трудный возраст

дождь царапает мокрыми пятнами тёмный бомбер и тяготит чёрные слегка вьющиеся волосы. тэхён стряхивает капли с мокрого лица и чуть приподнимает уголки губ, сразу же одёргивая себя, словно его подловили на чём-то незаконном. парень прокручивает в голове диалог получасовой давности и хмыкает про себя. — чонгук, детка, твой брат знает о том, что ты собираешься делать? — а ты хочешь ему рассказать? обиженные нотки в звонком голосе режут слух и тэхён, наконец, отрывается от своего байка, тяжело вздыхая и поднимая уставший взгляд на мнущегося возле него и шумно сопящего омегу. маленькая зараза, мастерски манипулирующая старшими. парень не хочет вестись на эти надутые розовые губы и острый умоляющий взгляд из-под растрёпанной копны длинных белых волос, но проваливается практически сразу, когда видит, как нижняя чуть выпячивается вперёд и начинает мелко дрожать. оранжевое и ватное небо сквозь открытое в гараже окно отливает гнездо на голове чонгука чистой медью и тэхён, сам того не замечая, заглядывается, снова вздыхает и откладывает в сторону накидной ключ. младший омега с нелепым хвостом на макушке и крупными бусинами вплетёнными в более длинные пряди у висков вообще никак не помогает. смотрит на него, как щенок своими подведёнными блестящими глазами и терпение тэхёна на прочность испытывает. он должен отказать чонгуку, он явно не тот к кому стоит обращаться с просьбой вроде: «научи быть таким же крутым омегой, как ты», потому что его серебристая ямаха, хуёвый характер, татуировки по всему телу и извечная сигарета в зубах не делает тэхёна крутым. скорее неправильным, пугающим и ебанутым. но как объяснить это чонгуку, что липнет к нему почти с самого начала? с того момента, как хосок говорит шутливо, но серьёзно: «ребёнка мне не обижать», и впервые представляет их компании маленького омегу. тот стоит, цепляясь за брата, весь смущённый, худенький, с опущенным к груди острым подбородком и пунцовыми по-детски округлыми щеками. его сладкий сливочный аромат ненавязчиво забивается в ноздри и тэхёна в этот момент прошибает холодный пот, а тем же вечером он на полной скорости несётся в какой-то клуб и трахает какого-то омегу с запахом молока и светлыми волосами. пиздец носит имя «чон чонгук», а ещё кучу колец на тонких пальцах, серёжек в ушах, хочет сделать септум в носу, татуировку «как у тебя!» и видимо получить пизды от брата, которого тэхён, в глубине души теперь очень сильно ненавидит. потому что скрывать от них такого милашку несколько лет, а потом буквально впихивать ему в руки со словами: «ну ты же омега. знаешь, что делать» слишком жестоко. тэхён омега и тэхён знает. вот только от омежьего в нём только запах, и то тут как посмотреть (мартини всё-таки) и периодические течки раз в месяц, а с другими омегами он обычно делает очень интересные вещи, в которые как правило входит доведения до оргазма, слёз и сорванного голоса. иногда всё сразу, иногда, как получается. но точно не влюблённость с первого взгляда в младшего брата своего друга. ему всего двадцать, а на него спихивают пятнадцатилетку с глазами, как у щенка, с малиновыми от всё того же смущения щеками и пиздец каким усилившимся приторным запахом, что к тому времени, как они всё-таки разговорились, почти лишает тэхёна рассудка и превращает в розовую лужу. а теперь чонгук почти каждый день вот уже два года после школы прибегает к нему в гараж, там же неизменно делает уроки, волнуется за него, во время заездов, почти что силой вытаскивает тэхёна из-под его байка и обязательно тащит домой, чтобы приготовить что-нибудь вкусное и полезное. потому что: «ты такой худой, почему ты ничего не ешь?» и болтает, болтает, болтает без умолку. про каких-то альф с параллельного, про то, как родители начали думать, что он употребляет алкоголь, ведь от него постоянно пахнет мартини, дорогую косметику и про одного счастливчика, чьё имя нельзя называть, и в которого оказывается он влюблён уже второй месяц. чонгук считает парня своим лучшим другом, светится, как лампочка рядом с ним, а тэхён дрочит на него несколько лет и представляет всякое. тэхён поднимается, убирая с лица прилипшие от пота чёрные прядки и смотрит на омегу нечитаемо. — детка, я не буду помогать тебе с завоеванием хуй пойми кого, хотя бы потому, что не знаю, как это делать. ему бы кто помог. он слегка ведёт плечом, морщится от боли и вспоминает чужие маленькие ладони с длинными ногтями, оставляющие яркие всполохи на загорелой татуированной коже и синяки на боках. спина до сих пор саднит и ноет, соприкасаясь с жёсткой тканью водолазки. — и вообще, ты сказал, что этому человеку, и где ты только умудрился с ним познакомиться, двадцать два, а тебе семнадцать. — но тебе столько же! чонгук обиженно выдыхает и смотрит укоризненно, как на маленького ребёнка. — а причём тут я? тэхён отходит от мотоцикла и вытирает испачканные в масле руки тряпкой. — это же не в меня ты влюбился и не со мной отношения собираешься строить. омега оторопело хлопает ресницами и растерянно приоткрывает рот, складывая губы в идеальное «о». отходит на шаг от старшего, который не замечает чужих пунцовых щёк и усилившегося от волнения аромата. — ерунду говоришь, — бормочет чонгук, но запинается, когда видит косую усмешку парня, что даже не смотрит на него и по-быстрому ретируется домой, ссылаясь на тест по биологии, тучи на небе и большую загруженность. убегает, спотыкаясь и почти падая у самого порога, и совершенно забывает про рюкзак. люди спешат поскорее оказаться за пределами улиц, укрываясь от холодных капель большими разноцветными зонтами и различными дождевиками. тэхён думает, что совсем одурел, если действительно променял тёплый гараж на дождь, льющий непрерывной ледяной стеной. он неспешно перебирает ногами, а в голове — круговорот мыслей. совсем скоро у чонгука день рождения, которое он почему-то захотел отпраздновать вместе с ним, но перед этим, конечно же, с родителями и братом. а ещё последний курс инженерного, безответная влюблённость и трезвонящий в кармане бомбера телефон. — ало? — хён, я там у тебя в гараже… э-э… рюкзак забыл. вроде? — я знаю, детка, может откроешь мне дверь? чонгук скомкано прощается, затаскивает промокшего старшего домой, цепляясь за холодную крепкую ладонь и не выпускает с кухни пока не убеждается, что всё его рагу не будет съедено, а какао выпито. и похер, что тэхён ненавидит рагу. омега сейчас от удовольствия, кажется, треснет, и парень чуть не давится едой, когда чувствует усилившийся сливочный аромат. он смотрит настороженно на раскрасневшегося и улыбающегося чонгука, пялящегося на него во все глаза. на его незаконную кроличью улыбку и маленькую родинку под нижней губой. и тэхёна натурально клинит. чонгук ведь только с ним такой. заботливый, вредный и ревнивый. местами капризный, но всё ещё до жути очаровательный, настолько, что обижаться на него парень не может. никто из их компании, если уж быть честным. чонгука любят все, но омега подпускает к себе только его. тэхён хмурится, а вместе с ним и младший: — что-то не так, хён? — всё в порядке, детка. парень задумчиво разглядывает румяные щёки чонгука и мысленно обещает себе подумать. а подумать есть о чём.