chimerique

В этой чужой комнате пахнет пылью и сигаретами… Присев на предложенный ему стул, Минхёк вздрагивает, невольно выдавая свое внутреннее волнение. Ещё минуту назад ему хотелось просто сбежать отсюда, притвориться, что он никогда не связывался с Ли Чжухоном, что они никогда даже не разговаривали и всегда существовали в разных мирах. Нахмурившись, Чжухон опускается в старое кресло у окна. Его чёрная кожаная куртка издает приятный скрип, когда тот скрещивает руки на груди. — М-да. А в переписке ты казался мне куда смелее, — заявляет парень. Минхёк же продолжает молча сверлить глазами пол. Он — младший сын мэра. Лучший студент академии… и влюбленный омега со слишком отчаянными мыслями, что не так давно полностью поглотили его разум и сердце. — Чёрт, Ли Минхёк, — голос Чжухона становится раздражительным. — Мне придётся пнуть тебя, если ты не начнешь говорить. Поэтому лучше сразу иди играть в молчанку в другое место. Тогда Минхёк наконец-то включается в беседу. Он улыбается, явно оставаясь смущенным. И точно не замечает, что мелькнувшие эмоции на его красивом лице приводит Чжухона в секундное замешательство. Впрочем, он, наверное, ещё слишком молод, чтобы улавливать такие вещи сразу. — Только не пойми меня неправильно, Чжухон. — Минхёк продолжает улыбаться, заерзав на стуле. — Но я немножко обманул тебя. Я сказал, что хочу набить себе татуировку, правда вот истинная цель моего визита несколько другая… — Стоп. Чего ты там брякнул? — Чжухон пытается переварить услышанное. — Пришёл ко мне не за тату? Но мы же целую неделю переписывались об этом. — Прости. — Прости?.. Зачем тебе вообще ко мне приходить, если не за татуировкой?! Минхёк не отвечает ему сразу, делая до неприличия долгую паузу. В голове Чжухона успевает родиться тысяча теорий, и он начинает сдерживать себя, чтобы не вытолкнуть отпрыска мэра за порог в тот же момент. — Ладно… тату тоже можно набить. Я ведь смогу её потом свести? Глаза Чжухона увеличиваются почти вдвое: — Я понял. Все те слухи насчёт тебя в школе были правдой. Ты действительно странный или даже чокнутый. — Парень устало вздыхает. — Блин. Давай. Просто скажи уже, зачем пришёл. Минхёк опускает голову, и его плечи начинают легонько трястись. Он сжимает в кулаки края белоснежной рубашки, прислушиваясь к ровному дыханию Чжухона. — Сон Хёну!.. Я знаю, что вы с ним лучшие друзья. Мне лишь нужно, чтобы ты нас познакомил! И ведь голос Минхёка довольно хриплый, но в то же время интонация выходит такой, что Чжухону мгновенно становится дурно. Глупый дрожащий омега, сидящий перед ним, теряет всю свою мнимую привлекательность. Чжухон глубже погружается в кресло, закидывая ногу на ногу: — А я разве свахой подрабатываю? Иди-ка лучше домой, Ли Минхёк!