Искусство ниндзя: Макияж

В жизни каждого уважающего себя шиноби должно произойти несколько вещей: 1. Взросление; 2. Принятие себя; 3. Становление генином; 4. Становление чунином; 5. Становление джонином; 6. Воспитание последователей; 7. Рождение детей; 8. Стремление стать Хокаге; 9. Особая тренировка на пятнадцатый день рождения. Почему Пятая вспомнила заповеди жизни шиноби именно в такой последовательности, она не могла ответить. Ровно как не смогла бы ответить сейчас на кучу других вопросов. Хотя нет, на один у неё был ответ, о котором настойчиво подсказывала гудящая с похмелья голова. Сакуре вчера исполнилось пятнадцать. Разумеется, Цунаде поздравила любимую ученицу, отправила ту домой (несмотря на сопротивления Сакуры) и, воспользовавшись случаем потащила Шизуне в свой любимый кабак. Шизуне, уже давно смирившаяся с нежеланием Цунаде относиться к работе Хокаге чересчур ответственно, с тяжестью на сердце присоединилась к празднованию. Прихватив Тон-Тон, она внутренне молилась, чтобы единственной свиньёй после предстоящей попойки была, собственно, сама свинья. Кое-как поднявшись с кровати, Цунаде выполнила утренний ритуал выпить воды-опохмелиться-снять головную боль. И вот, сидя на небольшой кухне собственной квартиры, Хокаге с ужасом осознавала две вещи: во-первых, учить Сакуру краситься придётся ей, во-вторых, она сейчас готова была прибить дядю за его свод правил. Это же надо додуматься — возложить на плечи учителей такое дело. — Шизуне-е, — позвала Цунаде, не особо надеясь, что обладательница слабо пульсирующей чакры уже достаточно пришла в себя, — отмени на сегодня все запланированные дела. Шизуне, хоть и пребывала в состоянии чуть ли не большего похмелья, но наглость Пятой подействовала лучше любого средства. Через полминуты, Цунаде выслушивала громкую и грозную речь ученицы о собственной безответственности. — Шизуне! — ударила по столу та. — Вчера Сакуре исполнилось пятнадцать. Ты же знаешь, что теперь мой долг, как учителя… Шизуне? Шизуне побледнела и упала на стул. Воспоминания о собственном пятнадцатилетии нахлынули с головой. Да так, что одновременно вернули было ушедшее похмелье и вылили на голову ушат ледяной воды. — Цунаде-сама, давайте доверим это дело Какаши, он же бывший АНБУ как никак, он должен справиться! Цунаде-сама, пожалуйста, — взмолилась Шизуне. — Вы забыли добавить, что я ещё и сенсей Сакуры, — тут же донеслось снаружи, откуда-то из-под окна. — Какаши, что ты здесь делаешь? Подслушивать сокровенные разговоры двух дам, одна из которых Хокаге, должно быть ниже твоего достоинства, — как можно небрежнее протянула Цунаде, попутно поправляя на себе съехавший халат. Удостоверившись, что пышная грудь точно не вываливается, она предложила Копирующему ниндзя зайти. — Цунаде-сама, — оправдывался он. — Как только я пришёл в резиденцию и узнал, что вас нет на месте, сразу заподозрил что-то не то и поспешил к вам домой. Убедившись, что с вами всё в порядке, я принял решение дождаться пока вы проснё… Цунаде подняла вверх кулак. Вообще, на языке жестов это был сигнал замолчать, но в исполнении Цунаде он приобретал дополнительный смысл, который приблизительно звучал как, «заткнись, а то врежу». — Во сколько ты пришёл в резиденцию? — Часов в тринадцать, — уклончиво ответил Хатаке, не сводя глаза с сжатого кулака. — Какаши, тебе было назначено в полдвенадцатого. Ты что, хотел заставить меня ждать? — Вовсе нет, — Какаши уже почувствовал запах больницы, — просто… Просто я предполагал что-то подобное и решил вас не беспокоить. Тем более, вы же знаете, у Сакуры вчера был день рождения, и я бы хотел попросить вас… — Нет. Все надежды и планы Какаши разбили вдребезги буквально одним словом. — Какаши, — Цунаде пыталась придать голосу самый властный тон после попойки. — Тебе решительно нельзя доверить настолько тонкое дело. Понимаешь, мы, девочки, в макияже разбираемся гораздо лучше мужчин. Признаться честно, я даже сомневаюсь, что ты сможешь перевоплотиться при помощи грима так, что тебя никто не узнает. Разумеется, на твоей стороне то, что ты постоянно носишь маску. Какаши резко вскочил со стула, который жалобно отскочил от стенки, рискуя окончательно развалиться по швам. Но это был знаменитый стул, созданный не менее знаменитым Хаширамой. Поэтому, скрепя несуществующее сердце, стул решил держаться до самого конца. — Да что вы… Какаши вовремя осёкся. Вот ведь засада. Если он сейчас всё расскажет, то все узнают про Сукеа. С другой стороны, получалось, что он зря потратил пару часов на сборы косметички, грима, париков и наспех написанных инструкций. Это был один из тех редких случаев, когда Копирующий ниндзя не знал, что делать. Проще было сразиться со всеми семью мечниками Тумана разом. Чувствуя собственное поражение, Какаши понуро опустился на многострадальный стул. — Ну, вот и славно. Тяжесть на сердце Хатаке была невыносима. Однако, в прокрастинации пребывать он собирался не долго. Вскочив со стула, Какаши воскликнул: — Господи, я готовился к этому дню с тех пор, как стал сенсеем! Цунаде с Шизуне молча переглянулись, предчувствуя что-то неладное. Глаза Хатаке горели истинной силой юности, которой мог позавидовать сам Гай. Часы отбили четыре часа дня.