Нельзя быть счастливой надолго, я знаю...

       Эмма снова и снова мысленно возвращалась в тот день, когда это произошло впервые. Она стояла на коленях и ей было неудобно. Хотя в ту минуту ничто не могло отвлечь ее запрокинутую назад голову. Ну, а руки — хвала небесам у Эммы крепкие, сильные руки, ладони настойчиво и жадно поглаживали, слегка сжимали округлые смуглые ягодицы. Эмма никак не могла насытиться прикосновениями, потому что кожа под ее ладонями была, о боже, самое невероятное ощущение гладкости… А еще этот запах… Сводил с ума… Она почти ничего не слышала, совсем не потому, что ее голова и уши были зажаты упругими бедрами, она почти ничего не видела, потому что в помещении был полумрак, а ее глаза были полуприкрыты от наслаждения. Она была готова ничего не видеть и не слышать, только бы это не заканчивалось никогда… Только бы чувствовать эту влагу и вкус у себя на губах и языке. А потом наступил момент, после которого Эмма, казалось, уже не способна была остановиться, жадно захватывая губами мокрую, горячую плоть… В роскошную белокурую копну волос нежно и мягко проникли теплые пальцы, а затем медленно, но настойчиво сделав несколько круговых движений по макушке притянули ее голову еще ближе. Еще плотнее. Так, что почти невозможно было дышать. И она растворилась, ей даже на секунду показалось, что оглохла, хотя нет, она, кажется, стонет… А может и не она. Из последних сил, на грани потери сознания Эмма вдруг вспомнила, что женщина все еще стоит над ней только потому, что сильные руки Свон каким-то чудом удерживают от падения. Поэтому она крепко прижала к себе роскошную задницу, которая дернулась навстречу жадному Эмминому рту. Ее партнерша неожиданно громко вскрикнула и замерла. Эмма тоже застыла, не в силах пошевелиться. Они так и стояли еще секунд 20-30, а может быть минут пять. Эмма не могла вспомнить сколько ей потребовалось времени, чтобы наконец, слегка разжать пальцы и немного отстраниться от разгоряченного лона, которым она продолжала медленно наслаждаться. Женщина, стоящая над ней, все еще путалась в ее волосах, только теперь уже двумя руками. Похоже, ей очень нравились густые локоны Свон… Затем они все же оторвались друг от друга. Эмма глубоко вздохнула, чтобы впитать в себя неповторимый терпковатый запах, опустила руки, сглотнула… «Душ по коридору направо» — третья фраза, сказанная завораживающим голосом за все время их общения. — «Мой шофер отвезет куда скажешь. В клуб можешь сегодня не возвращаться.» — А затем очертания великолепной фигуры растворились в дверном проеме.

***

      За три месяца до этого… — Эй, Рубс, когда будешь дома? — Эмма закончила смену и приземлилась на отдаленную скамейку в парке по соседству с кафе, в котором подрабатывала трижды в неделю. — Уже, — пропел голос на другом конце, — забегай на завтрак, — Свон с трудом оторвала себя от лавки и поплелась в сторону дома лучшей подруги. — Это никуда не годится - пашешь за копейки, учишься, устаешь как проклятая, — Руби весело суетилась, доставая еду из холодильника. — Не начинай, прошу тебя, — устало отреагировала Эмма, — башка, итак, чугунная. Можно посплю у тебя до занятий, в общаге не дадут отдохнуть… — Без вопросов, сейчас поешь и заваливайся спать. Я тоже с ночной, постелю тебе на диване. Будешь уходить, захлопнешь дверь. И, вообще, я предлагала раз сто, перебирайся уже ко мне, я почти не бываю дома, у меня тихо, куча места, будешь высыпаться и никто не посмеет мешать тебе читать умные книжки. Платить — не надо! Так живи, мне в радость твоя компания. — Не, я так не могу, половину не потяну, прости, Рубс, ты же знаешь… Надо платить за учебу и еще хоть как-то нормально одеваться, ну и тренажерка — хочу быть в форме и в тонусе. — Ой да ладно, ты шикарно выглядишь и без своей качалки. Ходишь туда из-за всяких смазливых плохишей с кубиками вместо живота. — Ну тебя, — улыбнулась Эмма, — спасибо, обалденно вкусно. Прости, я упаду на диванчик.

***

      Помимо учебы, два раза в неделю Эмма посещала спортзал кампуса, брала три ранние смены в кафе возле университета и две вечерние в бургерной у метро. А еще делала кучу всяких курсовых и рефератов нерадивым студентам. Крутилась, выкручивалась, старалась, экономила, но денег все равно не хватало.

***

— Забегу к тебе после смены, — быстро проворковала Руби, — тема есть, надо обсудить.       До начала занятий оставалось часа два и Эмма, сварив две огромные чашки латте, отправилась на встречу с подругой. — Значит так, — решительно стартовала Руби, — завтра бросаешь все свои работы и переходишь ко мне в клуб. Напарница свалила с дружком в Монтану. И даже не вздумай сопротивляться, такой шанс выпадает раз в жизни. Надеюсь, ты это понимаешь! — отрезала подруга.       Эмма понимала, еще как понимала. Руби работала в одном из самых престижных клубов Манхэттена, в самом дорогом, самом роскошном. А еще этот клуб был закрытым, а еще женским, только для женщин. Безумно дорогим, со своим концерт-холлом, стриптизом, казино, и…приватными румами. — Сама знаешь, туда не попасть, с улицы не берут, даже по рекомендации не берут, но я уговорю Зелену, поручусь, думаю, ты подойдешь, — продолжала напирать Руби. —  Да ты должна уже все бросить и бежать устраиваться! — Ну не знаю… — протянула Свон. — Да, клуб специфический. Что с того? Да, женский, но с очень строгими правилами — никто и никогда не заставит тебя делать ничего такого, чего сама не захочешь! Я же не зову тебя танцевать стриптиз на стойке! Только бар — кофе, коктейли, напитки, легкие закуски. Чаевые за ночь, как месяц в твоих забегаловках — сама знаешь. — А может я хочу в стриптиз? — пыталась отшутиться Эмма. — Ну, а почему нет? — подхватила Руби, — ты красивая, фигура, мордашка, танцуешь обалденно — все супер. Можно попробовать. Зарабатывать будешь!!! Ухххх!!! — Да ладно тебе, Рубс, прекрати, ну какая из меня стриптизерша? — улыбнулась Эмма. — А вот бар — другое дело, я все знаю и умею, думаю, можно попробовать. Но… — Никаких «но», вечером встречаемся, идем к Зелене! Иначе через сутки это место займет другая, — отрезала Руби. — Погоди, я спросить хочу… — Ну что еще? — нетерпеливо вздохнула Руби. — Ты, это… Ну вообще, тебе доводилось делать что-то такое… — Что «такое»? Уединяться с кем-то в привате? Ну было пару-тройку раз! И что с того? Это тебе не потные, пьяные мужланы с липкими ручищами — это красивые, утонченные, богатые, очень богатые женщины, которым хочется отдохнуть, расслабиться, отвлечься от своих каждодневных забот и надоевших мужей. Никакой грубости, хамства, унижений и на чай дают столько, что тебе и не снилось.       Эмма все равно сомневалась. У Руби всегда все легко, просто и быстро. Она крутила романы направо и налево. Длинные, стройные ноги, роскошное тело, огромные голубые глаза, грудь, губы и раскованность делали брюнетку магнитом для всех без исключения. А еще, чего уж скрывать, Руби любила секс. А секс любил ее. Отношения заводились быстро, и, как правило, ненадолго.       А вот Эмма — совсем другое дело. Шумных компаний сторонилась, знакомства давались с трудом, несмотря на то, что парни готовы были на все ради отношений с зеленоглазой красавицей. На курсе многие дразнили Эмму «Принцессой-недотрогой». Она была чирлидером университетской команды поддержки, одной из самых популярных студенток, поэтому многие считали ее гордой и заносчивой. Из зависти шептались, что Эмма Свон — «фригидная сучка». А она просто была не такой как все: отстраненная, немного скованная и стеснительная. С людьми сходилась тяжело, друзей, кроме Руби у нее не было. Руби, несмотря на их совершенно разный темперамент и взгляды на жизнь стала для Эммы чуть ли не единственным близким человеком, надежным другом, помощником и опорой.       Они познакомились на первом курсе. Их поселили в одну комнату. Учиться Руби Лукас не хотела и Эмме приходилось делать домашку за двоих, чтобы подруга не вылетела после первого же семестра. А вот гулять, развлекаться и крутить романы — здесь напарнице не было равных. Руби быстро освоилась, завела кучу нужных связей и устроилась в престижный клуб официанткой. А оттуда отправилась прямиком покорять Манхеттен. Съехала с кампуса в отдельную дорогую квартирку, но продолжала кое-как учиться. Зарабатывала прилично и постоянно звала Эмму к себе. Но Свон — гордая птица, стеснялась принимать такую помощь, хотя Руби постоянно говорила, что должна немеряно за свой будущий диплом. Но Эмма все равно не соглашалась. Максимум, что могла позволить себе — оставаться у подруги несколько раз в месяц, чтобы нормально выспаться, потому что в кампусе сделать это днем было очень проблематично.       И вот теперь перед Эммой стоял выбор — с одной стороны — хотелось, наконец, зарабатывать побольше и перестать отказывать себе даже в самом необходимом, а с другой — что будет, если ей придется согласиться на какое-то непристойное предложение, а она, ну она даже толком и целоваться-то не умеет, не говоря уже обо всем остальном… Да, девчонки и в 16 все знают и умеют, а вот Эмме уже 19 и она стеснялась признаться, что ее познания в сексе — это куча фильмов, робкие поцелуи на редких свиданиях, порно и…душ. Да от одной мысли, что кто-то будет трогать ее голую в приватной темной комнате становилось дурно. Не то-чтобы она боялась…       И вот сейчас она очень и очень завидовала Руби, но все равно не признавалась. Они с подругой такие вопросы обсуждали нечасто. Эмма прекрасно знала и понимала в каком месте работала Лукас, но старалась как можно меньше об этом думать и спрашивать. А надо было… — Ладно, сама решай, — как бы услышав ее сомнения, сдалась Руби. — Но это шанс, реальный шанс для тебя вырваться из дерьма. — Хорошо, — вдруг решительно отозвалась Эмма, — вечером пойдем знакомиться с хозяйкой. Еще ничего не известно, может она меня не возьмет, а мы тут гадаем. — Возьмет, возьмет! — обрадовалась Руби.

***

— Лет тебе сколько, милая? — улыбнулась красивая женщина с роскошной копной рыжих волос. — Почти 20, — неуверенно ответила Эмма, пока Зелена приближалась к ней, внимательно изучая с головы до ног. — Ну что ж, очень даже ничего, вполне годная кандидатура. Руби сказала, ты все знаешь и умеешь на баре, с опытом. Но у нас совсем другая публика - требовательная, изысканная. — Я буду стараться, — выдохнула Эмма, которой вдруг очень захотелось попасть в такое место. Клуб поразил с первой секунды. Самое роскошное место, в котором ей доводилось когда-либо бывать. Другой мир, все другое — охрана на входе, как в Белом Доме, шикарный зал в темно-шоколадных тонах и звуки лаунжа вместо дикого рока в колонках бургерной. — Ничего особо сложного, первые дни понаблюдай за Руби, делай все как она скажет и через неделю будешь как рыба в воде. Кстати, в стриптиз не хочешь? — Эмма даже не успела ничего ответить. — Ты — красотка, зеленоглазая блондинка, настоящий изумруд — тело, фактура, фигура — все на месте. Я бы подумала на твоем месте, — рассмеялась Зелена увидев смущение Эммы. — Оставь нас на минутку, Руби. «Ну вот и началось» — пронеслось у Свон в голове. — А теперь насчет того, что тебя так сильно смущает, — все еще улыбалась хозяйка. — У меня элитное, престижное заведение. Женщины, которые приходят сюда, могут оставить за ночь в кассе клуба состояние, и мы готовы сделать для них все, чтобы они получили именно то чего хотят. И они получают. Но, у нас есть правило, которое никто и никогда не нарушал — ты всегда можешь отказаться, если не хочешь. Правило номер два — в клубе работают парни, красивые, очень красивые, молодые, спортивные и они здесь для того, чтобы делать приходящих к нам женщин счастливыми и довольными. Также как и девушки, работающие в зале для клиенток. Это их работа — ублажать и удовлетворять. Не твоя. Для тебя — все кроме бара, только, если захочешь. Заставлять не имеют права, только предлагать — выбор всегда за тобой. А вот парни и девушки из зала — для тебя — табу, заводить отношения нельзя, трахаться нельзя, встречаться нельзя. — Поняла, — кивнула Эмма. — Добро пожаловать на борт,  — Зелина резко поднялась со своего места и приблизилась к Эмме еще раз. — И все-таки что-то в тебе есть, — она пожала девушке руку. — Спускайся в зал, скоро начнут прибывать клиенты! Хороших чаевых!       Довольная Эмма влетела в зал, помахала Руби, которая поприветствовала ее победным знаком двух пальцев. — Твоя форма, наша подсобка справа, — кивнула Руби, — переодевайся, скоро начинаем.       Эмма нарядилась в новую хрустящую, очень недешевую белоснежную блузку-униформу, заправила ее в юбку средней длины и поспешила занять место за сверкающей барной стойкой рядом с подругой. Она старалась изо всех сил не пялиться на женщин, которых раньше доводилось видеть только в рекламе и в кино. Она все еще с трудом верила в удачу, и украдкой разглядывала посетительниц, которые слегка расслабившись после парочки фирменных Эмминых коктейлей отправлялись покричать в стриптиз. Некоторые, правда, чуть задерживались, доставали из дорогущих сумочек, пахнущие не менее дорогими духами визитки, чтобы глядя в бездонные зеленые глаза Свон оставить их на стойке, а затем, получив напиток, удалялись без слов. К концу вечера, вернее почти под утро Эмма обнаружила у себя в рабочем ящике 11 визиток и почти 300 долларов чаевых…