Дневник Рабыни

«Время близилось к новому году. Я ждала письмо от родителей. Гермиона, я и остальные начали украшать Хогвартс. Всюду царило новогоднее настроение. Даже мне было не так плохо, как обычно. Я все ещё помнила, что сегодня мне нужно будет удовлетворить Гермиону. Это немного портило мне настроение, но не так сильно, как издёвки от Пэнси Паркинсон и Дафны. Сегодня они придумали что-то новое и облили меня ледяной водой, а затем облепили конфетти. Скоро уже новый год, а я никак не смогла взять трусики Чжоу, Пэнни Хейвуд, Луны и Лаванды. С ними всё очень сложно. Мне было страшно.» — Где будешь проводить Рождественские каникулы? — спросила Гермиона. — Надеюсь, что дома. У родителей. — ответила Бэтти. — Только что-то они и не пишут мне. — Если вдруг не получится, то жду тебя в Норе. Ну дома у Джинни. — предложила Гермиона. — Мои родители не смогут меня принять дома, они заболели. А в Норе будут все, Гарри, Луна и даже Эмили. «У меня не было аппетита, я разговаривала с Гермионой и не притрагивалась к еде. Все из-за Макса, я влюбилась в него. Он даже не знал этого и трахался с Джинни. У меня с девушками больше опыта, чем с парнями. Какой ужас. И вот, наступил вечер, многие студенты ждали писем от родителей, я наконец получила от них ответ. Но это было совсем не то, что я ожидала услышать. Они собираются уехать в Австралию, в отпуск, и только вдвоём. То есть мне придётся оставаться в Хогвартсе совершенно одной? Все в этом году уезжают. Хорошо, что Гермиона предложила приехать в гости к Джинни. Я очень люблю Джинни, она такая позитивная, она приветливая, ко мне хорошо относится. Вообще, я начинаю задумываться. Раньше ведь я была совсем невидимкой, никто почти не замечал, кроме хулиганов. Я подвергалась вечным издевкам. А сейчас у меня есть подруги. Стало быть не всё так плохо. Ну кроме того, что я безвольная рабыня. И то мне кажется, что я ещё пока не являюсь ей в полной мере. Я ведь могу делать, почти что захочу. Пусть и приходится выполнять всякие извращенные фантазии Снейпа. Элли куда-то пропала, она какое-то время не общалась со мной. Оно и к лучшему, подумала я. Но Элли лишь готовила что-то для меня. Что-то, что вряд-ли мне понравится. Я так хотела бы уехать на новый год, но боюсь, что останусь в этом проклятом замке.» — Что пишешь? — неожиданно спросил Макс у Бэтти. «Я растерялась, вся покраснела. Макс такой красивый…он заговорил со мной. Неужели. Неужели я всё-таки стала заметной?» — Я…да…так…- ответила Бэтти. Она случайно уронила дневник. Макс был не из тех, кто читает чужие дневники. — Расслабься. Ты так напряжена. — сказал Макс. — Я…хорошо…попробую. — ответила брюнетка. — Слушай, я хотел бы попасть в ваш клуб. Туда парней вообще берут? — спросил Макс. — Да…да… «Черт, он говорит со мной только потому, что хочет попасть в наш клуб. Но там много красивых девушек…мне будет тяжело смотреть на это. Ну почему я не могла влюбиться в кого-то другого, а не в самого красивого парня в школе? Макс вряд-ли выберет меня. Мне нечем даже привлечь парня. — Может у тебя заниженная самооценка? Ну после всего того, что случилось с тобой ранее. — ответил Дневник. Раз уж напомнил. Много, что произойдёт за эти годы. Мои ожидания, что всё будет хорошо рухнули уже в поезде, в самой первой моей поездке в Хогвартс. Уже тогда меня начали высмеивать и обижать. В те годы я выглядела страшненько, носила очки и брекеты, имела две нелепые косички. У меня часто отнимали мои очки, Пэнси их и вовсе смыла в унитаз. После этого, я всё же смогла поправить зрение, избавилась от брекетов и косичек. Моя прическа стала более привлекательной, но меня перестали замечать. На моем факультете даже не все знают, как меня зовут, не то что на других. Сейчас вроде бы налаживается всё, а вроде и нет. Меня использовала Гермиона, меня чуть не изнасиловали Слизеринки, я занимаюсь непонятно чем. Мои родители сошли бы с ума, узнав, что происходит сейчас со мной… но они добивают меня. Я им безразлична.Собственная дочь им безразлична. Я хотела встретить новый год с ними, как это было раньше. Но увы…» — Заканчивай уже писать. — сказала Гермиона. — моя киска уже готова. — А ты ее хотя бы помыла? — спросила Бэтти. — Нет, мы же вместе ходим мыться, ты бы это узнала. — ответила Гермиона. — Тебе совсем не жалко меня, Гермиона? — спросила брюнетка. — Я жалела тебя. Тебе жалко сделать куни своей подруге? — спросила зазнайка. — Обязательно звать тебя Госпожой? — спросила Бэтти. — Конечно, каждое неправильное обращение, вялое и небрежное отношение к моей киске, будет караться ударом по лицу. — ответила Гермиона. — О…Боже…- произнесла с горечью Бэтти. — А ты как думала? У меня из-за тебя огромные неприятности в лице Снейпа. Ради тебя мне пришлось сосать этому ублюдку, хорьку Малфою. А тебе даже подыграть мне тяжело. — ответила Гермиона. — Подыграть? — Недоумевала Бэтти. Гермиона поняла, что проболталась. — Да. Единственный выход, это играть пока свои прежние роли, пока я не найду выход. — ответила Гермиона. — Тебе легко говорить, тебе то не приходится лизать ноги и вагину. — сказала нахмурившись Бэтти. — Это ужасно, ни одна другая девушка не вытерпела бы такого унижения… а вдруг тебе понравится, и ты не станешь мне помогать? — Давай лижи уже. — ответила Гермиона и ткнула Бэтти головой в свою киску. «Отличное завершение дня…это так мерзко и унизительно. Хочу сказать, что сегодня я старалась удовлетворить Гермиону, чтобы не получить по лицу. Я лизала этот солёный и мокрый клитор, пила соки из ее киски. Кстати, они довольно неплохие на вкус…как бы там не было, мне всё равно было плохо, я чудом не сблевала. Гермиона же, мило стонала и извивалась. Затем она достала новую игрушку. Некий намордник с прикрепленным к нему фалосом. Я уже поняла, что это предназначалось мне.» — Одевай. — сказала Гермиона. «Она помогла мне одеть этот унизительный намордник. Гермиона направила фалос себе в киску. Мне нужно было трахать ее, шевеля своей головой туда сюда. Занятие очень утомительное. У меня устала моя шея, а от неприятного запаха резало уже глаза. Естественно, я как обычно преувеличиваю, Гермиона не могла бы быть такой токсичной. Просто это было тяжело для моего восприятия.» — Что ты там мычишь? — спрашивала Гермиона. «Я хотела уже прекратить это, Гермиона взяла меня за волосы и начала сама управлять моей головой, окуная моё лицо в свою промежность. Я не могла ничего сказать, намордник мешал, из него торчал фалос. Затем, Гермиона уложила меня на спину и оседлала этот фалос и начала скакать на нем. Мне было больно, намордник сильно давил мне на лицо под ее весом. По моим глазам текли слезы, я еле сдерживалась, чтобы не закричать, да и не смогла бы крикнуть из-за намордника. На мое лицо стекал пот Гермионы, она сильно вспотела. Гермиона получила оргазм, ее ноги задрожали, я чувствовала это. По телу скатывались капельки пота, а из киски текли соки. Я вся была в этом коктейле из ее выделений.» — Фухх…как же хорошо… — произнесла Гермиона. «Она сняла с меня намордник и я наконец-то могла спокойно дышать. Все моё лицо было красным и мокрым. Я пошла к умывальнику, чтобы умыть лицо.» — Как ты? — спросила Гермиона. «Я молча села на кровать. Мне нужно было время, чтобы прийти в себя после такого. Я легла и смотрела в потолок.» — Не очень…по мне будто каток проехался. — ответила наконец Бэтти. — Всё ради того, что бы сделать приятное. Завтра еще и трансфигурация…терпеть её не могу с тех пор, как Снейп ввёл это новое правило. А уроки я делать не успеваю из-за того, что постоянно помогаю тебе. — Завтра вообще-то не будет ее. Радуйся. Макгонагалл сказала, что будет репетиция Рождественского концерта. — сказала Гермиона. «Ничем хорошим это не могло обернуться. Стоит заметить, что Макгонагалл выглядит красиво для своих лет, лет примерно на сорок. Неужели она пила эликсир продлевающий жизнь?» — Не могла бы ты показать свой дневник, Бэтти? — спросила Минерва. «Черт, вот я и влипла. Если она увидит, что я понаписала, то мне конец. Она же замучает меня. Минерва пролистала мой дневник, ее лицо становилось всё строже и строже.» — Это такой ужас… — произнесла Макгонагалл. — Вернёмся к этому разговору после каникул. — Что меня ждёт? — спросила Бэтти. — Наказание. Жестокое наказание. — ответила Макгонагалл. «Взглотнув ком застрявший у меня в горле, я пошла обратно. Что же меня ждёт после каникул? На удивление, мне дали не самую худшую роль. Но за любой мой косяк, мне приходилось выполнять различные унизительные действия. Гермиона играла Принцессу, Дафна королеву, Джинни играла пиратку, а Луна Алису в стране чудес. Я играла гонца. Да, мне досталась мужская роль. Меня даже ждала сцена поцелуя с Гермионой. В общем, ничего необычного. Самый обыкновенный спектакль. Единственное чего я теперь боюсь это то, что сказала Макгонагалл. Вот и наступили каникулы. Конечно, я мечтала провести каникулы дома, но в Норе было очень уютно. Гермиона переоделась, теперь на ней был красный свитер и бежевые штанишки. Джинни же, одела зелёный свитер и коричневого цвета штаны. Ну, а Луна так и была в синей юбочке, запачканной красками. На ножках носочки, раскрашенные всеми цветами радуги, но совсем не в том порядке. Молли встретила нас очень приветливо. Мне сразу понравилась эта женщина, очень добрая, но когда нужно строгая. Держу пари, она была такой же красоткой, как и Джинни сейчас. Просто она пережила столько родов, хотя осталась вполне себе красивой. Конечно, годы дали знать о себе. Вечер был чудесным, мы веселились, пили сливочное пиво и ели печенье. Но так длилось недолго…меня опять использовали как подставку для ног, только теперь на мне были ноги сразу трех девушек — Гермионы, Джинни и Луны. Затем Гермиона решила опять посидеть у меня на лице в своих светлых штанах. Я сквозь них чувствовала этот мерзкий запах…» — Ты там вообще живая? — спросила Лаванда. — Девочки…что тут у вас происходит? — удивленно спросила Молли. — Почему Гермиона сидит на лице у Бэтти? — Она проспорила. — сказала Джинни. — Это какое-то безобразие. — сказала Молли. «Гермиона ёрзала на моем лице, все моё личико уже пропахло ее попкой… как вдруг…она издала залп, прямо сидя на мне…я еле сдержала рвотные позывы. Этот мерзкий запах каких-то яиц и брокколи…ужас. Мне хотелось скинуть с себя Гермиону, но я не могла. Запаху некуда было деваться, кроме как прямиком мне в нос…конечно, диффузия работает совсем не так, но Гермиона специально наколдовала, чтобы никто не учуял запах, кроме меня, отравляя меня им каждую секунду. Затем она наконец встала…я подумала, что на сегодня мои мучения закончились, но остальные девушки сочли всё это забавным и решили тоже попробовать. Лаванда была первой. Моя оказалась накрытой ее юбочкой. Я вдыхала носом аромат её ануса.....черт, я пишу всё так подробно, мне Элли велела это делать, держу пари, это она всех надоумила. Запах очка Лаванды был совсем иным, нежели у Гермионы, более терпким. Сразу за Лавандой, на мое лицо села Чжоу. У нее были розовые панцу в красную полосочку. Это выглядело мило, но запах очень странный, совсем не похожий на предыдущие. Следующей была Сьюзан, она села своей большой пухлой попкой на меня, и тут же накрыла меня.» — Ого…ты ее не раздавишь? — спросила Гермиона. — Бедная Бэтти. — сказала Молли. — Такой огромной задницей придавило. — сказала Лаванда. «Сьюзан засмущалась. Она чувствовала мою голову промеж своих булок. Сьюзан довольно быстро ушла, затем настал черед Джинни. Ее попка мне понравилась больше всех, хоть и тоже была не самой приятной… я чувствовала огромный стыд…девушки просто унижали меня на глазах у Молли Уизли, мало того, процесс сам по себе не из приятных. Гермиона тем временем оседлала лицо Лаванды, хоть та и долго сопротивлялась, зазнайка одержала над ней победу.» — Ма, может ты попробуешь? — предложила Джинни. — Оу… Джинни. У меня не совсем чистые трусы. — сказала Молли. — да и мне вообще всё это не нравится…то что вы делаете. — Бэтти переживёт. — сказала Чжоу. — Вам нечего бояться, у нас у всех трусы недостаточно чистые. «Девушки начали уговаривать Молли. Я же, пришла в ужас…только не Молли! Но она все же послушала их. Она встала надо мной в своём халате, задрала его, я увидела её белые трусы, попка зажевала их. Для такой дамы, попка была вполне неплохой, толстоватой конечно, больше, чем у Сьюзан и шире.» — Девочки…прошу.не надо. — говорила Бэтти. «Но они не слушали, как и не слушали до этого, когда я их просила и сопротивлялась. Молли медленно и аккуратно спустилась ко мне на лицо. Я тут же утонула в ее большой заднице. Трусы. Их давно пора поменять, мне стало очень противно. Под ее попкой я и просвета не видела… скажем, это совсем не та сторона, с которой я хотела узнать уважаемую Молли. Осталась только Луна. Но она решила отказаться.» — Вы не понимаете, она не готова…к такому. Это даже может ее убить. — сказала Луна. — У тебя настолько ядовитая попка? — спросила Джинни. «Луна не мылась весь семестр…боюсь представить что за аромат там…на самом деле от нее должно было вонять уже помойкой, но от Луны пахло довольно приятно, чем-то сливочным.» — как-нибудь в другой раз… сейчас она не готова. — сказала Луна. «Я съёжилась на полу, осознавая, что рано или поздно мне всё-таки придётся пройти через это.» — Как ты, бедняжка? — спросила Молли у Бэтти. — Не очень… — ответила Бэтти. — Гермиона, слезь уже с меня! — крикнула Лаванда. «Завтра уже Рождество. Я переживала над тем, как оно пройдёт для меня. После сегодняшнего вечера, мне всё еще было плохо. Неужели завтра меня ждёт что-то похуже этого?»