Только потому что есть ты

Большие хлопья снега медленно падали вперемешку с холодными каплями дождя. Рубашка неприятно прилипала к телу, так же как и спадающие на лицо, мокрые пряди волос. « Снова этот с о н » — Дилюк, прошу постой! – Чуть ли не во весь голос кричит Кэйя, смотря на спину красноволосого. — Ты сам все испортил. Лжец и предатель.. Я не желаю больше тебя видеть! – Громко рявкает Рагнвиндер, то ли со слезами на глазах, то ли это просто дождь, крупными каплями катился по его щекам. Ему самому больно говорить это, Кэйя был для него семьёй, единственным, что было для него дорогим. Но Альберич сам все испортил. Видеть его Дилюк больше не желал. Н и к о г д а. — Дилюк… Не оставляй меня.. – Снег, что уже полностью превратился в дождь, приглушал тихий плач и чужие, уходящие в даль шаги. — Хотя-бы ты... Прошу.... – Опускаясь на мокрую землю, умоляюще шепчет Альберич. Но Дилюк уже пропал из виду. Исчез. Он снова один. Вокруг только немая пустота, боль, что будто в тиски сжимала грудную клетку и дождь, который колотил по лицу, смешиваясь с горьким слезами. Снова эта непроглядная темнота и крутящиеся в голове, словно заевшая пластинка, слова: « Лжец! Предатель! Не хочу тебя видеть! Ты все испортил! » Вскочив с кровати, будто ошпаренный, Альберич хватается за свою рубашку в районе груди, сжимая ткань сильнее с каждой секундой, пытаясь отдышаться. Снова этот кошмар. Он преследует капитана, уже которую ночь подряд, не давая покоя. После него становится слишком паршиво, дышать почти не возможно, будто доступ кислорода перекрывается, а на глазах толстая пелена слез не дает и увидеть, что этот сон наконец закончился. — Что же мне… делать?... – Тихо задает сам себе вопрос Альберич, опуская взгляд вниз, давая большим каплям скатиться по щекам на белую простынь. Он понимает все. Ему никогда не избавиться от этого кошмара. Он будет преследовать его, сковывать словно тяжёлые кандалы, каждый раз надавливая на все ещё не заживший шрам. Это расплата за всю ту ложь и боль что он доставил своей семье. Д и л ю к у. Но вся пустота резко, в один миг исчазает. Тёплые руки касаются до сих пор дрожащий плеч, а ровное, такое же тёплое дыхание ударяется в изумрудно-синие пряди, оставляя на макушке мягкий поцелуй. Весь тот неприятный осадок растворяется в темноте. Все снова становиться тёплым и мягким. Только благодаря е м у. — Снова кошмар? – Сонный, хриплый, но такой любимый голос раздается в тишине, а руки заводятся вперёд, заключая капитана в объятия. Щекой аккуратно опускаясь, чуть ластясь о спину, Рагнвиндер обнимает Кэйю сильнее, чувствуя его рваное дыхание. Он понимает что Альберич плачет, поэтому и не поворачивается лицом к лицу синеволосого. Кэйя не любит показывать слезы, но только в присутствии своего принца он может позволить себе искренность. Вот как сейчас. Он не успокаивался, не заминал ком, что стоял в горле, из за горячих слез и не начинал судорожно убирать их с лица. Он лишь укладывает свою ладонь на тёплые руки, что обнимали его со спины, немного успокаиваясь просто от присутствия Дилюка рядом. — Д..илюк... – Голос предательски дрогнул, не давая продолжить начатое. — Я не брошу тебя, Кэйя, – Понимая что хотел сказать Альберич, Дилюк отвечает сразу же, не дожидаясь продолжения. А Альберич боится. Боится что этот вечный кошмар, что навещает его каждую ночь станет явью. Что он больше не сможет ощутить эти мягкие объятия и поцелуй в макушку. Это его самый страшный кошмар. — Я буду рядом, обещаю, – Снова разрывая тишину выдаёт Дилюк, оборачиваясь к Кэйе, подсаживаясь ближе, убирая пряди с его лба, мягко целуя. Тёплой ладонью аккуратно проходясь по щеке, стирая солёные слезы, он уводит руку на затылок, вновь притягивая Альберича к себе, заключая в объятия. На что тот лишь слабо улыбается, хватаясь за рубашку на спине Рагнвиндера, обнимая в ответ, сжимая белую ткань, будто боясь отпустить. Вся пустота внутри тут же заполняется тёплыми чувствами, а тьма, что охватывпла с ног до головы, разрывается лучами яркого света. Дилюк был его светом. Он тот, без которого Кэйя не сможет прожить. Тот, без которого он прожигал свою душу болью и одиночеством. Дилюк – это его в с е. Он будет беречь его до конца. Он не даст этому проклятому сну стать реальностью. Он изменит судьбу, перепишет сами звезды, но ни за что не даст случиться тому, что он видит каждую ночь. Только ради Дилюка он продолжит терпеть эти глупые кадры что проносятся перед глазами каждую ночь. — Твой сон никогда не станет реальностью, – Будто читая мысли синеволосого, выдаёт Рагнвиндер, закапываясь пальцами в мягкие пряди на чужой макушке. А Кэйя лишь сжимает чужую рубашку сильнее, прижимаясь ближе к Дилюку. Он справиться со всем. Только потому что у него есть тот, кто заполняет всю пустоту, приглушает всю боль и селит в сердце самое тёплое чувство. Только потому что у него есть Дилюк.