Собрались как-то хирурги на горных лыжах покататься

Так Геннадий Ильич и сидел в столовой, не зная того, как веселятся коллеги. (Слегка упоминая его в том числе). - Константин Германович, я, как местный вожатый, изымаю у вас карты. И отдам их... Ирине Алексеевне. А то трудно наверно без колоды играть, правда? - неугомонный Брагин подмигнул блондинке. - Не жалуюсь. - ответила Ира, предварительно подумав, что «Сгорел сарай - гори и хата». Не вышла бы она из номера в ту минуту - сарай бы не сгорел. Кажется, недавно появившиеся коллеги уже и забыли, что планировали есть. Как-то Брагин аппетит перебил, и Куликов вместе с ним. Зато весело. - Друзья-товарищи, а как вам идея немного разнообразить наш досуг и внести в него немного веселья? - роль лидера взяла Анна Викторовна. С этими словами Ира, Нина, Брагин, Куликов и Костя начали судорожно и мысленно перебирать варианты, куда их могут втянуть. Из наименее привлекательных были перетягивание каната на снегу (запатентованный лично Ханиной спорт) и коллективная лепка снеговика, желательно в виде кого-то из коллег. - Анна Викторовна, вы договаривайте мысль до конца, пожалуйста. А то мы не знаем на что соглашаемся - в нашем случае это может быть опасно... - Павлова не без иронии ответила женщине. - А не собраться ли нам вечером и не отметить ли редкое событие - отпуск? Всё культурно, разумеется, в рамках тимбилдинга коллектива. Хотя, по большим просьбам, можно и некультурно. Правда тогда уже с начальством согласовать придётся. - Ханина высказала мысль, которая успела посетить голову каждого из присутствующих. «Действительно, не на лыжах ведь кататься приехали!» - подумал Куликов, но тактично промолчал, не желая портить свой имидж в коллективе. - Да уж, совещания, которые мы заслужили... Договоримся с начальством. - добавила Ирина Алексеевна, тем самым соглашаясь на предложение Анны Викторовны. - В общем, единогласно решили! - женщина решила не дожидаться ответов остальных. Да и кто посмеет пойти против этой дамы-танка? А единственный человек, который мог бы её переиграть (и уничтожить - прим. автора) остался в Склифе руководить медсёстрами. «Главное, чтобы Ханина с Фаиной когда-нибудь не объединились. Тогда и мировая революция нагрянет.» - думали все, а чаще всего Павлова. Даёшь власть рабочего класса, как говорится. - Наверное, нужно коллег в известность поставить... - откопал в себе совесть Брагин (он вообще редко ею пользовался). - Все должны присутствовать, всё-таки. - Я Саше передам, по поводу внеочередного общего собрания. А какая тема на повестке дня? - смеясь сказал Костя. - А я Геннадию Ильичу сообщу. - ответила Ира, опять не подумав о том, как звучат её слова. - Трудовую дисциплину обсуждать будем, разумеется. - Мне, видимо, Иван Николаевич остаётся... Может ещё объявление вывесим? «Шабаш московских хирургов, вход платный», например. - неожиданно проявил креатив Куликов. - Иван Николаевич всё слышал и на шабаше присутствовать будет. - внезапно прилетело из-за закрытой двери. Голос удивительно похож на, собственно, Хромова. Да уж, звукоизоляция здесь была потрясающая. Днём все занимались приблизительно ничем. Ну, кто-то пытался посмотреть полтора канала, которые были доступны по местному телевидению, кто-то особо отчаянный даже гулял, а подавляющее большинство сидело в номерах. В лучшем случае на балконах. При этом, разумеется, периодически проклинали лыжный спорт и синяки на ногах. Первые признаки жизни появились ближе к 7 вечера. Кого-то (например Куликова) пришлось будить, а кто-то (даже уточнять не нужно) уже сидел в столовой, которая сегодня должна была быть банкетным залом. Да, Анна Викторовна и сегодня опередила события. Хирурги постепенно стягивались на место встречи (которое изменить нельзя). Геннадий Ильич и Ирина Алексеевна появились с разницей в пять минут. Чёрт их знает - или опять спектакль продолжали, или действительно из разных номеров шли. А может Кривицкий вообще просто медленнее перемещается. Или думал что ему надеть. Пришла и Нина, держа фотоаппарат в руках. - Нинель, а это чего такое? Документальная съёмка для Минздрава? Или для сочинения «Как я провела зимние каникулы»? - Брагин заприметил технику и поднапрягся. - Это, Брагин, для того, чтобы потом твоя Маринка не говорила «Вы где были? Ни одной нормальной фотки! Небось с Куликовым принимали на грудь целыми днями» - Дубровская удивительно точно повторила интонации подруги. - Похоже получается, однако. - посмеялся Олег и аж заскучал за женой. - Но мы ведь как раз пить и собираемся, а ты тут с репортажами. - Ничего, можем и художественное фото сделать. Вон, стань рядом с Куликовым. - Нина начала «целиться», словно готовилась к выстрелу. - А фото платное! - жуя бутерброд, который был непонятно где взят, Сергей Анатольевич услышал свою фамилию и отозвался. - Да знаю я, знаю. С обезьянками всегда фотки платные и дорогие, но морях бывали, видели. - на всякий случай отойдя на безопасную дистанцию, сказал Олег. - Ой, да иди ты! Подпишу на память «Анапа 2008», обязательно. - обиженный титулом обезьянки, Куликов отвернулся. В его голове он тянул скорее на льва, а тут... мартышка! Ужас! Хирурги наконец-то собрались у стола (который они предварительно собрали из нескольких). Собрались, разумеется, в круг - шабаш ведь. Но все надеялись, что обойдётся без ритуальных жертвоприношений. Из ниоткуда возникло несколько бутылок. У хирургов бутылки всегда возникали из ниоткуда. - Мы здесь все сегодня собрались, чтобы... - начала монументальную речь Ханина, вместе с бокалом в руках. - Господи, Анна Викторовна, мы же не на поминках, все вроде как живы! - Брагин решил, что в мастерстве тостов он покруче будет. - Вообще, какой мы день сегодня отмечаем? - Неужели отпуск для нас стал уже недостаточным поводом? - с иронией сказала Павлова. - Сегодня мы отмечаем 16 января, с утра был четверг. Прекрасный праздник! - А мы сейчас в Интернете найдём какой сегодня день... Там праздники на любой случай есть... - Куликов начал усиленно что-то строчить в телефоне. - А вы, Сергей Анатольевич, извините, на каких сайтах сидите? «Поводвыпить.ру»? Завязывайте... - Лазарев веселился и не упускал возможности поиздеваться над другом. - Не знаю как там с праздниками, но сегодня определённо день издевательства над Куликовым... - сказал, не поверите, Куликов. - Вот, нашёл! Сегодня, оказывается, отмечается День «Без скальпеля»! - И по этому поводу отрежу-ка я нам всем этой чудесной запечённой курицы! Вот этим вот острым ножом! - Нина взяла роль хозяйки и решила позаботиться о коллективе. - Кровожадненько, однако... О, поглядите что о нашёл! Сегодня День памяти «сухого закона». - восхитился Брагин с бокалом вина в руках. Что мешает почтить память сухого закона вином? Тем более сухим вином! - Между прочим, сегодня у Ирины Алексеевны именины, смотрите, 16 ведь января! - Куликов увлёкся процессом и тыкал пальцем в экран телефона. - Большой праздник, получается! - Честно говоря, меня саму не оповестили о этом... Ну и чудесно, стол всё равно не я накрывала! - Ирина Алексеевна подумала о том, что неплохо бы каждый год именины отмечать. - А Геннадий Ильич скажет тост! - Брагин с милейшей и хитрейшей улыбкой повернулся к Кривицкому. - Так, чтобы от чистого сердца! «Господи, этот чёртов тост сегодня хоть кто-то скажет?!» - Иван Николаевич стоял с краю и лишь мысленно возмущался. Хромов вообще ругался и возмущался только мысленно. Тем временем Кривицкий пребывал с круглыми глазами. Во-первых, он не был в курсе того, что его шпионка Павлова таки провалила спецоперацию и благополучно раскрыла своё местонахождение. Короче, спалили Ирину Алексеевну на выходе из номера. Соответственно, почему на него смотрят всё с какими-то намёками, мужчина тоже не понимал. Во-вторых, тосты - тоже не совсем его конёк. - Как выяснилось минуту назад, мы сегодня собрались по многим поводам. Отделение экстренной хирургии наконец-то приехало в отпуск, под моим чутким руководством... - на этом моменте половина коллектива слегка закатила глаза. - К тому же, День памяти сухого закона - это вам не шутки! Ну и конечно же, главный повод, который нас здесь собрал - именины нашей Иры... Ирины Алексеевны. Геннадий Ильич честно очень старался. И в глаза блондинке напротив не смотрел, и «лицо начальника» попытался включить, и речи в стиле женщины из загса (которая с кандибобером) старался выдать... Но актёр из Кривицкого такой-себе. - В общем, от лица всего коллектива, я поздравляю вас с праздником и желаю всего самого наилучшего! - представление в театре юного зрителя было окончено. «Ага, утром я чисто случайно оказалась рядом с ним в кровати, а сейчас слушаю «от лица всего коллектива, я поздравляю вас...»? Театр абсурда, ей-Богу!» - Ирина Алексеевна стояла с бегающими глазами и мило кивала головой. Спустя несколько часов обнаружился ещё День независимости Танзании и День пластиковых трубочек. А потом и день защити королевских пингвинов. Короче говоря, врачи не скучали. К счастью, больше в столовой не было никого, а то эта делегация Склифа неизвестно как могла отобразиться на имидже российской медицины. Особенно когда Анна Викторовна пожелала танцевать. Удивительно, но первый в номер отчалил не Иван Николаевич (тот вообще держался до последнего). Первым сдался Брагин. Ну, точнее, он внезапно заснул. Куда делся Костя вообще никто не заметил. Оставалось надеяться, что не в ночную горную экспедицию ушёл. Спустя несколько раундов игры в шарады и несколько сольных песен Куликова, в импровизированном банкетном зале осталась только Павлова и Ханина. Нет, они не были заинтересованы в диалоге наедине. Но ещё больше женщины были незаинтересованны в подъёме на третий этаж по ступенькам. - Знаете что, Ирина Алексеевна, мы же с вами никогда толком и не общались... - тихо протянула Ханина. А Ире, вообще, было уже глубоко фиолетово с кем общаться. Хотя нет, был всё-таки один человек, с которым даже после такого количества вина она на диалог не была настроена. Оставалось надеяться, что этот человек хоть кота покормил. - А вы меня вообще раньше... это самое... напрягали. Жизнерадостностью своей, наверное. - блондинка смотрела в окно и думала о том, что неплохо было бы ещё закурить. - Иначе ведь жить невозможно! Вот Куликов, он же как этот... Осёл Иа из Винни Пуха. Мы с ним поэтому и... Общаться перестали... - сказал бы кто-то два дня назад, что сейчас Ханина и Павлова будут сидеть не особо трезвые и обсуждать Куликова, можно было бы покрутить пальцем у виска. Или не только Куликова... - А вот Кривицкий! Он ведь такой же! Когда он был после операции, думала, что с ума сойду, или-таки сошла... - Ира задумалась над тем, что чем больше она общается с Кривицким, тем больше в её лексиконе слова «таки». - Да они вообще все одинаковые, все до единого! И один хуже другого... А как там ваш этот... Из Минздрава, грозный такой. - Ханина давно мечтала о том, чтобы пообсуждать представителей мужского пола. Желательно в негативном ключе. - Ой, не спрашивайте... Ликвидировать его как-то надо. Ну, не совсем ликвидировать, только из квартиры. Как-то выкурить, короче. - Павлова опять взгрустнула. Подумала - может всё-таки есть какая-то служба по изгнанию ненужных людей из квартиры? Как с тараканами. - А мне казалось, что он такой солидный мужчина... - вздохнула рыжеволосая женщина. «Уже разбрасываются такими мужчинами, дожили». - Нравится? Забирайте, с доплатой отдаю. Только без возврата, умоляю. - Ира действительно не знала что делать с Алениковым, который... потерял свою актуальность, скажем так. Внезапно в дверном проёме появился более актуальный вариант. Кривицкий Геннадий Ильич, заведующий отделением, слегка пошатываясь, шёл к столу. - Ира... А ты где? - по ощущениям, мужчина долго формулировал эту фразу. Ну и что, что получилось плохо. - Я, вообще-то, здесь, перед тобой. Совсем сбрендил? - Павлова от удивления приподняла одну бровь и улыбнулась. - А я думал о том, куда ты пропала... Переживал даже... - сейчас уже даже было трудно определить сколько и чего выпил Кривицкий. Или он всегда так странно разговаривает? - Господи, лучше молчи. Анна Викторовна, приношу свои глубочайшие извинения, но вынуждена закончить нашу беседу. - Павлова взяла под руку Геннадия Ильича и отправилась в закат в номер (неизвестно чей). - Кошмар, хоть клуб гордых и одиноких женщин открывай! - театрально вздохнула Ханина и съела кусочек шоколадки.