Нельзя быть счастливой надолго, я знаю...

— Чего это ты вывалила все свои вещи из шкафа? — после выездной вечеринки Зелена дала подругам по три дня выходных, чтобы девушки как следует отдохнули. — Мне придется вернуться в кампус, — Эмма, понимала, что ее ответ расстроит Руби. — Что значит придется? — недоумевала подруга. — А ну, давай, рассказывай, что произошло? — Я больше не смогу работать в клубе, даже, если бы я захотела остаться, Зелена скорее всего вышвырнет меня, — Эмма прижала к лицу футболку и разрыдалась. — Таккк, — протянула Руби, затем подошла к подруге взяла ее за плечи и усадила на кровать, насильно всунула в руку стакан с водой и подождала, пока Свон перестанет всхлипывать. — А теперь, с самого начала — что стряслось? И ничего не утаивай!

***

— Мисс Миллс, я бы хотела поговорить с Вами. — Проходи, Эмма, проходи, я внимательно тебя слушаю. У меня тоже есть для тебя важная информация. — Да, я понимаю, — быстро пролепетала Свон, боясь приблизиться к столу хозяйки, — все понимаю, что скорее всего очень подвела Вас и клиентка недовольна. Но, я уже собрала все вещи и вот еще… — она на ватных ногах подошла к столу начальницы и положила на конверт. — Здесь чаевые и бонусы за работу на вечеринке, возможно, это хоть как-то сможет компенсировать те неудобства, что я причинила своими неумелыми действиями, — продолжала бормотать девушка.       Зелена лишь нахмурилась в ответ. — О чем речь, Эмма, какие неудобства? — Мисс Миллс, простите, когда я устраивалась на работу, то совершенно не понимала, что данная деталь будет иметь такое значение, но это исключительно в силу моего незнания и неопытности в подобных вещах, у меня не было никакого злого умысла, и я очень старалась соблюдать правила, сделала все, как Вы учили, пошла с клиенткой, я была готова, но разочаровала ее, она осталась недовольна, и мне бы очень не хотелось, чтобы это хоть как-то негативно сказалось на репутации клуба, — оправдывалась Эмма, — поэтому увольняюсь. Вот… — выдохнула она.       Зелена все еще ничего не понимала, поэтому встала из-за стола и подошла к барменше. В глазах хозяйки Свон увидела смесь любопытства и недоумения. — И что же ты такого натворила, Эмма Свон? — вопрос прозвучал негромко, но для Эммы словно раскат грома.

***

      Она тихо прикрывает дверь и погружается в мягкий полумрак люкса под номером пять. Немного расстраивается — вновь не получится рассмотреть лицо незнакомки. Но зато она сможет обнять женщину, она будет трогать ее, гладить, она сможет ее целовать! А еще услышит ее голос. На несколько приятных секунд девушка погружается в ощущения, предвкушая желанную близость.       Но план этого вечера уже написан другим автором. Не Эммой Свон.       Ее ждут и позволяют сделать всего лишь несколько шагов. Незнакомка возникает из темноты и смело приближается, окутывая ароматом сладковатого парфюма. Эмма глубоко вздыхает, не в силах оторвать взгляда от пышной груди с глубоким декольте, от идеальных линий бедер, обтянутых строгим платьем. Инстинктивно поддается вперед, желая обнять. Но женщина мягко останавливает ее руки, и чуть наклонившись медленно шепчет: — Я хочу, чтобы ты полностью разделась, легла на кровать и широко раздвинула ноги, — Эмму бросает в жар — мысль о столь быстром и откровенном обнажении вместо смущения неожиданно отзывается возбуждением. А ещё этот голос… Всего несколько слов и она уже не может думать ни о чем, кроме желания быть с ней… «Она будет трогать меня», — девушка чувствует легкую дрожь в теле, вспоминая ласковые руки таинственной гостьи. Быстро снимает жилетку, строгую блузу, стягивает юбку.       Незнакомка стоит напротив, преследуя каждое движение Свон. — Меня зовут Эмма, — она пытается начать диалог.       Но женщина лишь кивает в ответ, не проронив ни слова.       «Я так и не узнаю ее имя», — она полностью оголяется под неотрывным взглядом. А затем медленно направляется к высокой кровати и аккуратно присаживается на край. Ее таинственная партнерша избавляется от туфель и подходит очень близко, давая почувствовать тепло тела под тонкой тканью платья. Женщина кладет руки на красивые плечи Свон, несколько очень длинных секунд слегка сжимает их, массирует, наслаждаясь мышцами, гладит предплечья, а затем легким нажатием показывает, что пора лечь на спину. Эмма кожей ощущает жадный взгляд. Нежные руки, плавные движения — ладони неспешно скользят по ребрам, опускаются к идеальному прессу и затем направляются вниз к бедрам… Глаза Эммы уже привыкли к темноте, но она по прежнему не может разглядеть ее лица. Еще никто и никогда не прикасался к ней так интимно, она никому не позволяла видеть себя обнаженной, но Эмма не чувствует неловкость, потому что знает — ее тело нравится. С того самого момента, как в глубине клубного будуара она осмелилась предложить гостье терпкий коктейль. Внизу между ногами становится жарко и влажно, по телу медленно разливаются волны необыкновенного тепла. Она дышит медленно, рвано.        Не убирая рук от тела Свон, женщина опускается на колени, аккуратно раздвигает гладко выбритую промежность и медленно проводит языком по всей разгоряченной длине. Эмма резко выдыхает и замирает. Таинственная гостья не спешит — целует лобок и бедра с внутренней стороны, слегка прикасается губами к промежности, исследует поцелуями каждый сантиметр вокруг жаждущего лона. Эмма приподнимает бедра, пальцы женщины приоткрывают влажные складки и девушка вскрикивает в тот момент когда губы незнакомки захватывает ее клитор и начинают медленно посасывать его. Эти минуты кажутся бесконечно долгими и полными наслаждения, но на самом деле все происходит слишком быстро и вот-вот наступит разрядка. Эмма сжимает губы, хватается руками за простынь, чтобы не кричать и не пугать клиентку. Но, похоже, женщину, которая очутилась между широко разведенных ног Свон ничто не может отвлечь. Ее умелый и жадный рот припал к возбужденной влажности, наслаждаясь тем, как тренированное молодое тело отзывается на ее ласки. Почувствовав, что Эмма на грани, женщина убирает язык и успокаивает невесомыми прикосновениями пальцев, медленно изучает каждый интимный миллиметр, умело держит, не давая сорваться в оргазм. Затем незнакомка отпускает ее и быстро поднимается на ноги. Эмма приподнимается и наблюдает за тем, как женщина снимает платье, белье и обходит ложе. Разгоряченная ласками девушка тянется к ней, перемещается на центр кровати и послушно ложится на спину. Гостья медленно опускается рядом и Эмме удается немного рассмотреть ее. Как же она красива, неимоверно красива… Незнакомка слегка нависает над ней и целует плечи, шею, подбородок, отчего по телу вновь прокатывается волна наслаждения А затем Эмма чувствует ладони на своих возбужденных, твердых сосках. Через мгновение она плотно прижата смуглым телом к кровати и женщина дарит ей первый поцелуй — глубокий, страстный, возбуждающий. Эмма полностью во власти умелого рта и божественных губ. Но взамен в ее крепких руках столь желанное тело. Эмма снова у края, она стонет под пальцами, которые вновь исследуют промежность, ее бедра двигаются навстречу, пока палец кружит у клитора, надавливает, а затем чуть опускается к заветному входу, но не проникает. Эмма рвано дышит, ей головокружительно хорошо, ей кажется, что время застыло. Партнерша не спешит, она посасывает ее язык, пока палец продолжает возбуждать. Эмма снова и снова приподнимает бедра, дергается навстречу и стонет в рот. Ее тело молит о разрядке, которая совсем близко. Палец женщины немного погружается во влагу, но совсем неглубоко и вновь этот голос. — Какая же ты невероятная, Эмма, — шепчет незнакомка во тьме ее имя. — И страстно целует, но там внизу не торопится, наслаждается моментом. Всего на долю секунды она покидает раскаленную промежность, и Эмма разочарованно всхлипывает, но это лишь мгновение передышки, затем рука возвращается. Теперь уже два пальца ласкают девушку. Терпеть почти невыносимо. — Прошу, пожалуйста, — Свон слышит свой голос сквозь пелену приближающегося оргазма. Незнакомка жадно целует ее. И ещё немного покружив у входа погружается совсем чуть-чуть в горячую влагу. — Еще, ещё — бормочет Эмма, — глубже прошу, — она дергается навстречу пальцам. — Такая…нетерпеливая…горячая…узкая, — в голосе возбуждение, — давно ни с кем не была, я чувствую, — пальцы с трудом проникают вовнутрь, сначала один, затем второй. Но неглубоко. Партнерша хорошо знает, что делать, аккуратно растягивает упругое лоно. — Не спеши, я не сделаю больно. — они двигаются вдвоем словно в медленном танце. Сейчас в этот самый момент Эмма хочет только одного — чтобы красивая незнакомка была в ней долго и глубоко. И чтобы также тихо шептала ее имя. — Меня никто там не трогал, я ещё ни с кем не была, вы — первая, — шепчет признание Эмма.       И затем все оборвалось. Женщина резко отпрянула, забрала руку и села на кровати. Эмма привстала вслед за ней, все ещё чувствуя пульсацию в теле и совершенно не понимая, чем нарушила их единение. Попыталась обнять… — Ты девственница? — в таинственном голосе беспокойное удивление. — Да, мадам, но вы можете не беспокоиться об этом — мне 19, почти 20… Я взрослая. — Господи, девственница в борделе… — выдохнула женщина и, встав с кровати, направилась к вещам. Эмма едва не расплакалась, понимая, что все закончилось… — Я не работаю в зале, только бар, — уточнила она. — Тогда почему ты здесь? — возразила незнакомка спокойным голосом. — Я хочу быть с Вами. Прошу, останьтесь, не уходите. Да, у меня нет опыта, но я постараюсь доставить удовольствие, — женщина удивлена откровенности и, похоже, раздумывает. А затем решительно застегивает молнию на платье. — Тебе нельзя быть здесь, ты должна уйти. — Только потому, что я неопытна, поэтому не могу быть с тем, кого хочу? — У тебя нет права хотеть и выбирать — я плачу и желаю получать совсем не то, что ты можешь предложить. Мне не нужны проблемы с девственницами. Незнакомка уже стояла полностью одетая и была готова покинуть помещение, но Эмма в порыве отчаяния вскочила с кровати и подбежала к ней. Женщина, совсем не ожидала такой решительности и сделала шаг назад. Но Эмма не сдавалась, подошла вплотную, обнаженная и открытая. — Мадам, скажите, Вы совсем не хотите меня? — женщина замерла. — Свон обняла ее, медленно притянула к себе и поцеловала. — Она почувствовала, как незнакомка поддалась чуть вперед и ответила на поцелуй, но еще через мгновение разорвала объятия. — Будьте со мной, во мне, сделайте это, прошу — молила девушка, но загадочная клиентка лишь громко вздохнула, затем резко развернулась и покинула помещение.

***

      Заикаясь, сбиваясь и глотая слова Эмма рассказала Зелене о событиях той ночи. Ей было страшно, но стало легче, потому что теперь хозяйка все знает и очень скоро все закончится.       Реакция Зелены была неожиданной — она широко улыбнулась и вернулась в кресло. — Ты собираешься бросить работу, которая тебе нравится и которую ты так хорошо делаешь, только потому что ты — девственница? Да, это редкость, особенно в таком месте, но почему ты вдруг решила, что клиентка была недовольна? Из-за того, что она покинула постель? — Ну, да — неуверенно ответила Эмма, — я не подхожу для такой работы, может, через несколько лет, когда у меня появиться опыт и я буду, — Эмма запнулась подбирая слова, — буду полностью готова. — То есть ты все-таки хочешь оказывать интимные услуги клиентам, но считаешь, что девственность этому помеха? — Нет! Нет, — выкрикнула Эмма, — я хотела быть только с этой женщиной и ни с кем другим! — Зелена ценила откровенность. — Вот ты, Эмма Свон, умная девушка, но неопытная. Девственность - слишком дорогой и редкий товар. Почему ты не подумала о том, что она попросту не хочет, чтобы ты продавала свою невинность за деньги. — Мое тело — мое дело как я им буду распоряжаться. Я хотела, чтобы она сделала это, — дерзко ответила Эмма. — Ну если так, — Зелена резко поднялась с кресла, — отправляйся работать в зал, но там совсем другие правила — никому не посмеешь отказать. Обязана идти с тем, кто выберет, — потом чуть смягчила тон. — Эмма, мне кажется тебе надо успокоиться, возьми неделю, отдохни, отвлекись, переключись — не стоит принимать такие решения на горячую голову. Последствия могут быть непоправимые. — Зелена как то-странно глубоко вздохнула и Эмма уловила сожаление в голосе хозяйки. — То, чего ты так страстно желаешь здесь и сейчас, может в итоге оказаться самой большой ошибкой в жизни. Любовь, чувства — все это это слабость, самая большая иллюзия, обман. Поверь мне, милое дитя, когда эта иллюзия рушится, когда все разбивается словно хрустальная ваза, тысячи острых осколков пронзают твое сердце, высушивают душу, и ты отправляешься прямиком в ад. И все оставшееся, отведенное тебе земное время пытаешься справиться с последствиями того самого неверного решения. Боль становится твоим спутником, с ней не справится ни один из ныне живущих. Эта боль станет частью тебя, а затем поглотит целиком, без остатка. Твоя чистая невинная душа пропитается ядом злости и ненависти. Не спеши становится на этот путь, даже если сейчас тебе кажется, что это самое верное решение, — Зелена вздохнула и пристально посмотрела Эмме в глаза. — Ты нравишься мне, Эмма Свон, и я не хочу, чтобы с тобой произошло что-то непоправимое… Не испытывай себя. Нельзя быть счастливой надолго, я знаю…

***

      Последние слова Зелены Эмма запомнила очень хорошо и мысленно повторяла их, направляясь в подсобку. Свон прислушивалась к советам хозяйки — ей всегда нравились сильные, умные женщины, особенно те, которые успешно управляли большим бизнесом.       «Может и нельзя, но я попробую» — она уже все решила и составила собственный план.