Написанное тобой

– Будешь в следующий раз следить за языком. Пинок в живот. Софья хрипло кашляет, дрожащими руками хватается за место, куда пришелся удар. Парень сжимает в кулаке рыжие волосы, совсем не жалея, быстро тараторит, пока глаза бегают туда сюда. Боится, что кто-то увидит. – Скажу сразу – говори об этом кому хочешь, но я в любом случае останусь безнаказанным. Уж поверь, меня отмажут. Последнее, что видит Соня – удаляющийся силуэт.

***

Алина пишет Сомусевой уже десятое сообщение. Ни на одно она так и не получила ответа, что очень сильно напрягает. Нервно кусает пальцы и всё продолжает строчить, а после обессиленно вздыхает, поджимая дрожащие губы. Алина Олешева Сонь, может погуляем сегодня? 15:50 Чего не отвечаешь? 16:02 Сонь! 16:04 Ты на допах еще, что ли? 16:04 Я уже волнуюсь, ты же всегда сразу отвечаешь… 16:12 Сонечка, я надеюсь, что ты просто занята 16:13 Ответь, пожалуйста 16:13 Да что ж такое 16:14 Ты уже должна быть дома 16:16 Напиши мне сразу, как сможешь 16:16 Но волноваться начинает куда сильнее, когда осознает, что ни одно сообщение не получено.

***

– Как, говоришь, его зовут? – Дима Катаев, мой одноклассник. Я шел дежурить, увидел, что он пнул ее несколько раз, сказал что-то и быстро ушел. Кстати, ему все всегда сходит с рук. У него отец работает в ментовке и все разруливает. – Ладно, будем разбираться. Спасибо тебе огромное, парень. Соня приоткрывает глаза, но моментально одолевает дикое желание закрыть их обратно. Все тело ломит и кажется, будто сломаны все кости. Взор сразу падает на белоснежные стены и отца, стоящего неподалеку. Он нервно перебирает пальцы, глубоко вздыхает – делает так всегда, когда переживает. – Папа? – Борис незамедлительно оборачивается, в два больших шага подходит к дочери, усаживаясь рядом с койкой на стул, – я в больнице? В памяти не сразу, но начали воспроизводиться события несколько-часовой давности. А к горлу подкатывает тошнота от омерзения, хочется выблевать весь желудок к чертовой матери. – Да, доченька. Помнишь то, что было? – от вида рассеянного и испуганного папы сердце Сони сжимается. Он должен только лишь улыбаться, и никак иначе быть не может. – Помню, – сухо отвечает девушка и погружается в раздумья, до крови искусывая губы. – Нам с тобой очень повезло, Сонечка. Парень один все происходящее увидел и помог тебе. И тот самый... – Борис вздохнул, стараясь всеми силами не выражаться перед дочкой, – оказался его одноклассником, поэтому найти будет не трудно. Понесет наказание по полной программе, даже не смотря на то, что отец его работает в полиции, я так это все не оставлю. А вот в больнице тебе придется полежать несколько дней. Софья поворачивает голову и засматривается в окно. Произошедшее до сих пор не укладывалось в голове. Но все плохие мысли в миг улетучились, ведь в голове вспыхнул образ Алины: ее милейшее личико, мягкие волосы, яркая улыбка, чудесный смех. Воспоминания заставляют Сомусеву невольно улыбнуться, а тоске пробраться в сердце. – Несколько дней… Пап, мне нужен мой телефон. Сомусев достал из кармана брюк телефон дочери, положил гаджет на тумбочку рядом с койкой. На экране высветилось десять сообщений от Олешевой.

Софья Сомусева

Алиночка, только не переживай, я в больнице 17:31

Алина прибежала уже через двадцать минут и до последнего не хотела уходить от подруги, пока время посещения не закончилось, а потому друзей пришлось разлучить. Но у Олешевой и в мыслях не было бросать Софью. Она пришла и на следующий день, «рассказывая» Соне все то, чего было интересного в школе. Внимательно следя за жестами розоволосой и ее действиями, Сомусева теперь уже точно осознала, что влюбилась в это чудо по самые уши.

***

– Знаешь, Алиночка, с приходом тебя в мою жизнь, она стала похожа на какой-то фанфик, – Соня тихо захохотала и взяла подругу за руку. Та смущенно улыбнулась, отвела взгляд на яркую радугу, что в декабре светила специально для девушек. «Мне точно такая же снилась пару месяцев назад» – подумала про себя рыжеволосая, обратив внимание на то, куда посмотрела девушка, а следом потянула Алину в парк. – Как будешь новый год исправлять? – поинтересовалась Сомусева, заглянув в глаза Олешевой. Розоволосая задумалась на пару секунд, а после обреченно вздохнула. – «Никак. Мама уедет к родственникам. Хотела и меня взять с собой, но там мне делать точно нечего. Поэтому, буду одна пить шампанское» – А у меня папа к друзьям поедет, все равно ему со мной скучно будет... Слушай, а может вместе отпразднуем? – глаза Сони загорелись, а губы растянулись в улыбке. – «Это хорошая идея! Тогда встречаемся у меня, хорошо?» – Отлично! С меня шампанское и что-нибудь покрепче, – Соня радостно прыгнула в сугроб под тихий смех Алины.

***

Тридцать первого декабря рыжеволосая девушка со всех ног бежала к своей подруге. В рюкзаке звенели бутылки с различным алкоголем, создавая своеобразную мелодию. Везде была суета: люди как можно быстрее бежали к родным людям праздновать Новый год, а Софья не была исключением. Алина же во всю подготавливалась к приходу гостьи: делала немного различных салатов и других блюд, наводила в квартире порядок, создавала атмосферу праздника в каждой комнате. Звонок в дверь, а после звук девичьего смеха, открытое шампанское, пылающие щеки от выпитого в крови. На часах одиннадцать вечера. Помещение окутано музыкой из плейлиста Сони на минимальной громкости, в бокалах разлита далеко не первая порция алкоголя. Алина хохочет от очередной шутки, допивает уже который по счету бокал шампанского. Встает с насиженного места, а песню включает погромче, пока податливое тело плавно двигается в такт. Рыжеволосая на нервах. Сегодня она намерена признаться Олешевой в любви, но никак не может собраться с мыслями. Глупо шутит, влюбленно смотрит на хохочущую девушку, что извивается в танце. Соня боится, что может потерять это чудо. И решает рискнуть. Ведь кто не рискует, тот не пьёт шампанское. Время медленно, но верно ползет к полуночи. Розоволосая листает песни, переключает на что-то более спокойное. И как же кстати. – Алинка, – тихо зовет Соня, а глаза бегают по комнате. Язык предательски заплетается, ненадолго приходится замолчать, чтобы продолжить уже более чётко, – мне нужно кое-что тебе сказать. Олешева в небольшом замешательстве. Вопросительно смотрит на подругу, а Софья достает ликер, делает большой глоток для храбрости. – Я люблю тебя, – выпаливает на одном дыхании, тараторит быстро, а обратной дороги уже нет, потому продолжает, – уже давно. Очень люблю, Алиночка. За окном начинают громыхать салюты. Соня стыдливо отворачивает голову, боится, что будет отвергнута и по-детски зажмуривается. Но розоволосая берет ее за подбородок, разворачивает к себе. А после нежно целует, сминает горячие губы с привкусом ликёра своими. И только яркие огни фейерверков за окном освещают силуэты двух девушек, что слились в поцелуе, о котором так мечтали.