forbidden

карантин. в доме Little Big, как обычно и бывает вечерами, все собрались в большой гостиной и заняты своими делами. однако внезапное обстоятельство отрывает друзей от их занятий: из-за буквально только что прошедшей грозы вырубается электричество. - блять, и что дальше? - скрещивает руки на груди Алина. - будем ждать, пока врубят. только вот чем заняться? - он откидывается на спинку дивана. - не знаю, как вы, но я пошла к себе, - с улыбкой оглядела друзей Пязок и направилась к лестнице. все решили поддержать идею девушки и поплелись за ней. в комнате остаются только он и она. только вот есть одна проблема: она не может находиться в одном помещение с ним дольше одной минуты. да, она любит его, своего напарника. уже очень давно испытывает к нему далеко не дружеские чувства. но они, к сожалению, невзаимны. запрещённая любовь. но запретный плод слишком сладок. она уже много раз прилагала огромные усилия, чтобы не сорваться. много раз хотела прикоснуться к розоватым губам. много раз хотела пойти и просто рассказать ему все. но во время останавливала себя, понимая, что ничего хорошего из этого точно не выйдет. поэтому и сейчас она спешила последовать примеру друзей и уже хотела встать и уйти, однако он остановил подругу, хватая ее за запястье и усаживая обратно рядом с собой. - Прусикин, ты чего? - она никак не ожидала подобного, поэтому просто уставилась на него с каким-то любопытством, обычно свойственном детям. однако даже не думала убирать руку. - Соф, мне нужно с тобой поговорить, - его лицо остаётся холодным и спокойным. она выжидающе смотрит, потупив взгляд, - что с тобой сегодня такое? ты какая-то сама не своя ходишь весь день. она ожидала чего угодно, но только не подобного вопроса. ему всегда было все равно, где она и что с ней. но сейчас почему-то заметил ее странное состояние. - все в порядке, - попыталась сделать подобие улыбки, но он сразу уловил, что врёт. замечая на себе пристальный взгляд и чтобы хоть как-то спасти ситуацию добавляет, - честно. - я все ещё жду, - склонил на бок голову и всем своим видом показывает, что конечно не поверил ни одному ее слову. - ну что я тебе должна рассказать? ничего у меня не случилось, все хорошо, - снова врёт. понимает же, что он все равно добьется от нее правды. только вот что говорить? признаться в том, что любит его? это будет самым глупым поступком в данной ситуации. - раньше у нас друг от друга не было секретов, - в его голосе мелькают нотки отчаяния. да, она стала более закрытой даже от него. она все держит в себе и никого не пускает в свою душу. и он это безусловно заметил. - зачем тебе это знать? какая нахуй разница? ничего не произошло, все в порядке, я это уже сказала, - чувствует, что ему больно такое слышать. но она просто не может рассказать ему все, что сейчас творится в ее душе. - большая разница. я слушаю, Соня, - зачем-то делает акцент на ее имя. - Вова мне изменил. это ты хотел услышать? - она действительно только вчера узнала об измене. хоть ее сердце и было отдано Илье, все равно очень больно было такое узнать о своем молодом человеке. из-за того, что вспоминает об этом, на ее глаза наворачиваются слёзы. - как тебе можно изменить? - вырывается у него. тут же понимает, что сказал то, чего говорить не надо было, - ты из-за этого сегодня ночью плакала? - откуда ты знаешь? - пропускает мимо ушей первую фразу, попросту не зная, что на нее можно ответить. - не важно, знаю и все, - он знал очень многое. даже то, чего ему знать нельзя было. - да.. то есть нет... не совсем... вернее не только из-за этого, - в нерешимости опускает глаза. по щекам от безысходности начинают скатываться блестящие горошины слёз. - расскажи, сама же знаешь, что легче будет, - вытирает большими пальцами соленую жидкость и аккуратно кладет ее голову себе на плечо. его лицо оказывается выше копны каштановых волос, поэтому кладет свой подбородок на ее голову, иногда слегка прикасаясь губами к макушке. - я не могу. не будет мне легче, - убирает от себя его руки. сама не понимая почему начинает на него злиться. - а я могу. тогда расскажу я, - шумно выдыхает ей в волосы, - знаешь, я влюбился. по-настоящему. у меня ещё никогда такого не было. да, я знаю, что у меня есть жена и ребенок но я просто схожу с ума. я правда не знаю, что делать, - опускает глаза и ещё сильнее прижимает ее к себе. - и кто же она? - в ее глазах блестит беспросветная печаль. - не важно, - поступил взгляд. - а знаешь, у меня такая же хуйня. я уже не знаю, что с собой сделать. уже начинаю впадать в отчаяние, блять, я слишком сильно тебя люблю, - слезы с новой силой начинают подступать к горлу. до нее даже не сразу доходит, что она вообще только что сказала. - тихо, перестань реветь, - проводит ладонью по ее мягким волосам, снова утыкаясь в них носом, тоже не сразу понимая смысл её слов, - стой, что ты сказала только что? - не важно, забудь, - она белеет и начинает говорить тише, будто совсем не осталось сил. пытается выкрутиться из этой ситуации, однако понимает, что бесполезно. он уже все услышал. - Сонь, нет. так нельзя, понимаешь. вернее нам нельзя... прости меня, - язык заплетается. пытается хоть как-то заглушить ее боль. понимает же, как ей сейчас невыносимо тяжело это слышать. - я просто не должна была этого говорить. прости, - она вздрагивает всем телом. он прекрасно это чувствует. резко вырывается из кольца его рук и убегает наверх. сейчас он сломал ее пополам. перевернул ее жизнь. тяжелые капли слёз срываются с щёк и падают на паркет. она закрывается в комнате, ложится на кровать, отворачивается к стене. сжимает руки в кулаки, почти до крови впиваясь ногтями в ладонь. ей невыносимо больно. знала же изначально, что не приведет это признание к хорошему. вот оно и не привело. глупые чувства. какой же всё-таки абсурд эта ваша любовь. только боль и страдания. она разочаровалась в мужчинах, да и в принципе в людях вчера в первый раз, а сегодня окончательно и бесповоротно. от безысходности ударяет кулаком по стене. боль. начинает плакать сильнее. учащенное дыхание, закипающая кровь, горящие щеки. она в который раз убеждается, что моральная боль в тысячу раз хуже, чем физическая. а ведь правда лучше, чтобы тебя побили ногами, чем услышать такие слова. так хоть можно сказать, что болит. но израненное словами сердце болит не меньше... наконец она немного успокаивается. она похожа на бездыханное тело, абсолютно измотанные жизнью и сейчас просто лежащее на кровати, доживая свои последние минуты. сверлит помутневшим взглядом стену. а за этой стеной в таком же состоянии лежит он. да, он чувствует сейчас тоже самое. чувствует, как больно ей. он всегда замечал, что она как-то странно смотрит в его сторону. и эти случайные прикосновения. вернее, не совсем случайные. только сейчас он стал понимать, какую боль причинил ей. да ему и самому не легче. невероятно сложно говорить то, чего говорить не хочешь. он только что сказал человеку, которого любит больше жизни, что между ними ничего не может быть. сам сказал. вот так за секунду разрушил то, чего так хотели оба слишком долго. зачем он это сказал? испугался подпортить репутацию и себе и ей? моральные принципы не позволили, имея жену, быть с другой? да он и сам не до конца понимает. сейчас он хочет только одного: войти в соседнюю комнату, сгрести ее в охапку и никогда больше не отпускать. но сам виноват в том, что уже никогда не сможет этого сделать... он больше никогда не сможет по-дружески ее обнять, взять за руку и положить руку на плечо. но виноват сам. от этого ему ещё больнее... тоже смотрит в стену. видимо в них течет одна кровь. да нет, просто они стали одним целым за время совместной работы и многолетней передружбы. и сейчас слишком болезненно отрывать от себя половину. но оба понимают, что они не могут быть вместе. все в этой жизни против них. и с этим ничего не сделаешь. ей остаётся только плакать по ночам, выжигая боль алкоголем и сигаретами, а ему - сбивать костяшки в кровь, выплёскивая эмоции на какую-нибудь стену в комнате. но утром они встанут и, как ни в чем не бывало, будут вести себя как лучшие друзья, всем своим видом показывая, что никакого разговора этой ночью между ними не было... а она ведь так и не узнала, что те слова он говорил про нее. не узнала и никогда не узнает. и в этом виноват исключительно он...