Правильная ошибка Питера

Питер никогда не верил, что можно когда-то просто взять и влюбиться. В один момент посчитать что да, да это тот самый третьекурсник Тони Старк, хорошо известный студент Нью-Йорковской академии своими невероятными достижениями в футболе, ставший главным капитаном сборной по футболу после ухода его лучшего друга Стива Роджерса, что это его бесконечно бегающая симпатия. Его зовут «плейбоем», парнем, что покорил каждое сердце этой академии своим талантом, дикой харизмой и модельной внешностью, а Питер просто «запнулся», будучи первокурсником той же академии, заядлым ботаником, у которого беспардонно отняли его же сердце безнравственным хищением, заставляя его в секунды утонуть в этих коньячных глазах. Но Питер ещё никогда не проклинал свою жизнь так, как в тот прекрасный день, что с корнем изменил его мирную и спокойную жизнь в неожиданный крутой аттракцион. Всё произошло в легендарный праздник Хеллоуина. Красивые декорации и зловещие украшения полностью охватили учебное здание и огромный двор, устрашая своим горячим холодом вечернюю атмосферу. В тот день Питер пришёл вместе с Мишель, счастливо вливаясь в чарующую обстановку, восхищённым взглядом оглядывая всё вокруг. На нём была обычная чёрная рубашка, тёмно-синие джинсы с небольшими потёртостями по бокам и серые кеды, Мишель была одета в красивое ядовито-зелёного цвета платье на тонких брительках и невысоких каблучках, что привлекала своей яркостью заинтересованные взгляды старшекурсников. Студентов было много, они разделились небольшими группами и громко что-то обсуждали, в руках держа различные алкогольные напитки. Питер внимательно осмотрелся в поиске свободного столика, продвигаясь вместе с подругой сквозь шумные толпы. — Хей, Пит, смотри, тот, кажется, свободен, — Мишель мягко прикоснулась к его плечу и подбородком указала на одиноко стоящий столик. — Давай поспешим, а то у нас сейчас найдутся конкуренты... — завидя указанный подругой столик, он начал интенсивнее обходить пьянеющие группы студентов, взглядом сверля до сих пор не занятое место. — Неплохо здесь, немного поодаль от всех остальных и в паре метров бар с офигенной выпивкой. Парень с желанием оглядел небольшую постройку, сделанную из гладкого овального столика в тёмно-фиолетовых тонах, его призывно украсила неоновая вывеска, отдаваясь ярким искусственным оранжевым светом и делающий из небольшой постройки самый настоящий клубный бар. Мишель внимательно на него посмотрела и вторила его взгляд, слегка усмехаясь. — Что будешь? — заинтересованно спросила девушка. — А... Ну я не... — промямлил Питер, отводя потерянный взгляд. — Противоречий не принимаю, парень, — она саркастически повела бровью и обольстительно улыбнулась. — Ты же знаешь, что со мной происходит когда я напиваюсь алкоголя и... — ...Начнешь вытворять абсурдные и странные вещи, так? Паркер поднял на неё грустные глаза и сразу же их опустил, в смятении прикусывая губу, — И ты потом будешь страдать из-за меня, Мишель. — Но я же не заставляю тебя пить три бутылки пива разом? Всего лишь два шота виски, Пити, и всё, от такого не пьянеют, а слегка расслабляются, но остаются при разуме, я то знаю, — подруга махнула на него рукой и уверенным шагом направилась к намеченному месту, ускользая от возгласов негодующего парня, что пытался остановить её от ничего хорошего не предвещающих действий. И правда ничего хорошего не будет, это Питер чувствовал всем своим нутром. Он никогда не понимал себя, что же всё-таки происходило с ним под воздействием алкоголя, как он себя ведёт и что его ведёт на невероятно безумные поступки. Сладкая смесь напитка, ударившая в его голову, или же вторая сущность Питера, бессознательно выпускаемая им, дай ей волю случая. Он поджал губы в тонкую линию и уныло качнул головой, сразу отодвигая второй вариант развития событий, который казался ему совершенно нереальным. Он же чертов ботаник, мальчик, что копается в нудных, как кажется всем, книгах дни и ночи напролёт и считает, что это его самая удобная подушка, глюкоза для его безумно энергичного мозга и тяжёлые посиневшие веки как результат вспыльчивой натуры ботаника: Узнать больше и прямо сейчас. Питер рассеянно водил указательным пальцем по гладкой поверхности стола, утопая в своих тяжёлых мыслях, а глаза то и дело осуждающе тыкали в удаляющуюся спину подруги. Внезапно вокруг послышались бешенные возгласы и вскрики, группы студентов резко соединились в одну нескончаемую толпу и рвано направились ко входу в здание. Питер напряженно метнул взгляд в огромное столпотворение, моментально выныривая в реальность и пытаясь разглядеть причину такого поведения. А причина действительно важная и до безумия красивая. У входа вальяжной походкой появился Тони с его лучшими друзьями позади. Его приветствовал буквально каждый: Парни весело с ним здоровались и обменивались своими нажитыми впечатлениями, приглашали его за свои столики, наровя урвать «звезду» к личным братским беседам, подбитые уже достаточным количеством спиртного. Раскрашенные и специально оголившие себя девушки, настоятельно желавшие показать все свои аппетитные прелести, очарованно на него смотрели, сексуально к нему приближаясь и обвивая его со всех сторон, кидали заманчивые голодные взгляды, чуть ли не на месте его раздевая. Тони им подмигнул и обхватил их за тонкие талии, по-зверски оглядывая молодые тела. — Король здесь! — крикнул диджей, обращая внимание толпы на себя. Они громко закричали и звонко засвистели, когда повелитель музыки включил популярную клубную музыку. Тела беспорядочно задвигались, энергично подтанцовывая под ритм песни. Питер напряженно уставился на танцующих людей, задумчиво сканируя и ища взглядом утонувшего в толпе Тони Старка. — Вот и напитки, — Мишель поставила ему два шота виски и непринужденно поправила свои волосы. Парень слегка нахмурился, переводя взгляд с виски, на подругу. — А где твои напитки? — Специальный заказ, всё дело во времени, — она усмехнулась и оглянула его, — Пей или будешь платить сам. — О господи, Мишель, ты за меня заплатила? Но я же... Ах чёрт... С-сколько это всё стоит? Я з-заплачу даже если выпью! — Значит, всё-таки желание выпить присутствует, тогда сначала выпей, потом посмотрим, — она придвинула к нему виски и перевела свой взгляд на толпу. Паркер сжал в стальной хватке небольшой стакан и несколько раз проклял этот обдолбанный праздник, вспоминая себя совершенно на другой вечеринке, тогда впервые узнав о второй стороне себя. Звездные войны, блять. Но в жизни и не такое узнаешь о себе, когда чуточку пьян и совсем немного не в своём уме. По рассказам свидетелей это всё выглядит совершенно неестественно, будто о «тебе» рассказывает один хороший человек, и ты ещё удивляешься тому как складно звучит его речь и как он убедительно об этом рассказывает, что даже ни к чему не прикопаться. Но Питер не был бы Питером, если бы не перестал бы верить во всё, что говорят о нём «всевидящие», а они говорят по факту, но иногда прихорашивают свои словечки неподдельной шуткой, от которой брюнету становится не по себе. Один из таких «экстрасенсов» сидит перед ним и заинтересованно вглядывается в толпу, слегка кивая головой в ритм музыки и пытаясь споить ботаника. Питер все ещё верит её словам, что в разуме можно ещё поприсутствовать, а после что? И Питер решил проверить невероятную гипотезу подруги, поднося стакан к губам и слегка отпивая. Жидкость приятно обожгла горло и осталось вкусной сладостью на кончике языка. Он выпятил нижнюю губу и стал смаковать вкус. В стакане как будто ничего не уменьшилось совсем, а льдинки замороченно плавали на дне алкоголя, звонко тыкаясь в стекло. — «А что плохого со мной произойдёт?» — внезапно пронеслась в его голове первая громкая мысль за сегодня. Да, действительно, что плохого? Человек немного выпьет, в мозгах пойдёт закись, мышцы слабо напрягутся и всё. А ведь никто не говорил, что простым ботаникам на земле ничего хорошего не уготовлено. Великий ум и глубокая заинтересованность в учёбе, что здесь может быть плохого? Но мы о другом. О том, что Питер осушил свой первый шот и как-то нервно начал кусать губы. Перед глазами немного помутнело, музыка потихоньку оглушала ритм его разума и здесь можно было бы сделать остановочку. — Пити, я отойду в дамскую комнату, не унывай, — его внезапно выдернуло из мути алкоголя и он уверенно кивнул Мишель, придвигая к себе новый стакан. Если сказать, что пацан делает ошибку, то можно не говорить вообще, а только просто согласиться с высказыванием Мишель. И Питер походу сломал систему и умудрился как-то помутнеть рассудком только после одного стакана. А зачем он взял второй? Только богу это известно, ведь прямо сейчас он, уже в изрядно поплывшем состоянии, куда-то намылился со своей серьёзной походкой и, нагло сканирующим всех взглядом, начал распихивать кричащих под музыку студентов. Он радостно приметил огромный стол рядом с отжигающим биты диджеем и целеустремлённо перестроил маршрут. Поймал внимательный взгляд Тони и слегка пихнул его своим плечом, не обращая внимания на вскипевшего, от такого наглого поведения парня, находящийся рядом с ним, его друга, кажется. Сейчас ему никто не был важен, только огромный стол и ударивший в голову алкоголь двигали его на безумные действия. Питер легко забрался на стол и расставил свои ноги на ширине плеч, зачесывая взбившиеся волосы назад. Кедами раскидал стоящие там напитки и ошалело облизнул свои губы, медленно расстегивая свою рубашку. — Воу, воу, смотрите, кто-то хочет станцевать нам дикий танец, молодой человек, вам поставить эксклюзив? — диджей опасно ухмыльнулся в толпу, будто спрашивая это не у него, а у заряженных позитивом студентов. Все громко заулюлюкали, бойко окружили стол и с жадным ожиданием уставились на парня. Паркер освободился от жаркого плена чёрной рубашки и заведённо обвел студентов просто сумасшедшим взглядом. Свет выключился, музыка резко прервалась. Толпа с обожанием уставилась на тёмную фигуру парня, пытаясь рассмотреть оголённое загорелое тело. Внезапно его осветили свет двух ярких прожекторов и по огромному помещению поплыли огромные разноцветные круги, поджигая намечаяющуюся обстановку. Первый бит начавшейся музыки окончательно разбил разум Питера. Он запрокинул голову и плавно огладил свой подкаченный торс, крепкие плечи и волнительно всцепился в шею, будто в каком-то своём удовольствии закатывая глаза. Студенты поражённо уставились на парня и громко закричали, махая руками и прося продолжать. Питер сошёл с ума. Тронулся рассудком. Начал безумно сексуально танцевать. Он опустился на колени, страстно прогибаясь в спине и горячо выдыхая. У особо впечатлительных полилась кровь из носа от такого эстетического удовольствия. Все, кто стоял ближе к столу, едва держались на ногах, цепляя взглядом каждый изгиб его горячего тела. Питер вцепился пальцами одной руки в ремень своих джинс и расстегнул его, стягивая его с петель. В глазах бил адреналин, зрачок полностью затопил коричневую радужку и подарил миру просто безумно дьявольский взгляд, в котором можно запросто утонуть или на нервном потерять сознание. А Питера это совершенно не волновало, он отдавался дикому танцу в цепкие лапы, плавно изгибаясь и точно попадая в ритм музыки. В правой руке он сжимал ремень, снова становясь на ноги, потом обвил вокруг своего пресса кожаного змея и мучительно медленно огладил песочную кожу прохладным материалом, раззадоривая своими действиями визжащую толпу. Старк жадно оглядел сексуально танцующего парня и немного продвинулся ближе к столу, замечая на себе его взгляд. Мокрая чёлка дразняще заслонила часть его лба, глаза подёрнуты дымкой желания, острый язычок часто заскользил по его пухлым губам. Скользящий взгляд упал ниже, у парня было просто потрясающее тело: Почти рельефные кубики пресса перекатывались под жарким напряжением дерзких, провоцирующих движений, тело покрылось испариной, чертовски соблазнительно блестя под холодным светом прожекторов. Старк гулко сглотнул, завороженно наблюдая за тем пареньком, в то время как парень только продолжал ухмыляться и вытворять с собой какие-то предельно обжигающие диким контрастом танца вещи. Он наклонил голову и отставил назад ногу, делая глубокую волну всем телом. Под ритм музыки выпрямился и снова прочувствовал эту волну своим телом. Кажется, это прочувствовал не только он. Студенты сладко заохали и, выразительно крича, просили сделать ещё раз, но Питер прервал их ожидания и опустился спиной на поверхность стола, хмуря брови и будто в экстазе открывая рот. Он широко расставил ноги и медленно поднял бедра вверх и также медленно их опустил, следом закрывая глаза и повторяя это движение резче и до дури сексуально, слыша оглушающие крики толпы. Питер утопал во всеобщем внимании, словно высокооплачиваемый стриптизер, что выйдя на сцену заставлял течь сразу всех разом, только глянув своим томным дерзким взглядом вглубь толпы. И Питер ощутил себя им, разгорячённым, желаемый всеми и сразу, душой топясь в музыкальном ритме и отдавая своё тело на растерзание голодных взглядов людей.