14 февраля.

      Этот день для Роны не отличался чем-то ещё от обычных, за исключением того, что Глава Диасомнии, из раза в раз продолжает пытаться утянуть его в постель. Ну, он вроде как хотел сегодня отдохнуть, почитать в библиотеке свои любимые книжки, но Дракония всё время, где только можно, и нельзя, пытается трахнуть его! Ну как так можно?! — …и значит ты теперь его избегаешь, да? — спрашивает Зигвольт на коленях которого расположил свою голову Сильвер. — Я смотрю, ты уже привык к отношениям, — спокойно, не отрывая взгляда от книги, утверждает Рона. — Гхм! — кашляя в руку, смущается Себек, а после отведя взгляд, добавляет. — Ну… Не то чтобы привык… Просто Сил так часто ложится на колени, что… Ах, да… Я, кажется, привык.       Рона хмыкает не злобно, дружески, а после, чувствуя неприятный холодок, закрывает свою книгу, выдыхает и спокойно встаёт с места. Сильвер от тихого шороха приоткрывает глаза, смотрит на Даркса, а потом утыкается носом в живот зеленоволосого. Тот слегка вздрагивает, а потом мягко улыбаясь начинает гладить волосы Сильвера. «Это неизбежно», — в мыслях вздыхает Сильвер.

***

— Ал, ты шутишь? — бормочет Нейро, смотря на костюм горничной, который ему принёс парень встречающиеся с хикки. — Нет, — твёрдо отвечает тот, а после рассказывает всю прелесть этого костюма.       Сейчас все друзья (Акира, Гримм, Виола, Рейвен, Алекс, Нейро и Рона) сидели в Заброшенном Общежитии, расслаблено пили чай и говорили о своих парнях. Акира с Гриммом, Виолой и Рейвеном сидели на диване и говорили о том, как те провели время с ними. Нейро и Алекс говорили о переодевании и как Нею наконец привлечь Леону к сексуальным утехам. Рона просто сидел в сторонке и читал свою любимую книгу. Он уже несколько раз менял место, чтобы почитать, но ни в одном месте, кроме этого не было так спокойно, как здесь. Он чувствовал себя защищённым. — Мм… Рона, ты поссорился с Маллеусом? — спрашивает расстерянно Акира, когда посмотрел на Даркса, а на его лице мимолётную тень раздражения. — Ха, — выдыхает Рона, прикрывая глаза и смотря сквозь книгу, говорит. — Мне кажется, что я не готов к 14 февраля… — Почему? — интересуется Ламия у брюнета с нефритовыми глазами.       Нейро вздрагивает, а после подскакивая, подходит к Роне и перегораживает его, чем удивляет всех присутствующих. В его взгляде испуг, он не хочет, чтобы его лучший друг, казалось бы они дружат с детства, рассказывал им, то самое больное. Рона поднимается, кладёт руку на плечо леопарда, и тихо шепчет. — Всё хорошо. — Угусь, — чуть не плача проговорил член Саванкло. — Я, не то чтобы не люблю этот день, просто с ним связаны не самые лучшие воспоминания… — улыбаясь, говорит брюнет. — В этот день, погибла моя мама. — Ох! — хором вздыхают все присутствующие, а после воцаряется немая тишина. Грустно.

***

      И всё же, предсказание о неизбежном сбылось. Маллеус Дракония нависал над ним. Тот опрокинул его на кровать и ждал объяснений. Рона смотрит в противоположную сторону с безразличием во взгляде, что всегда не нравилось Драконии, если он был направлен на него. — …пусти, — шепчет Даркс, заставляя Малеуса мрачнеть больше. — Нет. Твёрдо, с холодочком в голосе, категорично ответил Маллеус. Длинные, тёмные локоны опустились по обе стороны лица Роны, перегораживая обзор глаз. Выдох. Прошла, наверное, треть часа, как он оказался в комнате главы Диасомния, почти без движения и любого шанса на побег. — Я рассержусь, — уже повышая голос вторит Даркс и грозным взглядом смотрит на Драконию, что выбивает второго из колеи. Выуживая такой, как к стати, выпавший шанс, он переворачивается и теперь уже глава общежития лежит под Роной. Почему-то, того будоражил новый вид его партнёра. Он взглотнул. Злой, полный раздражения взгляд направленный на него сверху, возбуждающий юноша сидящий на нём сверху. Что ж, как не почувствовать вставший бугорочек в штанах у партнёра. — Маллеус, ты так раздражаешь в последнее время, что и придушить бы тебя, но… — уставший, чуть хриплый и в меру сердитый голос, ласкал слух Драконии. Вымученный взгляд спускается ближе к старшему брюнету. Его глаза так и сверкали в мольбе. — Но я люблю тебя, идиота… Глубокий, чувственный поцелуй. Влажный язык проник легко в рот, нехотя смотреть партнёру в глаза, Рона прикрыл свои. Он хотел поскорее со всем этим покончить, но лезущие мысли об этом дне всё не хотели отставать. И, предательски побежав, слёзы одна за другой капали на щёки Маллеуса. Он касаясь своей прохладной рукой щеки Даркса, второй мягко обняв за талию прижимает его поближе к себе. — Всё хорошо, я рядом, — меланхолично шепчет Дракония, нежно улыбаясь своему парню. И Рона плывёт. Плывёт от любви к этому прекрасному фею. — Я люблю тебя…