Расстояние до цели

Они решили встретиться в лондонском Челси в легендарном пабе «Гренадер», где однажды был пойман на мошенничестве с картами молодой офицер. Он был так жестоко избит приятелями-картежниками, что умер от полученных травм в подвале, куда его отнесли официанты. Считается, что произошло это в сентябре. Именно в это время, каждый год, призрак тревожит богемных посетителей и обслугу. Торжественная безмолвная фигура медленно движется по тесным, с низкими потолками, комнатам. После закрытия в пабе таинственно перемещаются стаканы и бутылки, грохочут опрокинутые невидимой рукой стулья и столы, слышатся шаги в пустых кабинетах, доносятся стоны и вздохи из подвала. Старинный паб до сих пор представляет собой настоящий лабиринт полутемных залов, коридоров, лестниц, подсобных помещений и запущенных кладовых, где хранится потертая мебель. Но хозяевам невыгодно делать ремонт и наводить порядок. Это может спугнуть признака и изрядная часть дохода пропадет. Ведь многие туристы приходят в бар, надеясь увидеть неупокоенную душу молодого офицера. Гарри и Гермиона выбрали «Гренадер» не из-за желания посмотреть на призрака. Они решили встретиться в Челси лишь потому, что никто — даже самые дальние знакомые — никогда не посещали в кишащий лондонской богемой и туристами паб. Здесь можно было,  не опасаясь случайных встреч, поговорить за пинтой темного эля. Именно это нужно им обоим в ситуации, когда Гарри две недели назад разошелся с Джинни, а Гермиона только вчера подписала последние документы о разводе с Роном. Гарри пришел на полчаса раньше. Ему было слишком тяжело находится одному в большом доме на площади Гриммо. Они с Джинни обустраивали дом с помощью шумного семейства Уизли. Столовую, в которой находится буфет, кишащий пауками размером с блюдце, они привели в порядок незадолго до свадьбы. Коридор — раньше длинный и мрачный, с отстающими от стен обоями и вытертым ковром на полу — был покрашен в пастельный желтый.  Длинные изъеденные молью портьеры, за которыми, находился портрет Вальбурги Блэк, заменили на легкие льняные шторы. Старая затянутая паутиной люстра и потемневшие от времени портреты были отреставрированы. И люстра, и подсвечники на расшатанном столе оформленые в «змеином» стиле, они с Джинни чистили каждую неделю. Потом родителям стали помогать сыновья и дочь Лили. Дом сохранил старинный облик, но стал уютным и светлым семейным гнездом. Гарри и сам толком не понимал, когда тихая гавань превратилось в помещение, где он и Джинни иногда ели и ночевали. Дети постепенно подрастали и переставали нуждаться в родительской опеке. Его должность мракоборца отнимала слишком много времени. Жена активно занималась журналистикой и успешно вела спортивную колонку в «Пророке». Ей даже прочили место главного редактора. Именно так все и начинается в казалось бы крепких семьях. Исподволь подкрадывается взаимное равнодушие, и однажды оба супруга понимают, что их уже ничто не связывает, кроме стен, мебели, старинных книг и бытовых приборов. Теперь семейное гнездо окончательно опустело. Младшая дочь Лили — любимица Гарри — сейчас в Хогвардсе вместе со старшими братьями. Джинни улетела отдохнуть в Буэнос-Айрес к подруге с которой познакомилась в две тысячи четырнадцатом году во время финальной игры Чемпионата мира по квиддичу, проходившей в Аргентине, между Сборными Бразилии и Болгарии. В Аргентине сейчас весна и теплый океан. У бывшей жены получится хороший отпуск. Джинни уехала, потрепав уже бывшего мужа по плечу на прощание. Тихий развод без скандалов и некрасивых ссор закончился. Подросшие сыновья и дочь поняли, что родители устали от долгой совместной жизни и решили каждый пойти своей дорогой. «Предсказание профессора Трелони о том, что он вовсе не умрёт в юном возрасте, а доживет до преклонных лет и станет министром магии и отцом двенадцати детей не сбылось по крайней мере в последней части» — с легкой иронией подумал Гарри и присел за столик в самом дальнем углу. Ему не хотелось глазеть в окно на прохожих, а тут было спокойно и расположение позволяло наблюдать за входом и не пропустить появление Гермионы. Сентябрь в Лондоне — это ветер и дождь, хлещушие прохожих. Это мокрый асфальт с прилипшей к нему пожелтевшей листвой дубов и вязов. Сегодня все шло как обычно. Дождь сонно шелестел по оконным стеклам, и этот мерный звук проникал в полутемный паб. Гарри едва не задремал над пинтой темного эля и рыбой с чипсами. Он едва не пропустил звон колокольчика и появление старой подруги. Гермиона сложила простой светло-коричневый зонт, стянула с головы бежевый берет и стряхнула с него капли. — Привет. Сильно промокла? — Гарри привстал навстречу. — Нет. Я приехала на такси, — ответила Гермиона, присаживаясь за столик. — Как ты? — спросил Гарри и в воздухе повисла неловкая пауза. Она тянулась долго и нудно, как прилипшая к подошве жвачка: — Сейчас самое время появиться призраку офицера и разрядить обстановку. Гермиона улыбнулась на шутку и подозвала единственного официанта, который в отсутствии туристов умирал от скуки в углу: — Пинту светлого нефильтрованного. —  Как ты? Ты в порядке? — Гарри задал тот же вопрос. Он просто не знал, что еще можно сказать в такой ситуации. Нужные слова были наготове, но их было нелегко произнести. — Лучше, чем предполагала сама. — Гермиона отпила немного принесенного пива, и оно оставило на верхней губе забавные пенные усы. — У тебя… здесь, — Гарри притронулся к собственной губе. — Спасибо, — улыбнулась явно расслабившаяся Герми и добавила: — Все в порядке. Хьюго останется с Роном, а Роза станет жить со мной. Рон слегка растерян, но это пройдет. Он всегда обладал легким характером. Может, найдет себе кого-нибудь в скором времени… У меня бы не получилось поддерживать жизнь в отношениях, которые давно превратились в труп. — Сейчас я убедился, что ты действительно в норме, — откликнулся Гарри на шутку старой подруги. Почему бы не сказать ей прямо сейчас, что все эти годы думал о ней не только как о смелой соратнице в борьбе с Волан-де-Мортом, необычайно талантливой и образованной леди? Нужные слова не шли с языка. Слишком рано. Но как бы не упустить время. Потом их снова увлечет работа, карьера, адаптация к новой жизни. Они займутся каждый своими делами, снова упустят момент. Как это уже случилось однажды в лесу, после скандального ухода Рона Уизли. Они были слишком измотаны охотой за крестражами и не нашли слов. Слова в этом мире имеют слишком большое значение. Взглядов и прикосновений слишком мало, чтобы дать понять другому человеку, что чувствуешь. — А ты? — Герми вопросительно посмотрела на него. — У тебя все хорошо? — Да. Я больше всего беспокоился за Лили. Но у нее оказался более твердый характер. Или сам не заметил, что моя собственная дочь уже взрослая и разумная… — Гарри собрался с духом. — Я хотел бы пригласить тебя в следующие выходные в Дувр. Туристический сезон закончился и там будут только белые меловые скалы, чайки над морем и мы с тобой… — Холостые и свободные, — неожиданно закончила Гермиона и увидев растерянность на его лице, поспешила добавить: — Нам обоим не помешает развеется, а что может быть лучше кемпинга и пикника? У Гарри отлегло от сердца, и он нашел в себе силы согласно кивнуть. С переполняющими его эмоциями разберется потом, когда приведет мысли в порядок. — Прости, мне пора бежать. Дела никто не отменял. — Герми отставила в сторону недопитую пинту и, открыв сумочку, достала коробочку мятных леденцов. Она положила один в рот, а коробочку протянула Гарри: — Возьми в качестве своеобразного залога. Снова зазвенел колокольчик, и Гермиона скрылась в прозрачных струях дождя. Гарри ковырнул вилкой остывшую рыбу. Между ними расстояние лет, прожитых в браке с другими, служебные обязанности и много невысказанных чувств. Но расстояние не замечаешь, если перед тобой определенная цель. У Гарри она точно есть, и он ее видит очень четко, а расстояние они преодолеют, делая каждый день шаги навстречу друг другу.