких-то затруднений при чтении чужой магии. -Это дар, Гарри! — радостно воскликнул Роберт, потрепав мальчика по голове, еще больше взъерошив непослушные волосы, — Я думаю, это происходит из-за мощного магического ядра. Ты осиливаешь достаточно сложные заклинания… Да и та книга, которую я тебе дал… Ты использовал что-то из нее? -Парочку, — просто ответил Поттер, — безобидных, разумеется, — добавил он, после чего Роберт заметно расслабился. -Будь осторожен. -Я всегда, Роб, — вдохнувши, ответил Гарри. Повисло недолгое молчание. -Ты ведь еще что-то хотел сказать, верно? — осторожно спросил Хиллиард, придвинувшись ближе к Гарри. -Да… — нехотя протянул мальчик, — хотел. -Ты можешь доверять мне, — серьезно сказал парень, — Но если ты по каким-то причинам не хочешь говорить об этом, я уважаю твое решение. Я всегда на твоей стороне. Поттер благодарно улыбнулся и поправил сползшие на нос очки. Роберт подтолкнул мальчишку локтем и повернулся к камину, наблюдая за непрерывно движущимися языками пламени. -Я так устал, — прорезался тихий голос Гарри, на кой Хиллиард уже не надеялся, — Мои эмоции, мысли — они не управляемы. Раньше я не замечал такой негативной импульсивности за собой. Да, я никогда не был добродушным человеком, но был уравновешен в своих действиях… Сейчас же, я не контролирую ничего. Все вышло из строя, я не могу совладать с собственным разумом, я подчиняюсь мимолетным раздражающим факторам, с трудом подавляю ненависть и агрессию, я чувствую жестокость, потребность в ней. Я больше не могу справляться с этим, я не могу… — последние слова он уже шептал, вплетая тонкие руки в волосы. -Мерлин, Гарри, — тихо сказал Роберт, аккуратно приобняв обезумевшего мальчика одной рукой, — Я не знаю что сказать, правда… Когда ты начал ощущать это?.. — встревожено спросил он, почему-то вспоминая то, как нес еле дышавшего мальчишку в лазарет. -Я не помню, — ответил тот, — Кстати, действительно. Я не помню… Это происходило постепенно, но я должен был зафиксировать этот момент, так как начинал задумываться о причинах этих изменений еще задолго до такого состояния… -Ты знаешь, Гарри, — начал Роберт, придвинув мальчишку ближе к себе, — я никогда не смогу прочувствовать всего, что ты пережил. Как бы я ни старался, я не смогу в полной мере представить себе все те ужасы, которые окружали тебя годами и преследуют до сих пор, но я изо всех сил постараюсь помочь, правда. Даже если моя помощь не будет значительной, я продолжу поддерживать тебя в трудную минуту, — серьезно сказал Хиллиард, крепче сжав плечо мальчика, — Мы не так давно знакомы, но ты стал для меня кем-то вроде младшего брата, но не совсем — ты намного мудрее и сильнее, чем я. Думаю, именно поэтому магия подчиняется тебе — она тянется к более сильному сосуду, понимаешь? Ты невероятный человек, Поттер, и это никак не связано с твоей знаменитой историей. Гарри устало склонил голову на плечо парня, прикрыв глаза. По телу пробежало приятное тепло, ему было необходимо услышать эти слова. -Слушай, — хитро протянул Роберт, — ты ведь никогда не играл в квиддич, верно? -Не играл, — подозрительно ответил Поттер, заинтересованно открывая глаза. -Отлично! — воскликнул Хиллиард, хлопнув в ладоши, — Значит, завтра мы с тобой идем играть! Я капитан квиддичной команды, так что можешь считать это персональной тренировкой от мастера. -Не зазнавайся, — прыснул Поттер, услышав нахохленное «мастер», — У меня нет метлы, да и вообще я не планирую становиться игроком в квиддич. -Это пока что, — уверенно сказал тот, шуточно ударяя мальчишку диванной подушкой, — после занятия с профессионалом ты еще будешь проситься в команду. Так что, мистер Поттер, отправляйтесь спать, Вам нужно набраться сил перед завтрашней игрой!