Настоящая сестра

      Вечером того же самого дня Рэйнбоу прилетела в Сахарный Дворец. Она прилетела раньше Скуталу и встретилась взглядом с Джильдой, которая сидела за столом и с гордостью смотрела на своё творение: большой многослойный торт в форме цилиндра. Даже не смотря на его простоту, он выглядел довольно аппетитно.       — Ого! — сказала Рэйнбоу, увидев такой тортик. — Признаюсь честно, я не верила, что у тебя получится с первого раза.       — Учись, пока я жива, — усмехнулась Джильда. — Где там эта коротышка? Ей должен достаться первый кусок.       — Скуталу? — спросила Рэйнбоу. — Не знаю… к ней приехали её родители, — Рэйнбоу заметно погрустнела, и Джильда конечно это заметила.       — Эм, и что? Получается, она не придет? А почему бы ей не прийти с родителями вместе? Я думаю, тут торта на всех хватит. Тем более, если мы его втроем слопаем, то на сутки точно можем про всякие полеты забыть, — подшутила грифонша, чтобы хоть как-то подбодрить старую подругу. — Нет, серьезно, че за кислая мина?       — Ну, они, возможно, придут все вместе, но…       — Ха! Ну вот видишь, беспокоиться не о чем, — воскликнула Джильда как ни в чем не бывало. Однако, судя по выражению лица Рэйнбоу, она не разделяла энтузиазма своей подруги. — Ох, ну ладно… Не люблю я выслушивать эти душевные проблемы, но… ладно, выкладывай. Может быть, твоя проблема не так скучна, и я не усну в самом ее начале, хех, — усмехнулась грифонша.       — Ну, знаешь, это насчет ее родителей. Мне просто… хочется думать, что все останется, как прежде, но… в глубине души я понимаю, что как прежде уже не будет, по крайней мере, теперь, когда ее родители здесь. И я боюсь, что изменения будут не в лучшую сторону. Худшее, что может случиться для меня, так это то, что она захочет остаться с родителями. И тогда ей придется уехать из Понивилля и я не знаю… увижу ли я ее когда-нибудь снова… Просто, понимаешь, Скуталу очень дорога мне. Мы с ней не просто лучшие подруги… иногда я представляю себе, будто я ее старшая сестренка, которая заботится о ней, хоть это и не так. И мне правда нравится это. Ее любовь ко мне греет мою душу… и если она уедет, то мне будет очень грустно без нее…       — Воу… — выслушав душевный рассказ, сказала грифонша. — Это было очень… странно слышать с твоей стороны… Хах! Итак, гребаный чейнджлинг, признавайся, куда ты дел настоящую Рэйнбоу Дэш?       — Джи, сейчас не очень подходящее время для шуток…       — А я не шучу! Настоящая Рэйнбоу никогда не раскисает! Даже когда дела идут просто дерьмово, она никогда не унывает и смотрит в будущее с улыбкой! Всякую опасность она встречает не колеблясь, даже не дрогнув перед ней! А что я вижу здесь? Крепкая духом и телом Дэши начинает фантазировать самые худшие сценарии своей жизни! Разве такой была Рэйнбоу Дэш? Абсолютно нет! Так что же сейчас изменилось, а?       — Ладно-ладно, я тебя поняла, — усмехнулась пегаска. — Могу тебя заверить, что я не чейнджлинг. Да, ты права, я всегда смеялась в лицо опасности, и не боялась ничего, но раньше… раньше опасности были другие. Типа, совершить опасный трюк, защитить Флаттершай от хулиганов… Все это совсем другое. Это все не похоже на ту проблему, которая тяготит меня сейчас. И как бы я не пыталась бороться с этим, как я успешно делала это раньше, теперь я не могу. Это тяжелым камнем лежит в моем сердце, и я даже не могу его сдвинуть. Забыть о нем просто, но он часто напоминает о себе… поверь, если бы я могла, я бы с радостью отмела бы эту проблему. Но я не могу. Похоже, сильная Дэш оказалась слаба…       В этот момент Джильда задумалась. Она на самом деле знала, как близки Рэйнбоу и Скуталу, ведь самой грифонше довелось познакомиться с маленькой пегаской где-то полтора месяца назад*. И теперь Джильда поняла, что шуточки здесь не помогут.       — Хм. Знаешь, я тут подумала… Это, конечно, дурная идея, но что если тебе просто… показать Скуталу, как ты ее ценишь? Тогда, возможно, она предпочтет остаться в Понивилле с тобой, чем уезжать с родителями за тридевять земель?       — Хей! А ведь ты права! — в глазах Дэш вновь загорелся блеск. — Ты абсолютна права! Мне просто нужно бороться за Скуталу! Да, я покажу ей всю свою сестринскую любовь!       — Отлично! Именно такую Дэш я и помню с детства. Хей, а вот и Скут со своими родителями!       И правда, в кондитерскую вошли три пегаса и сразу же направились к Рэйнбоу и Джильде.       — Привет, Джильда! — воскликнула Скуталу. — Давненько не видались!       — Да уж, ты вон как вымахала, не узнать, — усмехнулась грифонша, кулаком растрепав пегаске гриву. — А вы, стало быть, ее родители. Меня зовут Джильда, — та протянула лапу для приветствия.       — Приятно познакомится, — первым на жест ответил Снэп. — Меня зовут Снэп, а это моя жена — Мейн.       — Что ж, приятно познакомиться, — ухмыльнулась Джильда. — Так, кто хочет тортик? Я сама готовила.       — Ух ты, уже не терпится! — воскликнула Скуталу, облизнувшись.       Вскоре Джильда разрезала торт на пять частей. Нельзя не заметить, что торт всем очень понравился.       — М-м-м! Очень вкусно, Джильда. Ты прям превзошла саму себя, — сказала Рэйнбоу.       — Не могу не согласиться, — сказала Мейн. — Ты давно увлекаешься кулинарией?       — Хех… Не совсем. Вообще-то, это мой первый торт за всю жизнь.       — Ого! Могу поклясться, даже у моей мамы не получались пирожки по бабушкиному рецепту с первого раза, — воскликнул Снэп.       — Так, Дэш, как долго ты уже тренируешь Скуталу? — спросила Мейн.       — О, я тренирую ее с тех самых пор, как мы ее излечили от той змеи. Несколько месяцев назад, если быть точной. Конечно, тренировки даются ей нелегко, но она отлично справляется. Не так ли, Мелкая?       — О, это правда! Я, вообще-то, уже много чего умею! Если хотите, могу показать…       — Стой! — Рэйнбоу ее остановила, прежде чем Скут поднялась со стула. — Помнишь, что я говорила тебе насчёт полетов после еды?       — Ах да, точно… К тому же, я еще не доела. Хей, мам, пап, расскажите побольше о своей профессии!       — Ну… — сказала Мейн. — Мы со Снэпом изучаем диких и редких животных. Каждый раз, когда мы идём в опасную экспедицию, я не знаю вернёмся ли мы назад…       — Ого! Вы мне не рассказывали, что рискуете собственной жизнью ради исследований! — воскликнула Скуталу. Рэйнбоу же, в сторону которой Скут не смотрела, копытом сделала жест, что тему для разговора надо сменить.       — Ну… — протянула Мэйн, осознав свою ошибку. — Я имела в виду… это в переносном смысле… Да, то есть, эта работа так затягивает, что я не всегда уверена, смогу ли я от нее оторваться, хе-хе…       — Да, наша работа действительно интересная. Рэйнбоу Дэш, а что ты можешь рассказать о себе? Чем ты увлекаешься?       — Ну-у-у, я одна из Вандерболтов, и я обожаю книги А. К. Ирлинг о Дэйринг Ду…       — Ты серьёзно? — удивился Снэп. — Поверить не могу. Совсем как я Индианой Хувсом.       — С кем? — не поняла Рэйнбоу.       — Один из известных героев моего детства! — сказал с гордостью пегас. — Он что-то вроде твоей Дэйринг Ду, но только жеребец. Именно он вдохновил меня заняться биологией, хотя сам был историком.       — А-а-а… — припомнила Рэйнбоу. — Я помню его. Твайлайт давала мне книгу «Индиана Хувс и Королевство Хрустальной Черепахи»…       Скуталу довольно улыбнулась. Она была счастлива, что её родители так быстро нашли общий язык с Рэйнбоу. Вечер был прекрасен и вскоре был завершён…       Так как в животе у Рэйнбоу был компот из торта, нескольких кусков сыра, супа и салата, она решила, что сегодня не пойдёт ночевать в свой Клаудоминиум. Её пустила к себе Твайлайт.       — Ну, и как всё прошло? — спросила принцесса Дружбы.       — Не спрашивай, — угрюмо буркнула Рэйнбоу. — Они даже меня смогли очаровать. Как я могу доказать Скуталу, что я лучше их, если даже Я считаю их крутыми?       — Может, тебе не стоит этого делать? Почему бы вам просто не поладить друг с другом?       — Ага. И дать Скуталу уехать с родителями?       — Рэйнбоу, я думала, мы это уже с тобой обсудили, — чуть строго сказала Твайлайт.       — Да я помню. Но у меня теперь есть маленький шанс оставить ее. Как я могу его упустить?!       — Ладно, если хочешь поговорить об этом, то давай лучше утром. У меня сегодня был тяжелый день, и я сейчас мечтаю хорошенько поспать. А завтра, глядишь, и найдем решение твоей проблемы.       — Может быть… — сказала неуверенно Рэйнбоу…       Вскоре подруги дошли до замка, и Твайлайт провела Рэйнбоу в ее комнату, гдеона уснула почти сразу. И ей снился приятный сон…

***

      В этом сне была она, Скуталу, Снэп и Мейн. Все было хорошо. Скуталу хвасталась новыми трюками, которыми ее обучила Дэш.       — Это просто великолепно! Даже я за всю свою жизнь не могла выполнять такие пируэты, не говоря уж о том, чтобы кого-то этому научить. Ты не думала заделаться учителем полетов в Летном Лагере? — спросила Мейн.       — Хех. Нет, спасибо, я пока побужу Ванденболтом. Тем более, мне и самой еще есть, чему поучиться, — отмахнулась Рэйнбоу. — О, кстати, давайте я покажу вам свой новый трюк. Я сама его придумала. Ну, правда, он пока без названия…       В этот момент Рэйнбоу Дэш взлетела в небо, и стала выделывать потрясающие трюки и пируэты, которые не снились даже фигуристам на льду. Однако, как только Рэйнбоу опустилась на землю, она вдруг оказалась на вокзале, а в поезде сидели Скуталу, Мейн и Снэп и, улыбаясь, махали Рейнбоу копытами.       — Эм… простите, а что вы делаете? Мы же хотели сходить с Флаттершай и Рарити на пикник? — спросила удивленно Рэйнбоу.       — О, видишь ли, дорогая, Иследовательская Организация Эквестрии написала письмо, в котором говорится, что они обнаружили неизведанное ранее существо в Зенштадских горах, и нас, как лучших исследователей, просят его изучить. И мы подумали, что мы можем взять с собой Скуталу, чтобы она получше узнала нашу работу.       — Не волнуйся, Рэйнбоу, в лучшем случае, мы с тобой увидимся через несколько лет, — как ни в чем не бывало ответила Скуталу. — Ну, если эта Организация не найдет еще какое-нибудь редкое животное…       — Оу… то есть… н-несколько лет, д-да? — в этот момент Рэйнбоу была готова разрыдаться, а сердце расколоться на миллион осколков…       — О, кстати, я буду писать тебе каждый день, так что тебе даже будет казаться, что я рядом. Не бойся, со мной все будет хорошо… Только не скучай по мне, ладно?       — Ну… ладно, — через силу Дэш заставила себя улыбнуться и помахать им в ответ… Поезд тронулся… Какое-то время Дэш продолжала махатьв пустоту. Сколько она так стояла? Час… А может, даже сутки? Вроде, все было не так уж плохо, да? Она ведь будет писать каждый день, а через несколько лет они снова встретятся… Это же хорошо?..       В следующий миг Рэйнбоу оказалась у себя дома. Была зима. Она горько рыдала над письмом, которое она получила сегодня от Скуталу. Нет, она не была мертва. Она, как и ее родители, были живы и здоровы, но вчера Скуталу получила метку Исследователя — это была лупа со знаком вопроса, символизирующая что-то неизвестное. К письму прилагалась и фотография, где отчетлтво был видна кьютимарка. Казалось бы, за нее можно порадоваться, ведь она наконец-то нашла свой талант. Так и было бы, если бы в конце письма Рэйнбоу Дэш не прочитала следующее: «Прости, но я не знаю, когда смогу к тебе приехать. Да, я обещала тебе, что приеду через неделю, но теперь я стала членом этой организации, и теперь я должна также работать. Может быть, я когда-нибудь смогу найти время, чтобы посетить тебя и своих друзей Искателей. Я правда скучаю по вам, но я не могу оставить работу и родителей…

Твоя верная фанатка и любимая сестренка, Скуталу»

      — Это моя вина… Я не должна была тебя отпускать… — бормотала сквозь слезы пегаска. — Я не должна… не должна была…       — Я НЕ ОТПУЩУ ТЕБЯ!!! — внезапно крикнула пегаска. Она вскочила с кровати в холодном поту и замерала, выравнивая дыхание. Она посмотрела за окно. Стояла глубокая ночь, но даже в темноте можно было понять, что за окном была далеко не зима, а лето. — Ах, снова этот сон… — постепенно Рэйнбоу успокоилась, но как она ни старалась, она не могла заставить себя уснуть, так как боялась вновь увидеть этот кошмар. И сильнее она боялась, что этот сон станет былью… «Нет. Я никогда ее не отпущу! Скуталу останется в Понивилле, я добьюсь этого, чего бы мне это ни стоило!»