Могло быть и хуже - 9.

За несколько месяцев до своего одиннадцатилетия Виктор Снейп-Поттер получил письмо из Хогвартса. Не то чтобы кто-то сомневался в его зачислении в Школу Чародейства и Волшебства — Вик с самого первого спонтанного выброса демонстрировал весьма неслабый магический потенциал, чем неимоверно радовал обоих своих отцов. Однако потенциал — это одно, а официальное письмо, подписанное директором Минервой МакГонагалл — совсем другое. А так как до первого сентября оставалось всего ничего — подумаешь, каких-нибудь полгода! — Гарри и Северус в спешном порядке занялись экипировкой сына в школу. Пока речь шла о приобретении волшебной палочки, мантий и рекомендованных для первокурсников учебников, никаких разногласий между отцами не возникало. Но когда все необходимое было куплено, Гарри и Северус точно с ума посходили. — Он непременно станет непревзойденным зельеваром! — с апломбом заявлял Снейп, составляя длиннющий перечень дополнительной литературы по собственному предмету, осилить который могла бы разве что Гермиона Грейнджер. — Чтобы наш сын травил себя ядовитыми парами?! Квиддич! Спорт и свежий воздух! Вот именно то, что требуется Вику! — резонно возмущался Гарри и мчался покупать новенькую метлу. — Занятие для самоубийц! — цедил сквозь зубы Снейп. — Забыл, сколько раз ты получал травмы во время матчей?! Или хочешь, чтобы наш сын не вылезал из больничного крыла?! — и добавлял к и без того нескончаемому списку еще пару толстенных фолиантов. Постепенно жаркие споры между двумя отцами перешли из столовой и гостиной в спальню. — А я говорю... что у Вика... потрясающее... спортивное будущее! — пыхтел Гарри в такт сотрясавшим его тело фрикциям. — Убежден... он станет зельеваром! — вторил ему Снейп, переворачивая Поттера на живот и, крепко ухватив за бедра, врываясь в него до упора. — Ловцом! — стонал и подмахивал стремительно приближавшийся к оргазму Гарри. — Зельеваром! — рычал Снейп, наваливаясь на супруга сверху и целуя его мокрую от пота шею. * * * За бурными спорами они так увлеклись, что начисто забыли спросить мнение самого Вика. Когда же, устав выяснять отношения, Гарри и Северус наконец поинтересовались у Снейп-Поттера младшего, чем бы тому хотелось заняться, выяснилось, что у мальчика нет ни малейшей расположенности к зельеварению. При всей своей сообразительности он решительно отказывался постичь «красоту медленно кипящего котла», его абсолютно не вдохновляла перспектива научиться «околдовывать разум и порабощать чувства, разливать по флаконам известность, сварить триумф» и даже «заткнуть пробкой смерть». (1) Видя расстроенное лицо Снейпа, Гарри постеснялся радоваться в открытую. В конце концов, истинному гриффиндорцу не пристало злорадствовать. Дождавшись, пока Северус запрется в лаборатории, Поттер предложил Вику аппарировать подальше от Лондона и немного потренироваться в полетах на метле. Но увы! С первой же минуты Вик продемонстрировал такую боязнь высоты, что Гарри пришлось немедленно спуститься с ним на твердую землю. — Представляешь, — жаловался он в постели Северусу тем же вечером, — стоило Вику чуть-чуть подняться в воздух, как у него сразу же закружилась голова и он едва не свалился с метлы! Получается, он совершенно не унаследовал мои гены. — Так же, собственно, как и мои, — тяжело вздохнул Снейп, привлекая Гарри к себе. Секс оказался наилучшим утешением, и вскоре они, забыв обо всех разочарованиях, самозабвенно целовались, лаская друг друга всюду, куда только могли дотянуться. — Ну и ладно! — махнул рукой Гарри, пытаясь выровнять сбившееся после потрясающего оргазма дыхание. — Ловцом Вику не быть, но ведь это не помешает ему поступить в Гриффиндор. — С чего это ты взял, что он поступит непременно в Гриффиндор? — привстал на локте Снейп. — Лично я УБЕЖДЕН, что Шляпа отправит Вика в Слизерин! * * * За неделю до отъезда Вика в Хогвартс страсти в доме на Гриммо накалились до предела. Смирившись с тем, что Вик не пойдет по их стопам, Гарри и Северус теперь до хрипоты спорили, на какой факультет определят их отпрыска. Их постоянные стычки на эту тему расстраивали и без того волновавшегося Вика. Однажды, устав слушать, как пререкаются его упрямые родители, он пригласил их в свою комнату и достал с полки несколько альбомов для рисования. Изумленным взорам Гарри и Северуса предстали потрясающие ожившие рисунки: крадущийся в зарослях тигр; фламинго, похожие на розовые облака; озеро с плавающими по нему лодками и, конечно же, множество изображений Алфи — самочки нюхлера, подаренной Вику на седьмой день рождения Хагридом — и ее очаровательного потомства. Перевернув пару страниц, Гарри от восхищения едва не выронил альбом. На развороте он увидел себя в полном квиддичном облачении, преследовавшим маленький юркий снитч. На другом листе был изображен Северус, сосредоточенно помешивавший что-то в котле, из которого во все стороны летели золотые и серебряные искры. — Это твои рисунки? — ошарашенно спросил Гарри. — Да, — покраснел от удовольствия Вик. — И давно ты рисуешь? — осведомился не менее удивленный Снейп. — С прошлого года, — ответил Вик. — Помните, год назад вы купили мне альбом и волшебные краски, чтобы я не скучал во время болезни? Я попробовал и... у меня получилось. — А почему ты не рассказал об этом нам с Северусом? Почему не показал свои рисунки? Ты ведь никогда и ничего от нас не скрываешь, — поинтересовался все еще не веривший собственным глазам Гарри. — Я боялся вас расстроить. Папа Северус хотел, чтобы я занялся зельеварением, но меня тошнило от флоббер-червей и прочих ингредиентов. Папа Гарри мечтал видеть меня игроком в квиддич, но от высоты у меня всегда кружилась голова. А рисунки... Они рождались сами собой. И мне так нравилось рисовать их. Я просто не знал, как вам признаться, что собираюсь стать художником. А что касается факультета... — он посмотрел на пристыженных отцов, — пусть это решает Распределяющая шляпа. Я больше не хочу, чтобы вы ссорились из-за меня! * * * — Тебе не кажется, что наш маленький сын гораздо мудрее нас обоих? — усмехнулся Северус, задумчиво глядя вслед уходившему Хогвартс-экспрессу. — Ты прав, — в кои-то веки согласился с ним Гарри. — И рисует он просто превосходно! — Факультету Слизерин не помешает собственный художник, — ехидно заметил Снейп. — Вообще-то, он и Гриффиндору не помешает! — поддел его Гарри, а затем, взяв под руку, тихо сказал: — Пойдем домой. Я знаю отличный способ решить все наши разногласия. * * * Несколько часов спустя взволнованный до предела Вик сидел на табурете перед четырьмя факультетскими столами, а возложенная на его голову Шляпа пыталась принять судьбоносное решение. — Так, — ворчала она себе под нос, — Виктор Снейп-Поттер, куда же мне тебя распределить? Может, в Гриффиндор? Факультет честных и отважных храбрецов? Ох, нет, там учился Гарри Поттер, который в конце концов обманул Темного Лорда и перехитрил Смерть. Может, тогда на Слизерин? Факультет эгоистичных хитрецов, которые действуют лишь себе во благо? Ой, нет, ведь на нем учился Северус Снейп — самый смелый и самоотверженный человек, какого я только знала! — Так куда же мне? — робко осведомился Вик, испугавшись, что для него не найдется места в Хогвартсе. — Помолчи и дай мне подумать! — тянула время Шляпа. — Когтевран! — наконец выкрикнула она во все горло. * * * На следующий день сова принесла Гарри и Северусу письмо. «Дорогие папы! — писал Вик. — У меня все замечательно. В Хогвартсе мне очень нравится. Наш декан — профессор Флитвик — пообещал, что я смогу брать дополнительные уроки рисования и когда-нибудь обязательно стану прославленным художником. Не скучайте. Ваш Вик». — Флитвик? — удивленно поднял бровь Снейп. — Значит, его распределили... — В Когтевран, — подсказал ему Гарри, — мы оба проиграли. Зато Вик, скорее всего, выиграл. — Ну что же, — вздохнул Снейп, — могло быть и хуже. Все-таки Когтевран — не Пуффендуй... ___________________________________________ 1. Гарри Поттер и Философский камень. Глава 8. Специалист по волшебному зельеварению