Каста убийц

Пеки Роберт Джонс

Вновь мои ноги в чёрных кедах неспешно шагали по мощёным дорожкам. Мимо толп людей, мостов, клумб, вдоль домов я направлялась к площади здания Эрмитажа, допивая кофе, потому что не так уж и давно прервала свой сон. Пол ночи занималась чем-то не очень миру понятным, да и не особо нужным. Хорошо идти сейчас и не ловить на себе чужие взгляды. Обычная девочка с русыми волосами в простой светло серой футболке и уже по классике синих дырявых джинсах. Глаза ещё со вчерашнего вечера не блестели зелёным, а отливали голубой сталью, не выделяя меня из таких же проходящих мимо людей. Подходя к месту долго искать нужную фигуру мне не пришлось. Хоть я и не видела девушку при свете, выделить её из толпы было довольно просто. Низкого роста, вся в тёмном, как ворон, с двумя длинными чёрными косами ниже ягодиц, она стояла опустив глаза в телефон не глядя по сторонам. — Не знала, что ты гот, - первое, что вылетело из моих уст. — Не твоё дело, - хмыкнула Пеки, отрываясь от телефона и переводя на меня взгляд своих... Зелёных глаз? С нормальным зрачком? Неплохо, изменять родной глаз на человеческий - важный навык. — Не обольщайся, такие мелочи в мои дела не входят. — Замечательно, куда мы потащимся? - безразлично поинтересовалась демон, убирая телефон в карман кожаной куртки и оглядываясь. — Без разницы, зависит от того, насколько хорошо ты знаешь город. — Вдоль и поперек, каждый самый серый угол и места без лишних глаз, - протараторила без запинки та. — Ты родилась в Питере? - поинтересовалась я, пренебрегая правдоподобностью её слов. — Переехала четыре года назад. Не понял... Она хочет сказать, что за несчастные две пары лет узнала весь город? Допустим ей не нужно ходить в школу, но у неё всё равно есть работа, во всяком случае должна быть. — Позволь спросить, каким образом ты изучила огромный город, прожив в нём всего четыре года, когда людям, родившимся тут, требуется пол жизни чтобы всё посмотреть? — Я тень, я уже говорила. Везде где есть тень - есть и я. — То есть ты можешь следить за человеком, прячась в его тени... — Да, - она отвечала скучающим голосом, как бы говоря о чём-то нудном, обычном. Последнее моё предложение вопросом не было, скорее мысль в слух. Вероятно то, что происходило в той комнате, доказывает факт о её слиянии и единстве с тьмой. Хороший шпион бы из неё вышел. — Может есть места которые запали в душу? — Финский залив где Петергоф, около яхт клуба, - сказала Пеки, вбивая гвоздь в гроб разговора о городе. Вердикт направления был задан и без каких либо возражений мы пошли к заливу в бархатном молчании. Нарушать тишину не хотелось и нужды в этом не было. Порой и без слов понятно, что атмосфера час-пика, когда гуща людей добиралась домой с работы, не считая туристов, была приятна нам обеим. И по старой привычке, механическая закономерность: эскалатор, платформа, вагон, платформа, эскалатор и снова румяное небо над головой. Мы уже шли по грунтованной тропе мимо величественного фонтана, когда я заметила, что спутница глубоко задумалась. Это было понятно по пустому взору, который даже не удосужился уделить внимание мраморной резьбе изящной девы, окружённой струями бьющей ключом воды. Она подняла взгляд с земли, услышав мой голос, разорвавший затяжное молчание: — Задумалась? — Немного, - ответила Пеки, впервые за последние минуты оглядывая окружающую среду. — И чем же? Слишком ниц пала твоя голова. Она остановилась, на мгновение взгляд её снова стал безжизненно пустым. Но вот она вновь сдвинулась с места, отвечая на ходу: — Да так, думаю убьёт ли меня отец, если узнает, что я попала в касту, как должница семье Фауст. — Это твой выбор, можешь не вступать, - сказала я, намеренно давая ей ощущение свободы выбора, ибо она уже настроилась вступать, но не забыв упомянуть слово долг, нацеленное на её знатное эго, - и долг я на тебе не держу, забудь. Просверлив меня глазами будто говоря: "Тебе легко говорить, не ты сидела с ножом у горла", девушка стала осматривать ухоженную растительность. Едкие нотки в её взгляде исчезли и она опять едва заметно понурила нос. Странно, она выглядит подавленной. Вероятно вопросы про её отношения с отцом будут в разговоре запретной темой. Даже если ответит - либо соврёт, либо пошлёт. Слишком мало мы знакомы для тёплого разговора по душам. А ведь если подумать, вроде демон, но абсолютно не умеет скрывать эмоции. Ей это в минус, но значит она просто-напросто живая, не оловянная фигурка, которая даже когда попадёт в пылающее пламя не изменится в лице. Человек с каменным лицом - мёртвый, а значит - самый опасный. В этот раз её возглас вырвал меня с колеи мыслей, нить которых уже в то время потеряла направление. Она сказала чуть громче, чем ранее, перекрикивая ветер, так как мы подошли к каменистому берегу: — Похоже теперь ты потерялась в собственной голове. Ну её губах впервые проступила понимающая улыбка, какая же она милая. Но вскоре она устремила взгляд в даль, ловя глазами каждую волну. — Все мы порой теряемся в извилистых каналах памяти, - проговорила я и отвела взор туда же, куда и она, - и хорошо, если рядом есть человек, который сможет вовремя вернуть тебя в реальность. Расскажешь о себе что-нибудь? — О себе... - не отводя взгляда от воды она чуть задумалась, - сморя что ты хочешь от меня услышать. — Правду, - просто ответила я. Какие у неё однако мысли глубокие: "Что я хочу услышать?". Да всё, что твоя душа грешная поведает. — Мне кажется, ты уже знаешь большую часть. — Ты говоришь, так, будто пришла на собеседование и у меня на руках твоё портфолио, - я не смотрела на неё, а она на меня, но как же прекрасно чувствовалось её желание меня перебить, - меня сейчас мало интересуют формальности. Однако, я не принуждаю тебя к красочному сочинению по теме "Моя жизнь". Голова Пеки дёрнулась, я думала она хотела посмотреть на меня, но мою самооценку стёрли в порошок, когда мой собеседник стал с интересом рассматривать чаек в небе. Надо, наверно, задать вводный вопрос, иначе наш диалог стал походить на игру кто дольше будет молчать. Значит, спрошу то, о чём она сегодня даже не думала — Когда у тебя день рождения? - да, я гений русской демократии, но реакция себя ждать не заставила. — 31 октября, а что? - с опаской косясь на меня ответила демон, пытаясь найти корень моего подхода к диалогу. — Просто стало интересно. Сколько тебе исполнится в этом году? - задала я уточняющий вопрос, отметив, что стою рядом со скорпионом, который родился перед Хеллоуинской ночью. — Должно исполниться 14 лет, хотя я не люблю праздновать дни рождения. О, чёрт, как же нервирует, что она разглядывает птиц и даже не пытается на меня посмотреть! Эта девчонка закапывает моё эго на дно Финского залива. Бесится человек, который со столь же наигранным интересом смотрел на отходящую от пристани маленькую яхту. А мы сто́им друг друга. — Почему не любишь праздновать? — Не знаю, так получилось, - произнесла девушка, благополучно намекая на закрытие и этой темы. Это была ложь, такая сладкая, бессовестная ложь. Я начала с вопроса о дне рождении, а теперь вероятно мы дошли до какой-то детской травмы. После я пыталась ещё поспрашивать её о мелочах, но доходя до более сокровенных тем разговор сходил на "нет". Наши лица обволакивал влажный ветер, а речь новой знакомой со временем обретала раскрепощённость. Прошло порядком времени, мы уже собирались уходить, Пеки остановилась и в мгновение оказалась на небольшой скале в метрах 10 от нас. Крупный булыжник омывали мерные волны, каждый раз сталкиваясь с ним, вода пенилась, будто недовольная преградой на своём пути. Зрелище было утягивающее, в сравнении с пейзажем, изящный чёрный силуэт девушки казался крохотным, а две длинные чёрные косички развивались в такт порывам ветра. Тем исчадием ада, что буквально вчера пыталось меня убить, сейчас управлял горизонт моря и бескрайнее небо. Чтобы оказаться рядом с ней, времени заняло у меня не более, чем у неё. Уже в тот же миг я с наслаждением оказалась рядом, отдавшись природе вокруг нас. Она жила сама, а мы для неё не имели значения. Передать эмоции в таких случаях не сможет ни одно слово, ни одна фраза, ни один язык. Уникальное состояние, как же жаль, что мы такими темпами опоздаем к назначенному времени. — Пеки, нам пора, - мне пришлось говорить на повышенном тоне, дабы перекричать свист воздушной массы. Она без единого звука посмотрела на меня и кивнула. Я оглянулась и, убедившись, что вокруг не было ни души, протянула ей руку. Последний раз взглянув на линию горизонта она положила свою ладонь на мою, понимая, что я хочу сделать. Мы телепортировалась в лишь мне известную глушь, стояли на тропинке в невзрачном перелеске. Я направилась в сторону редких деревьев, где начиналась плотная лесная чаща, а моя новая знакомая пошла за мной. Конец второй главы