Lovers and Friends

Какой бы хреновой и дисфункциональной ни была дружба Йена и Микки за последние девять лет, о ней можно было сказать три неопровержимых факта. Во-первых, они были лучшими друзьями, практически неразлучными, еще со средней школы. Как-то раз они вместе раскурили косяк под трибунами стадиона, прогуливая школу, и довольно быстро сблизились на почве того, что оба были чертовски бедны, обитали в дерьмовом райончике, и каждому из них судьба подарила по безразличному, недоделанному мудаку в роли отца. Во-вторых, однажды вечером, больше года назад, они напились, накурились и, после слишком большого количества виски и травки, Йен наклонился, чтобы без предупреждения поцеловать Микки. Одно привело к другому, и в итоге они переспали. В ту ночь у обоих случился лучший секс в их жизни (дважды). Парни пытались забыть об этом в течение некоторого времени, но в конце концов сдались и решили стать приятелями по траху, пообещав друг другу, что у них будет строгое соглашение — трахаться без обязательств, и что они никоим образом не позволят сексу разрушить их дружбу. Если что-то пойдет наперекосяк, они немедленно прекратят свои потрахушки, не задавая лишних вопросов. Таков был уговор. Третьим неопровержимым фактом об их дружбе было то, что где-то по пути они оба тайно, глупо и безумно влюбились друг в друга. В один из вечеров выходного дня Йен, как обычно, появился на пороге квартиры Микки, держа в руках пиццу и упаковку пива. После того как они все выпили и съели, а затем сразились в несколько видеоигр, парни, наконец, перестали притворяться и погрузились в свою приятную ночную рутину. Иногда Микки первым хватал Йена за руку и притягивал его немного ближе. Никаких слов не требовалось, когда они прижимались друг к другу губами, а затем шли в спальню, где торопливо раздевали друг друга. В других случаях Йен проявлял инициативу, грубо хватая своего лучшего друга за талию и усаживая смеющегося Микки к себе на колени для жарких поцелуев и ласк. В тот вечер именно Йен был тем, кто чувствовал себя фривольно. Он поставил свое пиво на журнальный столик, а затем повернулся к брюнету и кокетливо изогнул бровь. — Ты хочешь? — спросил Микки, опуская пивную банку на стол. — Да, хочу, — выдохнул Йен, прежде чем податься вперед и приложиться своими губами к пухлым губам друга. Поцелуй был медленным, влажным и чувственным, но напористым, заставляющим Микки буквально вжаться в подушки дивана. — Бля, Йен, — прошептал Микки, когда Йен сначала укусил, а потом засосал нежную кожу на его шее. Брюнет запустил пальцы в рыжие волосы и наклонил голову набок, чтобы открыть своему другу больше доступа к телу. — Так ахуенно. Пройдясь языком обратно ко рту Микки, Йен своим поцелуем вынудил парня замолчать. — Хочешь переберемся в спальню? — прохрипел он, просунув руку под рубашку Микки и коснувшись его соска подушечкой большого пальца, чтобы хоть немного удовлетворить жажду прикосновения к коже друга. — Да, спальня, — выдавил из себя Микки, прежде чем поцеловать Йена в висок, — жест, который другим людям показался бы слишком интимным в рамках соглашения о сексе без обязательств, но для Йена и Микки он был естественным, они уже давно не заморачивались на этот счет. Йен высвободился из объятий Микки, а затем помог ему подняться. Парни направились в спальню, где сразу же прильнули друг к другу, слившись в голодном, нетерпеливом поцелуе. Они раздевались, подгоняя один другого и задыхаясь от смеха сквозь поцелуи. После чего, не теряя ни минуты, рухнули на кровать. Захватив смазку и презервативы с тумбочки, Йен незамедлительно принялся готовить своего лучшего друга, все это время жадно посасывая его язык и вылизывая рот. Как ни странно, оба они были зависимы от поцелуев друг друга, хотя никогда не признались бы в этом вслух. Как только Микки был хорошенько растянут и готов к продолжению, Йен расслабился и со стоном погрузился в тугой возбуждающий жар, уткнувшись лицом в изгиб его шеи. — Черт, Микки. Трахаться лицом к лицу парни начали почти три месяца назад, при этом оба предпочитали, чтобы все было именно так, по причинам, о которых они друг другу не говорили. Все это время Микки утверждал, что ему неудобно стоять на коленях, а Йен объяснял свой выбор позы лучшим углом проникновения члена. Они оба лукавили и знали наверняка, что за этой позой скрывалось нечто гораздо большее. Обхватив Йена ногами, Микки покрепче прижал его к себе. — Твой член просто идеален, чувак, — пылко простонал он Йену на ухо, пока тот трахал его медленно и глубоко. Секс в начале их отношений был грубым и примитивным. Теперь же он стал менее торопливым и небрежным, и более страстным. И ни один из друзей так и не поднял вопрос о том, почему это произошло. Йен втянул нижнюю губу Микки в рот, прежде чем провести языком по его зубам, улыбаясь в ответ на поцелуй, когда почувствовал, как брюнет усмехнулся ему в нос, а затем скользнул руками вниз по его спине и схватил Йена за задницу, притягивая ближе и зажимая свой член между их телами. — Черт, я уже близко. — Я тоже, — выдохнул Йен в горло брюнету. — Блядь, Микки. Все, что потребовалось Йену, — это чтобы Микки напрягся и сжался вокруг него, толкая его через край, пока сам Йен дрожал над своим другом, чувствуя, как оргазм прокатывался по телу волной. Микки выгнул спину, все это время не сводя глаз с лица Йена. Он облизнул губы и застонал, когда его лучший друг просунул руку между ними, чтобы приласкать его член. — Черт, Йен… Бля, я сейчас кончу, — Микки повернул голову и захватил своими губами губы Йена в остервенелом, кусающем поцелуе, а затем истошно застонал ему в рот, когда теперь уже его самого настиг сокрушительный оргазм. Микки держался за Йена изо всех сил и тяжело дышал ему в рот, пока сперма выстреливала из его набухшего члена. Спустя несколько минут Йен неохотно вышел из уютного тепла Микки и перекатился на спину. Задыхаясь, он рассмеялся в потолок, прежде чем провести рукой по своему потному лицу. — Ахуеть, это было горячо. Микки взглянул на Йена, отмечая про себя, насколько красивым тот всегда становился сразу после оргазма. Хотя Микки никогда не сказал бы этого вслух. Такие высказывания явно были против их правил. Никакой слащавой, романтической чепухи. Встретившись взглядом с Микки, Йен робко улыбнулся, после чего приподнялся на локте, наклонился и поцеловал его. Уже в следующее мгновение он отстранился, прежде чем поцелуй успел превратиться в слишком глубокий, и скатился с кровати, чтобы поднять с пола свои боксеры. Усевшись поудобнее, Микки откинулся на спинку кровати и стал наблюдать, как Йен собирал остальную свою одежду. — Ты уже уходишь? — спросил он. Обычно после перепихона Йен уходил почти сразу в попытке не сделать вещи еще более странными, чем они должны были быть. Иногда Микки хотелось, чтобы Йен остался. Может быть, чаще, чем иногда. — Ага, — сказал Йен, комкая свою футболку в руках, а потом расправляя ее. — Мне нужно идти. Рано утром на работу. Наблюдая, как Йен одевался, Микки втайне огорчился потере столь ценного для себя зрелища. Он прикусил нижнюю губу, пытаясь сообразить, как сказать то, что он собирался сказать. — Эй, мужик, ты можешь присесть на минутку? Мне нужно с тобой кое о чем поговорить. Натянув джинсы, Йен обошел кровать с другой стороны и сел рядом с Микки, когда понял, что его лучший друг планировал открыть ему что-то важное. — Ну? Собравшись с духом, Йен пытался подготовиться к тому, что вот-вот сорвется с губ Микки. Что такого важного мог сказать Микки? Возможно ли, что он… может быть, он… нет, это было невозможно. Йену пришлось еще раз напомнить себе, что Микки был здесь только ради секса. Точно не для отношений. Определенно, между ними не было ничего серьезного. Но, с другой стороны, иногда Микки так смотрел на Йена, так целовал его… — Я встретил кое-кого, — выпалил брюнет. Йен открыл рот, чтобы как-то ответить, но ничего не произнес. Он отвел взгляд от пытливых голубых глаз лучшего друга и провел рукой по своим растрепанным волосам, пытаясь унять тупую боль в груди и проглотить горький комок, застрявший в горле, когда до него, наконец, дошли слова Микки. — Ты встретил кое-кого? — тихо спросил Йен. — Что ты, блядь, имеешь в виду? Когда ты встретил кого-то? Кого? — Это тот парень с работы. Он пригласил меня на свидание, и я, вроде как, сказал ему «да», — ответил Микки. — Подумал, что должен предупредить тебя. Планируем с ним погулять в пятницу. Йен резко встал с кровати, не желая больше ничего слышать, а также не желая, чтобы Микки знал, что эта новость каким-то образом задела его. — Ты не обязан говорить мне об этом, Мик. Сам знаешь. То, что между нами происходит, несерьезно. Ты можешь встречаться с кем захочешь. Разве это не часть нашего соглашения? Какое-то время Микки смотрел на Йена, скользя языком по своей нижней губе. На несколько секунд в воздухе повисло молчание, а потом брюнет заговорил: — Значит, ты не против всего этого? Ну, типа как, это не сделает наше общение странным? — Нет, — ответил Йен, возможно, слишком быстро, пытаясь подавить в себе настойчивое желание расхаживать по комнате туда-сюда. Его лицо горело, каждый нерв в его теле напрягся, и он просто надеялся, что Микки не заметил этого. — Я имею в виду, что и сам постоянно трахаюсь с другими парнями. Просто не рассказываю тебе об этом, поскольку это не важно. Это не имеет значения. — Ты трахал других парней?! — рявкнул Микки после долгой паузы. — Что, черт возьми, ты имеешь в виду, говоря, что трахался с другими парнями? Почему я только сейчас слышу об этом? Если бы Йен не знал своего друга так давно, то он решил бы, что Микки обиделся. — Я не думал, что это важно. Ты и я, мы просто друзья, которые временами трахаются, верно? Какая разница, с кем еще я сплю? — Это важно, потому что… потому что я, блядь, хотел бы знать, с кем еще трется парень, с которым я трахаюсь. Кто… кто, черт возьми, эти парни? Случайные придурки, которых ты цепляешь в клубе? Ты трахаешь кого попало? А? — поинтересовался брюнет неуверенным тоном. Йен взбесился от этих слов, его эмоции зашкалили. — Да пошел ты, Микки. Я не шлюха, которая готова прыгать на любого, у кого есть член, если ты к этому клонишь, придурок. Брови Микки взлетели вверх, и он провел дрожащей рукой по своему лицу. — Да мне поебать, чувак. Трахайся с кем хочешь. Мне похуй, — огрызнулся он, вставая с кровати и направляясь в гостиную. Йен тут же последовал за Микки. — Тогда какого хрена ты так злишься? Ты ведь сам собираешься потрахаться с каким-то левым парнем в пятницу вечером, не так ли? — Да хуй его знает, — выкрикнул Микки, развернувшись лицом к Йену и размахивая руками. — По крайней мере, у меня хватило порядочности рассказать тебе об этом парне. И чем черт не шутит, может быть, этот парень — мои будущие настоящие, блядь, отношения, а не просто какой-то сраный педик, которого я подцепил в баре и трахнул! Йен выглядел так, словно ему дали пощечину. Он трижды открывал рот, чтобы заговорить, прежде чем слова, наконец, вырвались наружу. — То есть… ты действительно думаешь о серьезных отношениях с этим мудаком? — Да, блядь, не знаю я! Ясно? — воскликнул Микки. — Все, что я знаю, это то, что мне надоело просто ебаться. Может быть, я не хочу тупо подставлять свой зад лучшему другу всякий раз, когда у нас зудят члены. Может быть, я хочу чего-то настоящего! Проглотив огромный ком в горле, Йен сморгнул собравшиеся в глазах слезы. — Чего-то настоящего, да? — произнес рыжий нараспев. Затем он отвел взгляд, поджал губы и кивнул. — Лучше мне уйти, — пробормотал он, схватив свою куртку со спинки дивана, и направивился к двери. — Эй, слушай… Йен, — окликнул его Микки, но было слишком поздно. Йен уже ушел.

***

Двери лифта плавно скользнули в разные стороны, и первым из них вышел Микки. — Моя квартира в конце коридора, — сказал он через плечо своему спутнику. Когда они двинулись по коридору, Бретт пристроился позади Микки и положил руки ему на бедра, давая понять, что у него имелись планы на этот вечер. Тем временем Микки оторвал взгляд от связки ключей в своих руках и замер, как вкопанный, в результате чего Бретт врезался в него сзади. — Мм, я ждал этого слишком долго, — проворковал Бретт, прижавшись еще сильнее к Микки и обняв его. — Не могу дождаться, когда раздену тебя и засуну свой язык в эту сладкую задницу. Но Микки его не слушал. Вместо этого голубые глаза Микки были сосредоточены на Йене, который сидел на полу рядом с дверью квартиры брюнета, подтянув колени к груди и уткнувшись лицом в сложенные на них руки. Бретт поцеловал Микки в шею, а затем нахмурился, когда тот отстранился и порывисто повернулся к нему лицом. — Извини, чувак, придется перенести на другой раз. Какое-то время парень выглядел абсолютно сбитым с толку, а затем все же выдавил из себя единственный звук. — А? Проведя рукой по лицу, Микки кивнул головой в сторону своей двери. — Есть кое-что важное, о чем мне нужно позаботиться сегодня вечером. Могу я позвонить тебе через пару дней? И хотя Бретт выглядел озлобленно, он всего лишь пожал плечами и засунул руки в карманы. — Да, конечно… как пожелаешь. Микки проследил, чтобы Бретт развернулся и пошел обратно к лифту, а затем, как только двери захлопнулись, он перевел взгляд на Йена, который не сдвинулся ни на дюйм и даже не поднял глаз. — Господи, Йен, — пробормотал Микки, прежде чем подойти к нему. Только когда он оказался совсем рядом со своим лучшим другом, Микки почувствовал густой запах алкоголя, повисший в воздухе. — Эй, — мягко произнес Микки, опустившись на колени рядом с Йеном. — Эй, ты в порядке? Йен, наконец, поднял голову. Его глаза были прищурены и налиты кровью, губы приоткрыты, а щеки порозовели. — Какого черта ты здесь делаешь? Сейчас два часа ночи, чувак, — спросил Микки, убирая рыжие волосы с потного лба Йена. — Сколько ты выпил, а? — Почему ты не на свидании? — невнятно пробормотал Йен, как будто не слышал ни слова из того, что сказал Микки. — Я был на свидании. Меня как раз собирался трахнуть мой кавалер, но по какой-то причине твоя долговязая, членоблокирующая задница решила поспать у меня под дверью. Йен закрыл глаза и откинул голову на стену. — Мне жаль, что я испортил твое свидание. Уставившись на Йена, Микки почувствовал, как его сердце бешено заколотилось в груди. Он протянул руку и нежно погладил друга по щеке костяшками пальцев. — Не, чувак, ты ничего не испортил, — пробормотал Микки, в то время как его глаза изучали раскрасневшееся лицо Йена, задаваясь вопросом, слышал ли его вообще пьяный рыжий друг. — Пошли, — сказал Микки, вставая с пола. — Уже поздно. Давай зайдем внутрь. — Не могу, — пробубнил Йен, его глаза все еще были закрыты. — Не могу пошевелиться. — О, ты не можешь пошевелиться, да? — спросил Микки с ухмылкой, изогнув брови дугой. Затем он вздохнул, прислонился спиной к стене и соскользнул вниз, чтобы сесть рядом с Йеном. — Тогда, полагаю, мне лучше побыть здесь с тобой. Глаза Йена распахнулись, и он повернул голову, чтобы посмотреть на Микки. Его зрачки были размером с радужку, а грудь быстро поднималась и опускалась. Уголок губ Микки дернулся вверх, когда он посмотрел на своего растрепанного друга с глазами лани. — Сколько ты выпил? — Столько, сколько мне потребовалось, чтобы напиться, — проворчал Йен. Микки смог только ухмыльнуться. Он наклонился и коснулся своим лбом лба Йена. — Приятно знать, что ты все еще гребаный умник, даже когда пьян в стельку, — Микки закрыл глаза и некоторое время прислушивался к прерывистому дыханию Йена, прежде чем добавить. — От тебя не было вестей три дня. Где ты был? — Повсюду, — невнятно пробормотал Йен. — Значит повсюду, да? Йен отстранился от Микки и провел дрожащей рукой по лицу, после чего прерывисто выдохнул. — Я облажался, Мик. — Серьезно? — спросил брюнет, решив подшутить над своим пьяным другом. — И как же ты облажался, а? Долгое время Йен молчал, тупо уставившись в пространство. В конце концов, он пробормотал то, что думал. — Я влюбился в тебя. Легкая, насмешливая улыбка сползла с лица Микки, когда слова Йена повисли между ними в оглушительной тишине. Закрыв глаза, Йен продолжил. — Я знаю, что не должен был этого делать. Мы обещали друг другу, что этого не произойдет, верно? — сказал Йен, и его голос при этом дрожал и прерывался. — Но я ничего не мог с этим поделать. Мне жаль, Мик. Застыв без движения, Микки пытался прийти в себя, пока Йен продолжал говорить, совершенно не подозревая, что только что перевернул мир своего лучшего друга с ног на голову. — Я знаю, предполагалось, что это будет просто секс… А теперь влюбленный я пришел сюда и испортил твое свидание, — тихо произнес Йен, драматично подняв руку в воздух и откинув голову назад, чтобы тут же застонать. — Какой я, нахуй, друг, если порчу тебе свидание? На тебе одеколон, и ты хорошо выглядишь, и пахнешь чертовски хорошо, и… Микки накрыл ладонью щеку Йена, мягко повернул его голову к себе и соединил их губы в поцелуе, чтобы заставить рыжего, наконец, замолчать. Йен медленно повернулся так, чтобы его колени оказались под углом к коленям Микки. Он наклонил голову и углубил нежный поцелуй, в то время как его рука сжала куртку Микки спереди, чтобы тот не отстранился. Тщательно вылизывая рот Йена, Микки схватил его за затылок, чтобы прижать чуть ближе к себе, а когда они оторвались друг от друга в попытке отдышаться, Микки уткнулся лбом в лоб Йена и услышал его голос. — Я хочу этого, Микки, — пробормотал рыжий, зарываясь лицом в куртку брюнета. — Я так чертовски долго хотел тебя, всего тебя, а не только секс. И больше никого у меня не было. Микки зарылся носом в волосы Йена и вдохнул его запах, впитывая слова, которые произнёс лучший друг. — Я хочу, чтобы ты обливался одеколоном, когда ходишь со мной на свидания, и я хочу остаться на ночь после секса и просыпаться рядом с тобой каждое утро, а еще хочу держать тебя за руку на публике. Не хочу, чтобы ты встречался или трахался с кем-то еще. Я хочу ссор, а затем секса с поцелуями, и еще хочу водить тебя к Фионе на семейные ужины по воскресеньям и… и я облажался, не так ли? — Йен отстранился ровно настолько, чтобы иметь возможность посмотреть в голубые глаза Микки. Заметно сглотнув, брюнет посмотрел на него в ответ. Микки протянул руку и погладил большим пальцем линию подбородка Йена. — Ты нихуя не облажался, — наконец сказал он хрипло. — Потому что я тоже этого хочу. Йен отстранился, нахмурившись. — Хм? Микки расхохотался, увидев совершенно озадаченное выражение лица своего друга. Затем его смех утих, а сам он смягчился. — Иди сюда, — пробормотал Микки, притягивая Йена к себе и нежно целуя его в губы. — Ты хочешь попробовать, да? Ты и я? Йен кивнул Микки, который улыбнулся, а затем наклонил голову, чтобы поцеловать рыжего в висок. — Ладно, пьянчужка. Давай зайдем внутрь. — Мы будем трахаться? — пробормотал Йен, когда Микки помог ему подняться на ноги. — Нет, трахаться мы не будем, — вздохнул брюнет. — Не в таком состоянии. Йен практически надулся, навалившись на Микки всем весом, пока тот отпирал свою дверь. — И не надо делать такое лицо, — упрекнул его Микки. — Мы не будем трахаться сегодня вечером, ты меня слышишь? Мы ляжем спать, а сексом займемся утром, когда ты будешь ясно мыслить и не будешь пахнуть, как портовая пивнушка. Схватив Микки за лицо, рыжий грубо смял его щеки, а затем притянул к себе для небрежного поцелуя. Он отстранился, причмокнув губами, а затем по-ребячески спросил: — Итак, значит ли это, что я теперь твой парень? Ухватив Йена за бедра, Микки потянул его на себя через порог. — Конечно, блядь, да. Йен ухмыльнулся и дал затащить себя внутрь. Он неуклюже, пинком, захлопнул за собой дверь и позволил своему новому парню уложить его в постель.