Теория. Практика. Экзамен.

20 сентября Молли сидела в дальнем углу столовой. Серая мышка забилась в свой уголок. Как обычно, место под сломанной лампой, часть стойки с едой, и девушку практически не заметишь с прохода. Перед ней нетронутая тарелка с пастой. «Да как он мог! Надо было сразу развернуться и уйти. Нет, лучше отвесить ему пощечину. Хотя кого я обманываю, разве осмелилась бы!» - грустно улыбнулась Хупер, смотря на остывающий кофе. Оставалось 2 часа до окончания смены. Столовая была практически пуста, за исключением Молли и парня-медбрата из первой реанимации. Это и неудивительно - что делать нормальному человеку здесь перед концом работы? Для девушки так обедать вошло в привычку, никто не пялится на тебя, нет какофонии чужих голосов, мыслей, чувств. Как обычно «в плохие дни» купит еду домой; «Еще порцию, пожалуйста, с собой», завтра выходной, а готовить совсем не хочется. Впрочем, как и идти в магазин за кошачьим кормом, тогда: «еще порцию тефтелей». Забраться в постель, укрыться одеялом с головой. Не ходить на работу, не отвечать на телефонные звонки, не мыться, не есть, не жить. Ничего не хочется, ничего. Можно, конечно, позвонить Карен, своему последнему психотерапевту. Хороший доктор, ведь Молли в них разбирается. Сколько их было за двадцать лет. Доктор, уверенная, что помогла девушке. И действительно на время стало практически нормально, почти как у остальных людей. Но вот рикошет. Возврат, напоминание о том, что у неё не может быть ничего хорошего. Она слишком медленно идет, а скорый поезд «Депрессия» уже набирает ход. Почувствовав взгляд, девушка подняла голову. О боже, Мег идет к ней с подносом. - Вот ты где, а я тебя везде ищу! - подсаживается за столик, встряхивает короткими черными волосами. Мег, Меган, Молли училась с ней в параллельных группах в колледже, одногодки. Отношения не то чтобы дружественные - так, приятельские. В Бартсе полгода. Перевелась после развода с мужем. Еще не совсем оправилась, чувствует себя одинокой, вот и решила взять Молли под крыло. - Пойдем сегодня в... Говорят, новый фильм с Джонни Деппом совсем не плох. Потом можем зайти в... Эй, Молли, ты меня хоть слушаешь? - А, Мег, я не могу сегодня, - начала Молли, - я хотела убраться в квартире, и Тоби нужно свозить к ветеринару. - Но Маргарет не так легко обмануть, вот уже недоверчиво щурит зеленые глаза. - Ты из-за своего психа так расстроилась? Успокойся, ни один мужчина не стоит того, чтобы переживать. Слушай, может тебе к психологу сходить? Молли горько усмехнулась. - Не думай ничего такого, тысячи людей обращаются за помощью. Помнишь Пита, ну, блондина с моей группы, тот, что с родинкой? Хупер послушно кивает. - Так вот, он пару лет назад влюбился в стриптизершу, да как! Дом ей купил, одел как куколку, а она сбежала с водопроводчиком. Представляешь, с во-до-про-вод-чи-ком. Пит с ума чуть не сошел, жить не хотел. Налысо побрился. «Да, Мег, самое страшное, что может случиться с человеком – побриться налысо», - подумала девушка. - И вдруг встречаю его где-то 2 месяца назад, одет с иголочки, весь такой холеный. Сразу видно, дела пошли в гору. Посидели в баре, вспомнили юность. Оказывается, лечился у какого-то врача, Харсона или Ларсона, не помню точно, Пит дал его визитку. Так этот доктор творит чудеса, правда и сам чудик. Пит мне его рекомендовал, - Маргарет долго копалась в сумочке, наконец, с победным возгласом вынула помятый листок, - да, точно, эта визитка! Доктор Лайан Ларсон. «Солнечное затмение». *** Молли зашла в квартиру и, не снимая ботинки, прошла на кухню. Открыв шкафчик под мойкой, достала литровую бутылку Мартини. Золотой запас, впрочем, еще одна бутылка была в ванной, но это на крайний случай, если не сможет догнаться основным. Налила полный бокал и, не разбавляя тоником, выпила залпом. Девушке нравилась одновременная терпкость и сладость напитка. Только вкус немного портило то, что алкоголь был теплым. Но все же добрый доктор Мартини оказал свое благотворное действие. Со смехом она вспомнила, как решила умереть от голода. Паста и тефтели были давно съедены. Подошел кот и укоризненно посмотрел на свою хозяйку. - Тоби, дорогой, не злись на меня, завтра я куплю тебе уйму еды, а сейчас давай будем танцевать! – Молли с трудом удерживала сопротивляющегося кота. Включила музыкальный центр, купленный пять лет назад на распродаже, наверное, ещё с первой бартсовской зарплаты. Из динамиков прерывисто полилась музыка, Bjork – Triumph of a heart, под неё не потанцуешь! Похоже, кот считал так же, отбрыкнулся лапами и скрылся в спальне. Девушка, раздевшись до белья, кружила по комнате, сжимая в руке бутылку. Она и в трезвом виде не отличалась особой координацией, в пьяном и подавно. Врезалась со всего размаха локтем об косяк. Молли расплакалась от боли, опустившись на пол, позвала кота. Конечно, не пришел. «Даже ему ты не нужна, - горько подумала она, - где телефон? Черт, начало одиннадцатого, Карен работает до десяти». Девушка вытащила из мусорного ведра визитку. На удивление ответили после второго гудка. - Солнечное затмение, слушаю вас, – раздался бодрый, приветливый голос секретаря. - Я бы... Я хотела записаться к доктору Ларсону. На прием, – сказала Хупер. «Неплохо. Язык слегка заплетается, но в целом на пьяную идиотку вроде не похожа», - решила девушка. - Сожалею, но мистер Ларсон сейчас в отпуске. - А когда он вернется? - К сожалению, ничего не могу вам сказать, это внеплановый отпуск по личным обстоятельствам. - Слушайте, я на грани, я... я не могу так больше, что мне... - Одну минуту, пожалуйста, - перебила её секретарь. В телефоне зазвучала «Венская кровь» - Штрауса. Прошло пять минут, Молли уже хотела завершить звонок, но в трубке вновь ответили: - Назовите ваше имя, возраст, семейное положение и профессию, пожалуйста. - Молли, Молли Хупер, 29 лет, не замужем, патологоанатом. - Теперь в трубке была тишина. - Очень хорошо, мисс Хупер, доктор Ларсон ждет вас завтра в 19:00. Записывайте адрес.