You love me, don't you?

После того, как Чонгук окончил школу, перед ним встал тяжёлый выбор: куда поступать? Омега ещё ни разу не задумывался об этом. По стопам родителей он идти точно не хочет. На юриспруденцию душа не лежала. Вообще нигде она не лежала. Оставалось только изнывать от безысходности каждый вечер Тэхёну. Альфа поглаживал по голове и говорил никуда не торопиться и поступить только туда, куда омега захочет, и вызвался сам оплачивать обучение. Чонгук был бесконечно благодарен ему. Но с каждым днём времени оставалось меньше. — Может мне на актёрский пойти? — Тэхён прыскает с его слов. — Что? Что ты смеёшься? — Ты такой милый, Гук-и. — Думаешь, у меня не получится играть на камеру? — Чонгук пыхтит, поднимаясь на колени и недовольно таращится на альфу. — Конечно, у тебя всё получится. Я же сказал, иди куда хочешь, — Тэхён откладывает ноутбук, который до этого лежал на его коленях. — Ты врёшь. Только что ты смеялся надо мной, — Чонгук хватает подушку и начинает бить альфу. Каким-то образом он оказывается на коленях Тэхёна и, кажется, забывает, что сидит тут без штанов в одной футболке. — Чонгу-ук, — жалобно хнычет Ким. — Надень трусы, ради всего святого, — страдальчески тянет он, потому что ему выходить на работу через двадцать минут, а этот тут светит своими округлостями. Чонгук хитро прищуривается, отбрасывая подушку, которой изрядно попортил причёску альфе. — Ты же знаешь, что у меня завтра течка, так что мне нужна забота, тепло, любовь и мой папочка, — приблизившись к самым губам шепчет омега и лижет щёку альфы. — Ну, папочка, ты же не оставишь меня тут одного, — Чонгук ёрзает задницей прямо на ширинке Тэхёна, заставляя того жалобно проскулить. — Малолетний извращенец. — Эй, мне, вообще-то, уже восемнадцать, — возмущённо выдаёт омега, но не перестаёт ёрзать, чувствуя напряжение в чужих штанах. — По закону ты ещё ребёнок, — Тэхён не отказывает себе в удовольствии сжать аппетитные половинки, пальцами кружа у входа. И себя, и Чонгука мучает. — Всё, ты сегодня никуда не идёшь. Точка. А через десять минут… — Ну это не честно. Ты меня возбудил, а теперь уходишь, — не перестаёт ныть омега в кровати. — Ты сам на меня полез, — невозмутимо отвечает альфа, снова укладывая причёску, но у самого напряжение возрастает от каждого томного вздоха Чона. — Ты же знаешь, сегодня мне необходимо быть на работе. — Работа важнее меня? — Нет, конечно нет, — Тэхён целует любимого в лоб, чмокает в губки. — Вернусь вечером, — альфа машет рукой и удаляется из комнаты, а через минуту и из квартиры. — Айщ, — Чонгук бьёт ногами по матрасу и встаёт. — Ну ничего, настанет ещё вечер, — ухмыляется омега, гордясь собственной появившейся мыслью. Только течка-то у него, а не у Тэхёна.

***

Когда Тэхён возвращается домой, в квартире царит тишина, свет везде выключен. Он бы подумал, что Чонгука нет дома, но в предтечном состоянии он никуда не выйдет. Только из кухни виден приглушённый свет и слышатся скомканные звуки. На пороге появляется Чонгук в одной из рубашек альфы и в очень, очень коротких обтягивающих шортах. — Ты вернулся, — ярко улыбается омега и подходит к мужчине, сразу же припадая к губам. Тэхён тут же прижимает к себе, а руки спускаются к ягодицам, но Чонгук останавливает порыв, отходя на два шага. — Пойдём, я там ужин приготовил. — Это точно съедобно? Как в прошлый раз не будет? — усмехается Тэхён, вспоминая, как один раз Чонгук решил приготовить еду, но слишком пересолил. Есть было невозможно. В итоге выбросили. — Эй, я, вообще-то, старался, — выкрикивает омега из кухни. Тэхён смеётся, идёт мыть руки и, не переодевшись, сразу направляется в кухню. Чонгук стоит у накрытого стола. Его тело в блеклом свете свечей кажется золотом. — Вау, ты сам всё это сделал? — Половину сам, половину заказал, — самодовольно улыбается омега. — Присаживайся, — он указывает на стул и сам садится на другую сторону. Тэхён усмехается. Еда пахнет действительно вкусно, но всё это перебивается запахом Чонгука, который стал сильнее, чем утром. — Решил устроить романтический ужин? — альфа садится, закатывая рукава рубашки до локтей и расстёгивая три верхние пуговицы. Он видит жадный взгляд Чонгука, всем телом чувствует его и хмыкает. — Не нравится такое? — Я такого не говорил, — Тэхён за время их сожительства вдоль и поперёк изучил Чонгука не только внешне, но и внутренне. Знает, когда омеге что-то не нравится, знает, когда что-то скрывает. И прямо сейчас он что-то явно планирует и это что-то не даёт Тэхёну покоя. — Это правда вкусно. Неожиданно. — Угощайся. Тэхён уже почти доел. Он бы и салат съел, потому что тот выглядит слишком аппетитно, но… Но это «но» прямо сейчас своей ногой под столом поднимается по левой ноге альфы, находясь в опасной близости от паха. — Ты чего не кушаешь? — совсем буднично спрашивает Чонгук, держа на лице хитрую улыбку. — Ты что творишь? — пальцы на ноге Чонгука надавливают на ширинку, выбивая весь воздух из лёгких. Тэхён не успевает ухватиться на ногу омеги, как тот быстро её убирает. С той же хитрой улыбкой встаёт из стола, направляясь к альфе. — По сценарию после романтического ужина пары идут продолжать романтику в постели… — игриво шепчет в самое ухо омега, устраиваясь на коленях Тэхёна. Он кусает хрящик и влажными поцелуями спускается к губам. Впивается в те глубоким поцелуем, зарываясь в волосы пальцами. Руки Тэхёна заползают под чужую рубашку и, недолго оглаживая талию, спускаются к ягодицам, которые всё ещё обтянуты тканью шортов. Лёгкие заполнены запахом апельсинов, а давление в штанах усиливается с каждой секундой. Чонгук отстраняется и хихикает, вставая с колен ничего не понимающего альфы. —…но я хочу спать. Спокойной ночи, — послав воздушный поцелуй, выходит из кухни. Тэхён усмехается. Это месть за утреннее событие. Ну ничего, посмотрим, кто завтра будет ещё просить.

***

— Тэхён, — жалобно хнычет омега в трубку. — Что? — Ты издеваешься? — хнычет он. — У твоего омеги течка, а ты на работу пошёл. — Я думал, ты хочешь спать, — Тэхён пытается не заржать. — Ну, Тэхён, мне очень больно. — Выпей таблетки, они на тумбочке. — Они мне не помогают, — тянет он и стонет от новой порции боли. — Выпей таблетки, я приеду через час. — Час? — неверяще вскрикивает Чонгук, что Тэхён морщится от слишком громкого звука. — Ты шутишь? Я не вытерплю столько! — Выпей таблетки, — Тэхён завершает вызов и пытается продолжать работу, но в голове раз за разом возникают мысли о стонущем Чонгуке, который сейчас истекает смазкой, а Тэхён в этом уверен. Тэхён качает головой, отгоняя от себя назойливые мысли, пытаясь полностью сосредоточить внимание на экране компьютера, но мысли об омеге продолжают появляться в голове, подкидывая не самые безобидные картинки. Тэхён приходит в себя, когда давление в штанах усиливается настолько, что терпеть невозможно. — Да пошло всё к чёрту, — рычит альфа, хватая телефон и ключи от машины. Проходит мимо офигевшей сотрудницы и быстро спускается по лестнице вниз, потому что нет желания ждать лифт. Если он так возбудился от одной фантазии, то что будет, когда вернётся домой?

***

Тэхён пулей залетает в квартиру и успевает только стянуть обувь. Запах апельсинов сразу ударил в ноздри, а до ушей донеслись тихие всхлипы. Чонгук лежит на сбитых простынях в чём мать родила. Он открывает глаза, устремляя взгляд на Тэхёна и болезненно морщится. Тэхён замечает поблескивающие от смазки пальцы и крышу сносит окончательно. Стянув рубашку, он располагается между разведённых ног. — А говорил час, — тихо говорит омега. — Закончил раньше. Повернись, — властным тоном приказывает Тэхён. Чонгук на физическом уровне не может сопротивляться и делает всё, что говорит альфа. Он громко стонет, когда горячий язык проходится между половинок, кружа у входа. Ноги дрожат от происходящего, но Тэхён крепко держит за бёдра. Чонгук утыкается лицом в подушку, приглушая стоны, когда влажный язык проникает внутрь. Тэхён мычит и продолжает делать невообразимое своим языком. Одна его рука мнёт половинку, а другая берёт член, надрачивая в такт движениям своего языка. Чонгук кончает, пачкая постель и руку Тэхёна. Он облегчённо выдыхает, но когда слышит томный голос сзади, начинает возбуждаться с новой силой, потому что одного языка не достаточно. — Достань презерватив, сладкий, — Чонгук дрожащей рукой тянется к тумбочке и достаёт упаковку, пока Тэхён избавляется от штанов. Чонгук сам разрывает упаковку, сам раскатывает по члену немалых размеров. Тэхён поощрительно целует в губы и томно шепчет: — Приготовься получать удовольствие, малыш.

***

— И надолго? — Чонгук расположился животом на кровати, повиливая ногами в воздухе. — Где-то на три дня, — Тэхён складывает в дорожную сумку только всё самое необходимое. Это не первый раз, когда его отправляют заграницу, но первый раз, когда он летит в Европу. В Италию. — Надеюсь не сдохну тут от скуки, — Чонгук подпирает ладонями лицо и печально смотрит в окно. — Почему у тебя нет друзей? В твоём возрасте у меня их была целая орава, — усмехается Тэхён, складывая вещи аккуратно. — Да потому что я не такой омега, как все. В школе другие омеги всегда обсуждали старшеклассников, а особенно баскетболистов и все от них падали в обморок, — жестикулируя кавычки, закатывает глаза омега. — А мне всегда было всё равно у кого там сколько кубиков на прессе. Я наоборот с ними дрался, — хмыкает он. — И кто выигрывал? — смеётся Тэхён. — Конечно я. Правда мне всегда отвешивали, один раз неделю с фингалом под глазом походил. Короче говоря, я ни с кем не ладил. Альфы меня всегда бесили, а омеги раздражали, — Чонгук не скажет, что его школьная жизнь была лучшей, но даже эти моменты вспоминаются с теплотой в сердце. — Я тоже бесил? — Ты? — Чонгук делает задумчивое лицо. — Нет. Ты был другим. С самого начала. Не был таким пафосным альфа самцом, как они. И… ты в деловом костюме очень горяч, — Тэхён хохочет, пока Чонгук заливается краской. — А чем я тебя привлёк? Ты никогда не говорил мне об этом, — тут Чонгук сползает на пол и принимает позу лотоса. — Может, отличие от других омег? — Чонгук смотрит непонимающе. — Ну, в смысле, ты отличался. Такой дерзкий взгляд и сбитые в кровь костяшки. Я сначала подумал, что ты альфа, но всё же где-то там внутри что-то мне подсказывало, что это далеко не так. И хочешь правду? — Чонгук кивает. — Парни омеги меня особо не привлекали, — альфа неловко чешет затылок. — Серьёзно? — удивляется Чонгук. Такого он точно не ожидал. — Да, а ты прям резко выделялся на их фоне. Вообще на фоне всех, — Тэхён показывает руками большой круг. — Не знаю чем. Не скажу, что это был запах или какие-то черты лица, но это что-то заставило меня подойти к тебе и познакомиться, — Чонгук смущённо прикрывает лицо руками. То, что Тэхён увидел в нём то, чего не было в других, заставляет всё внутри скрутиться в крошечный шарик. Бабочки в животе кружат вальс, заставляя хотеть пищать и визжать. Но Чонгук сдерживается. Тэхён влюблённо улыбается, поглядывая на своего малыша. И искренне благодарит отца, что тот забыл важные документы дома тогда и попросил их привезти Тэхёна. Если бы альфа не приехал навестить родителей, то не приехал бы и в школу и не встретился с Чонгуком. Не было бы тогда всего того, что есть сейчас. И речь не о деньгах, а о счастье, которое подарил ему этот мальчишка, любви, которая с каждым днём только крепчает. Не появись Чонгук в жизни Тэхёна, он бы снова сошёлся с Суджин и никогда бы не познал истинной любви. — Это так сопливо, — выдыхает омега, убирая руки с лица и подползая к Тэхёну. Нагло садится ему на колени, обхватывая лицо руками. — Но мне так нравится, — мечтательно тянет он и его глаза сверкают, отражая всю тэхёнову Вселенную. — Как мне тебя отпустить теперь в какую-то Италию? — Всего лишь на три дня, — с наигранной возмущённостью смеётся Тэхён. — Вот именно! Целых три дня, — Чонгук выпячивает губки и Тэхён не отказывает себе в удовольствии поцеловать их. — Это же так много, — выдыхает омега, обвивая шею Тэхёна и позволяет себя целовать. Альфа не сдерживается. Просовывает свои тёплые ладони под ткань трусов и обхватывает мягкие половинки. Чонгук вымученно стонет, хочет отстраниться, но Тэхён с рыком притягивает его обратно, не позволяя даже вдохнуть. Жадно прикусывает нижнюю губу омеги, продолжая сжимать в руках его округлости, что уж точно синяки останутся. С тех пор как Чонгук переехал к Тэхёну, альфа стал более жадным собственником по отношению к омеге. Если раньше он ещё как-то сдерживал своего альфу внутри, то теперь полностью потерял контроль. Чонгук одним своим видом возбуждает, дурманит сознание. Ещё важным фактором стало то, что запах Чона впитался не только в стены этой квартиры, но и в самого Тэхёна. Запах Чонгука яркий, цитрусовый, а запах Тэхёна морозный, буквально холодящий, и их сочетание создаёт прекрасный аромат, что находится в их квартире — одно удовольствие. Теперь Тэхён сам отстраняется, перемещая руки на спину Чонгука. Принимается покрывать его лицо короткими поцелуями, уже предвещая, как за эти пару дней будет невыносимо скучать. Настолько он привык, что омега находится рядом круглосуточно. Чонгук прячет пылающее лицо в шее альфы, прижимаясь вплотную. Он бы так всю жизнь просидел, вдыхая любимый аромат. Но через пару часов Тэхён улетает в Италию. На три дня, не так уж и много, да, но Чонгук просто не представляет чем будет заниматься эти три дня в полном одиночестве. Телевизор он не смотрит, в соцсетях не сидит, в игры не играет, людей, с которыми можно пообщаться — нет. Он же тут сдохнет в полном одиночестве. Вот, что ужасно. Ведь Тэхён единственный человек, кроме родителей, в его жизни. В какой-то момент Чонгук понял, что кроме Тэхёна у него никого нет. Тогда он всю ночь думал, что будет с ним, если Тэ бросит его. Представлял, что будет, если потеряет человека, который заменил ему всех. Чонгуку стыдно признавать, но Тэхён стал важнее родителей. Но благодаря Киму он чаще общается с родителями и хоть как-то налаживает отношения. А вот с семьей альфы не складывается ни у одного, ни у другого. Чонгук не хочет, чтобы он стал причиной ссор Тэхёна с родителями, но каждый раз, когда он заводит об этом речь, альфа либо отмахивается, либо меняет тему. Это тоже настораживает Чонгука. Он считает себя виноватым, и угрызения совести не дают покоя. Через три часа Тэхён уезжает в аэропорт, пообещав, что сразу же позвонит, как только долетит. Чонгук заваливается на заправленную кровать и прямо так отрубается на несколько часов. Когда просыпается, солнце уже садится. На небе ни одного облачка. Оно чистое, голубое, но ярко прослеживается полумесяц. Чонгук проверяет телефон. Тэхён написал, что уже в самолёте, и они уже вылетают. Его телефон сейчас вне зоны доступа сети, поэтому писать или звонить бесполезно. Чонгук ужинает, скорее устраивает поздний обед, выпивает чай, моет посуду и заваливается на диван. Смотрит на потолок и понимает, насколько ему скучно. Посидев в одной позе пару минут, решает искупаться и поискать в интернете хорошие университеты. Но что-то идёт не так, когда Чонгук решает просто помыть ванную, прежде чем искупаться. Думает, не оставлять же раковину грязной. Чистит раковину, зеркало, убирается на полках. Чистит унитаз. Впрочем, ванная комната блестит, но на этом Чон Чонгук не останавливается. Решает провести уборку и в других комнатах. Раз уж начал, то доводи до конца. Протирает пыль с подоконников, со всех поверхностей дома, даже на самых труднодоступных. Тут тоже хозяюшка Чонгук не останавливается. Когда он переехал, то половину вещей даже не распаковывал. А ещё на полках гардеробной был бардак, потому что ни у кого из них не было времени прибраться тут. Но сегодня хозяюшка Чонгук решает заняться этим. Вешает рубашки Тэхёна вместе, распределив по цветам (их у него много). Пиджаки и брюки вешает в другие отсеки. Домашние футболки и штаны складывает по полочкам: свои отдельно, его отдельно. Бельё тоже. Обувь тоже размещает на полках. Так незаметно пролетает время. Уже три часа ночи. Тэхён ещё не долетел. Одну странную вещь в своих вещах замечает Чонгук. Все они однотипные. Чёрные и белые футболки, одинаковые джинсы и джоггеры, чёрные кроссовки. Это сочетание его вещей с одеждой Тэхёна весьма странное, но тем не менее имеет свою некую привлекательность. Такие разные, но такие родные. Через полчаса в гардеробной царит чистота. Коробки и прочий ненужный хлам собраны у двери. Чонгук даже пропылесосил и помыл пол там, а теперь собирается проделать то же самое в других комнатах. Хоть уже давно время за полночь, сна ни в одном глазу. Он впервые в жизни так увлёкся уборкой и гордится собой за наведённую чистоту. Чонгук заканчивает ближе к четырём утра. Квартира блестела. Осталось только принять душ, что планировалось изначально, и пойти спать. — Айгу, — пыхтит омега, заваливаясь на кровать. Чонгук только сейчас взял телефон в руки. Были новые сообщения от Тэхёна. Так как у них разница во времени восемь часов. Тэхён пишет, что уже прилетел и заселился в отель. Пишет, что жутко устал и хочет отоспаться, но с утра на работе устраивают совещание. Чонгук очень хочет позвонить и услышать родной голос, по которому уже успел соскучиться, но решает не тревожить альфу попросту и просто печатает сообщение, поставив телефон на зарядку. Перекатывается на сторону Тэхёна и утыкается в его подушку, что ещё сохранила его запах. Тишина в доме скорее подавляющая, чем успокаивающая. Без Тэхёна всё не то. Жизнь Чонгука не та. Ведь Тэхён тот самый человек, с которым Чонгук чувствует себя в безопасности, будто за каменной стеной. Ни это ли главное в любви? Чувство защищённости. Но не все так считают. В школе одноклассники знали, кто альфа Чонгука и очень часто отпускали шутки в его сторону, мол, сколько он тебе платит? «Ты, наверное, охуенно берёшь в рот, раз он возится с тобой». И таких шуток было множество, за что часто получали по морде. Их разницу в возрасте общество воспринимало остро. Кто-то обязательно должен был подумать, что раз уж такой взрослый альфа заинтересовался школьником, то он обязательно должен платить. Не факт, что Чонгук сам бы так не подумал, но ему, по крайней мере, нет дела до личной жизни других. Просто людям интересно то, что происходит у других. О своих делах они не любят трепаться, а вот о чужих сразу готовы почесать языки. И это неимоверно раздражает, потому что никто не стремится узнать в чём в самом деле причина. Лишь бы посплетничать, пустить слухи и обсуждать каждую свободную минуту. Бесит. Вот поэтому Чонгук всей душой ненавидел школу и надеется, что в университете всё будет по-другому. Что найдёт уже себе друга, с кем можно будет поболтать в столовой или же вечерами от скуки. Конечно, у него есть Тэхён, но он альфа и его. Это не значит, что Чонгук стесняется или что-то тому подобное. Он всецело доверяет своему альфе, но бывают моменты, когда хочется поговорить с кем-то другим. Особенно омеге. Ведь каким бы Чонгук бунтарём не был, свою омежью сущность никуда не деть. В тишине мысли становятся всё громче и громче. Даже утром, когда Чонгук чистит зубы и смотрит на своё потрёпанное отражение в зеркале, всякие мысли взбредают в голову, мешая думать о чём-либо. Всего день прошёл, а он уже на стены готов лезть от скуки. А ведь раньше, до встречи с Тэхёном, он жил именно так. Сейчас же это кажется чем-то далёким, и Чонгук думает, что сойдёт с ума, если вернётся к прошлой жизни. Стоит признать, Чонгук за этот год сильно изменился. Его жизнь разделилась на до и после. И он не знает, что больше послужило тому причиной. То, что встретил Тэхёна и влюбился, или повзрослел уже. Телефон вибрирует на стиральной машине, и Чонгук быстро смывает с губ пасту, чтобы ответить. — Проснулся? — на том проводе звучит жутко уставший голос. — Да, а ты, видимо, собирался засыпать, — Чонгук выключает воду и выходит из ванной. — Если бы, — коротко смеётся Тэхён. — Я на работе. Уеду только через час. Чонгук в ответ мычит, доставая из холодильника огурцы, помидоры, колбаску и сыр. — Чем ты там шуршишь? — Завтрак готовлю, — уж слишком бодро сообщает омега. — Погоди, я переключу на видеозвонок. Ты не против? — Нет. Чонгук быстро переключает и ставит телефон, чтобы было видно. Как только лицо Тэхёна появляется, Чон светится в яркой улыбке. Он замечает насколько устало выглядит альфа. Волосы растрёпанны и если приглядеться, то можно заметить синяки под глазами. Не выспался. — Ты не отдыхал после самолёта? — Час, потом сразу вызвали сюда. Вот теперь торчу тут не знаю сколько часов уже. У них тут никудышный начальник, который не может справиться с элементарными делами, — Тэхён устало вздыхает и откидывается на стуле. — Короче, балабол, а не начальник. Я даже рад, что они не знают корейский, а то я успел парочку обматерить. — Они не знают корейский? — удивлённо спрашивает Чонгук. — Они итальянцы. Откуда им знать корейский? — выдаёт короткий смешок Тэ. — А как ты с ними общаешься? Только не говори, что ты знаешь итальянский, — Тэхён хохочет. — Раз уж меня сюда отправили, то я, разумеется, знаю итальянский. — Что? Почему я об этом не знал? — Чонгук возмущённо указывает ножом в сторону телефона. — Ты не спрашивал, — Тэхён пожимает плечами и близко придвигается к телефону. — Хорошо, а какие языки ты ещё знаешь помимо итальянского? — Английский, немного русский. — А русский тебе зачем? — взмахивает руками Чонгук. — Затем, что наши деловые партнёры русские, — Тэхён пожимает плечами и прикрывает глаза. — Когда ты успел выучить столько языков? — Английский я начал учить ещё с младшей школы. Отец заставлял, — хмыкает Тэхён. — А итальянский в университете. Просто понравился язык. — Какими ещё способностями ты обладаешь? А то я тут оказывается многое не знаю, — Чонгук складывает свой сэндвич и вместе с телефоном садится за стол. — Никакими. Я просто офисный работник, — Чонгук громко мычит, жуя сэндвич. — Чем планируешь заняться? — Уборкой, — пожимает плечами омега. — Это что-то новенькое. — Да, я сам в шоке. Вчера генеральную уборку замутил и даже вещи в гардеробной разложил по полочкам. Сегодня кухней заниматься буду. Смотри какой у тебя омега, — гордо заявляет Чонгук, жуя еду. — Мне повезло, — устало бормочет альфа. Чонгук кладёт еду в тарелку и берёт телефон в руки, делая максимально строгое лицо. — Так, Ким Тэхён, немедленно собирайся и езжай в отель. И проспи там столько часов, сколько тебе надо, а то ты глаза уже держать открытыми не можешь. — Какая у меня заботливая омежка, — хихикает альфа, на что Чонгук по-детски дуется. — Ладно, ладно, сейчас кое-что сделаю и отправлюсь отдыхать. Скажу, что мой очень строгий омега приказал мне ехать спать, — оба смеются. На протяжении двадцати минут они болтают о всякой ерунде. Точнее Чонгук болтает, а Тэхён слушает. Через двадцать минут альфа прощается и сбрасывает звонок. Чонгук хочет начать уборку, но тут звенит телефон. Входящий вызов от мамы. Она последний человек, с кем Чонгуку хотелось бы говорить. — Доброе утро, — звучит её громкий голос на всю кухню. Чонгук поставил на громкий. — Доброе, — уныло отвечает Чон, доставая из холодильника всё содержимое. — Что за шум? Чем ты занимаешься? — Убираюсь, мам, — выдыхает омега, не испытывая никаких желаний продолжать сейчас этот разговор. — А Тэхён дома? — Он уехал в командировку, — недовольно бубнит Чон. — Куда? — ну вот почему все родители такие? Почему им важно знать всё до мелочей? — А это важно? — воцаряется тишина. — В Италию, — уже тише добавляет. — А почему тебя с собой не взял? — А должен был? — вскипает Чонгук, хватая телефон и прижимая к уху. — Ты всё равно целыми днями дома один сидишь. Почему он не взял тебя в таком случае? Или его там кто-то ждал? — Мама, — тяжёлым тоном говорит парень. — Что мама? Объясни мне тогда причину того, что он оставил тебя там совсем одного. — Может потому, что у него там много работы? Мама, если ты позвонила для того, чтобы жаловаться мне на Тэхёна, то не стоило. У меня много дел, я отключаюсь, — Чонгук не решается сразу сбрасывать и слушает дальше. — Я просто хотела поговорить с тобой, — обиженно проговаривает она. — Ага, и поэтому решила обвинить моего альфу в измене. — Что? Я просто сказала почему он не взял тебя с собой, — Чонгук закатывает глаза, но ничего не отвечает. — Хорошо, что ты хотела? — Ты уже определился куда будешь поступать? Мы тут с отцом кое-что обгово… — Так, вот тут не надо никаких «с отцом». Я сам всё решу, — Чонгук ещё с самого начала оборвал все попытки родителей решить проблему с его поступлением, но его мама не из тех людей, кто быстро принимает поражение. — Значит ты ещё не решил, — продолжает она. — А что сказал Тэхён? — А что ему говорить? Куда хочешь туда и иди, сказал он. — Сказал, что будет оплачивать твоё обучение? — почему эта женщина никогда не сдаётся? У Чонгука зубы скрипят уже. — Значит, нет. — Это всё? Если да, то я отключаюсь. Приятно было поболтать, мама, удачной работы, — Чонгук бросает телефон на стол. Его буквально раздирает от накатившей ярости. — Достали уже, — бубнит Чон и принимается чистить холодильник. Но и тут его надолго не хватает. Он швыряет тряпку на пол. Ярость в груди не даёт ничего нормально сделать. У него же было идеальное настроение, но всё коту под хвост. Прямо сейчас в нём бушуют гнев вперемешку с обидой. Нет, чтобы просто порадоваться за счастье сына. Чонгук пытается наладить отношения с родителями, но они сами вот такими своими действиями рушат всё. Потом ещё жалуются почему же их дети не общаются с ними. Вдвойне обидно за Тэхёна. Он же ничего не сделал им. Всегда обращается уважительно и не дерзит. Чонгука он в жизни не обидит. Да они должны быть счастливы, что их сыну достался такой альфа, но… Но всё как всегда. Но главной проблемой в их жизни являются не только родители Чонгука, есть ещё родители Тэхёна, с которыми отношения ещё хуже. Альфа больше не ездит к ним, только звонит матери, а с отцом не общается. Вот, что настораживает. В последние месяцы учёбы директор в сторону Чонгука даже не смотрел, как будто его не существовало вообще. И это ещё больше волновало. Будь это кто-нибудь другой, то Чона это ни на грамм не тронуло бы, но не тогда, когда это отец его альфы. То былое раздражение по отношению к этому мужчине у Чонгука давно прошло. — Вот же чёрт, — Чон бросает тряпку в раковину и опирается на стол. Прошёл час с разговора с матерью, а мысли назойливым червем грызут душу. Мысль о том, что Тэхён может изменить ему часто всплывала в голове, но Чонгук всегда их отгонял, потому что ни капли не сомневается в верности альфы. Омега знает, что не такой уж и привлекательный. В нём нет ничего притягательного, что могло бы зацепить Тэхёна, но зацепило же. Тэхён не раз повторял, что внешность для него не имеет значения, а у Чонгука в голове свои замашки, и он очень даже красивый. Чонгук смущался, таял под этими словами, но не верил. Не верил своей привлекательности, потому что сколько бы не смотрел в зеркало, не видел того, что есть у остальных. И это сильно задевало самолюбие. Он не пользовался косметикой или духами, как омеги его возраста. Не считал это нужным для себя и вообще ни для кого. Считал косметику бесполезной вещью. Но теперь, когда в его жизни появился Тэхён, мнение о косметике слегка изменилось. Однажды он купил подводку для глаз и тоналку, но они удачно оказались в мусорке. Во-первых, Чонгук в этом не разбирается. Во-вторых, он ещё раз убедился, что краситься это не про него. Подумал, что раз Тэхён полюбил его таким, то пусть и принимает таковым дальше. Естественным. И это то, что Тэхёну не удаётся донести до омеги. Чонгук оставляет всё как есть и выходит из квартиры. Он скоро задохнётся в четырёх стенах, если не окажется на свободе. Но и тут его долго не держит. Сделав всего один круг около здания он заходит обратно. Руки чешутся что-то сломать, да так, что в висках начинает бить. Он просто надеется, что Тэхён вернётся очень скоро и всё снова встанет на свои места. Оказывается, Чонгуку нельзя оставаться один на один со своими мыслями. Они его далеко заводят.

***

Томительные три дня кажутся тремя годами. Чонгук слишком быстро привык к постоянному присутствию Тэхёна за то время, пока они живут вместе, а те несколько часов в школе и на работе казались тогда ничем. Но не сейчас, когда Чонгук остался один на один с самим собой. Это больше похоже на испытание. Как оказалось, в его голове есть много чего, о чём он раньше просто не задумывался. Всё продолжалось три дня, пока в дверь квартиры не позвонили. Чонгук точно знал, кто там, и нёсся через кухню, сломя голову. Не успел Тэхён перешагнуть порог, как к нему на шею бросились, визжа что-то о том, как скучал и ждал. Такого не былo, даже когда Чонгук уезжал на неделю с родителями. — Малыш, давай зайдём внутрь, а то мы всё ещё на лестничной площадке, — усмехается альфа, поглаживая спину омеги через футболку. Чонгук его как будто не слышит. Продолжает обнимать, уткнувшись в шею. Сейчас раннее утро, люди уже собираются на работу и совсем скоро будут выходить из своих квартир. Тэхёну, в принципе, всё равно, но всё же неудобно стоять тут на виду у всех. Ким понимает, что Чонгук не собирается сдвигаться с места, поэтому сам протаскивает их внутрь вместе с сумкой. — Оказывается, три дня это слишком много, — Чонгук отрывается только для того, чтобы взглянуть на родное лицо, по которому так скучал. Вот оно, такое же, только чуть уставшее. Он это понимает по слабой улыбке альфы. — Да уж, — Тэхён мягко проводит по щеке омеги и целует в лоб, зарываясь в пушистые волосы на затылке. — Но не тогда, когда ты завален работой. — Ну конечно, не ты же тут сходил с ума от безделья. Идём. Чонгук тянет Тэхёна на кухню. Он всё утро старался приготовить нормальную еду и ничего не испортить, так что Тэхён просто обязан всё съесть. — Почитал бы книжки, — Тэхён принюхивается. Хмурит брови, оглядывая собственное жильё, будто оказался в незнакомом месте. — Что за запах? — Запах? Я нашёл освежитель воздуха с ароматом лаванды где-то в шкафу и решил опробовать, — пожимает тот плечами, ставя тарелку на стол. — Я хотел прочитать что-нибудь, даже пытался, но мне это неинтересно. — Ты сам это приготовил? — Тэхён вдохнул запах свежей еды и облизнулся. Было потянулся за палочкой, но его руку звонко ударили. — Куда грязными руками потянулся? — и тут же встретился со строгим взглядом Чонгука. Альфа усмехнулся. Его не было всего три дня, а по ощущениям три века. Чонгук сам приготовил еду, ещё и убрался в квартире (не то чтобы омега этим вообще не занимался, просто так тщательно еще ни разу), это тоже Тэхён заметил, а теперь выгнал мыть руки. Да, это гигиена, но за Чоном он такого раньше не замечал. И впервые сегодня столкнулся с таким серьёзным омегой. И ему это чертовски нравится. После еды Тэхён сразу принялся разбирать вещи. Он оценил уборку в гардеробной. Всё же он каждый раз планировал это, но не находил время. И приятно заодно. Пока он разгружал сумку, кидал вещи в стирку и готовил костюмы для поездки в химчистку, Чонгук убирался в кухне. А когда Тэхён заглянул туда, он в милом красном фартуке, с телефоном в руках и венчиком стоял у холодильника. — Что ты делаешь? — мягким тоном спросил альфа, сложив руки на груди и облокотившись о косяк. — А? — Чонгук обворожительно улыбнулся ему, что сердце чуть не вылетело прямо к нему. — Хочу что-нибудь на десерт приготовить. Хотел это сделать ещё утром, но не успел, — Чонгук откладывает всё содержимое в руках и достаёт два яйца. — Ты мой десерт, — Тэхён медленно подбирается со спины, обнимая за талию. Утыкается носом в тонкую шею омеги и блаженно вдыхает запах свежих апельсинов. Не описать, как он скучал по этому запаху, по этому юноше. В этом мальчике находится весь его мир. Жизнь без него уже кажется тусклой, мрачной, безжизненной. Одной своей улыбкой он способен затмить всю Вселенную. Тэхён готов положить к ногам этого омеги весь мир, лишь бы тот всегда был рядом, принимал всю его любовь и взамен отдавал свою. Тэхён влюблён до беспамятства. Он готов отказаться от мира сего, но не от Чонгука. Он и есть его собственный мир, в больших глазах которого отражается вся его Вселенная. Рядом с этим мальчиком хочется жить. Жить, только ради него. Тэхён не знал, что бывает настолько сильная любовь к человеку. Не верил в эти сказки, где любовь затмевает всё остальное на свете, а вот как оказалось. Альфа неторопливо покрывает шею Чонгука поцелуями. Думает над тем, чтобы взять его в охапку, завалить в кровать и проспать с ним до утра. После перелёта его организм измучился, а в ушах всё ещё гудит. Он уже придумывает, как бы утянуть омегу в кровать, но Чонгук, кажется, серьёзно настроен приготовить десерт. — Ты мне мешаешь, — Чонгук почти сдаётся, Тэхён чувствует это по расслабившемуся телу в его руках, но Чон разбивает яйца в миску и добавляет сахар. — Иди отдохни, ты устал, — заботливо говорит Гук, но Тэхён не хочет уходить без него. — Давай ты потом приготовишь? К тому же, где и когда ты научился готовить сладкое? — В интернете всё есть, а теперь иди. — Но… — Никаких но, я сказал иди. Чонгук всё же выталкивает Тэхёна из кухни и возвращается к приготовлению. Хоть и очень хочется пойти вслед за альфой и вдоволь насладиться друг другом, но ещё больше хочется приготовить этот торт, который Чонгук планировал два дня.

***

— Мама звонила. Просила приехать, — Тэхён сидит за столом, зажимая между пальцами сигарету. — С тобой, — и затягивается. Чонгук поджимает губы, присаживаясь напротив. Понятно, почему Тэхён курит. Он делает это довольно редко, но с отцом у него явно нерешённые проблемы, а, Чонгук знает, на работе у него сейчас много обязанностей, из-за чего сильно нервничает. — Мы поедем? — в ответ кивок и густой дым. — Мы должны поехать. Дальше оттягивать уже нельзя. Чонгук это понимает, но страх перед родителями Тэхёна присутствует. Особенно зная их отношение. Но Тэ прав, больше нельзя прятаться, и они вместе должны пройти через это. Чонгук просто будет надеяться, что всё пройдёт гладко. — Сегодня? — и снова кивок. Он надеялся хотя бы на завтра, чтобы и морально, и физически настроиться, но пара часов — слишком мало. — Мама сказала, что ждёт нас к ужину, — Тэхён раз за разом затягивается, пока не тушит сигарету и не бросает в пепельницу. — Всё будет хорошо, — пытается подбодрить омега, зная, насколько альфе неприятна тема разговора с отцом. — Конечно, — Тэхён мягко улыбается, протягивая руку. Чонгук без слов понимает, что хочет его альфа, и быстро подходит к нему. Сухие губы встречаются с его влажными. Он чувствует во рту привкус сигарет и морщится. — Прости, — Тэхён отрывается. Без слов выходит из кухни, оставляя омегу одного. Тэхён не курит часто, в последние дни может быть, потому что Чонгук чаще стал чувствовать запах сигарет. Возможно из-за работы или чего-то ещё, Чонгук не лезет. Видит, насколько уставшим и измотанным альфа возвращается домой, не имея сил ни на что. Тэхён слишком многое на себя берёт. Также ответственность за Чонгука. Чонгук хочет помочь, сделать для него хотя бы что-то, но единственное, что он может — бесконечно любить. Звуки воды доносятся из ванной. Значит, Тэхён принимает душ. Чонгук, не мешкаясь, идёт туда. Дёргает за ручку и та поддаётся. Под вопросительным взглядом Тэхёна, омега раздевается и залезает в душ и, вцепившись в старшего, целует. Альфа прижимает к себе, опуская руки на ягодицы омеги. Сжимает те в своих больших ладонях, пока по телу стекают горячие капли воды. Чонгук не думает ни о чём, ни о сигаретах, ни о родителях, ни об ужине. Он просто отдаётся в руки своего мужчины, всецело доверяя себя. И не только тело. — Чонгук-а, — томно шепчет в губы, проходясь пальцами между половинок омеги. Чонгук стонет от возбуждения, когда пальцы кружат у входа, надавливают, пока губы покрывают шею поцелуями и укусами. На лицо падают струйки воды, ещё больше воспламеняя. Внутри всё полыхает, скручивается в узел. Перед глазами все плывет, кружится, и Чонгук даже не замечает, в какой момент оказывается прижатым лицом к кафелю. Нежные прикосновения по спине, короткие поцелуи на плечах. Тэхён грубо входит, но снаружи остаётся нежным и мягким. Это не боль, это удовольствие. Кайф в чистом виде и им хочется наслаждаться. Вечность. Ноги дрожат, а пальцы скребутся по плитке. По ногам вперемешку с водой стекает смазка. Руки альфы бережно поглаживают бока и поясницу. Чонгук вскрикивает, когда Тэхён делает более грубый толчок и попадает прямо по простате. И кончает, даже не притронувшись к себе. После оргазма всё тело как будто становится ватным. Все прикосновения и поцелуи чувствуются особо остро. Всё тело покрывается мурашками, а здравый рассудок покидает Чонгука. Ещё раз толкнувшись, Тэхён выходит и дальше помогает себе рукой. Он отмывает их обоих. Помогает Чонгуку высушиться и закутывает в махровый халат. — Я люблю тебя, — шепчет Чонгук, проводя рукой по щеке альфы. — Ты не представляешь как я, — Тэхён целует ладонь омеги. Хоть бы так было вечно. *** — Ты уверен? — спрашивает Тэхён Чонгука, пока они сидят в машине, припаркованной у дома родителей Тэхёна. — Уже нет, — Чонгук сглатывает. Ещё в квартире он собрал всю свою храбрость в кулак и уверенно сел в машину. Он заверил Тэхёна в том, что полностью готов ко встрече с его родителями, а сейчас сидит, смотрит своими большими глазами и уже ни в чём не уверен. — Поздно сдаваться. Мы тут, и мама нас ждёт. Тэхён отстёгивает ремень, и этот звук режет Чонгуку слух. — Идём, не бойся, маме ты точно понравишься. — Я боюсь, — большие чёрные глаза становятся ещё больше, когда Чонгук смотрит на родительский дом. И куда делся тот Чонгук, который полчаса назад говорил, что полностью готов и не боится? — Чего ты боишься? Я же рядом с тобой. Давай, выходи, — Тэхён захлопывает дверь. Чонгук боязливо отстёгивает ремень и чувствует себя незащищённым. Под пристальным взглядом альфы выходит и становится рядом. Во дворе дома очень даже красиво. Ухоженные клумбы, где цветы только начинают раскрываться, аккуратно подстриженный газон и тропинка, ведущая на задний двор и прямо в дом. — Вы пришли, — восторженно говорит женщина, радостно обнимая Тэхёна и целуя в обе щёки. У неё добрые глаза и красивая улыбка. Прямо как у Тэхёна. Женщина смотрит на Чонгука и лучезарно улыбается. От её улыбки Чону становится легко. Он охает, когда она и его обнимает. — Я так рада наконец-то познакомиться с тобой. — Я тоже… Тэхён много рассказывал о вас, — смущённо произносит омега. Всё оказалось лучше, чем он думал. — Ну посмотрите только, какой милашка, — лепечет она, тиская Чонгука за щёчки. — Заходите быстро, еда уже остывает. — Не обращай внимания, мама всегда такая, — Тэхён целует Чонгука в висок, закрывая за ними дверь. В доме особенно уютно. Стены покрашены в светлые тона, а картины на стенах добавляют особую атмосферу. — Это ты? — Чонгук тыкает пальцем на одну из фотографий. — Да, мне тогда было шестнадцать, и я только закончил школу. Чонгук осматривает все фотографии, на большинстве из которых Тэхён. — А маленьким ты был милым, — это впервые, когда Чонгук видит детские фотографии альфы и не может не рассмотреть их досконально. — Конечно, был, — звонко смеётся из ниоткуда появившаяся мама. — Я тебе ещё покажу его детский альбом. — Только не это, — бормочет Тэхён, но на него уже не обращают внимания. Былая уверенность Чонгука окончательно пропадает, когда они заходят на кухню, а там отец Тэхёна. Его бывший директор. Мурашки по спине от его строгого взгляда. — Здравствуй, отец, — сзади раздаётся голос Тэхёна и из-за неожиданности Чонгук вздрагивает. — Ну, чего вы там стоите? Садитесь, — миссис Ким суетится у плиты. Тэхён подталкивает Чонгука и тот, опомнившись, кланяется. — Здравствуйте, мистер Ким. По взгляду мужчины можно понять, что он недоволен этой встречей, но последний разговор с сыном дал понять, что Тэхён не отступит. — Мама, не нужно было так суетиться, — усмехается Тэхён, присаживаясь напротив отца. — Ну, а как же? Не каждый день мой сын приводит своего омегу в дом, — мама подмигивает Чонгуку, а тот смущённо опускает голову, пряча улыбку. Мистер Ким на это недовольно хмыкает, но Тэхён не обращает внимания, продолжая о чём-то беседовать с матерью. Одному Чонгуку неуютно тут за столом, под пристальным взглядом старшего альфы. Последняя такая их встреча была в кабинете директора, но тогда омега уверенно смотрел в глаза, а сейчас прогибается под этим прожигающим взглядом. Под столом Тэхён находит руку Чонгука и сжимает чуть, нежно поглаживая. Он на физическом уровне чувствует состояние омеги и пытается хоть как-то помочь почувствовать себя увереннее. «Я рядом, тебе нечего бояться», — как будто передаёт своими прикосновениями. Напряжённость, которая витает за столом, разбавляют Тэхён и его мать. Они о чём-то переговариваются, а Чонгук уже не обращает внимания ни на что, полностью направив своё внимание на их сплетённые пальцы. — Чонгук, я же обещала тебе показать детский альбом Тэхёна. Пошли, пока не забыла, — женщина быстро вскакивает со стула и уходит из кухни. Чонгук нерешительно смотрит на Тэхёна и тоже поднимается, уходя вслед. Он видел взгляд отца альфы, и сердце от чего-то сжимается. На пороге в гостиную появляется миссис Ким, затаскивает младшего внутрь, где уже приготовлен большой альбом. Маленький Тэхён и правда милашка. — Можно посмотреть эту фотку? — Чонгук указывает на картинку, где изображён Тэхён, обёрнутый в полотенце. — Конечно, там Тэхён-и только с душа, — смеётся женщина. Чонгук достаёт фотографию. Его альфа в любом возрасте красив. — Если хочешь, можешь забрать её себе. — Правда? — удивляется Чонгук. Женщина кивает. Они дальше листают альбом. Миссис Ким рассказывает об истории каждого снимка и уже от детских фотографии они переходят к тем, где Тэхён уже подросток. Чонгук рассматривает каждую, запоминает все детали и не может не подметить, что альфа сильно изменился за то время. Стал более мужественным. — Мама, нам уже пора уезжать, — на пороге появляется Тэхён с лёгкой улыбкой. Всё веселье Гука затмевает волнение. О чём они с отцом там говорили? Что делали? Что он ему сказал? Но по лицу альфы нельзя сказать, что тот чем-то огорчён. — Уже? Так быстро? — грустно говорит женщина. — Мне завтра рано на работу, но мы ещё приедем. Или вы приезжайте к нам. — Да, приезжайте, — соглашается Чонгук, передавая женщине альбом. — Было приятно с вами познакомиться. У вас очень вкусная еда, — Чонгук хочет поклониться, но женщина шикает на него и крепко обнимает. На выходе они встречают отца Тэхёна, который курит и тоже с ним прощаются. Всё прошло лучше, чем ожидалось. — О чём вы говорили? — не удерживается от вопроса Чонгук, когда они уже выезжают на дорогу. Тэхён только загадочно улыбается и хранит молчание всю дорогу. Но когда они оказываются дома, Чонгук снова начинает заваливать вопросами. Тэхён уклоняется как может, но разве отделаешься от этой липучки. — Мы просто поговорили, как отец с сыном. — Ну что ты ему сказал? — не отстаёт Чонгук уже в ванной. — Что если он не примет мой выбор, то потеряет сына, — тяжело вздыхает альфа, доставая вещи из шкафа. — Прямо так и сказал? — Прямо так и сказал. — А он что? — Чонгук, мне нужно принять душ, не мешай пожалуйста. — Ладно, ладно, ухожу, — омега пулей вылетает из ванной, тихо захлопнув дверь за собой. Тэхён качает головой, тихо посмеиваясь, раздевается и встаёт под тёплые струи воды, наконец-то чувствуя облегчение.

***

— Ким Тэхён, — девушка два раза стучит в дверь и без разрешения заходит. Тэхён в вопросительном жесте поднимает голову на секретаршу начальника. — Господин Чхве хочет видеть тебя прямо сейчас, — строго бросает она и тут же скрывается за дверь. Тэхён тяжело вздыхает, потому что только этого ему сегодня не хватало. Пару минут сидит в тишине, а затем поднимается и выходит из кабинета. — Вы хотели меня видеть? — говорит Тэхён, уже находясь в кабинете президента Чхве. — Да, присаживайся, — мужчина указывает на кресло, и Тэхён садится. — Видишь ли, Тэхён, у меня к тебе предложение. Скорее, даже просьба. — Я слушаю вас. — Тебе понравилось в Италии? — мужчина задаёт довольно неожиданный вопрос. — Ну, там красиво, — Тэхён даже теряется, не зная что ответить, ведь когда он там был, то в большинстве работал, а не гулял по городу. — А что ты думаешь насчёт того, чтобы жить там? — брови Тэхёна удивлённо ползут вверх. И он, кажется, начинает понимать всё. — Вы хотите, чтобы я переехал в Италию? — Ты уже знаешь, что наша компания открывает там свой филиал, и видишь ли, я отправил тебя в командировку туда для того, чтобы проверить, как ты справишься с такой работой, — мужчина наклоняется к столу. — И ты справляешься отлично. Я в тебе не сомневался, но так уж вышло. Тэхён, я хочу сказать, что ты единственный, кому я могу доверить руководство, — он откидывается на кресло, закидывая ногу на ногу. — Да, я прошу тебя переехать в Италию и взять полное руководство от моего имени. — Но… — Я понимаю, что это чужая страна, где всё по-другому, но это не приказ, а просьба, и я пойму, если ты откажешь. Но сначала подумай хорошо и дай мне ответ. И не забывай, что это отличная возможность для тебя, так что хорошо подумай и прими решение. — Хорошо, я подумаю и скажу свой ответ, — Тэхён кланяется и выходит. Предложение о переезде ударило в голову. Все последующие дни Тэхён только и думал об этом. С одной стороны это отличная возможность подняться вверх, а с другой это совершенно незнакомая страна, со своими традициями и правилами. И если Тэхён ещё как-то может адаптироваться, то как будет Чонгук? А вообще согласится ли он? Альфа ещё с ним не говорил, так как сам ещё не принял решение, но уже тянуть нельзя. Президент Чхве ждёт ответа. Мельтешения Тэхёна не прекращаются и спустя три дня. За это время он много думал, взвешивал всё за и против, и, конечно, минусов много, но всё же. Это отличная возможность, тем более, что жильё предоставит компания, как и авто. Остаётся только поговорить с Чонгуком. Что и собирается делать Тэхён. — Что делаешь? — Тэхён подсаживается к Чонгуку, который активно ведёт поиски университета. — Ничего нового, — уныло говорит омега, откладывая ноутбук. Глазам нужен отдых. — В поисках будущей профессии. — А что ты думаешь насчёт обучения за границей? — За границей? Чонгук смотрит странно, потому задумывается и пожимает плечами. — Было бы неплохо. — То есть, ты был бы не против? — уже оживляется Тэхён, вскидывая свои брови вверх. — К чему такой вопрос? — Что ты думаешь насчёт переезда в Италию? — тут уже пора Чонгуку удивляться. — В смысле? — Недавно мне предложили переехать в Италию, где я могу занять другой пост. Выше по статусу. И я спрашиваю тебя, хочешь ли ты? — Но я ведь даже не знаю итальянский, — отчаянно шепчет Чонгук. — Мы можем нанять тебе репетитора, да и я буду помогать, — Тэхён берёт ладони Гука в руки и продолжает. — Ты за год можешь выучить хоть и не всё, но достаточно, чтобы поступить, а там уже будет проще подучить язык и адаптироваться. Но только если ты согласен. —Но тут все наши родственники и близкие. — Мы будем приезжать сюда, просто теперь будем жить на два города. Точнее на две страны. — Это неожиданно, и я застигнут врасплох, — усмехается Чонгук. — Мне нужно подумать. Это правда неожиданный вопрос и очень серьёзный шаг, ведь… Ведь что? Тут его семья? Да, семья, которая месяцами пропадает на работе, а кроме них никого у Чонгука нет. В принципе, тут нет того, что может удержать, а омега готов хоть на край света вместе с Тэхёном. — Дай мне немного времени, — тихо просит Чонгук. Тэхён кивает и уходит, дабы не мешать своим присутствием. Всё же ему тоже нелегко далось это решение. И он поймёт, если Чонгук откажется. А без своего омеги он никуда не уедет.

***

Чонгук час думал над словами Тэхёна. Час принимал, как ему казалось, судьбоносное решение и всё решил для себя. Возможно, в будущем, он пожалеет, но сегодня он полностью уверен. Может, чуть-чуть сомневается. — Но как же потом моё обучение? — Тэхён ждал этого вопроса. Он откладывает ноутбук и стучит по кровати рядом с собой, приглашая омегу сесть. Чонгук забирается на кровать, принимая позу лотоса и выжидающе смотрит на Тэхёна. — Ты можешь поступить и там. — Без знания английского и итальянского? — Если ты не поступишь в этом году, то у тебя будет целый год, чтобы подтянуть итальянский, а я тебе в этом помогу, — видя неуверенный взгляд омеги, Тэхён притягивает к себе, заставляя лечь поверх своей груди. — А вдруг этого будет недостаточно? — бубнит Чонгук, поудобнее устраиваясь на чужой груди. — Достаточно, если ты будешь упорно учиться. Хотя бы базовый уровень сможешь выучить, дальше ты уже сам сможешь адаптироваться к местным и быстро подхватить язык, — Тэхён лениво поглаживает спину омеги, забравшись под футболку. — Тогда давай, — Чонгук не слишком уверен, что сможет, но раз Тэхён хочет, то он поедет с ним. Куда бы ни было. — Правда? — Тэхён останавливает поглаживания. — Ты согласен? — Думаю, было бы круто жить в Италии, так что да, — пожимает плечами Чон, поднимая голову. — Чонгук, если ты не хочешь, то не надо заставлять себя делать то, чего не хочешь. Я же знаю, как это трудно. Это совсем другая страна, другой язык, там совершенно никого не будет, только ты и я. Так что хорошо подумай, я тебя никуда не тороплю, — Тэхён нежно проводит большим пальцем по щеке омеги, замечая неуверенность в его глазах. — Я подумал и решил. Мне достаточно того, что ты будешь со мной, другие мне не нужны. От этих слов у Тэхёна в области сердца что-то щемит. Он счастлив осознавать, что Чонгук на всё готов, только бы с ним, но также ощущает большую ответственность. Кто бы что не говорил, Чонгук ещё ребёнок. А Тэхён стал именно тем человеком, кто должен его научить ещё многому. Эта ответственность давит на альфу, потому что он боится, что не справится. Тэхён сам боится переезжать в другую страну, где всё будет чужим, но он должен быть сильным ради Чонгука, потому что ему будет там вдвойне труднее. А теперь они там будут только вдвоём, будут только друг у друга, и в этом этапе их жизни Тэхён обязан быть сильным, чтобы в любой момент подставить плечо любимому. — Если ты решил, то мы должны скорее оформить тебе документы, — альфа зарывается пальцами в чёрные волосы Чонгука, наслаждаясь их мягкостью. — А у тебя уже всё есть? — Конечно, я же уже ездил в Италию, — усмехается Тэхён, под недоумённый взгляд Чона. Он ещё такой ребёнок. Чонгук что-то бубнит, уткнувшись в живот альфы. Тэхён тихо хихикает, поглаживая его затылок.

***

Три месяца спустя. — Мне тут не нравится, — капризно тянет Чонгук, ставя свою сумку на деревянный пол. — Мы тут на время, — Тэхён заходит следом, оставляя два огромных чемодана у двери. — Мне тут тоже не нравится, но придётся потерпеть. Квартира, которую они сняли на ближайшие два месяца была старой. Трещины на стенах и потолках, мебель пыльная и старая. — А она не развалится? — Не развалится. Чонгук заглядывает в первую попавшуюся дверь и видит маленькую ванну, где даже не развернуться. — Ты не мог снять нормальное жильё? — Это не я искал нам квартиру, к тому же мы тут всего на два месяца, когда ремонт закончится, мы сразу же переедем. Я тоже не в восторге. Как только Чонгук дал согласие на переезд, Тэхён сразу же начал поиски нового жилья для них, точнее не он, а его хороший друг в Италии, который сам был архитектором. Он подыскал им хорошую новостройку в жилом комплексе рядом с работой, но у Тэхёна изначально были другие планы насчёт жилья. Но пока они только переехали и спешить некуда, кто знает, что будет дальше, но они со своим другом это уже обговорили и решили пока не торопиться. А эта съёмная квартира только на два месяца, пока заканчивают ремонт. Тэхёну тоже не нравится, но это самый бюджетный вариант. На переезд родители отреагировали остро. Семья Чонгука сначала были категорически против отпускать сына, особенно мама, но один разговор с Тэхёном всё решил, хотя миссис Чон до сих пор недовольна и сердится. А мама Тэхёна вообще плакала, услышав эту новость. Причитала, что сын и так навещает их раз в месяц, а теперь раз в год, если вообще будет. А отец гордился, хоть и не говорил об этом прямо, но всё и так было понятно. Всё-таки это то, о чём он мечтал всю жизнь для сына и тут невозможно не гордиться. Но омегу сына он до сих пор не принимает. И тут уже личная неприязнь воздействует и это никак не изменить. Чонгук это понимал, но молчал. Признаться честно, он сам никогда не испытывал положительных чувств к этому мужику, как же иронично, что именно в его сына Чон влюбился до беспамятства. Но эти отец с сыном, как небо и земля. — Не верится, что мы будем теперь жить в Италии, — Чонгук прилипает к нему. Вид тут не самый лучший, но в их будущей квартире он будет потрясный. — Никогда не мечтал о таком. — Я тоже, — Тэхён становится рядом. Смотрит вниз на проезжающие машины и с тоской вспоминает, что ему завтра на работу, а авто у него всё ещё нет, но компании обещала предоставить, так что остаётся ждать. Но вот что самое худшее, что могло быть — работа Тэхёна находится в часе езды отсюда, и на протяжении двух месяцев ему придётся каждый день вставать в шесть утра, чтобы не опоздать. Хоть он теперь там за главного, но необходимо привести сотрудников в строй. — Тут нет рядом пиццерии? Что-то я ни одну не заметил по дороге, — Чонгук озирается по сторонам, высунувшись из окна. — Я тебя отведу в место, где очень вкусно готовят пиццу. — Ловлю на слове, — Чонгук чмокает альфу в губы и убегает. — Я в душ, надеюсь, тут есть горячая вода. — Не будет — разогреешь, — кричит вслед уходящему омеге. — Скажу, что на счастье тебе тут есть горячая вода, — высунувшись из ванной, говорит Чонгук и закрывает дверь, но быстро что-то вспомнив выбегает обратно, чтобы затащить свою сумку. — Non annoiarti, amore mio*, — кидает напоследок, отправив воздушный поцелуй. За эти три месяца Чонгук, не упуская ни одного дня, усердно учил итальянский, но трёх месяцев недостаточно для освоения любого языка, и омега продолжает также учить каждый день вместе с Тэхёном. Тэхён гордится им, как своим учеником. Чонгук схватывает всё на лету, быстро запоминает слова и их правописание, но самому составлять предложение пока не получается. И этому скоро научится, Тэхён научит.

***

— Тут у воды какой-то другой вкус, — Чонгук заваливается на старенький диван рядом с Тэхёном, и тот под его весом скрипит. — Этот диван сейчас развалится. — Не развалится, — Тэхён сидит, прикрыв глаза рукой, но как только голова Чонгука оказывается на его коленях, зарывается в мягкие пряди пальцами. — А если мы займёмся здесь сексом? — игриво тянет Чонгук, строя невинные глазки. — Хочешь попробовать? — усмехается Тэхён. — Хочу, — Чонгук считает трещины на потолке. — Но сегодня я слишком устал и ничем другим, кроме спать, заняться не могу. Тэхён смеётся, откинувшись на спинку дивана. — Я тоже. — Завтра? — Конечно, — улыбаясь, подмигивает альфа. А Чонгук снова влюбляется.